Семейные ценности.

Рождество в поместье Гекате всегда проходило пышно, с размахом. По большей части организацией торжества занималась именно Эстелла - герцогиня подходила к делу со всей серьёзностью. В этом году ей правда помогала Александра, девочка, несмотря на юный возраст, во всю советовала матери и подходящие к теме банкета цвета, и то, какие вазы будут неплохо смотреться на расшитой узорами скатерти. Эдвард был буквально везде - младший сын герцога бегал по всему поместью, развлекал себя игрушечным кораблём, подаренным накануне, и подслушивал любые сплетни. Последнее он делал исключительно без злого умысла, лишь одолеваемый ужасной скукой и любопытством. Конечно, истории о черничном пироге или разбитом сервизе не были так интересны, как рассказы из книжек, но тоже были ничего. Мальчику даже удалось умыкнуть десерты с кухни, прежде чем он перешёл к новому развлечению - достать старшего брата. Михаил нашёлся в одной из гостевых комнат, подальше от шума и суеты. Брат, даже если и хотел помочь с приготовлением к приёму, совсем в этом не разбирался. — Михаил! — бодрый и весьма довольный Эдвард ввалился в комнату без стука. — Смотри, что мне дядя Фредерик подарил! — Ах! Это же самый настоящий фрегат! Михаил любил своего младшего брата, и Эдвард это прекрасно знал. И конечно же пользовался - безотказный Михаил всегда находил время на игры с мальчиком, даже если сам был занят. И сейчас, отложив какую-то старую книгу в сторону, юноша с улыбкой разглядывал новомодную игрушку, ласково трепля брата по кудрям. — Фр-р.. Фре.. — Фрегат. — Точно, фрегат! Что такое фрегат? — Мм, — Михаил задумался, усаживая братца на колени. Эдвард неуклюже устроился поудобнее, вертя в руках корабль, — Это военный корабль. — О-о-о.. Далее Эдвард преспокойно играл в одной с Михаилом в комнате, частенько издавая непонятные звуки крушения, взрывов и криков оставшихся на «борту» одаренных. Или людей. Сам мальчик пока не решил, кто именно и с кем воююет, и даже умный и начитанный Михаил не смог решить эту проблему. В конце концов, шум, издаваемый Эдвардом стал невыносим - по крайней мере Михаил забавно сморщился и вновь отложил книгу в сторону. — Почему бы тебе не пойти поиграть с Александрой? Уверен, они с герцогиней уже закончили со всеми приготовлениями. Эдвард пораженно замолк, разинув рот. Как это так! Какая из Александры, извините, капитанша военного фри..фре..фрегата? Сморщившись, мальчик отвернулся, возвращаясь к невероятным сражениям. — Но Алекса девочка, — почти обиженно буркнул Эдвард, поспешно добавив, — Как она будет управлять кораблём? *** Отец редко появлялся дома, и как он говорил сам, дело было в работе. Эдвард ему нисколько не верил, потому что в его понимании работа герцога заключалась в нескольких бумажках в его кабинете. Чем таким важным можно было заниматься месяц напролёт? Но сегодня был особый случай - банкет в честь Рождества. Отец вместе с матушкой встречали гостей, Михаил всячески развлекал их разговорами ни о чем, которые совсем скоро наскучили, как Эдварду, так и его сестре, поэтому дети поспешно убежали вглубь зала, подальше от гостей. Как оказалось, Александра, несмотря на то, что была девочкой совсем не плохо справлялась с судном. В этом Эдвард убедился на собственном опыте, когда поведал сестре о своих героических поединках в море. Чуть позже к ним присоединился Генри, мальчик с большими передними зубами, - сын делового партнёра отца, - и его младший брат Лиам, старше двойняшек на добрых полтора года. Детей на торжестве было совсем немного - так пожелал отец. Совсем недавно Эдвард подслушал разговоры родителей, и отчётливо услышал, как Аид раздражённо сказал, что не собирается нести ответственность за чужих детей. Видимо для Генри и Лиама он сделал исключение, потому что они тут все же были. Детям выделили целую зону в конце зала, где-то в уголке, раскидав подушки по полу. Там было намного тише, спокойнее и, что немало важно, вокруг не слоняли взрослые. — Это не честно! — захныкала Алекса, поднимаясь на ноги. — Почему отец пригласил Генри и Лиама, но не позвал Давину! И почему здесь нет Хельги, она ведь невеста Эдварда! — Хельга приставучая, — устало бросил Эдвард, ковыряя подушку. — А Давина? Что вам сделала Давина? — Александра села, нет, почти упала, обратно на место. — Давина? — переспросил Генри, управляясь с печеньем. Шоколадным. Любимым печеньем Эдварда. — Кто такая Давина? Почти ревностно зыркнув в сторону угощения, Арес тяжело вздохнул. — Подруга Алексы. — Моя лучшая подруга! Мой лучший друг! — Что? — тут настала очередь Эдварда впадать в ступор. Он глупо вытаращил глаза, совсем не находясь с ответом. Как это, Давина была лучшим другом Алексы? А кем тогда был он сам? — Давина Квеберт? — наконец-то опомнился Лиам, отбирая у брата печенье. Любимое печенье Эдварда! — Да! — радостно вскрикнула Александра. — Разве не я твой лучший друг? — пожалуй, это прозвучало слишком резко, слишком обиженно и слишком громко. Компания тут же замолчала, уставившись на Эдварда, который, казалось, был готов разрыдаться в ту же минуту. — Ты мой брат. Будто это все объясняло. Вот только звучало это в разы хуже и в конце концов Эдвард просто отвернулся, смешно надувшись. — Эдвард? — Я с тобой не разговариваю! Генри и Лиам пытались примирить двойняшек, призывая их к уму и разуму, но все их попытки оказались тщетны - Алекса отказывалась признавать Эдварда своим лучшим другом, а Эдвард в свою очередь был сильно обижен словами сестры и не хотел идти на контакт первым. В конечном итоге братьям Пратт пришлось оставить Гекате одних - Лиам убежал за закусками, которые, по его словам, обязательно примирят рассорившихся, а Генри в свою очередь отправился искать Михаила. Как никак, он был их старшим братом и наверняка знал к ним подход. Эдвард дулся ещё целую минуту, пока Алекса первой не нарушила тишину между ними: —Я так сказала, потому что.. — Алекса замялась, покусывая губу, — Мама говорит, что мы ближе друзей, потому что брат и сестра. Потому что мы всегда будем вместе и в нас течёт одна кровь. И ты лучше Давины. Эдвард густо покраснел, смущённо шмыгая носом. Братья Пратт вернулись как раз к началу танцев и к моменту, когда двойняшки решили конфликт без их участия. Михаила они так и не нашли, поэтому Генри вооружился ещё и напитками, тогда как Лиам со всем усердием нёс поднос, полный пирогов, печенья и конфет. Эдвард, как настоящий джентельм, пригласил сестру на танец. Вёл он неуклюже и тяжело, и это было понятно не только по тихим смешкам братьев Пратт, но Алекса искренне улыбалась и наслаждалась вечером. — Михаил Гекате. Эдвард и не заметил, в какой момент появился их старший брат. Сейчас Михаил протягивал руку Генри, - и разумеется Лиаму, потому что младший вечно крутился рядом с братом, - и улыбался своей фальшиво-ужасной, как её называл Эдвард, улыбкой. Показав Лиаму язык, - мальчики стали обмениваться взаимными кривляниями, - Гекате-младший, взяв сестру за руку подбежал ближе к образовавшейся компании. — Михаил! Ты пришёл! — с восторгом закричала Алекса, повиснув на старшем. — Михаил! — Эдвард взвизгнул и, не оставая от сестры, прижался к брату сбоку. — Я не мог не прийти, — выдохнул юноша, поднимая Алексу на руки. Эдвард, к сожалению, такой чести не удостоился. — Генри Пратт, — чуть запоздало отреагировал старший из братьев Пратт, — Это мой младший брат, Лиам. И, Господи, я Вас обыскался! Эдвард и Александра... *** После праздников в поместье всегда было тихо. Гости разъезжались по домам, потому что Аид слишком трепетно относился к безопасности своих детей и не позволял посторонним оставаться в гостевых комнатах на ночь или, что было ещё более редким, несколько дней после торжества. Именно поэтому Эдвард так удивился, когда в кабинете отца обнаружил незнакомого мужчину со вчерашнего банкета. — Эдвард, ступай в комнату. — Аид, брось! Иди сюда, малыш, — незнакомец разразился раскатистым смехом, подобно грому, и почесав подбородок, поманил мальчика к себе. Эдвард подкрался к гостю лишь после одобрительного кивка со стороны отца. Подобравшись поближе, Гекате-младший с приятным удивлением узнал в игре, разложенной на небольшом столе, шахматы. — Вы играете в шахматы? — Ты знаешь что это такое? Аид, у тебя умный ребёнок! — хохотнув, мужчина потянулся за бокалом с чем-то крепким и неприятно пахнущим. Аид коротко вздохнул, как-то тяжело и вымученно, после чего повторил жест собеседника. Эдвард, подобно зверьку, переводил взгляд с отца на незнакомца. — Дядя учил меня играть. Мне понравилось. А Вы, мистер... — Мистер Келлерган, Уильям Келлерган. Эдвард поморщился, словно от зубной боли. Имя нового знакомого было сложным и мальчик не смог запомнить его с первого раза. — Мистер Уильям, Вам нравится играть? Мне вот очень. Но я пока плохо умею. — Эдвард, прекрати донимать нашего гостя. Тебе, пожалуй, нужно заниматься? Уильям, к слову, закатил глаза на замечание герцога. Мужчина подмигнул приунывшему мальчику: — Твой отец вечно такой злой? — Уильям! — Ты проигрываешь, Аид, следи за партией. В конце концов, Эдварду в самом деле пришлось уйти. Мешать взрослым не хотелось, даже если мистер Келлерган и уверял мальчика в обратном - строгий взгляд отца говорил намного больше. *** После банкета мистера Келлергана в поместье Эдвард видел дважды. В первый раз мужчина заперся в кабинете отца, - вместе с самим Аидом, разумеется, - и не выходил до самого вечера. Они обменялись пожеланиями хорошей ночи, но в конце концов Эдвард остался неудовлетворенным. Каждому было известно, что Аид не впускал в свой дом посторонних, поэтому мистер Келлерган остался для мальчика самой настоящей загадкой. Во второй раз их встреча значительно отличалась от предыдущих двух. К удивлению Эдварда, Уильям Келлерган предложил мальчику сыграть с ним в шахматы и угостил сладостями! Предложение Эдвард с радостью принял. Играть на равных не получалось, и Гекате совсем скоро проиграл, но даже после этого остался рад. Ему не доводилось играть ни с кем, кроме дяди и матушки, потому что ни отец, ни Михаил не понимали радости шахмат, а Алекса и вовсе не умела играть.