Непреклонность.

Поцелуй был длительным, почти удушающим в своей неестественности. Андроидам потребность в воздухе была ни к чему, но именно эта непрерывность отдавалась приятным импульсом по сенсорам. Гэвин прошёлся пальцами по белой рубашке, нащупывая вслепую край галстука. Потянув за него, Гэвин притянул Коннора ближе ещё хоть на немного, будто оставшиеся миллиметры между ними занимали слишком много. Коннор не возражал и даже сам немного подался вперёд. Его ладони слегка сжали бёдра Гэвина, прежде чем подняться к талии скользящим движением. Гэвин, откликнувшись, опустился на предоставленные Коннором колени. И почти инстинктивно ладони Коннора блуждали по бёдрам, спускаясь вниз по ногам, а после вновь поднимались к талии плавным взмахом. Касания были не столько дразнящими, сколько занимающими руки. Гэвин ослабил натяжение галстука, но так и не отпустил его полностью. Просто держал в ладони, готовый притянуть ближе, если Коннор захочет отстраниться. Свободная рука Гэвина легла на щёку Коннора, заставляя скин расплываться, освещая их кожу слабым, мимолётным голубым свечением. Диод Коннора мигнул жёлтым, прежде чем вернуться к стабильному голубому. Он протянул руку и коснулся щеки Гэвина в ответ, желая ответить жестом на жест. Оставшаяся ладонь на бедре поднялась к пояснице Гэвина, притягивая его ближе одним уверенным движением. Диод Гэвина сбоил чуть сильнее, чем у Коннора — всё ещё оставаясь стабильно жёлтым, но иногда проскакивал и тревожный красный цвет. Гэвин медленно разорвал поцелуй, когда количество откликаемых сенсоров перешло допустимое значение. Коннор вёл себя понимающе, не тянулся за поцелуем сразу, давая шанс прийти в себя, несмотря на то, сколько времени для этого понадобилось. Вместо поцелуя Коннор бережно касался губами линии челюсти, аккуратно смещаясь к подставленной, слегка прикрытой формой андроида-полицейского, шее. Он оставил последний поцелуй на обтянутом тканью плече, прижавшись к нему щекой. Гэвин взглянул на тёмную макушку, прижатую к его плечу, и слегка похлопал по ней подушечками пальцев. Привычно грубо, но не настолько, чтобы эту грубость можно было принять за настоящее негодование. Просто чтобы Коннор не привыкал к этой нежности, которую сам же и развёл. — Пообжимались — и хватит, — Гэвин за плечи попытался оттянуть Коннора от себя, но тот лишь обхватил его руками, удерживая на месте. — Мне работать нужно! — Ты всё равно не выполняешь свои обязанности, Гэвин, — Коннор притянул его ближе, лишая подвижности совсем. — Ничего не изменится от того, что ты посидишь здесь со мной пару минут. Гэвин закатил глаза, привычно раздражённо цокнул языком, но даже не думал пытаться выбраться. Коннор слишком непреклонен в своих решениях. И если Гэвин надумает вырваться, тот просто в очередной раз прижмёт его к ближайшей поверхности и всё равно сделает по-своему. В первые месяцы Гэвин, в силу своего характера, конечно же, пытался на каждом шагу перечить Коннору, но довольно быстро смирился — ведь чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат. Непреклонное правило, которое устоялось уже давно, но Гэвин всё ещё не понимает, как каждый раз добровольно соглашается на это.