Цена баланса

Сознание возвращалось медленно, неохотно, будто выбиралось из глубокой, тёплой воды, где не хотелось думать, не хотелось чувствовать, не хотелось быть. А потом появился голос. — Анна. Анна, ответьте. Это база. Анна, очнитесь. Голос был ровным, механическим, но в нём чувствовалось что-то… настойчивое. Не человеческое беспокойство, но что-то похожее. — Анна, ответьте. Это база. Вы меня слышите? Она попыталась открыть глаза. Веки были тяжёлыми, будто к ним привязали грузила. В голове шумело, мысли путались, не желали выстраиваться в линии. — Ответьте базе. Анна, очнитесь. — Я… — голос не слушался. Губы слиплись, язык присох к нёбу. Она сглотнула, с усилием разлепила рот. — Я здесь. Я… жива. — Подтверждение получено. — В голосе Коперника мелькнуло что-то, похожее на облегчение. Или ей показалось? — Анна, с вами всё в порядке? Зафиксированы отклонения в биоритмах, но в пределах допустимого. Она открыла глаза. Прямо перед лицом, в нескольких сантиметрах, светился экран. Тонкая, гибкая плёнка, встроенная в забрало гермошлема, отображала данные: карту местности, показатели биометрии, уровень заряда костюма. Цифры бежали, сменяли друг друга, выстраивались в графики. — Я… в порядке, — повторила Анна, пытаясь собрать мысли. — Что случилось? Где я? — Вы вышли из прокола, — ответил Коперник. — Местоположение: неизвестно. Координаты не соответствуют ни одному из известных секторов. Предположительно — параллельный мир, соответствующий описаниям, полученным от объекта Ковалёв А.В. На данный момент мы находимся в помещении. Анна попыталась сесть. Тело слушалось плохо — мышцы были вялыми, движения замедленными. Она приподнялась на локтях, и в этот момент визор шлема стал прозрачным и перед глазами, поверх данных сенсоров, проявилась картинка. Анна на мгновение замерла, забыв о дыхании. Над ней возвышался свод. Невероятно высокий, уходящий вверх на десятки метров, он терялся в полумраке где-то под самыми небесами. Огромные стрельчатые окна, врезанные в каменные стены, пропускали внутрь разноцветный свет — витражи сияли глубокими оттенками синего, золотого, алого и изумрудного. Лучи падали вниз косыми столбами, пересекаясь в воздухе пыльными световыми дорогами, и там, где они касались пола, камень начинал светиться тёплым, живым сиянием. «Собор, — подумала Анна, всё ещё заторможенно. — Я в соборе». Она моргнула, прогоняя остатки дезориентации. — Коперник, видишь? — спросила она тихо. — Да, — ответил ИИ. — Визуальные данные поступают. Я фиксирую архитектурные элементы, не характерные для известных земных стилей. Вероятность того, что вы находитесь в том же мире, что и объект Ковалёв А.В., составляет… — он сделал паузу, будто вычислял. — Неопределённо. Ландшафт не совпадает с данными, переданными Алексеем. Он описывал лес. Вы находитесь в закрытом помещении. — Не совпадает, — повторила Анна. Сердце кольнуло тревогой. — Значит, я не там, где он? — Данных недостаточно для точного вывода. Но вероятность того, что точки выхода разнесены в пространстве, высока. Анна сжала зубы. Потом резким движением потянулась к замкам шлема. — Анна, — предупредил Коперник. — Внешняя среда не проанализирована. Рекомендую… — Проанализируй, — перебила она. — Я пока осмотрюсь. Она расстегнула фиксаторы. Герметизация разомкнулась с тихим шипением, выпуская избыточное давление. Шлем мягко отделился от ворота, и армированный воротник сложился на шее, превратившись в плотный, но не мешающий движениям ворот. Воздух коснулся лица. Тёплый. Сухой. Пахнущий старым камнем, воском, ладаном и ещё чем-то — древним, торжественным, священным. Таким пахнут старые соборы, где веками молились люди. Анна глубоко вдохнула. Выдохнула. — Состав атмосферы? — спросила она. — Анализ завершён, — отозвался Коперник. — Кислород — 22.8%, азот — 75.3%, остаточные газы — 1.9%. Давление: 1.21 атмосферы. Температура: плюс 20 градусов Цельсия. Токсичных соединений не обнаружено. Патогенных микроорганизмов — в пределах допустимого. Среда пригодна для дыхания. — Хорошо, — сказала Анна. Она осторожно приподнялась на локтях, оглядываясь. Каменный пол под ней был выложен огромными плитами тёмного гранита, отполированными тысячами ног до матового блеска. И прямо в центре этого пола, там, где она лежала, был врезан диск. Анна села. Диск был широким — метра три в диаметре. Молочно-белый камень, гладкий, прохладный, покрытый сложными, переплетающимися узорами. Идеальные круги, вписанные друг в друга. Руны — не похожие ни на один алфавит, который она знала, но в них чувствовалась система, логика, язык. Звёздчатые фигуры, спирали, уходящие в центр. Незнакомые символы, которые, казалось, шевелились, когда она смотрела на них краем глаза. «Магический круг, — подумала Анна. — Как в фэнтези. Как в аниме». Только здесь он выглядел древним. Настоящим. И — она не могла отделаться от этого ощущения — живым. Камень под ней тихо пел — или ей только показалось? — едва заметной, глубокой нотой, которая чувствовалась не ушами, а позвоночником. Анна медленно поднялась на ноги. Костюм не сковывал движений, армированная ткань мягко облегала тело, готовая в любой момент снова стать скафандром. Она подняла голову. И увидела их. Вокруг диска, на почтительном расстоянии, стояли люди. Их было около десяти. Большинство — в длинных тёмных хламидах с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Они стояли неподвижно, словно статуи, даже дыхания не было слышно. Только полы их одеяний изредка колыхались, когда в храме проходил сквозняк. Но двое резко выделялись. Слева от Анны стояла молодая женщина. Высокая, статная, с гордой осанкой, которая выдавала военную выправку. На ней были серебряные латы — не парадные, не театральные, а настоящие, искусно выкованные, покрытые тонкой гравировкой. Каждая пластина сидела идеально, подогнанная под движения тела. У бедра, в богато отделанных ножнах, висел меч с изящной гардой. И Анна, не будучи знатоком оружия, сразу поняла: это не украшение. Это боевое оружие. Настоящее. Короткие тёмные волосы обрамляли красивое, волевое лицо. Тонкие брови, прямой нос, твёрдая линия губ. Глаза — серые, холодные, но не злые — смотрели на Анну внимательно, изучающе, без враждебности, но и без дружелюбия. Скорее с настороженным интересом. Как смотрят на неожиданного гостя, которого ждали, но не знали, каким он придёт. Рядом с ней стоял мужчина средних лет. Высокий, с благородной осанкой, он держался с достоинством человека, привыкшего к власти и уважению. Одет он был богато и изысканно: тёмно-бордовый бархатный камзол с золотой вышивкой по вороту и обшлагам, белоснежная рубашка с тонким кружевным воротником, тяжёлый плащ из тёмно-синего бархата, заколотый на плече крупной брошью с рубином. На пальцах — перстни, на поясе — кошель и кинжал в отделанных ножнах. Его лицо было спокойным, умным, с лёгкой сединой на висках и аккуратной короткой бородкой. Глаза — тёмные, глубокие, внимательные — смотрели на Анну с выражением, которое она не могла прочитать. Осторожность? Любопытство? Надежда? Он напоминал вельможу со старинных портретов — тех, что висят в музеях. Только живой. Настоящий. Анна медленно обвела взглядом всех присутствующих. Люди в капюшонах не шевелились. Женщина-рыцарь чуть заметно сместила вес тела — так, чтобы в любой момент можно было выхватить меч. Мужчина в камзоле, напротив, расслабленно положил руку на грудь, чуть склонив голову. Тишина затягивалась. Анна чувствовала, что от неё ждут чего-то. Слова? Действия? Объяснения? Она выпрямилась, расправила плечи. В конце концов, она учёный. Она привыкла быть в незнакомой обстановке. Привыкла задавать вопросы. — Где я? — спросила она. Голос прозвучал неожиданно громко и чисто под высокими сводами храма. Каменные стены подхватили его, отразили, разнесли по всему помещению. Где-то в вышине, в невидимых глазу галереях, испуганно встрепенулись птицы или летучие мыши. Женщина-рыцарь и мужчина в камзоле переглянулись. В этом коротком взгляде Анна прочитала что-то — согласование? Подтверждение? Словно они решали, кто будет говорить. Мужчина сделал маленький шаг вперёд. Слегка поклонился — не глубоко, почтительно, но без унижения. Его голос, когда он заговорил, был ровным, приятным, с лёгкой хрипотцой, которая появляется у людей, привыкших много говорить на публике. — Добро пожаловать в Храм Первого Света, путница из-за Грани. — Он выдержал паузу, давая словам осесть. — Мы ждали вас. Анна моргнула. — Ждали? — переспросила она. — Вы знали, что я приду? Мужчина и женщина снова переглянулись. На этот раз женщина кивнула, и мужчина продолжил: — Не вас лично, путница. Мы ждали того, кто придёт через Великий Круг. Это пророчество — древнее, переданное нам ещё первыми жрецами Храма. «Когда тёмные времена наступят, и вера угаснет, явится путница из-за Грани. Она придёт через Круг, и свет её души зажжёт угасшие светильники». Он помолчал, глядя на Анну с выражением, в котором смешались надежда и осторожность. — Мы ждали сто лет. — Он указал рукой на диск у её ног. — И вот Круг засиял. А вы появились. Анна опустила взгляд на молочно-белый камень. Она не заметила, но теперь, присмотревшись, увидела: узоры на диске действительно светились. Тихо, едва заметно, золотистым светом, который постепенно угасал, будто камень отдал свою силу. — Сто лет, — медленно повторила Анна. — И вы думаете, что я — эта… путница из пророчества? — Мы не думаем, — ответил мужчина. — Мы знаем. Круг открывается только для тех, кто нужен. Это закон, установленный самим Первым Светом. — Он сделал ещё один шаг вперёд, протягивая руку ладонью вверх — жест открытости, приветствия. — Меня зовут Лоренцо де Валье, хранитель этого храма и первый министр короля. А это, — он кивнул на женщину-рыцаря, — капитан Сильвия Аргенто, глава стражи Храма. Женщина-рыцарь — Сильвия — чуть склонила голову. Жест был коротким, почти незаметным, но Анна почувствовала в нём уважение. Или, по крайней мере, признание. — Путница, — сказала Сильвия. Голос у неё оказался низким, с металлическими нотками. — Мы не знаем, кто вы и откуда. Но Круг вас принял. А значит, вы не враг. — Она помолчала. — По крайней мере, пока. Лоренцо бросил на неё быстрый взгляд — предостерегающий? — но Сильвия не отвела глаз от Анны. Анна переводила взгляд с одного на другого. В голове шумело от информации. Храм. Пророчество. Сто лет. Путница из-за Грани. Круг, который «засиял». «Я не туда попала, — поняла она. — Совсем не туда. Алёшка в лесу, в каком-то другом месте. А я здесь, в этом… соборе. И меня приняли за какую-то пророческую фигуру». Она собралась с мыслями. — Меня зовут Анна, — сказала она. — Анна Ковалёва. Я учёный. Я не… я не знаю никакого пророчества. Я пришла сюда, чтобы найти своего мужа. Он пропал — его выбросило в этот мир раньше меня. Я думала, я окажусь рядом с ним. Но вы говорите, что я в другом месте. Лоренцо и Сильвия переглянулись. В этот раз в их взглядах было что-то новое — удивление? Недоумение? — Ваш муж? — переспросил Лоренцо. — Ещё один путник из-за Грани? — Да, — твёрдо сказала Анна. — Его зовут Алексей. Он исчез в лаборатории, во время эксперимента. Я пошла за ним. — Она посмотрела на диск у своих ног. — Я должна его найти. В храме повисла тишина. Лоренцо медленно кивнул, будто что-то обдумывая. — Это… неожиданно, — сказал он наконец. — Пророчество говорит только об одной путнице. Но если ваш муж действительно здесь, в нашем мире… — он замолчал, разводя руками. — Возможно, судьба приготовила нам больше, чем мы ожидали. Сильвия сделала шаг вперёд. — Вы говорите, он появился раньше вас, — сказала она. — Где? В каком месте? — В лесу, — ответила Анна. — Он передал сообщение. Он был в лесу. Странном, с необычными деревьями. Сильвия и Лоренцо снова переглянулись. На этот раз их лица стали серьёзными. — Лесов в этом мире много, — сказала Сильвия. — Но если он появился через Круг, как вы, то его точка выхода должна быть известна. Круги — древние артефакты, их всего несколько в известных землях. — Она посмотрела на Лоренцо. — Мы можем проверить записи. Узнать, где в последнее время активировался другой Круг. Лоренцо кивнул. — Это займёт время. Но возможно. — Он снова повернулся к Анне, и его лицо стало мягче. — Путница Анна. Я не знаю, почему судьба привела вас именно сюда, а не к вашему мужу. Но Круг ошибок не делает. Если вы здесь — значит, это нужно. Для вас. Для нас. Для чего-то большего. Он протянул руку. — Позвольте предложить вам гостеприимство Храма Первого Света. Отдохните. Мы дадим вам еду, воду, чистую одежду. И пока вы будете восстанавливать силы, мы попытаемся найти вашего мужа. Анна смотрела на его руку. Внутри всё кипело — тревога, нетерпение, желание броситься искать Алексея немедленно. Но она понимала: в чужом мире, одна, без карты, без знаний, без союзников — она ничего не сможет сделать. Она посмотрела на Сильвию. Женщина-рыцарь стояла неподвижно, но в её серых глазах Анна прочитала неожиданное: понимание. И, может быть, сочувствие. Анна протянула руку. Пожала ладонь Лоренцо. — Хорошо, — сказала она. — Я принимаю ваше гостеприимство. Но я хочу, чтобы вы знали: я не остановлюсь, пока не найду его. Лоренцо улыбнулся. Улыбка была спокойной, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на уважение. — Я бы и не ожидал иного от той, кого выбрал Круг, — сказал он. — Добро пожаловать, Анна Ковалёва. Добро пожаловать в мир Арганум. С круга — в реальность Анна сделала шаг. Нога коснулась каменного пола — твёрдого, холодного, покрытого тонким слоем пыли, которую веками не выметали из щелей между плитами. Она перевела дыхание. Всё тело ещё помнило полёт через Океан Бытия, но здесь, в этой каменной тишине, ощущения быстро утихали, уступая место другим — более приземлённым. И тут она вспомнила. — Коперник, — позвала она негромко, чтобы не услышали стоящие в отдалении люди в капюшонах. — Связь с лабораторией. Она есть? Ответ пришёл не сразу. Секунда, другая — Анна уже начала волноваться, но потом в наушнике, встроенном в воротник костюма, раздался ровный, чуть вибрирующий голос ИИ. — Связь есть, Анна. Канал нестабилен, но держится. Прямая передача на базу требует значительных энергетических затрат. Я рекомендую использовать режим накопления: вы говорите, я записываю, затем отправляю сжатый пакет. Это позволит растянуть сеансы связи до пяти минут каждый. Остальное время я буду передавать данные через ретрансляторы, когда вы их установите. — Пять минут, — повторила Анна. — Этого достаточно, чтобы доложить обстановку. Составляй отчёт. Я буду наговаривать. — Принято. — В голосе Коперника послышалась едва уловимая нотка удовлетворения — или ей показалось? — Запись начата. Анна, я должен сообщить: прокол, через который вы вошли, всё ещё сохраняется. Стабильность — 30% от исходных показателей. Такая же картина на стороне лаборатории. Канал не закрыт. Анна обернулась к кругу. Молочно-белый камень тускло мерцал в свете витражей. Ей показалось, или узоры на его поверхности действительно двигались? Словно нехотя, очень медленно, но жили. — Тридцать процентов, — сказала она. — Этого достаточно, чтобы вернуться? — Не могу дать точного ответа, — ответил Коперник. — Переход требует стабильности не менее 70% для гарантированного переноса живой материи. Однако я фиксирую любопытную аномалию: круг не получает энергию извне. Он генерирует её сам. Или, точнее, излучает. Похоже, сам каменный круг является источником стабильности прокола. Анна нахмурилась, обходя диск по краю. — То есть он работает как… как аккумулятор? Или генератор? — Скорее — резонатор, — ответил Коперник. — Он не создаёт энергию, но поддерживает колебания на заданной частоте. Для активации круга, вероятно, требуется нечто вроде инициирующего импульса. Триггера. В вашем случае таким триггером стало ваше появление. Но что именно запустило процесс — вопрос открытый. — Триггер, — задумчиво повторила Анна. — Может быть, само пророчество? Они сказали, ждали триста лет. Может, круг как-то связан с их верой? С молитвами? — Данных недостаточно для анализа, — отрезал Коперник. — Рекомендую установить регистраторы окружающей среды и первую антенну-ретранслятор. Это позволит мне собирать больше информации о природе круга и его энергетике. Анна кивнула, хотя знала — Коперник видит её движения. — Хорошо. Сделаем. -- К стати Анна продолжайте активно общаться с жителями. Мне необходимо больше слов для составления словаря структуры языка этого мира. -- Погоди Коперник о чем ты говоришь? - удивилась она. -- Язык на котором вы общаетесь с жителями этого мира отсутствует в моей базе данных -- словно в недоумении ответил Коперник. -- Погоди Коперник! Но я же их понимаю...-- растерянно сказала Анна. Мысли роем метались в голове. "Как же я понимаю язык этого мира?! Каким образом?" Ответ напрашивался сам собой -- Мари - прошептала Анна. -- Кто такая Мари?- тут же отозвался Коперник. --Не важно. Она повернулась к Лоренцо и Сильвии. Хранитель храма и женщина-рыцарь стояли на почтительном расстоянии, не вмешиваясь, но наблюдали с напряжённым вниманием. Люди в капюшонах за их спинами не шевелились — статуи, не люди. — Господин Лоренцо, — сказала Анна, подходя ближе. — Я должна установить здесь небольшое устройство. Оно нужно мне, чтобы поддерживать связь с… — она запнулась, подбирая слова, — с Океаном Бытия. Чтобы не потерять путь обратно. Лоренцо поднял бровь. — Устройство? — переспросил он. — Вы говорите о магии, путница? Анна мысленно выругалась. Объяснять людям, живущим в мире мечей и магии, про дроны, антенны и квантовую связь? Она представила, как говорит: «Это высокочастотный ретранслятор с автономным питанием на два года». И как Лоренцо вежливо кивает, ничего не понимая. Она решила упростить. —Это магия иного рода, — сказала она осторожно. — Но… похоже. Это амулет. Артефакт из моего мира. Он поможет мне не потерять связь с… с тем местом, откуда я пришла. И, возможно, найти дорогу к мужу. Лоренцо и Сильвия переглянулись. Взгляд хранителя стал задумчивым, капитан же чуть заметно нахмурилась — Анна не поняла, что означала эта гримаса. Недоверие? Опасение? — Артефакт из-за Грани, — медленно сказал Лоренцо. — Мы слышали легенды о таких вещах. Говорят, они обладают силой, неподвластной даже высшей магии. — Он помолчал, рассматривая Анну. — Вы можете установить его, путница. Храм Первого Света не отвергает знания, даже если они приходят из-за пределов нашего мира. Сильвия шагнула ближе. — Это безопасно? — спросила она прямо. В её голосе не было угрозы, только профессиональная осторожность воина, привыкшего оценивать риски. — Ваш артефакт не повредит храм? Не призовёт… чего-то нежелательного? Анна почти улыбнулась. Она представила, как крошечный дрон Коперника «призывает что-то нежелательное». — Абсолютно безопасно, — сказала она. — Он просто… будет слушать. И передавать информацию. Сильвия с сомнением посмотрела на неё, но кивнула. — Делайте, — сказал Лоренцо. Анна достала первый ретранслятор из крепления на поясе. Устройство было маленьким — размером с её кулак, сложенное в транспортном режиме напоминало гладкий камень тёмно-серого цвета. Никаких кнопок, никаких индикаторов — только едва заметная насечка на корпусе, которую мог прочитать только Коперник. — Коперник, — сказала Анна, поднимая дрон на раскрытой ладони. — Активация первого ретранслятора. — Принято, — отозвался ИИ. Дрон ожил. Это произошло тихо, без звука, но Анна почувствовала, как устройство завибрировало на ладони. Насечка на корпусе разошлась, превращаясь в тонкую щель, из которой выскользнули шесть лепестков— сверхтонкие пластины, покрытые слоем фотоэлементов. Они раскрылись, будто цветок на ускоренной съёмке, и в центре этого цветка зажёгся маленький, но яркий золотистый огонёк. — Запуск, — голос Коперника был спокоен, деловит. — Телеметрия в норме. Активация двигательной системы. Дрон мягко поднялся с ладони Анны. Его лепестки завращались, создавая едва слышный гул — не выше шепота, но в тишине храма он прозвучал отчётливо. Устройство зависло в воздухе на уровне её лица, словно принюхиваясь, оценивая пространство. Анна услышала, как кто-то из людей в капюшонах тихо охнул. Лоренцо замер, глядя на парящий дрон. Сильвия инстинктивно положила руку на эфес меча. — Не бойтесь, — сказала Анна. — Это… мой спутник. Он не причинит вреда. — Спутник, — повторил Лоренцо. В его голосе смешались изумление и восхищение. — Ваш мир… он полон таких чудес? — Не совсем, — улыбнулась Анна. — Но это одно из них. Дрон тем временем поднялся выше. Он кружил под сводами храма, выбирая точку для крепления. Анна следила за ним, но видела уже не глазами — перед внутренним взором разворачивалась карта, которую Коперник транслировал прямо на сетчатку через контакты в воротнике костюма. Высота: 14 метров. Температура воздуха: +20°C. Влажность: 44%. Электромагнитный фон: в пределах нормы. Оптимальная точка фиксации: северо-восточная арка, третья колонна слева. — Коперник, подтверди цель, — сказала Анна. — Цель подтверждена, — ответил ИИ. — Фиксация. Дрон метнулся к каменной арке, на мгновение завис у её основания, и Анна увидела, как его лепестки сложились, превращаясь в тонкие, почти невидимые усики. Они вплелись в камень, слились с его поверхностью, и через секунду дрон стал частью храма — маленькой, незаметной деталью, которую можно было разглядеть, только зная, куда смотреть. — Ретранслятор установлен, — доложил Коперник. — Связь с базой стабилизирована. Канал расширен. Прокол фиксируется на уровне 30.2%. Перехожу в режим непрерывного мониторинга. Анна выдохнула. Хорошо. Один есть. Она достала регистратор — плоскую шайбу из того же тёмно-серого материала, без единого шва или отверстия. Подошла к кругу, присела на корточки, аккуратно поставила устройство у самого края, там, где белый камень встречался с тёмными плитами пола. — Регистратор окружающей среды, — сказала она. — Активация. Шайба дрогнула, издала едва слышный писк — и затихла. Но Анна знала: теперь Коперник получает данные о составе воздуха, температуре, влажности, уровне магического фона — если такой здесь был. Всё, что нужно, чтобы понять этот мир. — Регистратор активен, — подтвердил Коперник. — Данные поступают. Анализирую. Анна поднялась, отряхнула колени. Обернулась к Лоренцо и Сильвии. Те стояли, не скрывая изумления. Лоренцо смотрел на то место, где дрон врос в камень. Сильвия переводила взгляд с круга на регистратор и обратно, и в её глазах читалось что-то новое — не опасение уже, а… уважение? — Впечатляет, — сказал Лоренцо. — Ваш мир, путница, полон чудес, о которых мы не смели и мечтать. — Это всего лишь инструменты, — ответила Анна. — Как ваши мечи или ваши молитвы. Просто… другие. Она подошла к ним, чувствуя, как напряжение в зале постепенно спадает. Люди в капюшонах, кажется, начали дышать — их фигуры, до этого застывшие, словно изваяния, ожили, послышался приглушённый шёпот. — Господин Лоренцо, — сказала Анна, — я готова. Прошу, покажите мне ваш город. Врата Астартиса Лоренцо кивнул Сильвии. Капитан развернулась, сделала несколько шагов к главным дверям храма — огромным, кованым, украшенным тем же узором, что и витражи: солнце с расходящимися лучами, цветы, взлетающие птицы. Она взялась за массивную ручку, рванула на себя. Двери распахнулись. Свет хлынул внутрь — дневной, яркий, золотистый, совсем не похожий на разноцветные лучи витражей. Анна зажмурилась на секунду, привыкая. Потом шагнула вперёд. И замерла на пороге. Лоренцо встал рядом, чуть сзади, и его голос зазвучал торжественно, как у глашатая, объявляющего имя короля на церемонии. — Ещё раз добро пожаловать, уважаемая путница. — Он сделал паузу, давая словам осесть в тишине, которая вдруг показалась Анне слишком плотной. — Вы в Астартисе. Столице королевства Весалия. Анна смотрела, и у неё перехватывало дыхание. Перед ней расстилалась площадь. Огромная, вымощенная светлым камнем, она уходила вдаль, к горизонту, где в голубом небе таяли очертания далёких башен. По краям площади стояли дома — не тесные, приземистые постройки, которые она ожидала увидеть в мире мечей и магии. Нет. Дома были высокими, в три-четыре этажа, с остроконечными крышами, резными карнизами, балконами, увитыми цветами. Их фасады сияли белизной, и только кое-где, под крышами, виднелись полосы тёплого, охристого камня, который придавал зданиям глубину и возраст. А между домами, там, где площадь переходила в улицы, уходящие в разные стороны, текла жизнь. Люди, гномы, эльфы. Их было много. Они шли, стояли, сидели на ступенях, торговали с лотков, перекликались, смеялись. Анна видела купцов в длинных одеждах, воинов в лёгких доспехах, шагающих ратников закованых в броню, женщин с корзинами, детей, бегающих между взрослыми. Кто-то нёс связку рыбы, кто-то вёз тележку с овощами, кто-то чистил яблоки, сидя на крыльце. Над площадью, на высоком шесте, реял флаг — синий, с золотым солнцем в центре. Таким же, как на дверях храма. И ещё — птицы. Но не обычные. Над крышами кружили небольшие светящиеся создания, похожие на стрижей, но их перья мерцали тёплым золотистым светом. Они садились на шпили, складывали крылья, и тогда свет гас, делая их похожими на каменные изваяния. Но стоило кому-то пройти мимо — они вновь взлетали, рассыпая искры. Анна замерла, глядя на них. — Что это? — спросила она. — Птицы Механикуса, — ответил Лоренцо с лёгкой улыбкой. — Их создал наш король, Солемах Второй. Говорят, сам бог Механикус одарил его способностью вдыхать жизнь в механизмы. Птицы следят за порядком в городе и освещают улицы ночью. Удобно. Анна кивнула, запоминая. «Бог Механикус. Значит, здесь есть свои божества. И король — не просто правитель, а почти маг-инженер». Она перевела взгляд на площадь и заметила ещё одну странность. По краям, между домами, стояли каменные статуи — воины в доспехах, жрецы с посохами, крылатые звери. Но они не были неподвижны. Очень медленно, едва уловимо, они меняли позы. Один воин повернул голову вслед проходящей девушке. Жрец поднял руку в благословляющем жесте — и замер, потом снова опустил. Крылатый зверь раскрыл пасть в беззвучном рыке, и через минуту так же медленно закрыл. — И статуи… — сказала Анна. — Они движутся. — Хранители Астартиса, — подтвердил Лоренцо. — Большинство из них тоже творения короля. Некоторые же созданы учеником самого Механикуса и стоят здесь сотню лет и всё ещё помнят свои обязанности. Говорят, по ночам они оживают полностью и обходят дозором улицы. Но днём — только это. Медленное дыхание камня. Анна подошла ближе к одной из статуй — воину с мечом. Тот медленно, почти незаметно, склонил голову, будто приветствуя её. Или показалось. — Впечатляет, — сказала она тихо. — Астартис, — повторила Анна, вбирая в себя город, воздух, свет. — Здесь… здесь столица. — Да, — подтвердил Лоренцо. — Город, основанный пятсот лет назад первым королём Весалии. Город, который не пал ни в одной войне. Город Первого Света. — Он повернулся к Анне, и в его глазах она прочитала гордость. И ещё что-то — может быть, надежду. — Мы известили нашего короля Солемаха Второго о вашем прибытии. Вам назначена аудиенция. Анна перевела взгляд на него. — Аудиенция? — переспросила она. — У короля? — Его величество пожелал видеть путницу из-за Грани, — сказал Лоренцо. — Это большая честь. И большая редкость. Последний раз король принимал чужеземца из другого мира… — Лоренцо чуть поморщился, будто цитировал ненадёжный источник, — король принимал чужеземца из другого мира около двухсот лет назад. Легенды говорят, он вернулся домой с богатыми дарами. Впрочем, хроники тех лет полны преувеличений. Возможно, его просто убили разбойники, а архивариусы придумали красивый финал. Мы предпочитаем верить в лучшее. Анна нахмурилась. Приятное предупреждение. —Но ваша история, путница, возможно, будет иной. Вы ищете мужа. Возможно, король сможет помочь. У него есть карты, архивы, люди. И — он король. Его слово открывает двери, которые перед другими закрыты. Анна кивнула. Внутри неё боролись два чувства: нетерпение — броситься сейчас же, искать Алексея, и холодный расчёт учёного, который понимал: в одиночку, без карт, без языка, без союзников, она не найдёт ничего. — Когда аудиенция? — спросила она. — Завтра утром, — ответил Лоренцо. — Сегодня вы отдохнёте. Я распоряжусь, чтобы вам подготовили комнату во дворце. Это позволит вам набраться сил перед встречей с королём. — Он помолчал. — И, если позволите, я представлю вас кое-кому из придворных. Те, кто знает старые карты и легенды. Возможно, они помогут определить, где мог появиться ваш муж. Анна посмотрела на площадь, где кипела жизнь, на флаг, трепещущий на ветру, на башни, уходящие в небо. — Хорошо, — сказала она. — Я принимаю ваше гостеприимство. И жду аудиенции. Лоренцо поклонился — неглубоко, но почтительно. Сильвия, стоящая у дверей, кивнула, и в её глазах Анна увидела неожиданное: одобрение. — Тогда прошу следовать за мной, — сказал Лоренцо. — Дорога во дворец недолгая, но я покажу вам главные улицы Астартиса. Чтобы вы знали, куда вернётесь, когда станете искать своего мужа. Он шагнул вперёд, на свет, и Анна последовала за ним. Сильвия замыкала шествие, держась чуть позади, и Анна слышала, как её доспехи тихо позвякивают при каждом шаге. Они спускались по широким ступеням храма, и город встречал их шумом, запахами, красками. Анна шла и думала: «Алексей, я здесь. Я нашла путь. Я найду и тебя». Где-то в глубине, в наушнике, встроенном в воротник, Коперник тихо фиксировал: «Анна покинула Храм Первого Света. Направление — королевский дворец. Время — полдень. Температура — плюс 21°C. Давление — 1.21 атмосферы. Начинаю запись окружающей обстановки». Анна улыбнулась уголком губ. И шагнула в город.