Мультивселенский Рояль

ПРОЛОГ — В этом мире нет ничего идеального, мальчишка. Как нет и ничего по-настоящему ценного. Старик отвесил спутнику легкий подзатыльник. Тот вскрикнул, но скорее от неожиданности, чем от боли, и весело оскалился. — А как же женщины? А власть? — младший путник потер затылок, не сбавляя шага. — Ради этих двух вещей в землю уложили столько народу, что звезд на небе, поди, меньше будет. Их спор прервал нарастающий грохот. Облако пыли взметнулось над трактом, скрывая несущегося всадника. — С дороги! — рявкнул анонимный вестник, пролетая мимо и едва не задев плечом старика. Путники поспешно отступили на обочину. Старик проводил всадника хмурым взглядом и сплюнул серую пыль. — Женщины, власть… — он вернулся к разговору, когда топот стих. — Временная утеха, парень. За которой неизбежно следует холодная сталь, окрашенная в красный. Вон, глянь. Узловатый палец указал в придорожную канаву. Там, в перемешку с грязью и нечистотами, застыл человеческий силуэт. — Видишь этого среброволосого юнца? Решил, небось, что раз красив, то можно играть в игры сильных мира сего. И вот итог. — Но ведь есть и те, кто дошел до конца! — горячо возразил молодой. — Не слушай его, парень, — бросил он в сторону «трупа», хотя тот не подавал признаков жизни. — В этом мире ты либо ставишь жизнь на кон и садишься рядом с королями… как тот оскопленный шептун, что начинал в дерьме, а теперь вертит судьбами! Либо живешь как мы: с острым умом, но без яиц, зарывая амбиции поглубже в тракт. В этот момент «труп» судорожно дернулся. Грязь на лице треснула. Рот, забитый кровью, раскрылся в немом крике. Юноша перевернулся на бок, его тело сотрясла серия жутких, рвущих нутро конвульсий. «Какого черта?.. Как же больно… сука…» — мысли Александра бились в черепной коробке, словно раненые птицы. Он был на грани обморока, когда прямо перед глазами, перекрывая мутное небо Пентоса, вспыхнул неоновый прямоугольник. В сознании прозвучал голос — холодный, механический, бесконечно чужой: [Внимание!] [Носитель в критическом состоянии. Запущен протокол выживания: распаковка Стартового Пакета.] [...] [Получена способность: «Мистик» (Ген X).] [Начата принудительная ассимиляция...] Тело Ауриона выгнуло дугой. Кости затрещали с сухим, отчетливым звуком — словно ломали сухие ветки. Сила, плотная и горячая, как расплавленный свинец, хлынула в вены. «Это просто сон… дурной, горячечный сон…» — мелькнуло напоследок, прежде чем агония выжгла остатки сознания. А затем боль исчезла. Резко, будто выключили свет. Сломанные ребра с тошнотворным хрустом встали на места. Дыхание, только что бывшее пыткой, стало легким. Пелена перед глазами спала, и зрение обрело пугающую, сверхъестественную четкость. — Дар Богов… — прошептал старик совсем рядом. Он замер над канавой, его руки дрожали. — Быть не может, — эхом отозвался второй, трусливо прячась за спину товарища. Юноша медленно сел, прислушиваясь к новому, вибрирующему от мощи телу. Он поднял взгляд на стариков. Глаза его, на миг вспыхнувшие фиолетовым огнем, заставили свидетелей отшатнуться. — Воды, — хрип вырвался из сожженного горла. Младший путник дрожащими руками выудил из сумки бурдюк и протянул его, стараясь не касаться пальцев парня. Аурион припал к горлышку, жадно глотая теплую, отдающую кожей жидкость. — Вставай, если можешь, — пробормотал старик, помогая ему подняться. — Тебе повезло, что это видели только мы. Я слышал о колдунах Кварта, о жрецах Р'глора… Но видеть такое… — Беги отсюда, мальчишка, — перебил его товарищ, озираясь на дорогу. — Тот, кто тебя сюда уложил, явно не захочет увидеть твое воскрешение. Тебя как звать-то? «Александр», — привычно отозвалось в голове. Но тело ощущалось иначе. Короткое замыкание между старой личностью и новой физиологией порождало странный транс. Вокруг были дома, словно из декораций к фильму, но запахи — гнили, соли и нечистот — были слишком реальными. Р'глор? Кварт? Игра Престолов?! Я что… в книге Мартина? Ответ вспыхнул прямо перед глазами: [Система «Рояль в Кустах» приветствует носителя!] Имя: Аурион Белейрис. Титул: Последний потомок самопровозглашенного Императора Валирии. Меню: [Магазин] | [Гача] | [Инвентарь] Александр замер. Аурион Белейрис? Безумец, объявивший себя Императором после Рока? Драконий владыка, канувший в небытие со своей тридцатитысячной армией? «Таргариены по сравнению с ним — просто мелкие лорды, сбежавшие от пожара. А этот род шел ва-банк...» — Парень? Ты живой? — голос старика пробился сквозь пелену системных окон. — Мое имя… Аурион, — произнес он, пробуя имя на вкус. Оно ощущалось как сталь. — Но я почти ничего не помню. Темнота. Боль. — Немудрено, — старик сочувственно кивнул. — Тебя разделали так, что и дракон бы ослеп. Уходи. Мы тебя не видели, ты нас не знал. Жизнь — дорогая штука, не трать её второй раз так глупо. Путники поспешили скрыться за поворотом, оставив его одного. Аурион вызвал интерфейс. [Инвентарь]: Способность: Мистик (Ассимилировано). Телепорт (Радиус: Планетарный) — х10. Порошок «Легкая Смерть» — х10. Карта памяти: «Аурион Белейрис» (Статус: Ожидание). «Знать врага — значит победить», — он мысленно активировал карту памяти. Мир моргнул. Реальность пошла рябью, и в череп словно вогнали раскаленный гвоздь. Грязный поток чужой жизни хлынул в сознание: вонь сточных канав Пентоса, вкус гнилой рыбы, страх перед работорговцами. Сирота. Оборванец с серебряными волосами, которые он годами мазал сажей. И, наконец, финал: жирное, лоснящееся лицо Магистра Торо. Шантаж. Смех стражников. Удар ножа. — Как символично, — прошептал Аурион, вытирая кровь из носа. — Даже в другом мире я начинаю с того, что меня пытались прирезать. Он выпрямился. Вдалеке сияли шпили Пентоса — города богатства и порока. Желудок отозвался голодной судорогой. «Сорок лет жизни в том мире. Бизнес, дом, успех... И такая глупая смерть», — он сжал кулаки. Ярость была новой, молодой, горячей. — Система, — приказал он. — Показать навыки «Мистика». [Мутантские способности]: Имитация внешности (Активно) Исцеляющий фактор (Пассивно) Сверхчеловеческая ловкость (Пассивно) Устойчивость к телепатии (Пассивно) — Имитация, значит… — Аурион подошел к кромке воды. На него смотрел аристократ, застрявший в теле нищего. Фиолетовые глаза — в Эссосе это либо признак высокого происхождения, либо очень дорогой товар для борделя. — Слишком заметно, — хмыкнул он. Он сосредоточился. Мышца, о существовании которой он не знал, сократилась где-то глубоко под кожей. Тело пробрало мелкой дрожью, кости лица чуть сдвинулись, скулы стали шире, нос — грубее, а серебро волос потемнело до обычного русого цвета. Через минуту из воды на него смотрел обычный парень из толпы. Тот, чье лицо забываешь через секунду. — Идеально. Пора навестить Магистра Торо. Но на этот раз шантажировать я его не буду. Аурион развернулся и уверенной походкой направился к воротам города.