Дело техники!

***

      Лето – традиционно пора, ассоциирующаяся с солнцем, морем, отдыхом и весельем. Но на военной базе, даже на такой базе как база 501-го JFW, лето это та пора, когда особенно скучно заниматься генеральной уборкой.       А именно генеральную уборку объявила одним «прекрасным» днем подполковник Минна Дитлинда Вильке. Объявила, и твердой карлсландской рукой обязанности распределила:       Сама Минна, с майором Сакамото и Перрин Клостерманн в качестве главной ударной силы, займутся прилегающей к зданиям территорией.       Капитан Баркхорн возглавит отряд из Эрики Хартманн, Эйлы Юутилайнен и Сани Литвяк в жилом блоке.       Йошика Мияфуджи и Линн Бишоп отвечают за уборку кухни и прочих хозяйственных помещений.       Шарлотте Йегер с Франческой Луккини поручалось провести уборку ангара.

***

– …Знаешь, тебе вовсе не обязательно так усердствовать и убиваться над травками и цветочками! – в своей манере посочувствовала Ширли Перрин Клостерманн, наблюдая, как та на четвереньках кропотливо поливает аккуратно засаженные газоны, собирает всякий мусор, обрезает засохшие ростки… Если не было заданий или тревоги, Перрин могла закапывать себя в огород на весь день, в общем-то. – Да что бы ты понимала в благородном садоводстве, либерионка! – вспылила галльская аристократка, вспрыгивая на изящные ножки и размахивая лейкой словно рапирой. – Это тебе не «травки-цветочки», а ноготки, ромашка, мелисса…       Ширли отступила на шажок и вежливо позевывала, пропуская мимо ушей перечисление когорты растений, их особенностей и полезных свойств, не уступающее описанию аристократических родов и прочих там династий. – Эй-эй, расслабься! – помахала рукой либерионка, отбиваясь от ярких бликов, которыми на нее гневно сверкали очки разошедшейся Перрин. – Я всего-то хотела сказать, что на свете уже существуют механические устройства, здорово облегчающие всякий труд, знаешь ли! Поливалки, подметалки, газонокосилки… – Пфф! – фыркнула Перрин, морща носик и скрещивая руки. – Машины не смогут заменить заботливый и изящный ручной труд! Разве может машина вот так аккуратно полить там где нужно, или вот так подрезать, прополоть сорняки, собрать мусор и ничего не помять? Уважающий себя человек не побоится труда и все сделает сам, или наймет прислугу! Верно же я говорю, майор Сакамото? – Настоящий воин не боится труда, – вот это верная позиция, Перрин! – похвалила Мио, на минутку останавливаясь возле подчиненных. Несмотря на полдня усердного труда и занятий, ее китель как всегда сиял отглаженной белизной. – Майор, а зачем вы достали свой меч в этом-то месте? – недоуменно осведомилась Ширли, покосившись на катану Сакамото. – Собираюсь на следующий заход, капитан! Глядите! – и Мио, резко выдохнув, тугой пружиной прянула вдоль аллеи. Всего полминуты боевитых выкриков, полета сверкающего лезвия и завораживающих пируэтов в сочетании с отточенными взмахами рук, – и все кусты оказались идеально ровно подрезанными. – Она просто невероятна! Майор, вы лучше всех в мире, изящнее чем фламинго, быстрее чем ветер, точнее чем… – пропела было Перрин, складывая руки и сияя вслед Сакамото с обожанием во взоре, но тут небрежно вклинилась Ширли со своим комментарием: – Вот о чем я говорю! Ее тело движется словно идеально настроенная машина! Стоит только правильно наладить положение рабочего агрегата и как следует наточить лезвия… – Да чтоб тебя! – взорвалась Перрин, побагровев и пыша паром не хуже разогнанной машины. – Какое нахальство – сравнивать майора Сакамото с каким-то механизмом! Ах, да словно я бы могла ожидать чего-то лучшего от либерионской вульгарности, с этим индустриалопоклонничеством…       Прокравшаяся к газону Луккини незаметно и бесшумно дурачилась за спиной девушки, одновременно с Перрин изображая (с комичным передразниванием, позированием и жестикуляцией) то ее восторженное обожание, то высокомерное негодование. – Ну, ну, Перрин! Не стоит выражаться так критично к чужим комплиментам! – несколько недоуменно одернула галльскую ведьму Мио, возвращаясь и безупречным движением вкладывая меч в ножны. – Ширли, а у тебя разве уже все готово в ангаре? Луккини? – О, мы успеем сделать все в срок, майор, не сомневайтесь! Вообще-то, работа почти завершена, дальше дело техники… – беспечно заявила Шарлотта, неторопливо удаляясь. – Агась! – Луккини выпрыгнула перед Перрин и склонилась в дурашливом поклоне. – Мадемуазель Перрин, я позаимствовала у тебя с газона пару жуков! Надеюсь, ты так любезно не возражаешь. Чао! – А ну-ка стой, и я поучу тебя манерам! – воскликнула Перрин, но юная романка ускакала за пределы видимости прежде, чем Перрин выговорила хоть половину. – Хм. А по-моему, Луккини была весьма вежлива… – недоуменно проговорила Сакамото и, пожав плечами, двинулась по делам дальше.

***

– Башня! – Ого! – воскликнула Луккини, свешиваясь с потолочной фермы и впиваясь в карту Таро своим острым взором. – По-моему это выглядит как башня нашей базы под атакой неуроев! – Эта карта означает стремительные события, необратимое разрушение устаревшего, и совершенно непредсказуемое развитие внезапной ситуации, – пояснила Эйла, и подняла взгляд на Луккини. – Все летит в тартарары, остается лишь смириться и лететь вместе с потоком происшествий, а предугадать и подстраховаться невозможно. Кстати, ты непременно сверзишься вниз сама, если будешь и дальше так свешиваться!       Луккини только беззаботно захихикала, удерживаясь на ферме лишь согнутыми в коленях ножками и раскачиваясь туда-сюда вниз головой. – Что-то звучит как-то совсем не по теме. Давай лучше дальше, Эйла! – поторопила Шарлотта, даже не отрываясь от инструментов. – В Таро все по теме! – важно возразила суомка, и перевернула следующую карту. – Колесница! – Хм, вот это уже и вправду поближе! – одобрила Ширли, откладывая гаечный ключ и берясь за отвертку. – Колесница значит триумф, успешное продвижение вперед, активное движение и оптимизм с контролем ситуации. – Отлично, вот это по-нашему! – улыбнулась либерионка, активно орудуя отверткой. – А что это значит, если перевернутая? – уточнила Франческа, и Эйла охотно добавила: – Перевернутая Колесница это утеря контроля, всякие задержки и препятствия на пути. – Луккини, она только кажется тебе перевернутой потому, что ты так смотришь! – неодобрительно отмахнулась Ширли. – Давай, Эйла, гадай дальше? – Дальше… – суомка перевернула очередную карту и задумчиво нахмурилась. – Суд… – А это еще что за фигня? – Это не «фигня», а очень важная карта! – раздраженно возразила Эйла. – Она указывает на наступление радикальных жизненных перемен, избавление от прошлого и необходимость осмысления и оценки себя и своих поступков! – Ну что же, полагаю, генеральная уборка точно означает наступление важных перемен в обстановке и избавление от ненужного мусора! – довольно кивнула Шарлотта, переходя к следующей детали механизма. – Ух ты, Ширли, ты веришь что Эйла и вправду предсказывает будущее этими вот картами, что ли? – недоверчиво восхитилась Луккини, продолжая вертеться на решетчатой ферме всякими изобретательными способами. – Мои предсказания никогда не врут! – воскликнула Эйла, хватая следующую карту. – Они просто приходят только в нужный момент. Итак, что у нас тут… О, Королева Жезлов! – Королева, хм? – протянула Ширли, и потянулась за смазочным шприцом. – Что бы ни делала Королева Жезлов, это будет стремительно, ярко, зажигая все вокруг, привлекая максимум внимания и получая насыщенные эмоции! – эмоционально протараторила Эйла, и добавила тоном пониже: – Однако, при этом она рискует что-нибудь сжечь по неосторожности, либо перегореть сама. Это стихия бурного пламени. – Ту-дуумх!!! – восторженно проорала под потолком Франческа, но Ширли поморщилась: – Эйла, я тут собираю уборочную машину, а не пушку или ракету! Давай что-нибудь поближе к делу! – Пфф… Рыцарь Мечей! – Мечей, хмм… – Ширли задумчиво провела взглядом по диску с установленными лезвиями, оценивая их остроту, угол и интервал. – Это очень активная карта! – проговорила Эйла, вертя карту Таро в руках. – Ну, это нам весьма подходит! – согласилась Шарлотта. - Карта сулит успех в творчестве и предпринимательстве. Быстрая уверенная победа в делах. – Отлично, отлично!.. - Но прежде всего, Рыцарь Мечей означает бурную активность, при которой не стоит чересчур торопиться, а лучше все продумать и оценить ситуацию. Ибо в любой момент все может бурно покатиться кувырком и непонятно куда, но вряд ли в хорошую сторону. – Ну вот опять ты покатила все куда-то не туда! – поморщилась либерионка с досадой, а Франческа одобрительно хлопнула в ладошки: – Зато будет что-то веселое!       Эйла ухмыльнулась и наконец перевернула последнюю карту в раскладе. – И что у нас тут? Ага! Паж Кубков! – Может, приделать еще черпак для осушения луж? – пробормотала Ширли, приглядываясь к своему детищу. – В любом случае, это значит что тебя точно ждет прилив чувств и эмоций! – пояснила Эйла, собирая все карты вместе. – А эмоции будут веселые? – уточнила Франческа, снова свешиваясь вниз головой. – Ой, по-моему, она тоже перевернутая… – Перевернутый Паж Кубков означает: несерьезность, уход от ответственности, пустые обещания, инфантильная позиция и манипуляции своим «детским» положением! – отчеканила Эйла, просматривая «букет» карт, пока Луккини сверху корчила ей рожицу с высунутым языком. – В общем и целом, получается, что тебя может ждать или быстрый успех, или бурный необратимый крах с непредсказуемыми последствиями и нехорошей реакцией окружающих. – Да брось ты, Эйла! – Ширли выпрямилась, и указала на устрашающего вида агрегат, обмотанный проводами и шлангами, растопыривший лапы и манипуляторы: – Я трудилась над этим красавцем целых два дня, тщательно подгоняя каждый винтик, и это в конце концов всего лишь уборочная машина, венец инженерного гения Либериона, боец на фронте чистоты и порядка! Какой еще «крах и тартарары» возможны от простой уборки?! – Але-оп! – Луккини, раскачавшись, метнулась к Эйле смазанной молнией прямо с потолочной фермы, но та неуловимым движением отпрянула, и ручки романки сомкнулись на пустоте. – Ну Эйла!!! – надулась Франческа, поднимаясь с пружинистого положения «вприсядку». – Ты как всегда! И саму не поймать, и меня не ловишь! Так неинтересно!!! – Тебя ловить неинтересно, – парировала Эйла насмешливо, убирая колоду в карман. – Отрасти сперва за что ухватиться!       Франческа еще больше надулась, уныло ощупывая свою грудь, а к Эйле неслышно подошла Саня Литвяк, на ходу вытирая изящные руки холщовой тряпкой. Она как раз закончила техобслуживание своего штурмового модуля перед ночным вылетом. – Эйла, не обижай так Франческу, пожалуйста, – тон Сани был мягким, но Эйла тут же притихла и отвела взгляд. – Шарлотта, у тебя все получится, я уверена! – Спасибо, Саня, это воодушевляет! – улыбнулась в ответ Ширли, и снова склонилась над своим агрегатом, почесывая в затылке. – Я просто погадала, как меня и просили! – оправдывалась Эйла, пока они с Саней шли к выходу из ангара. – К тому же… Ширли не помешает дополнительная мотивация, не так ли? – Надеюсь, все получится. Осталось прибраться только в ангаре, а завтра последний день, – только и сказала Саня, в последний раз оглянувшись на Ширли, которая снова колдовала над своей причудливой машиной.

***

– Ч-что происходит?!..       На разные лады, кое-как полуодетые девочки, спешно собравшиеся в коридоре жилого блока, повторяли один и тот же вопрос друг другу. За окнами гремела ночь. Гремели, содрогаясь, стены, содрогался потолок, осыпая всех мелкой пылью, дребезжали в рамах стекла, и протяжный вой порой пронизывал всех, отдаваясь ноем в зубах. – Землетрясение? – Атака врага?! – Не говори глупости, Мияфуджи! – обиженно возражала Эйла, перестегивая пуговицы правильно. – Саня на дежурстве, она бы ни за что не пропустила такое!       Минна сосредоточилась, прикрыв глаза и выпуская слегка осветившиеся волчьи уши и хвост. – Эпицентр возмущений локализован! Это в нашем ангаре! – Там же все наше оружие! – воскликнула растерянно Линн, но Сакамото прикрикнула, наводя порядок: – Отставить разговоры! Отряд, за мной бегом марш!!!       Когда запыхавшиеся на бегу ведьмы ворвались в ангар, все сразу замерли на месте, а взгляды заметались, не зная, на чем задержаться: на хаосе вихрящегося в воздухе мелкого сора в густой взвеси пыли и дыма, на катящихся по полу небольших предметах, на тугих струях пенной воды, или зловеще гудящих в размытом мареве пламенных всполохах, словно посреди ангара извергался вулкан. – Вон там!!! – воскликнула Сакамото, указывая обнаженной катаной куда-то в сторону всполохов, где угадывалась зловещая движущаяся фигура. – Неурой?! – Я ничего не чувствую… – И я тоже! – Мияфуджи, оставайся в тылу и будь готова оказать первую помощь! – принялась распоряжаться подполковник Вильке. – Линн, Перрин, Эйла, пробейтесь к оружию! Мио, действуй! Баркхорн, Хартманн, прикройте! – Есть!!! – хором воскликнули все, и бросились выполнять.       Гертруда, вся ярко осветившись и выпустив фамильярные ушки и хвостик, схватилась за громоздкий рабочий верстак. Могучим ревом на миг перекрыв хаос бури, ведьма оторвала верстак от пола и швырнула в неясную фигуру. Грохот взметнулся к сводам, сверкнули россыпи искр. – ШТУУУРМ!!! – заорала Эрика, тоже засветившись и раскинув руки. Миг – и голубой энергетический вихрь пробил широкий тоннель в дымно-пыльном мареве. – Атакую! – майор Сакамото метнулась сквозь образовавшийся тоннель, и лезвие ее катаны заплело сияющий танец посреди хаотично размахивающих лап врага. – Так его! Вперед, майор! – подбадривали командира Линн и Эйла, с трудом пробираясь сквозь ветер по перилам ограждения. – Тц, достойный противник попался! – процедила Гертруда, засучивая рукава и подбирая дубину помассивнее. – Хартманн, где ты там опять заснула, помогай!!! – Ничего, майор уже вот-вот… – начала было Перрин, но тут боевые кличи Мио буквально захлебнулись, когда мощные струи воды вынесли фусоанку из сражения и ударили об стену ангара.       Воздух постепенно прочистился, летящие и катящиеся предметы куда-то подевались, и изумленным взорам открылась чудо-уборочная машина, которую собрала Шарлотта. Агрегат, тяжело поврежденный совместными усилиями Гертруды, Эрики и Мио, скрипел, искрил, оборванные шланги хлестали тугими струями воздуха и гидравлического масла, но машина еще не собиралась сдаваться. Мерцающие фары обводили ангар, зловеще свистнули раскрученные лезвия, уцелевшие манипуляторы взметнулись, словно нацеливаясь на всех вокруг, и машина непонятно завибрировала. В ее недрах нарастал зловещий рев. – Да это никакой не неурой! – удивленно констатировала очевидное Мио, поднимаясь. – Неважно, сейчас я ее успокою!       Майор подняла катану и замерла в стойке, концентрируясь для решающей атаки, а Линн, Перрин и Эйла наконец добрались до своего оружия, но медлили в неуверенности, стоить ли им стрелять. И все пропустили финальный аккорд машины, когда из ее манипуляторов хлынули еще более мощные струи пенной воды. В ангаре снова поднялось марево, уже от водяной пыли, но прежде чем Минна выкрикнула очередной приказ, все стихло и машина устало замерла, словно последнее усилие наконец истощило ее до конца.       Сакамото все же обрубила все тянущиеся к агрегату шланги и кабели. Тем временем из каморки уже выбрались Шарлотта Йегер и Франческа Луккини. Они оказались в кольце других ведьм прежде, чем раскрыли рот, и по лицам собравшихся быстро поняли, что те подбежали не с поздравлениями.       Хор голосов разразился моментально и одновременно, разобрать отдельные слова было совершенно невозможно, но общий посыл был совершенно понятен. Как там гадала Эйла? Крах, тартарары, эмоциональные реакции и неуправляемое развитие непредсказуемых событий – все в наличии! Впрочем, после первоначального взрыва, развернулась почти обычная, хоть и шумная, беседа.        – Что здесь произошло?! – Всего лишь уборка ангара, по вашему же приказу, подполковник… – Посреди ночи?! – А вы же сами приказали, чтобы наша работа не помешала никому! А в ангаре весь день кто-то чем-то занимался! – Аах, то есть по-вашему… вы ЭТО называете… никому не помешать?! – у Перрин от эмоций даже не находились нужные слова. И в отличие от других случаев, большинство окружающих разделяли ее чувства. – Сначала машина работала совсем не громко, – деловито рассказывала Ширли, почти не смущаясь и явно гордясь своим детищем. – Целый час никто не заявлялся сюда, не так ли?! Затем мы решили что так слишком долго, и слегка нарастили мощность… – А огонь-то был зачем? – уточнила Мио. – Антимикробная термическая обработка! – О, «слегка нарастили мощность», это же все меняет! – Эйла. – Ничего себе слегка!!! – Перрин. – Тебя что, Урсула успела покусать?! – Эрика. – Вот что «мощность» – с этим не поспоришь! – Гертруда. – Да, взгляните, что вы тут натворили! – Мио, Линн и Йошика хором. – Это ВЫ взгляните, что ВЫ тут натворили! – возмутилась Ширли, и потрясла обрывком кабеля, огорченно вышагивая вокруг изувеченного аппарата. – Вы совершенно разломали чудесную машину, над которой я так старательно трудилась два дня, и которая так четко выполнила свою работу! – Четко… выполнила… работу? – выдохнули ведьмы, судорожно подыскивая другие слова. – Конечно! – Ширли королевским жестом окинула ангар. – А что не так?!       Как ни странно, но если обратить внимание… Сейчас действительно все было так. Стены, пол и потолок ангара сияли от чистой свежести. Нигде не валялось ни бумажки, ни горсти пыли. Металлические конструкции блестели как свежеокрашенные. Ни следа хаоса, только безупречный порядок. Ну, кроме раскуроченной уборочной машины. И еще вырванного верстака. Но в обоих случаях Ширли была ни при чем, правда же?       Франческа уже весело повизгивала, с разбегу катаясь и выписывая пируэты по полу, словно по ледяному катку. – Гляди, Ширли, пол так начищен, что я буквально вижу в нем свое отражение! О, и в стенах тоже!!! – Да, впечатляет… – вынуждена была признать Мио. – Однако… Куда подевались все инструменты?.. Мелкие запчасти?.. – Баркхорн осмотрела верстаки и стеллажи, которыми пользовались механики и сами ведьмы для технических работ. – Видимо, их засосало в сборочный мешок вместе с мусором, – Ширли с легкой досадой почесала в затылке, оглядывая здоровенный раздутый мешок у стены. – Но зато теперь все они аккуратно и компактно собраны в одном месте! Небольшие издержки безупречной работы. Я бы даже сказала, оптимизация инвентарного пространства! – Т-ты… Эт-то… – проскрипела Перрин, зажмурившись, взъерошившись и сжимая кулачки, вся вибрируя не хуже той машины и пытаясь подобрать хоть какие-то приличные и вместе с тем меткие выражения. – Ширли-сан, все это было грубо и беспечно! – как всегда, не стала лезть за выражениями в карман Йошика, и к ней почти присоединились Линн и Минна, но тут все замолчали и обернулись к широкому проему ангарного выхода, откуда уже доносилось басовитое гудение штурмового модуля.       На фоне слегка светлеющего фиолетового неба, на озаренную огнями полосу снижалась фигурка ведьмы. Вот она приблизилась, скользя над бетоном, и влетела в ангар. Саня Литвяк, вернувшаяся из патруля, неторопливо проплыла между замерших ведьм, очень сонно и несколько недоуменно оглядывая их, и наконец припарковалась на своей платформе, освобождаясь от оружия и техники. – Подполковник Вильке, мое дежурство окончено, происшествий нет, – прошелестел по затихшему ангару мягкий голос Сани. – Почему все собрались тут, что-нибудь происходит? – Все… нормально, Саня, спасибо тебе, иди отдыхай! – умудрилась таким же обыденным тоном ответить Минна, и орусская ведьма, отчаянно зевая, тихо скрылась в коридоре. Все проводили ее взглядами, затем переглянулись между собой, и снова обратили внимание на «виновницу торжества», которая уже без капли смущения прибиралась вокруг своего сломанного агрегата.       Минна набрала воздуха и открыла рот, собираясь что-то сказать, но тут на весь ангар прозвенел клич Франчески: – Идите сюда все, быстрее! – Ну что там еще, Луккини?.. – Идите сами посмотрите, скорее же!       Дождавшись, когда все подбегут, юная романка весело ткнула в зеркально сияющий бок металлического бака: – Глядите, у вас всех лица кривые! Ну правда же, умора, хахаха!!! – Луккини! – рявкнула Сакамото мощным выдохом, и набрала было снова воздуха для продолжения, но ее перебил скучный голос Эрики: – Серьезно, ну все уже?! Кто как, а я спать. Сейчас положенный отдых!       Сакамото выдохнула вхолостую, вместе со всеми провожая взглядом недовольную и снова сонную Эрику Хартманн.       Гертруда Баркхорн вдруг изучающе поглядела на Ширли, старающуюся на всякий случай поменьше привлекать внимание, и ткнула пальцем куда-то в район ее большого бюста: – Послушай, Йегер! Лично я готова прикрыть глаза на этот… «инцидент», если ты соберешь мне нормальную уборочную машинку, покомпактнее. Такую, понимаешь, чтобы могла работать в жилом блоке… – …А еще точнее, в комнате старшего лейтенанта Хартманн, не так ли? – подхватила Минна, а Мио одобрительно кивнула. У Ширли не оставалось выбора…       Не оставалось его и у Эрики Хартманн, которая, уже почти скрывшись в проеме коридора, краем уха уловила последний разговор. Девочка замерла в шоке и уже собиралась было выскочить обратно с бурными протестами, но затем справилась с собой, и ее наполовину скрытое тенью лицо только озарилось блеском глаз и косой ухмылочкой.

***

      Шарлотта Йегер честно сдержала слово, продумывая, проектируя и тщательно собирая новый компактный уборочный агрегат. Однако, после целой череды таинственных неудач при испытаниях, пропаж важных деталей и, наконец, совершенно случайного небольшого пожара в рабочем уголке Ширли, от идеи постройки такого аппарата пришлось отказаться, да и авиакрыло успело погрузиться в море новых забот.       Что касается комнаты Эрики Хартманн, в ней все же пришлось иногда делать уборку старым обычным способом. Но это совсем другая история.       А «инцидент» стал обычной темой для подколок и ностальгических воспоминаний, – одной из многих и многих подобных, накопленных за месяцы и годы совместной службы неунывающего коллектива 501-го JFW «Штурмовые ведьмы»…