Никакого "долго и счастливо"

Утро принца Вриса началось с позевываний, потягиваний и игр с животом, в лежачем положении напоминавшим гору, и с грудью столь объемной, что ее можно было принять за женскую грудь. «Я такой толстый и мягкий. Как и подобает моему статусу», - сказал Врис самому себе. Прикосновения к тем или иным частям своего роскошного тела вызывали у шакала неподдельное удовольствие. Внешне оно выражалось в закатывании глаз и покусывании губ. Ну а когда к нему приходили слуги, чтобы натереть его ароматными маслами, не пропустив при этом ни одной складочки, принц с трудом сдерживал страстные стоны. И, когда они все же вырывались из его пасти, это не могло не вызвать улыбку у окружавших его слуг. А ведь Врис не всегда был таким толстым. Следуя традициям, которые были почти такими же древними, как город-оазис, в котором он родился и вырос, будущий принц отправился в путешествие по миру с целью набраться терпения и опыта. Без этих качеств шакал не мог претендовать на трон, который что тогда, что сейчас занимала огромная синяя кобра - живое воплощение чревоугодия. Греха, которому был подвержен и сам принц. «Тогда я еще мог видеть собственные ноги - а моя походка была величественной и грациозной», - думал Врис, когда предавался воспоминаниям. В ходе путешествия шакал побывал в Бестиалии - первом королевстве зверян, которое было основано ими после освобождения от власти Высокорожденных. Оно переживало не лучшие времена - и будущий принц, присоединившись к группе авантюристов, помог им одолеть безумного правителя, который своими действиями привел Бестиалию в столь плачевное состояние. Сражаясь с сектантами в черных робах - а равно и с призываемой ими нежитью - Врис разработал два новых заклинания. «Костедробилка Вриса» позволила шакалу быстро - и, что немаловажно, с небольшими затратами маны - разбирать скелетов на косточки. «Уничтожитель Вриса» был более затратным в плане маны - но полученный результат того стоил. Тела черных жрецов, на которых будущий принц опробовал это заклинание, взрывались кровавыми фонтанами - и поэтому поднять их из мертвых было невозможно. Земляки Вриса по достоинству оценили разработанные им заклинания. Дело в том, что в южной части пустыни в изобилье водилась разнообразная нежить - и для защиты от приходящих с юга мертвецов вокруг города-оазиса были возведены высокие неприступные стены. Взяв на вооружение «Костедробилку Вриса» и «Уничтожитель Вриса», защитники города смогли не только эффективнее держать оборону, но и периодически совершали вылазки на контролируемые нежитью территории. Еще одним достижением новоиспеченного принца стало заключение союза с гноллами* из клана Скальных Дьяволов. Эти мастера засад, из соображений безопасности хранящие в тайне местоположение своего логова, получили возможность посещать город-оазис с той или иной целью. Взамен Врис попросил вождя гноллов беспрепятственно пропускать через свою территорию торговые караваны, а также передавать ему для исследований артефакты, найденные на территории нежити. Их общего врага, которому было все равно, чьими трупами пополнить свои нестройные ряды. - Если вам понадобится помощь в рейдах на мертвецов, дайте мне знать - и тогда я выделю пару-тройку волшебников, которые поддержат вас своими заклинаниями. - сказал Врис вождю Скальных Дьяволов. Встреча эта состоялась на нейтральной территории, так как гнолл-вождь терпеть не мог жителей городов. Он считал их слабыми и изнеженными - не то, что его народ, закаленный суровыми условиями пустыни и бесчисленными схватками с нежитью. - Это наша первая и последняя встреча, - сказал он шакалу, - в будущем, если мне понадобится помощь, я пришлю в город одного из своих чемпионов**. Чаще всего Врис имел дело с Крокутой. Эта воительница-гнолл, будучи представителем нового поколения Скальных Дьяволов, не цеплялась за традиции предков, как ее вождь, и воспринимала шакала не как избалованного принца, а как героя, спасшего Бестиалию от страшного зла. Она могла часами слушать его истории о дальних странах и существах, их населявших, - а привычка брать жирные куски с ломящегося от обилия пищи стола принца привела к тому, что ее и без того выдающиеся формы со временем округлились еще больше. - Мне приходится повязывать на живот небольшой круглый щит, чтобы в пылу боя мне не выпустили кишки. - как-то призналась она Врису, чем вызвала у него улыбку. Принц находил общество Крокуты приятным - а потому он довольно часто принимал ее в своих покоях. То утро не стало исключением. Врис, развалившись на шикарном ложе, которое каким-то чудом до сих пор не треснуло под его весом, неспешно объедал виноградную гроздь, когда к нему в покои вошли двое стражников-шакалов. Между ними шла Крокута, на лапы которой еще у входа в город-оазис были надеты браслеты. Браслеты эти были волшебными - и, прояви воительница-гнолл агрессию по отношению к кому-либо, стражник силой мысли мог заставить их сомкнуться друг с дружкой, отчего пятнистая гостья повалилась бы на землю или пол. Приоткрыв глаза, принц увидел, что стражники завели лапы его гостьи за спину и активировали браслеты, чтобы она не смогла разомкнуть их. Переведя взгляд со своих сородичей на Крокуту, он заметил у нее за спиной сундук, перевязанный цепями крест-накрест. - Оставьте нас. И ослабьте браслеты. - велел он своим сородичам. - Терпеть не могу эти браслеты, - буркнула воительница-гнолл, разминая затекшие лапы, - почему бы твоей королеве не сделать исключение из правил, избавив меня от обязанности таскать их на себе все то время, что я нахожусь в городе? - Я не так давно говорил с ней на эту тему. - признался Врис. - Вот как? И что она сказала? - Она сказала, что эти правила написаны кровью, и что не в ее компетенции изменять или отменять их. - Она говорит прямо как мой вождь. - ухмыльнулась Крокута. - Ладно, хватит об этом. Судя по сундуку у тебя за спиной, тебе удалось раздобыть артефакт? - О да. Я буквально взяла его с боем. - Что ж, давай посмотрим, что там у тебя. Дождавшись, когда Врис соизволит поднять свой толстый зад и подойти к ней, Крокута вручила ему сундук, предварительно сняв с него цепи. На вопрос принца о ключе воительница-гнолл ответила тем, что запустила лапу в свое глубокое декольте и извлекла оттуда веревку с ключом. - Я сняла его с тела черного жреца, который вел караван через нашу территорию. – добавила она. Стоило шакалу открыть сундук и приподнять крышку, как ему в глаза ударил ядовито-фиолетовый свет. Этот свет вызвал в его памяти воспоминания о пораженном демонической скверной Блэкмейне. О короле зверян, для победы над которым Врис объединился с другими авантюристами. - Скажи, Крокута, - протерев глаза лапой, обратился он к своей пятнистой гостье, - ты ведь не прикасались к этой штуке? - Нет, Врис, - помотала та головой, - я открывала сундук дважды: после того, как бой подошел к концу, чтобы узнать, что в нем лежит, и в хижине шаманки. Она то и отправила меня к тебе с сундуком. - Мудрый выбор. Я имею в виду, оставь она этот артефакт себе, на ваш клан могла бы обрушиться большая беда. Закрыв сундук - и затолкав его под ложе - шакал указал на стоявший неподалеку стол и предложил своей пятнистой гостье разделить с ним трапезу. - Меня не нужно просить дважды. - облизнулась Крокута. Усевшись на ложе, Врис увидел, как воительница-гнолл снимает небольшой круглый щит, который она приспособила для защиты жизненно важных органов, и как ее большой живот, более не сдерживаемый щитом, выпятился вперед, явив себя во всей своей красе. «Должен признать, наблюдение за тем, как ее живот по мере наполнения его едой раздувается и тяжелеет, становясь похожим на большой тугой мяч, доставляет мне особое, ни с чем не сравнимое удовольствие», - подумал он, глядя на предающуюся чревоугодию Крокуту. В том, что воительница-гнолл с момента их знакомства стала заметно круглее и мягче, шакал видел и свою заслугу. «В жизни этого дикого и воинственного народа так мало радостей и удовольствий…. Так почему бы мне как будущему королю не позволить одной из них дать волю своему зверскому аппетиту?» - переводя взгляд с активно работавшей челюстями Крокуты на ее раздувающийся живот, сказал Врис самому себе. _ _ _ До знакомства с Врисом Крокута имела среднее по меркам гноллов-чемпионов телосложение. У нее были крепкие верхние лапы, что позволяло ей орудовать двуручным цепом*** с убийственной эффективностью, крепкие мышцы пресса и сильные нижние лапы, благодаря которым она во время охоты могла развить приличную скорость. Крокуту, с которой Врис имел дело в последнее время, с прежней Крокутой роднили глаза, цвет шерсти и расположение пятен. Та воительница-гнолл, на которую принц смотрел в данный момент, имела пухлые щечки, второй подбородок, массивную шею, обильно покрытую пятнами по бокам, и увеличившуюся на несколько размеров грудь, которая за счет глубокого декольте использовалась Крокутой в качестве хранилища небольших вещей. И нет, ее верхние лапы все еще были крепкими – но те мышцы, что так впечатлили Вриса в их первую встречу, скрылись под толстым слоем жира, и шакалу приходилось прикладывать некоторые усилия, чтобы нащупать их. Изменения, к которым отчасти приложил лапу Врис, коснулись и нижней половины Крокуты. Так, ее бедра расширились настолько, что при ходьбе немного терлись друг о дружку с внутренней стороны, а огромные ягодицы, которыми она активно двигала во время танцев у костра, вызывали завистливые взгляды у женщин и вожделение у мужчин. Даже вождь Скальных Дьяволов, имевший гарем из трех больших и очень толстых женщин-гноллов, нет-нет да засматривался на филейную часть одного из своих чемпионов. А какие громоподобные хлопки ягодицами выдавала Крокута… Впрочем, сейчас взор Вриса был обращен на заметно округлившийся от обилия пищи живот его пятнистой гостьи. Он и на пустой желудок свисал на пояс – а, когда Крокута предавалась чревоугодию, он раздувался вперед и в стороны, приковывая к себе взгляды окружающих. «В такие моменты они, должно быть, принимают ее за беременную как минимум тройней», - почесывая свою пухлую щеку, думал принц.