Плановый осмотр

Яркий свет искусственных ламп больно бил в глаза. Идеально белые стены, идеально белая глянцевая мебель и такая же идеально белая улыбка девушки за стойкой администратора напротив. Сделанные виниры — венец творения местного стоматолога — болезненно напоминали Сатору, зачем он сам явился в это стерильное помещение. Поход к стоматологу редко у кого-то вызывает положительные эмоции. Годжо не то чтобы боялся, но предпочитал лишний раз не переносить болезненные ощущения. Время тянулось, как резиновое. Ранним утром хотелось подольше поваляться в постели, желательно вообще не вставая до обеда, а не сидеть на скрипучем кожаном диване, конечно же, тоже белом, в ожидании неизбежного. Парень нервно сощурился и потер веки, в этом зале света не было и намека на тень — отдых для глаз. — Годжо-сан, прошу пройдите в кабинет 316, доктор Гето вас ожидает, — холодно оповестил его женский голос без намека на человеческую интонацию. Вырванный из собственных размышлений, Сатору немного ошарашенно уставился на девушку, пару секунд обрабатывая полученную информацию. После коротко кивнул ей и спешно побрел в оглашенный кабинет. Все-таки быстрее начнет — быстрее закончит. Помещение казалось еще ярче зала ожиданий. Новейшее оборудование, как будто только с прилавка, буквально девственно чисто блестело в свете больничных софитов. В комнате не пахло ожидаемой затхлостью лекарств, наоборот, витал ненавязчивый мятный аромат, как у только открытой зубной пасты. В углу рядом с кипой рабочих бумаг и матовым синеватым монитором царственно восседала статная девушка. На звук открывающейся двери она повернулась вполоборота, цепляя вошедшего острым взглядом карих глаз. Поджав тонкие губы, она, как затаившийся хищник, пристально изучала свою жертву. Ее густые угольные волосы были завязаны в тугой пучок на затылке, а сверху на макушке сидела фирменная медицинская шапочка, из-под которой выбилось несколько тонких прядей. Нежно-розовый, идеально выглаженный халат слегка собирался на бедрах, оголяя длинные ноги. Сатору нервно сглотнул и поднял взгляд выше — на груди красовался лаконичный бейджик «С. Гето». Так быстро у Годжо еще не поднималось настроение. Девушка же все молчала, продолжая смерять пациента пристальным взглядом. — Здравствуйте! Я Годжо, — как-то глупо начал мямлить Сатору, не зная, чем заполнить такую пикантную паузу. — Я знаю, — отстраненно отозвалась девушка, — не стойте в дверях, проходите, — легким жестом тонкой кисти она указала на стоматологическое кресло рядом с собой. Сатору не мог оторвать взгляд, теперь рассматривая девушку еще ближе. Улавливал легкий цветочный аромат ее духов, смотрел как оголяются тонкие ключицы, когда она поднимает руки, чтобы настроить оборудование, разглядывал, как сосредоточенно подрагивают ресницы, пока она проверяет, все ли на месте, запомнил аккуратную родинку под глазом. Это было стопроцентное попадание в саторинское сердце. Годжо никогда бы себе не простил, если бы после сеанса не позвал ее на свидание. — Знаете, я очень волнуюсь, — выдохнул Годжо и неловко улыбнулся. — Вы ведь… успокоите меня, если мне станет страшно, — и все же Сатору не хотелось упускать возможность пофлиртовать с такой красоткой. Сейчас он не упускал возможности полюбоваться на безупречное очертание груди, еще более выразительно выглядывающие из выреза халата, пока она, вытянув руки, настраивала свет. — Не переживайте, я не кусаюсь, — ее голос, мягкий и глубокий, внушал какое-то странное гипнотическое спокойствие. В ее интонациях не было ничего, что указывало бы на ответный флирт, однако все внутри Сатору все равно напрягалось как-то уж слишком двусмысленно. Девушка перевела на него взгляд своих глубоких, аккуратно подведенных глаз и добавила с легкой улыбкой: — Только если вы попросите. Годжо нервно сглотнул. Его сомнения насчет ее томных интонаций стремительно развивались. В нем все больше прибавлялось уверенности, что сегодняшний сеанс, возможно, станет самым необычным в его жизни. И самым горячим, это уж точно! — Вы такая молодая, а уже врач, — парень попытался продолжить этот странный разговор. — Это не в обиду вам, не подумайте, — встретив немного скептический взгляд, он поспешил объясниться, — просто… К такому врачу я бы ходил хоть каждый день, — Сатору едва заметно подмигнул. — А с чего вы взяли, что я ваш врач? — девушка сощурила глаза, в которых, казалось, пробежали искорки и хищно улыбнулась, поворачиваясь к вновь распахнувшейся двери. — Прошу прощения, немного задержался, — комнату заполнил густой бархатистый голос. В кабинет быстро, но без суеты вошел молодой врач. Сатору сначала подумал, что у него двоится в глазах или, что еще хуже, он просто сошел с ума. Высокая статная фигура двигалась навстречу Годжо. Чернильно-черные волосы собраны в чуть небрежный пучок, открывая точеную шею, мощные руки сжимали толстую кипу бумаг, перебирая пальцами страницы, то ли сверяя данные, то ли ища что-то важное, медицинский халат, как будто сильнее, чем нужно, обтягивал широкую грудь, не сильно вульгарно, но все равно распаляя фантазию. «С. Гето» также аккуратно красовалось на его бейджике. Годжо заморгал в неверии, затем по очереди сфокусировал взгляд сначала на медсестре, а потом уже на враче. Они были до безумия похожи, но точно двумя отдельными людьми. Такого сложного выбора у Сатору еще не было никогда. «Они родственники?» — пронеслось в голове у парня. Даже в самых смелых фантазиях он не мог представить, что его за раз будут обслуживать горячие брат и сестра. — Можем начинать, — буднично оповестил врач, натягивая латексные перчатки. — Что вас беспокоит? — обратился он к Сатору, наконец-то повернувшись к нему. Годжо обомлел и, не в силах вынести глубокий темный взор, перевел глаза в сторону. Точная копия медсестры. Тонкие черты лица, как изящно написанные на холсте, отточенными, идеально выверенными движениями, мазки. Такие же глубокие глаза, прикрытые темной вуалью густых ресниц, такая же родинка, а главное — такой же цепкий хищный взгляд, способный буквально прибить к месту намертво. Сатору на мгновение задумался можно ли ему вообще начинать говорить, однако ожидающий взор напротив торопил выдать хоть какую-то реакцию. — Да… я… На плановый осмотр, — Сатору сам удивился как быстро сократился его словарный запас до уровня детсадовца. — В таком случае, мы хорошо о вас позаботимся, — тепло ответил врач, но уголки его губ вздернулись, оголяя острые клыки. Теплая ладонь в латексной перчатке аккуратно прикоснулась к челюсти Сатору, призывая его открыть рот. В этом прикосновении не было ничего из ряда вон, однако сердце у Годжо начало стремительно разгонять кровь по телу, заглушая своим стуком любые внешние звуки. Это было похоже то ли на первобытный страх перед неизвестной опасностью, то ли на желание скорее подчиниться этой силе. Обе фигуры величественно склонились, и Сатору непроизвольно зажмурил глаза, не в силах выдержать такой натиск. Он чувствовал, что с каждой секундой гнется все сильнее, как тонкая соломинка под натиском бушующего урагана. Он не открыл глаз, даже когда врач начал проводить манипуляции, тщательно осматривая Сатору. Мерное постукивание по зубам какими-то инструментами не вызывало никаких болевых ощущений, но не позволяло напряжению спадать. Да еще и этот голос горячего врача, такой же, впрочем, томный и гипнотический, как у медсестры, вгонял в легкий транс. Сатору казалось, что вкрадчивые фразы доктора Гето доносились до Годжо откуда-то издалека: «Шесть пломба» «Семь пломба» «Восемь нет» «Пока что патологий не вижу» «Сузуму, запиши в карточке пациента» Дышать становилось все тяжелее. Расстояние между ними заполнялось плотной материей, сквозь которую вспышками пробегали колючие искры. Она, словно вязкий деготь, заполняла собой легкие, не давая сделать вдох. Мысли плавились, постепенно сливаясь в единое желание, из которого уже нельзя было вычленить что-то конкретное. — Гето-сан, отсосите ему, — раздался строгий, слегка приказной, но спокойный мужской голос. «Ч-Чего?!» — в затуманенном сознании эта фраза осела ярким пятном, возвращая в реальность. Годжо, ошарашенно распахнув глаза, уставился на медсестру. По ее лицу было невозможно понять, какие эмоции она испытывает, или что собирается сделать дальше. Девушка лишь игриво вздернула бровь, явно осознавая двусмысленность сказанного, и медленно поднесла к лицу Сатору аппарат для аспирации слюны из полости рта. «Они издеваются, или это я совсем поехавший извращенец?!» — собственные мысли вгоняли Годжо в краску. Одна неосторожно брошенная фраза распалила и без того возбужденное сознание, буквально вынуждая его представлять как раскрасневшиеся припухшие губы сомкнутся на плоти, как влажные стенки гортани будут послушно принимать его, как тонкая нитка слюны протянется, соединяя язык медсестры с его… — Годжо-сан, вам нехорошо? — обеспокоенно спросила девушка, однако Сатору расслышал в ее голосе нотки насмешки. — Вы так покраснели и, кажется, у вас жар. Сузуму приложила тыльную сторону ладони ко лбу Годжо. Холодная. Волна мурашек колко прокатилась по телу, осев на затылке, заставляя парня нервно вздрогнуть. Годжо уже было порывался что-то ответить, однако изо рта вместо слов вылетел нечленораздельный набор звуков. Несмотря на то, что доктор Гето уже закончил осмотр, и рот ему разрешили закрыть, но способность разговаривать к белобрысому парню так и не вернулась. Все из-за Сузуму, ведь она, слишком сильно беспокоясь о состоянии пациента, наклонилась так близко, что плотно прижалась к его груди. Теперь Сатору и не стеснялся пялиться, не в силах оторвать взгляда от округлых форм. Верхняя пуговица ее халата расстегнулась, приоткрывая ямочку между шикарными грудями. Сатору насильно вытеснял подобные сцены из головы. Слишком уж все это напоминало сюжет из порнухи. — В целом все хорошо, Годжо-сан, — доктор Гето глядел на него сверху вниз с легкой, непринужденной улыбкой, так, словно его все происходящее ничуть не смущает. — Давайте еще десна посмотрим, — он отложил инструменты в сторону и снова потянулся рукой ко рту Сатору. Годжо не успел опомниться, как ловким движением врач прикоснулся к нему — неспешное скольжение латексной перчатки по его слегка приоткрытым губам заставило парня вздрогнуть с новой силой. — Откройте ротик пошире, — Гето-сан, совершенно не меняясь в лице, продолжал ласково проводить по его губам. Еще мгновение — и два пальца доктора Гето скользнули ему в рот, однако теперь мужчина не торопился начинать обещанный осмотр десен. Наконец оторвавшись от губ, он скользнул пальцами глубже, совершая достаточно двусмысленные возвратно-поступательные движения. Умелые пальцы скользили по языку, нежно, слегка надавливая. Сатору плавился под этими прикосновениями. Если бы не больно бьющий в глаза больничный свет, сознание давно бы расслабилось, и, возможно, сопротивлялось таким противоречивым движениям чужих рук, однако сейчас все выглядело слишком нереально, заставляя Годжо буквально прирасти к креслу. Парень перевел взгляд на медсестру, которая, все еще удобно устроившись на его груди, издала короткий бархатный смешок, прикрыв рот изящной ладонью. Сам же он теперь метался между двумя до жути похожими улыбками на лицах врача и его помощницы. Теперь его не покидало ощущение, что эта парочка с ним просто играется. Сатору смутно осознавал происходящее и едва ли замечал, что пальцами доктор Гето теперь настойчиво трахает его рот. В уголках широко распахнутых лазурных глаз выступили слезинки от напряжения. Парень совершенно неосознанно смыкал губы вокруг пальцев своего врача и головой немного подался вперед. — Превосходно, — голос Гето-сана будто бы прокатился по самым пикантным полутонам. — А теперь язычок. «Приказ» Сатору выполнил, не задумываясь, ведь давно перестал отдавать себе отчет. Он послушно высунул язык, капая вязкой слюной на собственную рубашку, не спуская преданных глаз со своего до жути горячего врача. Они переглянулись так, словно это действие пациента было своеобразным «сигналом». Что-то вроде «он уже готов». — Поздравляю Вас, Годжо-сан, — все еще загадочно улыбаясь, оповестил доктор Гето. — Лечение вам пока что не требуется. Сатору не сразу понял, что к нему обращаются, и какое-то время еще таращился на него с высунутым языком. — Вас что-то еще беспокоит? — мужчина бросил едва заметный, почти неуловимый взгляд на брюки Годжо. Но Сатору заметил и весь залился краской. Парень стыдливо потянул края рубашки, стараясь прикрыть недвусмысленно выпирающий бугорок. Какой позор, так перевозбудиться на приеме врача. — Н-нет, совсем нет, — Сатору наконец опомнился, отвел глаза и невнятно бормотал себе под нос. — Как же так? Я не могу отпустить пациента неудовлетворенным, — Сугуру нависал все ближе, казалось, его горячее дыхание нещадно прожигает чувствительную кожу Сатору. — Я же не просто стоматолог, я, в первую очередь, врач, так что могу осмотреть вас полностью, а у Сузуму такие нежные руки, вот увидите, как ловко она расправляется с пациентами. В этот момент тонкие пальцы девушки едва заметно провели по низу живота, слегка касаясь кожи. От этого легкого движения Сатору шумно вздохнул, ощущая как нетерпеливо вздрагивает его член. Сугуру, в это время, избавившись от перчаток, провел пальцем по раскрасневшимся губам пациента, перехватывая его участившееся дыхание. Сатору вновь инстинктивно открыл рот навстречу этому прикосновению, давая немое согласие на все дальнейшие действия. Годжо окончательно сдался на волю свирепым хищникам, отчетливо осознавая, что не сможет взять инициативу, впрочем он не был этим слишком расстроен. Парень первый раз в жизни подумал, что ему приятно потерять контроль над ситуацией, позволить таким манящим, возможно даже жестоким рукам делать с ним все, что вздумается. Собрать мысли воедино более не представлялось возможным, и Сатору, словно в глубоком трансе, молил о продолжении. Хотел почувствовать эти пальцы везде… — Давайте переместимся в более подходящее место… — эту фразу Сатору почти простонал, глядя на невероятного врача и не менее сногсшибательную медсестру. Сугуру был более чем удовлетворен таким ответом — Люба, отмени ближайшие записи! — небрежно крикнул врач девушке за стойкой. — Вы куда? — удивленно спросила она, уже представляя, как ей придется оправдываться перед посетителями. — В ординаторскую! — бросил напоследок Сугуру, уже отвернувшись. — В ОРДИНАТОРСКУЮ?! — не успела девушка договорить весь свой возмущенный комментарий, как дверь со свистом захлопнулась за спинами медперсонала. В помещении было непривычно темно, плотно закрытые жалюзи не давали пробраться солнечному свету внутрь. После ярких ламп врачебного кабинета, глаза не могли быстро адаптироваться, поэтому Сатору пришлось доверится окружившим его рукам, не зная откуда ждать следующего прикосновения. Тонкое запястье медсестры — Сузуму — тянуло его вглубь ординаторской, в то время как Сугуру слегка напористо подталкивал его в спину. Сатору, все еще слегка ошарашенный и очень послушный, вздрогнул, когда его руку рывком дернули вниз, усаживая на диван. Глаза понемногу привыкали к темноте помещения для персонала, и теперь он мог разглядеть тонкие губы Сузуму так близко, что дыхание еще больше сбивалось. Еще мгновение, и девушка жадно впилась в его губы, обхватив руками его затылок, запуская аккуратные пальцы в белоснежные волосы. Парень дрожал, ощущая, как вставший член теперь нервно подрагивает каждый раз, когда горячая медсестра умело переплетает их языки, пошло углубляя поцелуй. Годжо закрыл глаза, полностью «отдаваясь процессу». Лишь где-то на задворках его мозга стучало осознание, что руки он сейчас ощущает не только на своем затылке — Гето настойчиво оглаживает его грудь, запуская руки под рубашку, все старательнее спускаясь вниз, расстегивает его брюки. Медсестра отстранилась. Сатору не видел, но чувствовал, как тонкая струйка слюны тянется от его губ к ее. Грудь лихорадочно вздымалась, Сатору до жути хотелось вновь прикоснуться к нежным тонким губам. Он подался вперед, но вдруг сильная рука ухватила его челюсть, поворачивая в другую сторону. Снова эти губы… Снова горячий язык настойчиво и пошло вылизывает его рот. Крышу сносило от каждого вздоха, от каждого движения рук, помогающих избавиться от одежды, по собственному телу. Годжо запустил пальцы в длинные черные волосы, переплетая и слегка оттягивая. — Су… Сузуму?.. — выдохнул он прямо в поцелуй. — Не угадал, зайчик, — бархатный насмешливый низкий голос донесся до ничего не понимающего Сатору. Теперь он полностью осознал, что целует уже не медсестру, а ее горячего брата, который теперь настойчиво укладывал его на спину и торопливо расстегивал его рубашку. Поцелуями Гето спускался все ниже: размашисто провел языком по шее, скользнул по груди, слегка несдержанно прикусив соски, отчего Годжо протяжно простонал. Теперь его пылкие поцелуи чередовались с разгоряченными укусами, от которых на нежной молочной коже Годжо оставались ярко-красные отметины. — Агх… да… — Сатору задохнулся в стоне, когда зубы Гето впились в его бок. Пальцем врач чувственно провел по его дрожащему члену через его брюки. — Ты уже так завелся… — протянул Сугуру, все еще дразнящими движениями прикасаясь к нему. Не успел Годжо вскинуть голову и промямлить что-то в ответ, как медсестра перебила его: — Поработаешь для меня ротиком, малыш? Не снимая медицинского халата, Сузуму встала на колени прямо перед лицом Годжо. Она распустила свой пучок, и теперь копна шелковистых черных волос элегантно струилась по плечам. И без того короткая форма задралась, оголяя нежные бедра. Тугая резинка черных капроновых чулок плотно сжимала упругие ляжки. Сатору скользнул взглядом выше. На ней не было трусиков. Когда только успела снять? А может, она вообще изначально без них была? Горячая медсестра ходит на работу без нижнего белья… Девушка придвинулась ближе и грациозно опустилась на лицо. Сатору непроизвольно высунул язык, желая поскорее попробовать нежную плоть. Солоноватый привкус смешивался с собственной слюной. Влажным языком он обводил клитор, кончиком языка вел вверх и вниз. Девушка напоминала по вкусу белое сухое вино, и это буквально опьяняло парня. — Хороший мальчик, — Сузуму потрепала Годжо по волосам, убирая со лба непослушные пряди. — Вылижи хорошенько, щеночек. Сатору смотрел снизу вверх, обхватывая мягкие бедра, притягивал еще ближе, оставляя красные отметины от пальцев. Сузуму расстегнула верхние пуговицы халата, освобождая пышную грудь. Положила руки парня сверху. Сатору осторожно, пробным движением, сжал мягкие груди. Большими пальцами провел по затвердевшим соскам. Девушка продолжала грубо трахать его лицо, перенеся весь вес, плотно прижалась к языку. Воздуха становилось все меньше, когда языком Сатору торопливо обводил ее клитор, иногда останавливаясь, плотно смыкал губы на ее чувствительных точках. Брюки неприятно сжимали собственный член, который возбужденно пульсировал, требуя внимания. Годжо издал протяжный стон, когда чужие пальцы провели по разгоряченной плоти сквозь одежду, мягко надавив, слегка потерли чувствительное место. Сугуру рывком стянул с него злополучные брюки, наконец оголяя член, так сильно требующий разрядки. Бедра возбужденно двигались, влажный налитый кровью член прилип к бледному впалому животу, тело предательски нетерпеливо дрожало. Гето же не спешил давать желаемое. Мокрыми поцелуями он покрывал внутреннюю сторону бедра, прикусывал тонкую кожу, а затем зализывал место укуса, как бы извиняясь, проводил языком по нижней части живота, касаясь лобка, отчего мышцы Сатору нервно сокращались, обжигал горячим дыханием головку члена, но не прикасался к ней, намеренно дразнил, сводя с ума. Годжо возбужденно вздрагивал от каждого нового прикосновения. Собственные движения теперь стали смазанными и медленными, ведь Годжо, словно в трансе, выгибал бедра навстречу пылким ласкам Гето, то и дело отвлекаясь от такой влажной киски на его лице. Рывком Сузуму схватила его за взмокшие волосы и задрала голову вверх. Сатору затуманенным от возбуждения взором смотрел мимо девушки. Заставляя обратить на себя внимание, она звонко шлепнула его по лицу и сжала раскрасневшиеся влажные щеки, притягивая его ближе. — Старайся лучше, сучка, — стальным голосом приказала девушка. Сатору быстро закивал, умоляя ее скорее вернуться на место. Парень вновь впился языком в ее клитор, как только девушка снова плотно прижала его к дивану. Сначала размашистым движением провел по ней языком, затем немного ускорил темп, слушая ее учащенное дыхание, плавно перетекающее в томные стоны. Теперь он проникал языком внутрь, лаская нежные стенки, пока Сузуму терлась о его лицо. Сатору сжал ее бедра, оставляя отметины от жадных пальцев. Белобрысый вновь вздрогнул, когда ощутил, что его член тоже не оставили без внимания. Сугуру широким движением языка провел по красной головке, собирая капельки выступившей смазки. Мужчина двигался издевательски медленно, не торопясь доставить Годжо то долгожданное удовольствие, и лишь игриво посасывал головку. Сатору окончательно перестал осознавать происходящее, когда мокрый и горячий рот врача наконец принял его полностью. Гето умело двигал головой, чередуя глубокие мокрые толчки с совершенно незначительными и нежными поглаживаниями головки языком. Парень, забывшись, мог лишь распутно стонать, особенно когда сильные руки Гето настойчиво удерживали его за ноги, раздвигая бедра. Годжо подавался вперед, приближаясь к самому пику удовольствия и в то же время лихорадочно проводил языком по киске медсестры. Сугуру резко остановился, оставив Сатору одного сгорать от желания. Сильно схватил за бедра, прижал к дивану, не давая толкаться глубже. — Тише, тише, — мягко прошептал Сугуру, сжимая член парня у основания, — неприлично вот так просто кончать в рот своему лечащему врачу, я уверен, ты сможешь и дольше продержаться. Ловкие пальцы врача обводили бедра Годжо, теперь намеренно игнорируя его член. Заметив, как белобрысый вздрагивает и выгибается от каждого недолгого прикосновения к его мокрым от слюны яичкам, Гето уделил больше внимания этому месту, слегка надавливая и поглаживая. Конечности трясло от напряжения, бедра непроизвольно выгибались вверх, требуя внимания. Хотелось просить, умолять, как самая конченная шлюха, но пока его рот жадно трахали, он мог лишь жалобно скулить. Сатору чувствовал, как девушка сверху сильнее задрожала и начала быстрее двигать бедрами. Парень сильнее сжал ее грудь, тер соски подушечками пальцев. Девушка стонала и извивалась, приближаясь к пику удовольствия. Сатору еле успевал следить взглядом за ее лихорадочными отрывистыми движениями. Разглядел лишь, как девушка запрокинула голову, вытянула изящную шею, а ее сногсшибательные длинные черные волосы покачивались в такт движениям. Она тряслась и сжимала бедра так сильно, что Сатору едва не задохнулся. Он чувствовал языком, как после сильного оргазма сжимается ее мокрая дырочка. Сузуму осторожно поднялась. Сатору придерживал ее за руку, ведь ноги девушки сильно тряслись. Она спустилась чуть ниже, устраиваясь на его груди, плотно прижимаясь к разгоряченной коже. Не успел Годжо опомниться, как увидел силуэт Сугуру. Он одним движением руки стянул с волос резинку и слегка встряхнул головой, заставляя длинные волосы рассыпаться по широким плечам. Врач тоже избавился от своих брюк и теперь опустился рядом с ним на колени. Его расстегнутая рубашка открывала рельефные мышцы груди, все еще под медицинским халатом. Сатору не удержался и взметнул руку вверх, неразборчиво поглаживая его торс. Сугуру тоже ответил лаской, рывком нагнулся и притянул белобрысого в мокрый бесстыдный поцелуй. Сугуру запускал язык глубоко, заставляя парня на диване похотливо стонать прямо ему в рот, но в то же время удерживал его челюсть мощной хваткой, не давая сдвинуться с места. В его движениях так гармонично сочетались ласка и грубость, что у Сатору все плыло перед глазами от этих незабываемых образов. Гето отстранился. Сатору все продолжал, словно завороженный, поглаживать мышцы его живота, проводя пальцами по нежной дорожке черных волос от пупка до лобка. Чувствовал, как мышцы врача напрягаются, а, казалось бы, бесстрастное лицо, искажается в извращенной улыбке. Теперь Годжо мог рассмотреть его красивый член, который уже, как раз кстати, оказался перед его лицом. Со слегка красноватой головки вязко стекала смазка. Сатору вновь открыл рот. Ему нравилась принимать все, что эти двое готовы ему предложить. Парень покорно высунул язык и уже был готов почувствовать его у себя во рту, как вдруг на щеку упал слегка грубоватый удар — Гето игриво хлестнул его по щеке пенисом, оставляя заметный красный след на белоснежной коже и мокрое пятно. Сатору нетерпеливо скулил, когда Гето проводил пульсирующей головкой по его губам, не торопясь вставлять, все еще играя с ним. Хотелось поскорее почувствовать горячий член во рту, но когда Сугуру наконец вставил, Годжо заскулил еще больше. Член сразу вошел на всю длину, грубо упираясь в горло, отчего парень закашлялся и хотел отпрянуть, однако его затылок удерживала сильная рука. На глазах выступили слезы, и Сугуру тут же протянул к нему руку, чтобы их утереть. — Ну чего ты, Сатору? — Сугуру обращался к нему так томно и ласково, а затем легким движением потрепал по щеке. Взглянув вверх, Годжо заметил снисходительное выражение на его лице. — Я знаю, ты можешь лучше. Я ведь видел твой ротик, ты так хорошо открывал его на приеме. Расслабься и возьми поглубже для меня. Сатору послушно закивал, не выпуская член изо рта. Он старался как мог брать глубже, когда Гето начал двигаться, сначала медленно, а затем ускоряя темп. Глаза слегка закатились, а по щекам вязко стекала слюна. — Хороший мальчик, — Годжо ощутил, как аккуратная ладонь Сузуму похлопала его по щеке. Девушка непринужденно и бархатисто рассмеялась, когда в ответ Годжо лишь что-то неразборчиво простонал, и принялась ласкать его грудь — покрывала поцелуями, с нажимом проводила ногтями, оставляя длинные красные полосы, кусала его, не оставляя без внимания и соски. Она прогнулась в спине, изящно приподняла бедра и начала медленно сползать вниз, пошло вылизывая будто бы каждый сантиметр его тела. Наконец она добралась до изнывающего члена. Девушка слегка приоткрыла рот, опаляя мокрую головку горячим дыханием. Сатору протяжно застонал, отчего вибрация прокатилась по члену Сугуру, заставляя мужчину возбуждено наращивать темп. Сузуму наконец наигралась с головкой его члена и немного приподнялась. Сатору прогнулся и задвигал бедрами быстрее, когда девушка, взяв в руки свои внушительные груди, свела их вместе и просунула между ними его член. Тонкие губы изогнулись в похотливой улыбке, когда она торопливо поднимала и опускала грудную клетку, доставляя парню удовольствие, усердно натирая его член между своих грудей. Все в голове Сатору плавилось и сливалось в один неразборчивый ком из хлюпающих звуков, бархатных голосов, иногда обращающихся к нему, и собственных затраханных стонов. Низ живота горел огнем, когда член Годжо влажно скользил между сисек Сузуму. Она сжала его между своих грудей, чувственно мастурбируя, пока языком ловко играла с головкой. Медсестра то игриво лизала уздечку, то касалась только самым кончиком, обводила вокруг, собирая капельки смазки. Сатору сходил с ума от этих острых ощущений, от пышных грудей, плотно сжимающих его, от толстого члена, растягивающего его гортань. Он разгоряченно выгибался, подставляясь под каждое прикосновение. Сугуру небрежно потрепал его за волосы, возвращая рассеянное внимание к себе, сжал руку на затылке, толкая голову, стараясь насадить глубже. Переместил руку на шею, провел большим пальцем по всей длине, обвел кадык, а затем сжал так, чтобы гортань еще теснее обхватила его член, чтобы Сатору почувствовал насколько он глубоко. — Ты же проглотишь все до последней капли? Сатору судорожно закивал. Еще плотнее усткувшись носом в лобок, он вдыхал запах Сугуру. Сейчас вся его вселенная сузилась до этого аромата, до этого члена. И Годжо этого хотел. Хотел исполнить любой приказ. Хотел, чтобы его глотку использовали, заполняя до краев. Через пару глубоких и несдержанных толчков он ощутил, как горячая сперма заливается ему в рот. Парень старался торопливо сглатывать, однако все же подавился, смыкая горло еще плотнее на члене своего врача. Годжо все еще кашлял, когда Гето вытащил. Слюна, смешанная со спермой, вязко тянулась от языка к члену. — Ты такой послушный, — удовлетворенно промурчал Сугуру. Он наклонился ближе к его лицу. Смотря в красные, заплаканные глаза, Сугуру собрал большим пальцем остатки спермы, растекшейся по губам, чуть надавил, заставляя вновь открыть рот. Сатору, как и обещал, слизал все до последней капли. Сузуму чувствовала, что парень уже близко. Она обхватила теплой ладонью его член, теперь совершенно не сдерживаясь двигала рукой, все настойчивее лаская головку. Сугуру удовлетворенно глядел на его трясущееся тело, на полузакатанные глаза, на раскрасневшееся лицо, в котором ни капли осмысленности. Мужчина усмехнулся, ведь от такого прекрасного вида член, только что получивший разрядку, вновь начинал понемногу твердеть. Он прильнул ближе, уткнулся носом во взмокшие белоснежные пряди и… — Кончай. Сатору трясся и извивался на диване. Мягкий шепот в его ухо напрягал каждый нерв, но в то же время расслаблял так, как ничто до этого не расслабляло. Сатору потянулся к губам, чтобы получить поцелуй — награду за свое хорошее поведение. Гето благосклонно притянул его ближе, глубоко запустил язык, сначала очерчивая ряд зубов, а затем проводил по небу, благодарно лаская этот распутный ротик. И Сатору кончал, изливался на грудь прекрасной медсестры, взметнув заплаканные глаза на довольного врача. Годжо тяжело дышал, глядя в темный потолок ординаторской широко распахнутыми глазами. Все сейчас казалось нереальным, так, словно он случайно провалился в какое-то параллельное секс-измерение. Однако выбираться из него крайне не хотелось… Сатору неловко повернул голову, рассматривая две длинноволосые фигуры в темноте. Сузуму наконец избавилась от медицинского халата, и теперь медленно, немного завороженно, вытирала сперму со своей груди. Сугуру же в это время рылся в ящике. Годжо всмотрелся пристальнее и разглядел, что с его лица все не сходит эта игривая, слегка загадочная улыбка. Сатору поднял корпус и сел, неловко озирался. И все же его немного пугало, что они так резко замолчали. Хотя что тут сказать?.. Он уже было порывался встать, как вдруг крепкие руки ухватили его грудь и притянули к себе. — Ну куда же ты, Сатору? — Гето устроился рядом с ним на диване, притягивая ближе, снова недвусмысленно оглаживая его, останавливаясь подольше на чувствительных сосках. — Неужели уже наигрался. — Я… ну… — голова Годжо шла кругом от всех пережитых эмоций. — Я… Не успел он ответить, как Сугуру настойчиво ухватил волосы на затылке и притянул его в поцелуй. Не такой дикий и необузданный, как в первый раз, более глубокий и чувственный. Гето вылизывал его рот своим языком и сводил с ума прикосновениями — руки теперь скользнули ниже, задержавшись лишь на талии, немного ее сжав, а затем вновь принялись несдержанно прикасаться к бедрам. — Мне кажется, что твой член против того, чтобы ты уходил, — прошептал Гето, слегка оторвавшись от его губ, аккуратно размазывая по головке его члена остатки спермы и вновь выделившуюся смазку. — И правда, Сатору, — теперь до него донесся не менее соблазнительный голос медсестры. Она устроилась на коленях слева от него. — Побудь с нами еще немного, — девушка приблизилась и впилась в его губы своими, сначала немного прикусывая, но сразу же ласково зализывая. — Если будешь хорошим мальчиком, я сяду на тебя сверху, — она подмигнула и выпрямилась, теперь подставляя округлую мягкую сисечку к его рту. Сатору не нужно было повторять дважды. Он быстро прильнул к набухшему соску, послушно глядя в ее раскосые глаза. Годжо все прокручивал в голове тот незабываемый образ, когда ее прекрасное лицо исказилось в самой жгучей похоти, пока она кончала, сидя у него на лице. Поэтому сейчас парень проводил по ней языком нежно, слегка причмокивая, ведь снова хотел поскорее увидеть ее такой. — Ты так старался для нас, — Сугуру теперь занялся его членом, поглаживая и аккуратно мастурбируя, не спеша наращивать темп. — Мы тоже о тебе позаботимся, — последнее слово врач томно прошептал и ухмыльнулся. Сатору вздрогнул, когда умелые пальцы врача скользнули к его отверстию, и принялись растирать слюну, иногда чуть сильнее надавливая, и неглубоко проникали внутрь. Инстинктивно хотелось сжаться от новых ощущений, однако вторая рука Гето легла на внутреннюю сторону его бедра и требовательно похлопала. — Раздвинь ножки пошире для меня, — он наклонился ближе, размашисто провел языком по шее белобрысого и оставил на ней несколько пылкий и острых поцелуев. Длинные пальцы медленно ласкали Сатору внутри, пока тот старательно вылизывал грудь медсестры, теперь, однако, часто промазывая мимо такого упругого соска, ведь почти все в сознании вытесняли пылкие ощущения внизу. Гето добавил второй палец, растягивая, поочередно надавливал на нежные стенки. Дразнил, то почти полность доставал пальцы, то резко вставлял на всю длину. От одной мысли, что он может вставить туда свой красивый член, все перед глазами застилала непроглядная пелена предвкушения. Сатору, не зная, куда деть руки, обхватил одной сидящую по правую сторону медсестру, провел по спине, которая выгибалась от его прикосновений, а затем ухватился за упругую задницу, слегка оттягивая ягодицу. Парень несколько раз несдержанно шлепнул по ней, пока девушка рывком не ухватила его за волосы и повернула раскрасневшееся лицо к себе. — Ты ведь так хорошо себя вел, — девушка наклонилась ближе, свела брови в слегка недовольном выражении и хлестнула белобрысого по щеке, не слишком сильно, но достаточно, чтобы парень испуганно выпучился на нее. — Или тебя все-таки нужно наказать? — прошептала она, теперь уже с легкой улыбкой. Сатору замотал головой, боясь, что сейчас они оба передумают «играть» с ним. Сам же он уже остановиться не мог, ведь вновь был возбужден до предела. — Нет… Нет… Я… — Сатору задыхался на каждом слове. Гето остановился, а затем согнул пальцы под нужным углом, чтобы точно задеть простату, заставляя Годжо почувствовать, что он полностью в его власти. Сатору словно прошибло током. Он изогнулся издав протяжный стон. — Извинись перед ней, — Сугуру взметнул на него серьезный взгляд. — Ты ведь знаешь как? — мужчина перестал двигать пальцами, почти вытаскивая. Сатору потянулся к нему и рывком дернул его за руку. — Да… Я… — Годжо никак не мог сформулировать свои мысли, — ты только… не останавливайся… прошу… Не дожидаясь ответа врача, парень откинулся обратно на спинку дивана и принялся настойчиво вылизывать соски Сузуму. Руку теперь он просунул вниз и начал мастурбировать ей. Он мягко провел от дырочки до клитора, смачивая пальцы в ее сладкой смазке. Мягкими круговыми движениями подушечек, сначала не наращивая темп, проводил по слегка набухшему возбужденному клитору. Чувствуя, как девушка начала отвечать на его прикосновения, ерзая на его пальцах, Сатору начал двигаться быстрее. Теперь он чуть сильнее надавливая, тер ее чувствительное местечко. — Так-то лучше, — томно прошептала она, устроившись головой на его плече. — Хороший мальчик, — она поглаживала растрепанные белоснежные пряди. Два пальца легко проскользнули внутрь. Годжо почувствовал, как горячие мягкие стенки сжимаются вокруг него. Девушка сдавленно застонала, опаляя ухо горячим дыханием. Чувствуя как влажная киска пульсирует под его пальцами, парень наращивал темп. Он старательно сгибал пальцы, стараясь надавливать на самую чувствительную точку. Медсестра продолжала тереться о его ладонь, пока он двигался внутри. Теперь ее смазка стекала по ногам и по запястью Годжо. Сугуру удовлетворенно хмыкнул. Он, как и просил Сатору, вернул пальцы, на сей раз добавляя еще и третий, хорошенько растягивая парня под себя. Годжо, как один сплошной оголенный нерв, отзывчиво отвечал на каждое прикосновение. Возбужденные всхлипы и сбитое дыхание перемешались, пока парень извивался на пальцах Гето. С его губ неразборчиво слетали тихие мольбы. Он плавился от каждого касания ловких рук, желая, чтобы они не останавливались. Сугуру благосклонно наращивал темп, теперь не просто растягивая, а уже по-настоящему трахая его пальцами. Сатору больше не мог терпеть. Все казалось насколько удушающе возбуждающим, что хотелось вновь обкончаться. Эта парочка будила в нем какие-то первобытные, самые дикие инстинкты. Парень слегка запрокинул голову и простонал: — Я очень хочу кончить, пожалуйста… — глаза нещадно слезились, а сбитое дыхание не давало нормально составить предложение, — пожалуйста, трахните меня. Уже через мгновение он ощутил пустоту внутри — Сугуру вытащил из него пальцы, поднялся с колен и устроился рядом с ним на диване. Сатору хотел уже было прикоснуться хищной рукой к его прекрасному налитому кровью члену, как вдруг длинноволосый врач схватил его за запястье и потянул на себя. Годжо ничего не оставалось, кроме как двинуться к нему. Гето усаживал его на свои колени, спиной к себе. Короткий взгляд, который Сатору бросил через спину, обернулся страстным и глубоким поцелуем. Он запускал язык в рот Сугуру, не желая останавливаться ни на минуту, ведь каждое их прикосновение заставляло член нервно и возбужденно пульсировать. Еще сильнее начал гореть низ живота, когда Сузуму подошла к нему спереди, едва ощутимо прикоснулась к головке его члена, а затем впилась губами в длинную шею, слегка прикусывая, мгновенно оставляя алые пятна засосов. Она осторожно и нежно раскатывала презерватив по его члену. Вмиг Сатору опомнился и оторвался от поцелуя. Он почувствовал, как Гето тоже торопливо двигает рукой, пытаясь открыть упаковку презерватива и надеть его на себя. — А можно… ну… без него… — Годжо, залитый краской, повернулся к нему, однако слегка виновато опустил глаза. Сугуру взметнул на него немного удивленный, но все еще нежный и заботливый взгляд. — Я просто хочу почувствовать… Как ты наполнишь меня… — Хорошо, — врач наконец улыбнулся, откинув злополучную упаковку в сторону. Сатору вскрикнул несдержанно, когда его ягодицы подхватили мощные руки, опуская вниз, усаживая по-удобней на челне. Гето подхватил его ноги под колени и раздвинул их на максимум, придавая парню самую развратную позу. Полностью раскрытый, полностью в их власти. Чувствительная головка задевала собственный живот, пачкая липкой смазкой. Парень слегка поморщился от растяжения, такого сильного, но сладкого, по-особому приятного, медленно перетекающего в наслаждение. Прежде чем начать двигаться по-настоящему, Сугуру несколько раз поерзал, чтобы член вошел под самым удобным углом. Найдя позицию, в которой Годжо закатывает глаза и стонет еще бесстыднее, он начал постепенно ускорять темп. Все перед глазами Годжо теперь закрывала пелена выступивших от запретного удовольствия слез. Член Сугуру двигался в нем так глубоко и правильно, что хотелось самому нетерпеливо на него насаживаться, однако мужчина крепко удерживал его бедра, чтобы его «хороший мальчик» не торопился получить все удовольствие сразу. И как бы Годжо не хотелось двигаться отрывисто и лихорадочно, где-то в глубине своей распущенной души он осознавал, что так гораздо приятнее. Он перестал без конца оглядываться на безупречное, слегка искаженное гримасой похоти лицо своего врача, только когда Сузуму вскарабкалась на него сверху, мастурбируя его член, готовилась присесть на него. — Ты же справишься с нами двумя, малыш? — она игриво улыбнулась и потянулась к его губам. Годжо потянулся в ответ, желая поскорее раствориться в бесконечном пошлом поцелуе с ней. Однако сомкнуть их губы она позволила только тогда, когда полностью села на его член. Все в сознании Сатору полыхало. Горячие стенки влагалища сильнее сжались вокруг его члена, и парень издал несдержанный стон прямо в поцелуй. Теперь Сугуру задавал темп снизу, направляя бедра Годжо то вверх, то вниз, а Сузуму насаживалась сверху, запрокидывая голову и нежно скользя мокрой киской по его члену. Сатору только и оставалось, что наблюдать, будто бы издалека, как они используют его тело, ведь сознание грозилось покинуть его в любую минуту. Одну руку парень перекинул через плечо врача, чтобы удержать равновесие, а свободной теперь грубо сжимал грудь медсестры, которая скакала на нем все быстрее и глубже. Глаза смогли сфокусироваться на ее твердом соске, и Сатору потянулся, чтобы размашисто провести по нему языком. Уже не соображал, сколько проходит времени, где он находится, как сильно затекли колени и как громко и бесцеремонно он стонет. Он слюнявил ладонь Сугуру, что теперь плотно сжимала его рот, призывая быть потише. Чем больше Годжо сам двигал бедрами, тем отчетливее понимал, как близок он к разрядке. — Я… я… Больше не могу… — Сатору простонал, задыхаясь в собственных отрывистых стонах. — Кончу щас… Агх… Сузуму взглянула на него немного расстроенно, однако приподняла бедра. Член с хлюпающем звуком выскользнул из нее, отчего оба вздрогнули. Девушка обхватила рукой его член, торопливо добивая последние секунды до оргазма. Сугуру же подхватил его под колени, удерживая на весу, вставляя еще глубже. Головка его члена сладко терла простату, а рука надавила на живот так, чтобы Гето чувствовал, как он двигается внутри, чтобы стимулировать Сатору еще сильнее, усиливая ощущения от проникновения. Пальцы другой руки он грубо вогнал в рот парню, заглушая уже совсем неконтролируемые предоргазменные стоны. Ноги Годжо тряслись. Сперма теперь сильно оттягивала надетый на него презерватив. Сугуру тоже вышел из него, опустив ослабшее потрясывающееся тело на диван. Сатору хоть и получил долгожданную разрядку, однако ему было стыдно, что он кончил быстрее всех. Он уже было порывался сказать что-то едва ли внятное, как вдруг доктор Гето рывком перевернул его на живот, и подхватил бедра, приподнимая. — Так не пойдет, — протянул мужчина. Его шелковистый голос так сильно контрастировал с ловким и отрывистым ударом — он шлепнул белобрысого по взмокшей заднице, выбивая очередной затраханный стон. — Тебя ведь предупреждали, что накажут, если будешь плохим мальчиком, — снова удар, такой хлесткий, что Годжо заскулил и уткнулся головой в мягкий диван. Сугуру продолжал настойчиво шлепать его, пока на упругой белоснежной коже не остались яркие отметины. — Продолжим, котенок? — Сузуму придвинулась к его залитому потом и слезами лицу. Сатору вскинул голову и возбужденно закивал, уже высовывая язык, чтобы вновь сделать ей приятно. За это, вместо шлепка по заднице, он получил нежное осторожное поглаживание. Сугуру закончил с «наказанием» для провинившегося пациента, и теперь вновь готовился войти в него. Годжо теперь еще старательнее, чем прежде, работал языком, вылизывая киску Сузуму. Его пальцы тряслись от недавнего оргазма, но он все равно старался вставить их в ее мокрое лоно. Девушка извивалась от лихорадочных, слегка смазанных, но все еще животно-приятных ощущений, которые ей доставлял белобрысый парень, уткнувшись лицом ей между ног. Сатору почувствовал, как в задницу на полную длину вошел член Сугуру. Он хорошо растянут, и сейчас его быстрое и жесткое скольжение не вызывало ни малейших отголосков боли. Только сладкие вибрации внизу живота заставляли мозг плавиться. — Молодец… агх… Сатору, ты такой молодец… — Гето наклонился чуть ниже, поглаживал его спину, насмешливо шептал свои обжигающие речи и, в то же время, с силой удерживал его затылок, чтобы парень ни в коем случае не отвлекался и продолжал удовлетворять медсестру своим ротиком. Сатору и не заметил, как его член снова встал. Он совсем недавно кончил, поэтому новая волна возбуждения сладко, но болезненно разлилась по телу. Он чувствовал слишком сильно, почти невыносимо, на грани с безумием, но он не просил остановиться, наоборот все активнее подмахивал бедрами в такт движений Сугуру. А он с каждым толчком наращивал темп, движения становились все более резкими и глубокими. Бедра Сугуру громко шлепались о Сатору, заставляя белобрысого вздрагивать и громко всхлипывать. Сейчас он по последней клетки своего тела был их сучкой. Сатору казалось, что он сейчас одновременно горит в адском пламени похоти и преисполняется от райского наслаждения. Ноги непослушно разъезжались все шире и шире, если бы сильные руки не удерживали его задницу, Сатору бы рухнул на диван. Толчок еще глубже. Сугуру крепко сжал его бедра, изливаясь глубоко внутрь. Воздуха стало не хватать. Сузуму вновь почти душила его бедрами, кончая, запрокинув голову. Он чувствовал языком, как сжимается тугая киска медсестры. Сатору вновь кончал, даже не притронувшись к себе. Кончал от ощущения заполненности. Кончал от удушения. Кончал от полной потери контроля, пачкая собственный живот и диван под собой. Чувствительное тело дрожало, а бедра все еще пытались двигаться на встречу горячему члену. Сатору краем сознания чувствовал, как из глаз текут слезы и как пульсирует его затраханная дырочка, из которой по ногам вязко стекает сперма. Медсестра нежно уложила его голову на свои мягкие бедра. И парень таял, когда ее нежная и изящная рука путалась в волосах, а теплая и сильная рука врача поглаживала его спину. Было так хорошо, что хотелось навсегда остаться в их противоречивых объятиях…

***

Сатору толком не помнил, как оделся. Помнил только, как сильные руки Гето-сана вытирали салфеткой его берда, пока ловкие пальцы медсестры Сузуму помогали ему застегнуть рубашку. Он лишь неловко глянул на девушку на ресепшене, боясь, что если задержит взгляд, то вмиг выдаст все свои «секреты». Мысль о том, что в этой маленькой клинике, наверное, все итак слышали его «похождения», Сатору гнал подальше. Парень подхватил свою куртку с вешалки и торопливо зашагал к дверям, надеясь, что его страховка покроет сегодняшнее «лечение» и доплачивать ничего будет не нужно. Сейчас ему было стыдно. За то, что стоя в темной ординаторской, он не нашел в себе смелости обернуться и сказать что-то более стоящее, чем неловкое «До свидания…» Парень уже хотел было толкнуть стеклянную дверь и покинуть загадочную клинику, как вдруг… — Годжо-сан! Голос позади заставил парня замереть на месте и слегка нервно сглотнуть. Интонация совсем не та, что пару минут назад приказывала ему быть хорошим мальчиком, однако в голосе медсестры Сузуму все еще проскальзывала та острота, которую парень приметил с самой первой минуты их встречи. Годжо обернулся. Медсестра спешила к нему, стуча каблуками своих красных туфель по светлому вестибюлю. Сатору чувствовал, как по щекам разливаются краски смущения от одного ее вида: конечно, девушка была одета (и это теперь казалось Годжо ужасно непривычным), однако, если присмотреться получше, можно было разглядеть, что халат она застегнула не на те пуговицы, видимо, слишком сильно торопилась. Да и того аккуратного пучка на ее голове больше не было — она лишь небрежно собрала верхние пряди на затылке, остальные волосы оставив распущенными. — Надеюсь… ах… Вам все понравилось на сегодняшнем приеме? — девушка слегка запыхалась и сейчас немного растерянно вцепилась пальцами в его плечо. — А… Да… Все хорошо, Гето-сан, — он тоже выдавил слегка вымученную улыбку, стараясь как мог отвести глаза от такого соблазнительного выреза на ее груди. — Тогда, вот, — Сузуму изогнула тонкие губы в уже привычной ухмылке и протянула Сатору небольшой листок, свернутый в несколько раз, — это мой номер, — казалось, Годжо впервые разглядел на ее лице отголоски смущения, когда она отвела взгляд и стала неловко дергать края своего неприлично короткого халата. — Может, вы захотите вновь встретиться… Со мной и моим братом, — медсестричка взметнула на него свой незабываемый взгляд и подмигнула.