friends?

Утро началось не с кофе, не с завтрака в постель, а с тяжести чужой руки, собственнически перекинутой через талию. Джиу открыла глаза, уставившись в стену, на которой плясали солнечные зайчики. Рядом мерно сопел Чонгук. Его горячее дыхание щекотало кожу на затылке, заставляя табун мурашек пробежаться по телу. Спать в обнимку для них было делом обыденным: после затяжных посиделок, общих пьянок или когда одному из них было паршиво. Это было безопасно. Это было привычно. Как старая растянутая, но до боли любимая толстовка, которую надеваешь, не задумываясь. Но сегодня все было не так. Джиу кожей чувствовала каждый сантиметр его тела, соприкасающийся с ее. Его грудь, прижатая к ее спине, казалась слишком широкой, рука — слишком тяжелой, а само его присутствие — избыточным. Между ними словно выросла невидимая, вибрирующая стена из электричества. Любое движение казалось потенциальным взрывом. Она осторожно, едва дыша, высвободилась из его хватки. Чонгук что-то недовольно проворчал себе под нос, мазнул рукой по пустому месту, где только что была девушка, и с глухим стоном перевалился на другой бок, зарываясь лицом в подушку. «Просто не выспалась. Просто гормоны. Просто... просто», — чеканила она про себя, закрываясь в ванной. Под струями прохладной воды наваждение немного отступило. Мысли переключились на работу. Сегодня предстоял тяжелый день: запуск рекламной кампании для нового бренда уличной одежды. Как СММ-менеджер, Джиу должна была контролировать все: от правильного падения света на моделях для «Reels» до сторис-репортажей с бэкстейджа. Ей нужно было проверить раскладку в сетке, согласовать правки с дизайнером и не забыть проследить, чтобы приглашенный блогер не выглядел в кадре как бревно. Выйдя из душа, Джиу обмоталась махровым полотенцем, которое едва прикрывало бедра. Волосы влажными прядями липли к плечам, оставляя мокрые дорожки. Она тихо, стараясь не шуметь, подошла к шкафу-купе. Одной рукой придерживая узел полотенца на груди, второй она начала лихорадочно перерывать стопки одежды. — Да где же эти чертовы джинсы... — бормотала она, вытягивая то одну, то другую вещь. — Неужели в стирке? Блять, только не сегодня... Она раздраженно дернула вешалку, и в этот момент ее взгляд зацепился за отражение в зеркальной дверце. Джиу замерла. Через стекло она увидела, что Чонгук больше не спит. Он лежал на спине, закинув одну руку за голову, и в открытую наблюдал за ней. Его взгляд — сонный, затуманенный, но непривычно прямой — медленно скользил по ее влажным плечам, ключицам и пальцам, вцепившимся в махровую ткань. Она резко обернулась, натыкаясь на него уже напрямую. — Давно не спишь? — голос подвел, прозвучав чуть выше обычного. — Только что проснулся, — ответил Чонгук. Его утренний голос был хриплым, глубоким и каким-то слишком... странным. Джиу нервно поправила полотенце, чувствуя, как оно опасно соскальзывает. — Ну, раз проснулся — вставай и уебывай, — она попыталась вернуть себе привычный едкий тон. Подойдя к кровати, резко содрала с него одеяло. — Давай-давай! Мне нужно собираться, я уже опаздываю. Чонгук недовольно застонал, щурясь от света, и попытался поймать край одеяла, но Джиу была быстрее. — Так собирайся, я-то че? — пробурчал он, подминая под себя подушку и даже не думая уходить. — Мне одеваться нужно, — она выразительно посмотрела на него, сложив руки на груди, от чего полотенце натянулось еще сильнее. — Я тут голая буду ходить, и не хочу смущать малыша Гуки. Чонгук медленно приподнялся на локтях. Его взгляд снова прошелся по ней — от кончиков мокрых волос до голых лодыжек. Он лениво закатил глаза, но в уголке губ спряталась едва заметная усмешка. — Ой, Джиу, че я там не видел, — бросил он, наконец вставая с кровати. Он прошел мимо нее так близко, что она почувствовала жар его тела, и лениво поплелся к выходу. — Приготовь завтрак! — крикнула она ему в догонку, прежде чем дверь захлопнулась с характерным щелчком. Как только она осталась одна, силы и здравый смысл будто покинули ее. Джиу встала столбом посреди комнаты, все еще сжимая края полотенца. Сердце колотилось в горле, щеки горели огнем, а кончики пальцев противно и мелко дрожали. Это не было раздражением. И это точно не было смущением. Это было глухое, тягучее желание, которое она так долго запирала в самый дальний угол своего сознания. — Так... — она зажмурилась, делая глубокий вдох-выдох. Еще раз. — Спокойно, Джиу. Ты просто хочешь трахаться. Обычная физиология. Тебе просто нужен секс, а Чонгук попал под горячую руку и оказался рядом вообще не вовремя. Она решительно выудила из шкафа белье, стараясь не смотреть на смятую постель, где еще пять минут назад было мужское тело. Лучшего друга. — Все нормально. Вечером скачаю «Tinder» или напишу тому парню из кофейни в доме напротив. С этими мыслями она начала быстро натягивать одежду, но ощущение его взгляда в зеркале все еще жгло кожу, сколько бы она ни пыталась убедить себя в обратном. Кухня встретила взъерошенную девушку запахом пластика от контейнеров с доставкой и ароматом сладкого кофе. Чонгук, как и ожидалось, «приготовил» завтрак, просто пару раз тыкнув в экран смартфона, пока Джиу сражалась с джинсами и собственным возбужденным телом. Они сидели друг напротив друга в полном молчании. Единственным звуком был мерный стук палочек о края коробок и агрессивный стук ногтей Джиу по экрану своего телефона. Лицо ее становилось все более мрачным с каждой секундой. Чонгук, лениво пережевывая круассан, не сводил с нее прищуренного взгляда. В какой-то момент его любопытство перевесило остатки такта. Он бесцеремонно вытянул шею, заглядывая в ее телефон, а затем снова посмотрел ей в глаза, изогнув бровь. — Че делаешь? Ты сейчас экран до дыр протрешь, — усмехнулся он. Джиу замерла, а затем с раздраженным выдохом шлепнула смартфоном о столешницу, откидывая его в сторону. — Зарегалась в «Тиндере», — отрезала она, подпирая подбородок рукой. — Слушай, Чон, это реально сейчас не актуально среди молодежи? Или у меня какие-то настройки сломались? Почему все анкеты, которые мне попадаются — это либо мужики за сорок с фотографиями на фоне ковра, либо те, кто ищет «серьезных отношений с порядочной девушкой»? Где нормальные люди?! Чонгук на мгновение застыл с палочками во рту, а затем откинулся на спинку стула, и кухню огласил его громкий, заливистый смех. — В «Тиндере»? — выдавил он сквозь хохот, вытирая выступившую слезу. — Серьезно, Джиу-я? Ты настолько отчаялась, что пошла в этот заповедник разведенных папаш? Гонишь? — Да нихера я не гоню! — она всплеснула руками, чувствуя, как раздражение закипает с новой силой. — Тебе-то хорошо, ты — «мировая звезда»! Стоит только пальцем щелкнуть, и к тебе очередь выстроится отсюда до Пусана. А я? Обычный СММ-щик, который живет на работе! Я знакомиться в реальной жизни не умею, у меня на это тупо времени нет. А секса, между прочим, хочется... Усмешка Чонгука стала чуть менее издевательской, но в глазах все еще плясали чертята. Он скрестил руки на груди, рассматривая раскрасневшуюся подругу так, словно видел ее впервые. — Секса, значит, хочется… — протянул он, понизив голос на октаву.  Он сделал паузу, многозначительно обводя взглядом кухню, а затем, словно между прочим, выдал: — Ну, слушай… Я завтра свободен, в принципе. График позволяет. Можем все провернуть быстро и качественно. По старой дружбе, так сказать. Чисто техническая помощь нуждающимся. Джиу, которая уже поднялась со стула, чтобы убрать пустой контейнер, замерла. Она медленно повернула голову, глядя на его самодовольную физиономию. Чонгук выглядел чертовски уверенным в себе, и эта его «шуточка» стала последней каплей в чаше ее утреннего терпения. Она сделала шаг к нему и отвесила звонкий, но не болезненный подзатыльник. — Придурошный, — закатила она глаза, пряча за этим жестом вспыхнувшее смущение. — Совсем что-ли?  Чонгук вжал голову в плечи, уворачиваясь от возможного второго удара, и снова расхохотался. Его смех — открытый и искренний — немного разрядил обстановку, но Джиу уже подхватила свою сумку, готовясь к выходу. — Я ушла! Помой посуду, «помощник» хренов, — бросила она, уже натягивая кроссовки в коридоре. — Ты подумай над предложением! — крикнул он ей вслед, продолжая улыбаться. — Пока я дела на вечер не нашел! Дверь захлопнулась. Джиу выскочила в подъезд, прислонившись спиной к холодной стене лифта. Сердце колотилось как сумасшедшее. — Просто секс, Джиу. Тебе просто нужен секс, — повторила она как мантру, пытаясь вытравить из памяти образ Чонгука, сидящего на ее кухне с голым торсом и этой невыносимой, раздражающей ухмылкой.

***

Рабочая рутина накрыла Джиу с головой, вытравливая из мыслей и утренние похотливые шутки, и наглую ухмылку лучшего друга, и даже провальные анкеты из «Тиндера». На съемочной площадке царил управляемый хаос: пахло разогретой техникой, лаком для волос и пережаренным кофе из автомата. Джиу сидела на низком складном стуле, вцепившись в смартфон и планшет одновременно. Вокруг суетились световики, переставляя громоздкие стойки, а стилисты в сотый раз поправляли худи на модели. — Стоп! — рявкнула Джиу, едва не подпрыгнув на месте. — Вы издеваетесь? Посмотрите! Она ткнула пальцем в экран монитора, где шел предпросмотр интервью для будущих сторис. — Свет падает так, будто у него под глазами не тени, а черные дыры. И посмотрите на петличку — она висит прямо поверх логотипа. Переснимаем. Прямо сейчас. Стафф засуетился еще активнее. Джиу чувствовала, как внутри все кипит от усталости и перфекционизма. Она знала, что ее сейчас ненавидят все — от оператора до курьера, привезшего обед, но ей было плевать. Охваты в «Инстаграме» не прощали кривого света и торчащих проводов. В этот момент, когда она была готова лично пойти и задушить световика кабелем, телефон в заднем кармане джинсов завибрировал. Чонгук: Ну че, как там тиндер? Нашла себе дедулю на белом коне с гандонами? Или мне все-таки бронировать время для тебя на завтра? Джиу почувствовала, как злость на мгновение отступила, а губы сами собой растянулись в улыбке. Это было так вовремя — этот его тупой, раздражающий, но такой родной юмор. Она быстро застучала пальцами по экрану. Джиу: Иди ты, Чон. Я лучше подрочу в таком случае. Ответ прилетел мгновенно. Чонгук: Ну, на дрочке далеко не уедешь, милая. Чонгук: Мы сегодня в караоке идем, за тобой заехать? Джиу закусила губу, глядя на часы. Впереди была еще пара часов монтажа «на коленке», публикация постов и утверждение финальных кадров. Спина болела, ноги гудели, и единственным логичным желанием было доползти до кровати и уснуть. Она уже начала печатать «Я пас, слишком устала...», как вдруг от парня пришло новое сообщение. Чонгук: Тэхен тоже идет. Джиу замерла, уставившись в строчку, рядом с которой стоял смайлик закатанных глаз. Усталость испарилась, словно ее и не было. Джиу: Я ЕДУ! Буду свободна через полтора часа! По ту сторону экрана Чонгук, сидевший в гримерке после репетиции, тяжело вздохнул и с силой цокнул языком. Он бросил телефон на диван и откинулся на спинку, глядя в потолок. — Дура... — пробормотал он, чувствуя, как внутри неприятно кольнуло. Он сам вкинул этот козырь, зная, что это сработает на сто процентов, но когда она ответила так мгновенно — без раздумий, без едких подколок, просто «я еду» — ему вдруг расхотелось идти в это чертово караоке. — Чонгук-а, ты чего такой кислый? — в комнату заглянул Хосок, поправляя кепку. — Поехали, последний раз прогоним и двигаем. — Да иду я, — буркнул Чонгук, неохотно поднимаясь. — Надо за Джиу заскочить будет еще. Он знал, что весь вечер будет наблюдать, как его лучшая подруга строит глазки его лучшему другу, и эта перспектива радовала его меньше всего на свете. А ведь утро начиналось так... многообещающе. Тем временем Джиу на площадке уже сменила гнев на милость. — Так, ребята, работаем быстренько! — скомандовала она с подозрительно бодрым энтузиазмом. — Нам нужно идеальное интервью за три дубля. Лесго! Теперь у нее была цель поважнее, чем идеальный свет. Ей нужно было успеть привести себя в порядок, чтобы не выглядеть рядом с Ким Тэхеном как помятый овощ на грани нервного срыва.

***

Когда Джиу рывком открыла пассажирскую дверь и запрыгнула в салон, ее тут же обдало прохладным воздухом кондиционера и запахом новой кожи. Чонгук сидел за рулем, по-хозяйски широко раскинув ноги и откинувшись на спинку кресла. Его пальцы лениво постукивали по кожаной оплетке руля, но как только Джиу оказалась внутри, он замер. Салон мгновенно заполнился ароматом ее духов — сладких, с нотками амбры и чего-то дерзкого. По плечам девушки рассыпались легкие волны волос, свежий макияж делал черты лица еще ярче, а губы, густо покрытые жирным блеском, влажно мерцали в свете приборной панели. Короткий топ и широкие джинсы на низкой посадке с рваными коленями подчеркивали ее тонкую талию так выразительно, что Чонгук на секунду забыл, как дышать. Все это для Тэхена? — Ты че так долго? — буркнул он, вместо комплимента, и резко тронулся с места, заставляя Джиу вжаться в сиденье. — Пришлось задержаться, — спокойно ответила она, защелкивая ремень безопасности и поправляя прядь волос. — А где все? — Где Тэхен, хотела сказать? — Чонгук выкрутил руль, выруливая на главную дорогу, и искоса глянул на нее. — Прямо так и спроси, че ты юлишь. — Ой, отстань, а, — Джиу закатила глаза, но тут же добавила тише: — И он тоже. — Они уже на месте, — отрезал Чонгук. Он резко крутанул кнопку громкости, и салон заполнил плотный бас какого-то американского рэпа, отсекая любую возможность для разговора. Джиу прищурилась, замечая, как напряжены его желваки, но решила не нагнетать. Она лишь тяжело вздохнула и отвернулась к окну, наблюдая за огнями ночного города. Когда они приехали, Чонгук действовал механически: заглушил мотор, подхватил с заднего сиденья портфель, дернул телефон с зарядки и, не глядя на подругу, сгреб пачку сигарет с панели. Выйдя на улицу, он даже не подождал ее, лишь придержал тяжелую дверь входа, пропуская ее вперед. Внутри их ждала снятая вип-комната с караоке. Как только дверь открылась, на них обрушился хаос. Хосок, Чимин и Джин уже были в разгаре веселья, вертя в руках микрофоны. Тэхен воодушевленно листал список треков на огромном экране. — О-о-о! Явились! — закричал Джин, размахивая микрофоном. — Джиу-я! Привет, красотка! Девушка смущенно улыбнулась, неосознанно поправляя волосы и бросая быстрый взгляд на Тэхена. Чонгук, заметив это движение, лишь мотнул головой со смешком, и плюхнулся на диван, кидая свои вещи в угол. Юнги и Намджуна не было — видимо, студийные дела или личные планы оказались важнее отдыха с друзьями, но Джиу даже не расстроилась. Ее внимание было приковано к столу, уставленному бутылками соджу и закусками. Чимин и Джин уже вовсю завывали — по-другому это было не назвать — легендарную «Super Tuna», а Хосок почти падал с дивана от смеха, пытаясь снять это непотребство на телефон. Джиу присела рядом с Чонгуком, чувствуя его напряженное плечо. В этот момент Тэхен, оставив выбор песен, подсел к ним ближе. В руках у него были три стопки. — Штрафные за опоздание! — воскликнул он, сияя своей фирменной улыбкой. — Давайте-давайте, догоняйте! Чонгук скептически глянул на пустую бутылку на столе. — Вы когда всосать-то успели? — Пока вы сосались… или чем вы там занимались по дороге, — Тэхен усмехнулся, ехидно поглядывая на ребят. Чонгук прикрыл глаза, лицом утыкаясь в ладонь. — Мы не… — начала было Джиу, чувствуя, как краснеют уши. — Шучу, — Тэхен перебил ее, подмигивая так заразительно, что у Джиу сердце ушло в пятки. — Я знаю, что вы супер-подружки. Не оправдывайся. Она глупо улыбнулась в ответ, ощущая на себе внимательный, тяжелый прищур Чонгука. Они чокнулись, и холодная жидкость обожгла горло. Но Тэхен не собирался останавливаться. Не давая им времени даже выдохнуть, он тут же протянул им еще по одной стопке. — Для храбрости! Джиу, ты сегодня выглядишь просто… вау. Чонгук, ты как ее из дома вообще выпустил? — Я ее не выпускал, она сама вывалилась, — буркнул Чонгук, опрокидывая вторую стопку залпом. Тэхен засмеялся, его колено случайно коснулось бедра Джиу под низким столиком. Она мгновенно замерла, боясь пошевелиться, а Чонгук в этот момент поставил пустую стопку с таким звуком, от которого девушка рядом чуть не подпрыгнула на месте. Она тяжело вздохнула, понимая, что в таком состоянии долго находиться не сможет. Рука сама потянулась к бутылке, заполняя прозрачной жидкостью стопку, которую она тут же опрокинула, слегка поморщившись. — Тише-тише, — усмехнулся Чонгук под одобрительный вой Кима. — Куда присосалась?  — Сегодня в говно, — уверенно произнесла Сон, а губы ее растянулись в довольной ухмылке.  Басы «Anaconda» буквально встряхивали стены. Джиу, подстегнутая немалым количеством стопок соджу и адреналином, уже не контролировала свои движения — она ими жила. Микрофон в ее руке казался продолжением тела, когда она вместе с Чонгуком выдавала партию Ники Минаж. Это было красиво и по-хорошему безумно. Пока Чонгук пытался изобразить что-то отдаленно напоминающее тверк, больше походя на испуганного кузнечика, Джиу делала это профессионально. Она низко прогнулась в спине, ее бедра двигались в такт тяжелому биту с пугающей точностью. Парни вокруг неистовствовали. Джин хохотал так, что едва не выронил телефон, на который снимал этот «шедевр» для сторис — или шантажа, кто его знает. Чимин и Хосок прыгали рядом, изображая подтанцовку, больше напоминающую припадочные конвульсии. Один только Тэхен сидел неподвижно. Он откинулся на спинку дивана, держа в руке полупустую стопку, и его взгляд был тяжелым. Жадным. Он не просто смотрел — он сканировал каждое движение подруги макнэ.  «Его подружка всегда была такой горячей?» — пронеслось в его голове, когда Джиу, чеканя слова рэпа, медленно провела ладонью с длинными ногтями по своим губам. Она вошла в кураж: рука скользнула по шее к вырезу топа, вниз по животу, подчеркивая изгиб бедер, и в финальном аккорде она с задорным шлепком приложилась по заднице Чонгука. Тот лишь взвизгнул, пытаясь перекричать музыку, а Тэхен молча опрокинул в себя очередную порцию алкоголя, пряча за стеклом грязную ухмылку. Через пару треков музыка сменилась чем-то более спокойным. Изрядно вспотевшая, с раскрасневшимися щеками и сбившимся дыханием, Джиу отложила микрофон. Она буквально рухнула на диван рядом с Тэхеном, чувствуя, как от кожи исходит жар. — Вы монстры, — выдохнула она, глядя на Хосока и Чимина, которые продолжали бесноваться под какой-то к-поп хит. — Откуда у вас столько сил? Я сейчас просто растекусь по этому дивану. Тэхен медленно повернул голову к ней. Его взгляд невольно зацепился за мелкие капельки пота на ее ключицах, которые заставляли кожу с блестками мерцать еще ярче. — Это называется многолетняя дрессировка, Джиу, — его голос, низкий и бархатный, пробился сквозь шум музыки, вызывая у нее приятные мурашки. — Но ты держалась достойно. Ники Минаж была бы в шоке. Джиу кокетливо поправила волосы, ловя его взгляд: — В шоке от моих талантов или от того, как Чонгук позорит ее хореографию? Тэхен тихо рассмеялся, подавшись чуть ближе. Расстояние между ними сократилось настолько, что она почувствовала тонкий запах его парфюма — дорогой табак и что-то древесное. — Скорее, от твоих. Кстати, как работа? Чонгук жаловался, что ты там пропадаешь сутками. — О, работа — это отдельный вид мазохизма, — Джиу усмехнулась, бессознательно накручивая прядь волос на палец. — Сегодня вот чуть световика не прибила. А как ваша подготовка к камбэку? Этот кролик молчит как партизан, даже под пытками ничего не выдает. — Кролик боится, что ты сольешь все спойлеры в свои рилсы, — Тэхен улыбнулся, и в этой улыбке было столько небрежного флирта, что Джиу на мгновение забыла, как дышать. Его рука лениво легла на спинку дивана за ее плечами, почти касаясь ее кожи. — Но если хочешь, я могу рассказать тебе пару секретов... по секрету. Джиу уже открыла рот, чтобы что-то ответить, чувствуя, как вечер начинает играть совсем другими красками, как вдруг... Тяжелые ладони легли им на плечи. Джиу вздрогнула, а Тэхен даже не шелохнулся, лишь слегка прищурился. Сзади, как черт из табакерки, вырос Чонгук. Вид у него был странный. Смесь вчерашнего раздражения и какой-то упрямой решимости. — Хен, пошли покурим, — бросил он, даже не глядя на Джиу. Его голос звучал сухо. Он не дожидался ответа. Просто развернулся и зашагал к выходу, зная, что Тэхен последует за ним. Это была их негласная договоренность. — Поговорим позже? — Тэхен подмигнул Джиу, медленно поднимаясь, и в этом жесте было столько обещания, что у нее внутри все сжалось от досады и предвкушения одновременно. Дверь за парнями захлопнулась. Джиу осталась сидеть на диване, чувствуя, как холодный воздух кондиционера моментально остужает ее пыл. — Чертов Чонгук... — прошипела она под нос, сжимая кулаки. — Всегда, блять, вовремя. Она раздосадованно вздохнула и потянулась за телефоном. Раз личная жизнь снова встала на паузу благодаря лучшему другу, оставалось только одно — работа. Она лениво открыла админку рабочего аккаунта, листая графики. Лайки, охваты, репосты... Цифры росли, но сейчас они ее совсем не радовали. Ей хотелось не охватов. Ей хотелось, чтобы ее схватили и отодрали как следует. И, желательно, чтобы это был Ким Тэхен. Дверь с шумом распахнулась, впуская парней. Веселье внутри было в самом разгаре, но эти двое выглядели так, будто только что похоронили свои последние нервные клетки. Между ними висело тяжелое, почти осязаемое недовольство, которое не смог бы скрыть даже приглушенный свет. Джиу к этому моменту уже вовсю «лечилась» соджу на пару с Чимином. Когда из динамиков поплыли первые аккорды «BTS — The Truth Untold», девушка, пошатываясь, схватила микрофон. Грустная, надрывная мелодия заполнила комнату. Тэхен, едва услышав знакомые звуки, мгновенно преобразился. Его лицо разгладилось, серьезность сменилась мягкой, обволакивающей улыбкой. Он схватил со стола свободный микрофон, плавно подошел к ребятам, вклиниваясь между ними и по-хозяйски закидывая свободную руку на плечо Джиу. Его низкий баритон идеально вплелся в их голоса, создавая ту самую магию, от которой у фанатов замирало сердце. Чонгук лишь приподнял бровь, глядя на эту идиллию. Он шумно выдохнул, махнул рукой на все это и опустился на диван, наливая себе еще. От его внимательного взгляда не укрылось, как Джиу ведет из стороны в сторону. Он слишком хорошо знал этапы ее опьянения. Сейчас она была в той опасной стадии, когда тормоза отказывают напрочь. Джиу «в говно» — это стихийное бедствие: она могла начать раздеваться прямо здесь, закатить истерику на пустом месте или, в лучшем случае, просто выключиться. Девушка буквально висла на Тэхене, впитывая его тепло. Ким, кажется, был только рад — он прижимал ее к себе, якобы поддерживая, но Чонгук видел, как потемнели его глаза. Чон знал Хена: у того в штанах уже явно стоял железный кол. Так было всегда — Тэхен не пропускал ни одной горячей юбки, а Джиу сегодня была чертовски хороша. Чонгук хмуро наблюдал, как рука Кима сползла с плеча на талию Джиу, опасно замирая прямо над ее задницей. Девушка, недолго думая, прижалась к нему еще плотнее, накрыла его ладонь своей и решительно опустила ее ниже — на свою пятую точку, обтянутую плотным денимом. Тэхен на мгновение замер. Он медленно, почти неохотно убрал руку, перехватывая ее за плечо и пытаясь создать хоть какую-то дистанцию. — Так, красотка, тебе уже хватит. Может, присядешь? — голос его дрогнул. — Че ты ломаешься? — Джиу вздохнула, не отлипая от него и заглядывая в глаза затуманенным взглядом. — Я же вижу, что ты тоже хочешь… М? Тэхен смотрел на ее блестящие губы, на эту провокационную позу. Ему хотелось впиться в нее поцелуем, сжать эту задницу так, чтобы остались синяки, и забыть обо всем. Но в голове всплыл разговор в курилке.  Брат попросил не лезть. Видимо, там все серьезнее, чем выглядит со стороны. — Тише, Джиу, — он виновато улыбнулся, отводя взгляд. — Тебе Чонгук че-то наплел? — ядовито, с обидой выплюнула она. Алкоголь окончательно развязал ей язык. — Давай только честно, а. Что этот придурок тебе сказал? — Нет, Джиу… — и тут Тэхен вздохнул, понимая, что врать этой пьяной фурии бесполезно. — Да. Чон попросил. Джиу не стала дослушивать. Она резко оттолкнула Тэхена, который пытался ее удержать, и направилась прямо к дивану, где сидел Чонгук. Тот наблюдал за ее приближением с непроницаемым лицом, хотя желваки на челюсти выдавали его бешенство. Она остановилась прямо перед ним, почти втиснувшись между его широко раздвинутых ног. — Ты что ему наплел? — выкрикнула она, перекрывая музыку. — М? — Чонгук лишь вопросительно промычал, делая вид, что не понимает, о чем речь. Джиу пошатнулась, чуть не рухнув на него, схватила парня за руку и с силой дернула на себя, заставляя встать. Чонгук поднялся, крепко перехватывая ее за локоть, чтобы она не пропахала носом пол, и молча повел к выходу. Они оказались в коридоре, залитом неоновым красным светом, который противно давит на глаза. Джиу уткнулась спиной в холодную стену, пошатываясь. — Ты специально это сделал?! Ты издеваешься?! — она едва не задыхалась от злости. — Ты сорвал мне секс, Чонгук! У меня там только все намечалось, а ты взял и… — Успокойся! — рыкнул он, делая шаг в ее личное пространство. — Ты че несешь, дура? Какой, нахрен, секс? — Такой! Обычный человеческий трах! Тебе жалко было?! — Да потому что ты тупая! — Чонгук ударил ладонью по стене рядом с ее головой. — Тэхен — это не тот парень, с которым можно «просто переспать». Ты в него втрескаешься через два дня, будешь бегать за ним, ныть мне в плечо, а ему это нахуй не надо. И мне это нахуй не надо — собирать тебя потом по кускам! — Да с чего ты взял, что я влюблюсь?! — Джиу ударила его кулаком в грудь. — Ты просто хочешь все контролировать! Ты мне не отец и не парень! — Блять, все. Тебе уже хватит, — отрезал Чонгук. Он быстро зашел в комнату, оставив Джиу оседать на пол, обхватив голову руками. Коротко попрощавшись с парнями, он вышел с ее сумкой и своими вещами. Подхватил сопротивляющуюся девушку под мышки, удерживая ее в вертикальном положении. Параллельно он быстро скинул геолокацию и набирал сообщение менеджеру: «Подъезжай к черному входу. Нужно отвезти домой. Я не за рулем». Ночной воздух ударил в лицо, едва они вывалились из дверей заведения. Джиу едва переставляла ноги, ее нещадно вело в сторону, и если бы не железная хватка Чонгука, она бы уже давно пересчитала носом ступеньки. — Пусти… я сама… — заплетающимся языком пробормотала она, пытаясь вырваться, но пальцы парня только сильнее впились в ее предплечье. Чонгук молча дотащил ее до своей машины, припаркованной в тени. Пискнула сигнализация. Он буквально затолкнул девушку на заднее сиденье и сел рядом, с силой захлопнув дверь. В салоне воцарилась душная, липкая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием обоих. Они остались одни в замкнутом пространстве, дожидаясь менеджера. Джиу, почувствовав под собой кожаное сиденье, внезапно снова активизировалась. — Я не поеду домой! — выкрикнула она, дергая ручку двери. — Слышишь? Открой! Я вернусь к парням, там весело, там Тэхен… — Сядь на место, — процедил Чонгук, глядя прямо перед собой. Его кулаки на коленях были сжаты так, что кожа натянулась и костяшки побелели. — Не сяду! Ты мне кто?! Ты мне никто! — Джиу сорвалась на крик, размахивая руками и пытаясь дотянуться до блокировки двери. — Просто друг, который возомнил о себе невесть что! Она ударила его по плечу, потом еще раз, выплескивая всю накопившуюся обиду и алкогольную ярость. В какой-то момент ее рука опасно близко пронеслась мимо его лица. Это стало последней каплей. Чонгук резко развернулся, наваливаясь на нее всем телом и вжимая в спинку сиденья. Он перехватил обе ее руки за запястья, вскидывая их над ее головой и пригвоздив к коже салона. — Блять, Джиу, — рыкнул он прямо ей в губы. Его дыхание, пахнущее алкоголем, обжигало девичье лицо. — Успокойся уже! Ты в говно, ты не соображаешь, что несешь и что делаешь. — А тебе-то что?! — она дернулась, но он держал намертво. — Пусть я тупая, пусть я влюблюсь, это моя жизнь! Тебе принципиально, что меня твой друг трахнет?! Чонгук замер. Его взгляд, потемневший до черноты, впился в ее затуманенные глаза. Он сжимал ее запястья так сильно, что на нежной коже завтра гарантированно расцветут багровые следы, но сейчас им управляла чистая, первобытная ярость. Она просто довела его. — А ты думаешь, мне это в кайф? — прошептал он, и от его голоса по позвоночнику Джиу пробежал холод, пробивая даже алкогольное марево. — Думаешь, я просто так весь день смотрю, как ты ведешь себя как последняя идиотка, просто чтобы что-то кому-то доказать? Мне плевать, с кем ты спишь, но я не собираюсь потом выслушивать твое нытье, когда ты поймешь, какую хуйню сотворила по пьяни. Хватит быть эгоисткой и думать, что я обязан разгребать твое дерьмо бесконечно. В этот момент в окно постучали. Чонгук нехотя отстранился, ослабляя хватку, но не выпуская ее рук до конца. У машины стоял менеджер. Парень глубоко вздохнул, пытаясь усмирить бешеный ритм сердца, и коротко кивнул мужчине, который тут же занял водительское место. — Куда едем? — деловито уточнил он. — К ней, — буркнул Чонгук, не выпуская рук девушки. Машина тронулась, унося их в ночь. Джиу затихла, уткнувшись лбом в холодное стекло, а Чонгук продолжал смотреть на нее, чувствуя, как внутри все еще вибрирует та самая электрическая стена, которая возникла между ними еще вчерашним вечером. И никаким алкоголем это было не смыть.