Wish you never met me

— Ну вот, располагайтесь, — говорит Сынмин, открывая дверь. Входит первым, скидывает ключи на тумбочку. Звук получается громче, чем нужно, — в пустой квартире всё звучит громче. Минхо стоит в коридоре, сунув руки в карманы. Смотрит по сторонам. Проверяет входы, выходы, вентиляцию. Привычка. Джисон вертит папку в руках, тихо насвистывает. Проходит мимо Минхо, задевая плечом, — случайно или специально, непонятно. В машине они не перемолвились ни словом. Сынмин включил музыку на всю громкость. Пел. Чем раздражал Минхо, который в отместку курил как паровоз. Джисон всю дорогу смотрел в окно, делая вид, что ему плевать на всё, включая собственного напарника. — Шуруй первым, — бурчит Минхо, даже не посмотрев на Джисона. — Боюсь, там ловушка, — бросает Джисон через плечо. — Вдруг ты меня прикрывать не захочешь? — Обойдёшься. — Ладно, я потерплю. Джисон заходит внутрь. Осматривается. Просторная квартира, серых тонов. Панорамные окна. Минимум мебели. В глаза бросается огромная двуспальная кровать и не меньших размеров телевизор напротив. Джисон замирает. Смотрит на кровать. Потом на Сынмина. — Я думал босс шутит... - говорит он тихо. — В смысле? — Сынмин хлопает глазами с таким видом, будто вопрос его искренне удивил. — Кровать. Где вторая кровать? — А зачем вам вторая? Вы же пара, — Сынмин улыбается. Широко. Невинно. Слишком невинно для человека, который полчаса назад в машине орал песни под фонограмму. — Мы рабочая пара, — подаёт голос Минхо с порога. Голос ровный, но в нём слышится что-то опасное. — Рабочим парам полагаются две кровати. — В трудовом кодексе этого нет, — парирует Сынмин. — Я проверял. — Ты и кодекс? — Минхо усмехается, входит в комнату, но останавливается у стены, скрестив руки на груди. — Смешно. — Я вообще весёлый и трудолюбивый, — Сынмин разводит руками. — Оркестр, правда, сегодня без меня. Похоронный марш конкурентам играет, если ты забыл. Джисон смеётся приглушённо. Слишком громко для этого пустого пространства. И тут же прикусывает язык — смех вышел нервным, выдающим. Минхо переводит взгляд на него. Джисон тут же отворачивается, подходит к окну. Дёргает занавеску, будто проверяет, хорошо ли она скользит по карнизу. Отлично, Хан. Ты смеёшься над шутками про похоронный марш. Очень нормальный человек, никаких проблем. — Так, — Сынмин хлопает в ладоши. — Я всё сказал. Ключи на тумбочке. Вечером в клуб, не забудьте. Легенду повторите. И пожалуйста, не поубивайте друг друга до моего следующего визита. Отчётность потом заполнять за вас — не хочу. Он уже в дверях, когда Минхо окликает: — Ким. — А? — Ты специально это устроил? Сынмин замирает. Поворачивается. Улыбка сползает с его лица — впервые за весь день. — Я устроил вам легальную точку для слежки, — говорит он ровно. — С хорошим обзором, без прослушки и с работающим интернетом. А кровать там одна, потому что так сложились звёзды, архитектор и бюджет. — Он делает паузу. — Или вы думаете, мне есть дело до ваших личных драм? Минхо молчит. Сынмин смотрит на него секунду, потом на Джисона, который так и стоит у окна, не оборачиваясь. — Ваша квартира находится напротив высотки, в которой сейчас проживает Кан. Это всё, что интересует меня и босса. — Сынмин цепляется за ручку двери. — Спасибо всё равно не скажу, — бурчит Минхо, смотря исподлобья. Сынмин усмехается. Кивает. Смотрит на наручные часы. — С вами закончил. Теперь за Чанбином в больницу. Тот ноет, что не в кого там стрелять, идиот. Два ребра сломаны, а он уже отжимается. Сказал, что если через неделю его не выпустят — сбежит. — Сынмин устало проводит рукой по лицу. — Детский сад. Минхо неожиданно коротко улыбается. Джисон замечает это краем глаза и едва не оборачивается. — Скажи ему, что я скучаю. И что если он сбежит из больницы, я лично верну его туда ногами вперёд, — говорит Минхо спокойно. Ого, — думает Джисон, вцепившись пальцами в занавеску. У него есть люди, по которым он скучает. У него вообще есть чувства. Либо у них с Чанбином реально хорошие отношения, либо у моего напарника биполярка. — Хён, да ты улыбаться умеешь? — не сдерживается Джисон, поворачиваясь. — А я думал, у тебя лицо такое, от природы. Каменное. Минхо смотрит на него с явным раздражением. Улыбка исчезает в ту же секунду, будто её и не было. Он не отвечает. Просто сверлит взглядом. Тяжёлым, холодным, от которого у Джисона по позвоночнику пробегает электрический ток. Джисон вздрагивает плечами. Но не отворачивается. Не показывает, что его пробрало. Сынмин замечает это напряжение. Открывает дверь — шумно, нарочито. — Удачи, мальчики. Я, кажется, здесь лишний. Усмехается и скрывается за дверью. Щелчок замка. И комната погружается в тишину. Тяжёлую. Неловкую. Наэлектризованную. Джисон стоит у окна, вцепившись в занавеску, и не знает, куда деть глаза. Минхо так и замер у стены, скрестив руки на груди. Между ними метров пять, но кажется — коснись, и искра проскочит. — Я... — начинает Джисон и замолкает. Потому что не знает, что сказать. Минхо не помогает. Просто смотрит. Джисон делает глубокий вдох. Потом другой. Третий. — Я на балкон, — выдавливает он наконец. — Надо обзор проверить. — Там нет балкона. — Чего? — Балкон. — Минхо кивает в сторону окна. — Застеклённый, но выхода нет. Это панорамное окно. С балконом ты перепутал. Джисон замирает с рукой на занавеске. — А... да. — Он отдёргивает руку, будто обжёгся. — Точно. Я тогда... в коридор. Он идёт к выходу быстрым шагом, но у двери спотыкается о собственные ноги. Хватается за косяк. — Идеально, — бормочет себе под нос. — Просто идеально. За спиной тишина. Джисон выскальзывает в коридор. Прислоняется лбом к холодной стене. Ты — чужак, Хан Джисон. Ты внедрён, чтобы собирать информацию. Твоя задача — этот человек и его связи. Твоя задача — не... Он не заканчивает мысль. Потому что в комнате за его спиной раздаётся шорох. Шаги. Минхо ходит по комнате. Джисон закрывает глаза. Считает до десяти. Открывает. Идёт быстрым шагом на кухню. Ставить чайник. Потому что нужно чем-то занять руки. Потому что кажется с новым напарником будет не просто. Но Джисон готов. А даже если не готов, то будет делать вид. Притворяться. Ведь отступать уже поздно, а страх он привык прятать глубже, чем правду.