Сломанные пальцы не означают конец сражения

На секунду опешив, Чэнь Юйхань только потом пожал плечами: у него не было ни положительного, ни отрицательного ответа. Он до сих пор не понимал систему Пробуждённых, не видел в действии Пробуждённых, да и не знал, как понять, что ты Пробуждённый. В это же время Шэнь Тьешань отрицательно помотал головой, и его фигура резко окрасилась в жёлтый цвет, плавно переходящий в золотой. Чэнь Юйхань до сих пор был сосредоточен на том, чтобы видеть хотя бы очертания человека, с которым он разговаривал. Но с каждым мигом ему было тяжелее отчётливо различать происходящее. Последнее, что он разглядел перед тем, как перестал видеть, было то, что незнакомый мужчина поднял бровь на пожатие плечами Юйханя, но ничего не спросил. Видимо, решил не лезть не в своё дело или потом расспросить. Потом почему-то смутился, как будто что-то забыл, и, потрепав себя по голове, сказал: — Забыл представиться. Я Цзянь Ванчжоу из Крепости Чанъань, ищу Пробуждённых. А вы? Из какой вы крепости или каравана? И почему бродите по Диким Землям, где ни воды, ни еды? — услышал Юйхань голос мужчины. Теперь он уже не мог рассмотреть его, да и цвета силуэтов с каждой секундой становились всё тусклее и тусклее. Голос мужчины звучал намного дружелюбнее и мягче, чем пару минут назад, но в нём чувствовалась сталь. Теперь от беседы с незнакомцем не было мурашек по коже и холода в груди, но было инстинктивное желание встать в строй и чётко выполнять инструкции. — Я Шэнь Тьешань, — решив не медлить с ответом, ответил он сам, как будто докладывая капитану о происходящем. — Я из Каравана Движущихся Лотосов, по крайней мере раньше был. Сейчас странствую. Парень рядом со мной, Чэнь Юйхань, только сегодня проснулся, ничего не знает. Вылез из бункера, Фуши его не трогают, даже не обращают внимания. Даже ранг Медведь мимо прошёл. Думаю, он Пробуждённый. Да и ни к какой крепости не принадлежит. Чэнь Юйхань очень удивился речи мальчишки, не ожидая ни слов про Пробуждённых, ни того, что тот сейчас странствует один. Он представил лицо Шэнь Тьешаня, раз сам теперь ничего не видел: даже не было никаких цветов. Полная темнота. Сначала Чэнь Юйханя очень пугало это, но сейчас он не чувствовал ничего, кроме грусти. Страха, на его удивление, не было. Он с грустью вспоминал моменты, когда только с одного взгляда понимал, что за человек, откуда он и что от него ожидать. Сейчас он только иногда, при непонятных для него обстоятельствах, мог видеть очертания и цвета. А когда не напрягается — ничего, абсолютная пустота. Наверное, мальчик сейчас стоял гордо: голова поднята вверх, на лице улыбка. Используя своё воображение, чтобы дорисовать того, что он не видел, он сам не заметил, как на лице появилась усмешка. — Возможно, Пробуждённый? Как это понимать? Использовал ли ты свою способность? И какой твой Тотем? — вырывая из мыслей Юйханя, донеслось оттуда, где стоял Цзянь Ванчжоу, и, не давая ответить, спросил с неким изумлением: — Ты что, слепой? Последний вопрос изумил сильнее всего, и Чэнь Юйхань не смог скрыть удивления: глаза расширились, брови поднялись в немом вопросе «как?». Не успев это спросить, он услышал ответ: — Ты пытаешься смотреть на меня, но почему-то не смотришь в глаза, и твой взгляд немного смещён в сторону. На это Юйхань лишь хмыкнул: тот всё правильно подметил. А после этого согласно кивнул, подтверждая догадку. Шэнь Тьешань смотрел на двух людей с вытаращенными глазами. Он представить себе не мог, что этот заносчивый и холодный парень слепой. Тем более он выглядел очень уверенным, оглядывался и осматривался, как будто что-то мог увидеть. Да и его самого Юйхань рассматривал внимательно, будто только по одежде смог бы узнать его историю. Эх, какие же у него актёрские навыки тогда! Возвращаясь к предыдущим вопросам насчёт силы и Пробуждения, Юйхань подумал, что с радостью бы ответил на них, если хотя бы знал, что такое Тотем. Не сумев прийти хотя бы к предположению, что это такое, он сдался и спросил: — Что такое Тотем? И как понять, что ты Пробуждённый? Цзянь Ванчжоу не удивился такому вопросу и невозмутимо объяснил: — Тотем — это, считай, лицо Пробуждённого, отражение его характера. При использовании основной силы перед лицом Пробуждённого возникает животное, птица, хоть змея — олицетворение человека. Чаще всего они неоновые, яркие, — перед глазами Юйханя сразу пронеслась яркая, обжигающе красная рысь. Такая яркая, что на неё было тяжело смотреть. Ну что ж, теперь сомневаться, Пробуждённый он или нет, смысла нет. Не дав до конца осмыслить Юйханю новую реальность, Цзянь Ванчжоу продолжил: — При использовании побочных способностей Тотем, как правило, не появляется. Насчёт тебя я, конечно, не уверен. Слепых Пробуждённых я ещё не видел, да и, честно говоря, не думал, что увижу. Возможно, ты никогда и не узнаешь свой Тотем, но если поймёшь, в чём твоя сила, покажи мне. Другие Пробуждённые видят твой Тотем при использовании силы. При Пробуждении, которое чаще всего происходит при мощном эмоциональном всплеске, перед глазами появляется Тотем. Так что кто ты у нас, слепой? — Мой Тотем — Рысь, — начал как в школе свой доклад Юйхань. — Увидел её, когда меня окружила толпа Фуши. Рысь ярко-красная. Свою основную способность я не знаю, потому что Рысь я видел только один раз. Но если напрячься, я могу видеть очертания фигур, цвета, заполняющие фигуры. Я не вижу цветов в обычном понимании. Для меня вы, когда я вас видел, были серебряно-голубыми. А Шэнь Тьешань — это рыжая фигура с переливами золота. Всё для меня является цветными пятнами. Но если напрягусь, вижу всё чётко, как будто и зрение не терял, только цвета искажены. Несколько минут назад я перестал видеть что-либо. Темно, как если бы солнце резко пропало. На все его слова Цзянь Ванчжоу задумчиво кивал. А Шэнь Тьешань внимательно вслушивался, и до него дошло, зачем он так внимательно рассматривал его при встрече — тогда он ещё видел мальчишку. Цзянь Ванчжоу, немного помолчав, сказал: — Да, если бы твоей основной способностью было твоё новое зрение, то ты бы постоянно видел свой Тотем. Значит, это твоя побочная способность, причём очень сложная. Обычно побочные способности примитивны: бесшумные шаги, усиление ударов или умение притягивать клинки. Твоя же способность сложна, и пока непонятно, как она работает. А вот основная появляется в критической ситуации, так что, думаю, долго ждать тебе не придётся, готовься к новым открытиям, слепец, — Цзянь Ванчжоу закончил свой рассказ. По голосу было слышно, что он доволен тем, что услышал. Юйхань предположил, что находка нового Пробуждённого всегда была важным событием. — А то, что ты сейчас ничего не видишь, объясняется тем, что ты потратил все запасы своей энергии. Наша сила не безгранична, поэтому нужно выбирать, на что её тратить. В начале Пробуждения энергии катастрофически мало, но со временем человек учится расширять тот объём энергии, которую он может накопить. Чэнь Юйхань про себя заметил, что Цзянь Ванчжоу был очень полезным собеседником: благодаря ему он узнал очень много информации. Теперь он наконец-то мог сложить картину того, как сейчас выглядит система Пробуждённых. У него под кожей было желание узнать больше, докопаться до источника этой энергии, но пока он был готов довольствоваться и крупинками информации. Он напряг зрение и обнаружил, что немного энергии накопилось за время разговора. Перед ним стоял крепко сложённый мужчина с короткой стрижкой. Сейчас на его лице было серьёзное выражение, будто он о чём-то задумался. Также можно было рассмотреть шрам на брови, довольно массивный. Выглядело так, что Цзянь Ванчжоу получил его каким-то рубящим предметом. Глаза его были суровы, но в них читалась строгость к себе и другим. Чэнь Юйхань заключил, что этот человек надёжный, и ему можно доверять. Только вот не стоит злить… Цзянь Ванчжоу спросил после недолгой паузы: — Какие у вас планы дальше? Идёте на юг, в сторону Чжухая или Гуанчжоу? Или на север, в Чанъань? Или путешествуете сами по себе, что было бы чертовски глупо? Так подумав, Чэнь Юйхань понял, что плана у него и не было. Да и ему было всё равно, куда идти. Но, посмотрев на Шэнь Тьешаня, который сейчас с нахмуренными бровями, серьёзным видом перебирал свои пальцы, он подумал, что не прочь пойти с этим мальцом. Хоть он и злится постоянно, но, возможно, они бы нашли общий язык. Дав возможность Шэнь Тьешаню ответить, он тут же услышал: — У меня нет чёткого плана. Я ищу человека, который мог быть где угодно, так что иду туда, куда ветер дует, — честно ответил парнишка. — Но если Генерал Цзянь Ванчжоу идёт дальше спасать людей на Диких Землях или же направляется в сторону Крепости Чанъань, я бы осмелился попросить идти с Вами! Для меня бесценный опыт путешествовать с Вами! Услышав обращение «Генерал», Чэнь Юйхань удивился, ведь не думал, что в мире, где царит хаос и вокруг лишь заросшие лианами здания, а рядом ходят разлагающиеся тела, кого-то будут волновать звания. Но, откровенно говоря, никому бы не составило труда догадаться, что раньше Цзянь Ванчжоу был военным. Всё в нём буквально кричало об этом: идеальная осанка, сильное тело, строгий голос и даже ожидание неукоснительного исполнения команд. Цзянь Ванчжоу же на очевидную лесть никак не отреагировал. Он махнул им двоим рукой, видимо решив не говорить, куда он идёт. Шэнь Тьешань сразу же побежал за ним, пытаясь соответствовать темпу Цзянь Ванчжоу. Чэнь Юйхань лишь хмыкнул, но пошёл следом. Пока у него хватало сил, чтобы что-то видеть, он осмотрелся. Вокруг были многоэтажки, как будто уходящие в небо. Но теперь они были заросшими растениями, где-то с выбитыми стёклами. Погода стояла облачная, дул ветер, иногда поднимая листья. Животных, что странно, не было, как будто боялись Фуши, которые бесцельно бродили по улицам, не обращая внимания на проходящих мимо троих путников. Чэнь Юйхань понимал, что дорога предстоит длинная. Подойдя к Тьешаню, он положил руку на плечо мальчика и позволил глазам, которые уже начинали болеть, расслабиться, падая в темноту. Мальчик сразу понял, что произошло, и, мягко схватив за рукав Юйханя, повёл его за собой, немного сбавляя скорость.