Моя змеюка

***

Я проснулся на сырой земле где-то в лесу. "Что за чертовщина?" — промелькнуло в голове. — Антоон, иди сюда, — звал меня какой-то загадочный, но очень знакомый голос, который я так и не разобрал. — Антооон, иди ко мне, — повторял голос из тёмного, дремучего леса. Я, не управляя собой, пошёл вглубь леса. Шёл минут тридцать и вышел на просторную поляну, окружённую вековыми соснами. И в центре этой поляны я увидел знакомый силуэт — стройное тело и перекинутая через плечо коса с той самой резинкой. — Антоон, помоги мнеее… — Что? Помочь с чем? — Антооон… — сказал силуэт, начав растворяться. Я подбежал к нему, но не успел. И вдруг на меня выпрыгнул волк, укусив за ногу. Я, повалившись на землю, пытался вырваться, отбиться, но уже второй волк вцепился мне в горло, не давая вздохнуть. Я начал захлёбываться собственной кровью, медленно и мучительно умирая.

***

Я резко открыл глаза и начал жадно глотать свежий воздух, проверяя шею. "Господи, фух, и приснится же такое", — подумал про себя, поднимаясь с постели. Посмотрев в телефон, я увидел время — 5:49. — Емае, ещё два часа до урока. Нафига я так рано встал, — невольно сказав вслух, я вышел из комнаты и пошёл сначала в ванную. Сделав все нужные водные процедуры, я спустился на кухню. Выпив стакан воды и найдя таблетки от ишемической болезни сердца, налил себе ещё один стакан, выпил таблетку. Взяв новую упаковку, я положил её к себе в рюкзак на всякий случай, всё же не хочу получить ранний инфаркт, хоть в моём случае оно врождённое. Снова посмотрев на время, я увидел 6:34. "Ладно, нужно разбудить Олю, позавтракать и выдвигаться в школу", — проговорив план действий в голове, я направился в комнату сестры. Зайдя в комнату, я подошёл к кровати и немного потрепал сестру по плечу, сказав: — Оля, просыпайся, пора в школу. — А что?… Уже пора вставать, — сонно проговорила она, нехотя вставая с кровати. — Да, уже пора. Давай, иди умывайся, и пойдём завтракать, — сказав, я проводил сестру до ванной, а сам пошёл заваривать ей чай, себе — крепкий кофе, попутно нарезая батон для бутербродов. Колбасу нарезали уже с утра, поэтому я просто вытащил её из холодильника. — Оля, ну ты там скоро? — проговорил я, чуть повышая тон, чтобы не разбудить родителей. — Сейчас, Антош, уже иду. — Оо, ну наконец-то что-то помимо манной каши, а то надоело её каждое утро видеть, — сказала сестра с явным отвращением, садясь на стул и собирая первый бутерброд. — Так, Оль, ты знаешь своё расписание? — Да, знаю, мне вчера вечером мама всё рассказала. — Ну и хорошо. Так, давай допивай чай, доедай бутерброд и иди одеваться, а то скоро выходить, а до школы идти минут двадцать, можем ещё опоздать, — сказал я, выходя с кухни. Поднявшись в комнату, я проверил свой рюкзак на наличие тетрадей и только (учебники я так и не получил). Проверил ещё раз, положил ли я таблетки. Переодевшись в неудобную школьную форму, я проверил штаны, в которых ходил в школу, и, найдя там вейп, вышел к порогу. — Антон, ты же говорил, быстрей, а сам плетешься как черепаха, — с недовольством сказала сестра, обуваясь. — Да иду я, иду, — сказал я с усталостью, тоже обуваясь. Через две минуты мы уже, отойдя от дома, начали обсуждать тему, какие у кого будут одноклассники. Оля сильно волновалась, а я всячески её подбадривал. — Оль, всё будет хорошо, ты только не волнуйся. Ты главное зайди в класс на уверенности и постарайся найти общий язык с другими детьми, и всё будет окей, — сказал я, подбадривая, уже видя очертания школы. — Спасибо, Тош, ты у меня лучший братик на свете, — сказала она, и её лицо озарила жизнерадостная улыбка. — Ладно, Тош, я побежала, удачи! — Удачи, Оль, — прокричал я и, обернувшись, увидел Бяшу с Ромкой. — Дарова, Тошик, на, твоя сестра? — спросил бурят, смотря в сторону входа. — Ну да, проводить нужно было, всё-таки первый раз со времён приезда в посёлок вышла на улицу, — сказал я, пожимая ему руку, а затем пожал руку Ромке. — Аа, хорошо, а то я думал, что ты пед… — фразу прервал резкий подзатыльник от Ромы. — Бяша, ты чего, все свои мозги вчера в онлайн-казик проиграл, что такие тупые шуточки шутишь? — сказал Ромка, упрекая друга. — Да ладно вам ссориться, но, Бяш, шутка прям совсем не к месту… Слушайте, пацаны, до урока ещё пятнадцать минут, не хотите на улице постоять? — спросил я, делая затяжку, пока никого нет. — Неплохая идея, всё равно я не сильно тороплюсь, — сказал Ромка одобрительно. — Тогда го за школу покурим? — Пошлите, на. Пацаны, зайдя за угол школы, достали по сигарете и закурили, затягиваясь едким дымом, который вызывал у меня отвращение. Я же затянулся дымом поприятнее. Во рту повис вкус клубники, который напоминал мне Катины духи. Кстати, о Кате, я хотел с ней сегодня поговорить: как она провела выходные, не ругалась ли на неё мать и смогла ли она погулять с подругами. — Слушайте, пацаны, я вспомнил, мне нужно с классухой переговорить, я пойду, а то урок уже через минут десять, — сказал я, смотря на наручные часы. — Давай, Тоха, иди, мы тут ещё покурим, — сказал шатен, выдыхая дым. — Только вы это, тут тоже не засиживайтесь. — Да не получится, первый урок — история, а училка просто злющая — капец, на две-три минуты опоздаешь — всё, сразу на гильотину пустит, как короля Людовика, ахах. — Ок, давайте встретимся на уроке, — сказал я, немного удивившись. Ромка знает про казнь короля Людовика Шестнадцатого? Мне казалось, такой хулиган историю вообще ненавидит. Ладно, у всех разные вкусы, я же историю люблю, особенно за десятый и одиннадцатый класс. Зайдя в школу, я прошёл сначала к гардеробу. Оставив верхнюю одежду, я пошёл к кабинету истории, чтобы постараться найти Катю. И тут, идя по коридору, я увидел знакомый силуэт, повернутый ко мне спиной, который с кем-то разговаривал. — Привет, Кать, как дела? — О, привет, Антон, да хорошо. Кстати, познакомься, это Даша. — Привет, я Даша Самойлова, — сказала девушка, протягивая руку. Девушка была довольно красивой: длинные, широковатые брюки, белая рубашка и чёрный галстук. Ещё у неё были чёрные волосы, причёска каре. — Привет, я Антон Петров, — ответил я, пожимая руку. — Это моя лучшая подруга, мы с ней гуляли как раз-таки, — сказала Катя, немного воодушевлённо. — Ооо, Кать, тебя мать отпустила всё-таки на улицу? — спросил я, ожидая очевидного ответа. — Да, отпустила, но я бы хотела, конечно, каждый день гулять, а то в четырёх стенах почти каждый день сижу с этими долбаными учебниками, — немного с грустью сказала Катя, повернувшись к окну. — Даа, сейчас лучшее время года, чтобы гулять и любоваться природой, а не сидеть в четырёх стенах. Хотя учёбу тоже забрасывать нельзя, — сказал я, уставившись в то же окно. В этот момент прозвенел звонок, и толпы учеников начали разбредаться по классам. Катя с Дашей тоже пошли в класс, а я почему-то так и остался смотреть в окно. — Антон, ты что, заснул что ли? — сказала Катя, обернувшись ко мне. — Ааа… нет, всё нормально… иду. Зайдя в кабинет, меня сразу же начали прожигать десятки взглядов, параллельно кто-то стал шушукаться и переговариваться. Катя с Дашей уже сели вместе на предпоследнюю парту первого ряда, а я же стоял столбом у двери, не зная, что делать. — Здравствуйте, я новенький, Антон Петров. — Здравствуй, Антон. Ты точно в этом классе учишься? Тебя нет в электронном журнале, — сказала полноватая женщина в очках. — Ну да, можете у Лилии Павловны спросить. — Так, ладно, ребята, открывайте учебник и начинайте читать тридцать первый параграф. Как я вернусь, буду вас опрашивать, а ты, Петров, садись вон за последнюю парту, — сказала учительница, выйдя из класса. Я же пожал плечами и направился к парте, попутно рассматривая заднюю часть класса. Сев за парту, я достал пенал и тетрадь и заметил косой взгляд какой-то девочки, у которой были тёмные волосы и голубые глаза. Она, увидев мой взгляд на себе, моментально отвернулась и начала что-то шептать соседке по парте. Я же понял, что у меня нет учебника, и обратился к Кате, которая сидела прямо передо мной. — Кать… Кать, дай учебник, а то я ещё не получил, — шопотом попросил я. — Держи, только в конце урока верни. Хорошо? — передавая учебник, сказала она шёпотом. — Без проблем, спасибо. Открыв учебник на нужной странице и прочитав название параграфа, я понял, что уже проходил эту тему в прошлой школе. Но всё-таки решил мельком пробежаться по тексту. «Так, начало Великой Отечественной. План „Барбаросса“. Ха, легчайшая тема», — пронеслось у меня в голове. И пока училки нет в классе, я решил посидеть в телефоне, всё равно тему я знаю и думаю, смогу ответить. Не прошло и пяти минут, как дверь открылась, и в класс вошла учительница. Я резко выключил телефон и спрятал его под открытый учебник, надеясь, что она не заметит. — Так, Петров, я узнала у Лилии Павловны, что тебя в электронный журнал внесут только через день, — сказала учительница и начала опрос. «Как вы думаете, с кого нужно начинать опрос? Правильно, с меня. Ну я же типо новенький, нужно проверить мои знания», — с издёвкой сказал я про себя, слушая вопрос. — Так, Петров, начнём с тебя. О чём ты прочитал в параграфе? — Эм, прочитал о начале Великой Отечественной войны и отступлении передовых соединений советской армии под натиском немцев, — уверенно ответил я и увидел, как на меня уставилась добрая половина класса. — Угу, хорошо. А можешь ответить, что стало причиной отступления советских войск? — Хм, ну факторов было много, но основные, наверное, это неорганизованность командования и период реорганизации войск накануне войны, — ответил я, видя, как всё в классе будто окаменели от моего ответа. Хотя да, ответ довольно научный и точно не сказанный простым языком. — Молодец, Петров, пять за урок, — сказала учительница, не ожидавшая такого точного ответа. — Так как тебя нет в дневнике, я пока оценку на бумаге напишу, но когда добавят, тогда напомни, чтобы я поставила её в электронный журнал, — сказала она, отрывая стикер для заметок и записывая плод моего ответа на бумагу. — Хорошо, напомню. Оставшийся урок проходил довольно скучно, ответы остальных учеников были похожими и чаще всего неверными. Когда наконец прозвенел звонок, я выдохнул и начал собираться на следующий урок, попутно возвращая одолженный учебник Кате. Выйдя из кабинета, я направился в туалет, чтобы умыться и попить воды. Но тут меня кто-то окликнул. Я обернулся и увидел Ромку. — Тох… Фух, еле догнал тебя, ты куда путь держишь? — спросил он меня, пытаясь выровнять дыхание. — Я в туалет иду умыться. А, кстати, где Бяша? — спросил я, заходя в туалет. — Он опять к Даше пошёл, сказал, нужно пообщаться с ней. — Мм… Подожди, это которая Самойлова? — спросил я, приподнимая бровь. — Да она… Подожди, а откуда ты её знаешь? — сказал шатен и с подозрением посмотрел на меня. — Ааа, короче, как от вас ушёл, нашёл Павловну, ну там спросил, что нужно, и пошёл к кабинету истории. Ну и увидел, что Катя с кем-то общается. Подошёл, поздоровался, ну и познакомился с Дашей. Вот так вот получается, — сказал я, вытираясь сухими салфетками. Как тут дверь открылась, и в туалет завалились, не зашли, а именно завалились какие-то пацаны из параллели. — ООО, смотрите какие люди, главный спортик школы, ну, здарова, Ромыч, — произнёс толстый пацан с прыщавым лицом и ужасным запахом изо рта. Походу, он и курит, и пьёт, раз во рту такая «ядёная» бомба. — Слушай, Семка, ты не забыл, что месяц назад было, а? Тебе ещё раз морду набить за такой базар или как? — сквозь зубы сказал Рома, смотря ему в глаза. — Ой, боюсь-боюсь! А ты не забыл, что у меня батя в ментовке у Тихонова помощником работает? Я ему скажу, и ты на четырнадцать суток сядешь, — с противной ухмылкой сказал, как я понял, Семен и загоготал, как и его прихвостни. — Ладно, пошлите, пацаны, возьмём ответы на контрольную по русскому, а то двойку не хочу получить, — сказал он и удалился из туалета. — Это кто был? — спросил я Романа, подходя ближе. — Это Семка Бабурин, идиот конченый просто. Раньше с нами учился, потом перешёл в "А" класс. Я с ним ещё с начала года конфликтую, а он никак мозги включить не может, — сказал Ромка, не оборачиваясь. — Ясно. Ладно, пошли, у нас сейчас литература, опаздывать не хочется, — сказал я, выходя из туалета. — Согласен, пошли. Подойдя к кабинету русского и литературы, мы услышали какие-то выкрики и столпившихся одноклассников. — Слышь, змея, если ответы не дашь, хуже будет, — говорил уже знакомый голос. — Я тебе сказала: ничего не дам, иди и сам готовься! — уже срывалась на крик Катя, которая уже хотела уйти. Но тут Семен грубо схватил Катю за руку и дал ей несильную, но пощёчину. От такого зрелища у меня на секунду потемнело в глазах, а потом я вспыхнул от ярости и посмотрел на Ромку. Он тоже уже горел от ярости. — Слышь, э-э, ты чё, Семка, вообще охуел так поступать? — сказал я, проходя через толпу учеников. — Девушку отпустил и попросил прощения! — Ахаха, ты ещё кто? — обернулся он ко мне, громко загоготав. И тут со всего размаха ему в висок полетел мой кулак. Ашарашенный и чуть не потерявший сознания Семен рухнул на пол, потирая уже окровавленное место удара. Я же подошёл к Кате и попытался её успокоить. — Кать, всё хорошо? Не больно? Убери руку, дай посмотрю, — с заботой говорил я, нежно убирая руку с ушибленного места. — Спасибо, Антон. Этот идиот уже вторую неделю ко мне пристает, — сказала Катя, немного дрожа от слёз. — Щас, Кать, подожди, — сказал я, залезая в рюкзак и доставая оттуда бутылку воды, которая, к счастью, осталась довольно прохладной. — Приложи на место ушиба. Оглядевшись на наличие учителей, я увидел шагающих по коридору Бяшу и Дашу. Они, увидев меня, подбежали и одновременно спросили: — Что произошло? — Аах, Кать, что у тебя с щекой? — уже с недоумением сказала Даша, садясь рядом с подругой на подоконник. — Да опять Бабурин приставал, просил ответы на контрольную по русскому, — сказала Катя, пророняя ещё одну слезу. — Кстати, о нём. Сейчас пойду, проведу профилактическую беседу, — сказал я, уже направляясь к виновнику торжества. — Ну как, Ром, оклемался этот жиробас? — Я не знаю, но вроде да, — сказал Ромка, садясь перед ним на корточки. — Слушай меня сюда, свинья. Если ещё раз увижу тебя рядом с ней, или кто-то пожалуется на то, что ты опять пристаешь к кому-то, то будешь иметь дело со мной. Тебе ясно? — сказал я, оскалив зубы. — А чего, если не ясно… — не дав договорить, я ударил его под дых. — Тебе точно ясно? — Да, ясно, ясно, — протороторил Семён, корчась от боли. — Ну вот и хорошо. Тогда вали отсюда, пока ещё не получил, — сказал я, подталкивая его к лестнице на другой этаж. — Ай, красава, Тоха! Так свинью уделал. Я бы не смог, — сказал Ромка. — Ну, он, как минимум, девочку обидел, и заступиться было бы некрасиво, — сказал я, подходя к Кате. Я взял её за плечи, а она подняла голову, и наши глаза встретились. — Кать, ты поступила правильно. Он просто дебил. Всё будет хорошо, не переживай. Я за тебя заступлюсь, даже если придётся получать, — сказал я, смотря ей прямо в изумрудные глаза. — Спасибо, Антош, ты мой герой, — она встала с подоконника и крепко обняла меня, зарываясь носиком в мою грудь. Как же хорошо, что Даша оттянула Бяшу подальше в сторону, а Ромка зашёл в класс. Так нас никто не заметил, что было хорошо. — Ну-ка, дай посмотреть на ушиб, сильный или нет… — сказал я, беря её руку и нежно убирая от щеки. — Дамн, синяк есть, но не сильный… — и тут я почувствовал что-то настолько мягкое, как вата, а потом отстранился от девушки и увидел её сияющее лицо. — Ещё раз спасибо, Антош, что заступился, — сказала Катя, немного краснея. Я погладил ладонью свою щеку и ощутил прикосновение её губ. — Кать… Ты… — я не мог даже связать два слова, чтобы описать свои эмоции. — Ладно, Антош, сейчас урок начнётся, нужно подготовиться. Давай, пошли, — сказала Катя, вырывая из раздумий. — Да… Иду, — сказал я, всё ещё летая в мыслях. Урок прошёл скучновато. Я сидел, «летал в облаках», обдумывая, что только что произошло. Голос учителя доносился до меня как фоновый шум. Я сидел и думал о ней, только о ней. И вдруг мне пришла мысль: почему бы мне не нарисовать Катю, такую красивую и изящную? Так и поступлю, начну прямо сейчас. Я достал альбом для рисования и простой карандаш и начал водить им по бумаге. Начали вырисовываться милые черты лица, стройное тело и талия. Вдруг прозвенел звонок. Одноклассники, как угорелые, начали собираться на следующий урок, благо их осталось всего два. Я же, немного задумавшись, не обратил внимания, как ко мне подошла та самая девушка с тёмными волосами и голубыми глазами. — Привет, тебя же Антон зовут, да? — спросила она немного стеснительным голосом. — Ну да, я Антон, — сказал я, поднимаясь со стула и попутно накидывая на плечо рюкзак. — А… Я Полина Морозова, — сказала девушка, протягивая мне руку. — Очень приятно, Полина, — сказал я, пожимая руку. Случайно увидел, что Катя бросила на меня презрительный взгляд, выходя из кабинета. — Так ты что-то хотела? — Д-да, я хотела… Попросить тебя о помощи. Ты же с Ромой дружишь? — сгорая от стыда, сказала девушка и опустила взгляд в пол. — Я просто видела, как вы Бабурина сегодня унизили и поставили на место, — с отвращением, но и с воодушевлением сказала девушка, когда мы уже вышли из класса. — Мм… Ну да, обстоятельства вынудили. Ну так чем я могу помочь? — Мне… Ромка нравится ещё с восьмого класса, а я, дуреха, никак не могу признаться в этом… — сказала девушка, покрываясь румянцем. — Вот я и решила попросить помощи у того, кто с ним хорошо дружит. — Эм… А почему я, а не Бяша? — спросил я, приподнимая бровь. — Ну, он, как бы это мягко сказать… Дурак. Он однажды мне уже один раз «помог», что опозорил меня, — сказала девушка, смотря на меня. — Мм, понятно. Хорошо, я постараюсь тебе помочь. — Спасибо, Антон, я на тебя надеюсь. — Подожди, дай свой номер телефона. Я когда придумаю что-нибудь, то позвоню тебе, ок? Записав номер телефона, я попрощался с Полиной и направился в библиотеку, чтобы наконец получить учебники. Найдя её, я зашёл, но никого не заметил. Пройдя вглубь, я увидел Катю, которая расставляла книги на полки. — О, Кать, а ты что тут делаешь? — спросил я, подходя ближе. — Да ма… Мама попросила книги отнести сюда, — сказала девушка, не отрываясь от работы. — Слушай, Антон, а о чем ты с Полиной разговаривал, так ещё и номер попросил? — сказала девушка настороженно и… с ревностью? Мне не показалось? — Ааа, она у меня помощи попросила, чтоб я ей помог Ромке признаться в чувствах, — на одном дыхании сказал я. — А что, приревновала? — Нет, нет, ты что, просто спросила, — уже с облегчением произнесла Катя, продолжая расставлять книги. — Ну ладно. Кстати, ты не знаешь, где тут можно учебники взять? — спросил я, оглядевшись. — Пошли за мной, — сказала Катя, поведя меня в кладовку. Зайдя, она указала на стеллаж, в котором лежали учебники за десятый класс. — Вот, здесь всё, что нужно. — Спасибо, Кать, — поблагодарил я девушку и взял по одному экземпляру книги. — Слушай, Кать, может, тебе помочь? — спросил я, выходя из кладовки. — Было бы неплохо, спасибо, — ответила девушка, смотря на меня, а потом указала на стопку книг, которые нужно было разложить. — Смотри, раскладывай эту стопку, а я разложу оставшиеся. Разложив все книги, мы вышли из библиотеки и пошли на следующий урок — физику. Зайдя в кабинет и сев на свои места, я приготовился к уроку и начал думать, как бы свести Ромку и Полину. Может, устроить какую-нибудь романтическую прогулку или что-нибудь другое? Подожди, а если Полина Ромке вообще не нравится? Нужно спросить у него, на кого он заглядывается. Остальные уроки пролетели быстро. В гардеробе я выловил Ромку и попросил его встретиться около ворот школы для разговора. — Здорово, Ром, как делишки? — Да нормально, о чем поговорить хотел? — сказал шатен, выпуская клуб дыма. Я тоже затянулся вейпом, а потом спросил: — Слушай, а кто тебе из девчонок нравится? — он выслушал вопрос, ещё раз затянулся и ответил: — Тох, я скажу, только давай ты это… никому не скажешь, окей? — Да без проблем, только между нами, — ответил я, ожидая ответа. — Мне нравится Полинка Морозова, она с нами учится, такая еще, с голубыми глазами, — сказал он и ещё раз затянулся. — Мм, понятно, — пробубнил я, затягиваясь приятным паром. — А тебе, Тох, кто нравится? — спросил Ромка, выбрасывая бычок на землю. — Мне… Мне, наверное, Катька Смирнова, староста наша, — сказал я, выдыхая приятный клубничный пар. — Ха, ожидаемо! — выкрикнул шатен, улыбаясь во все тридцать два. — Ой, бля! Нашёлся Рамэо! Сам признаться не можешь, а кричишь "ожидаемо", — сказал я и повернулся ко входу в школу. — Тоша, привет! — напрыгнула на меня сестра и крепко обняла. — Привет, Оля, как день прошёл? — спросил я, обнимая в ответ. — Хорошо прошёл, я нашла новых друзей, представляешь! Ой, а это кто? — уставившись на Рому, спросила Оля. — А это друг мой, Рома. — Привет, Рома, я Оля, — сказала Оля, протягивая руку. — Приятно познакомиться, Оля, — сказал шатен, пожимая руку. — Слушай, Тох, вам куда до дома идти, через лес? — Ну да, через лес, а других дорог просто нет. Хотя есть, ну, там просто заброшки, в которых нечего ловить, — сказал я, беря Олю за руку. — А, ясно, ну пошли, мне как раз по пути до дома, — сказал Рома, выходя за ворота школы. Пока мы шли, Оля успела рассказать всё, что с ней произошло за сегодня, и ещё очень удивилась, что я заступился за девочку и дал отпор главному задире школы. Почти дойдя до леса, на последнем перекрёстке посёлка Ромка попрощался и побрёл домой. А я с сестрой пошли через лес к нашему дому. Подойдя к дому, я не заметил папиного «Ленд Крузера», но не придал этому значения. Открыв входную дверь, мы зашли с Олей в дом, снимая верхнюю одежду и разуваясь. — Оо, дети, вы уже дома? Как дела в школе? — спросила мама, выходя с кухни и вытирая руки о фартук. — Да, в принципе, могло быть хуже, но, а так, неплохо, — ответил я, проходя на кухню. — У меня тоже всё хорошо, я как только в класс зашла, меня сразу окружили и стали вопросами заваливать, а ну и, конечно, я много друзей нашла, — говорила Оля, размахивая руками и заходя за мной. — Ну и хорошо, что школа вас приняла. Кушать будете? — Я точно буду, только таблетку выпью, — сказал я, роясь в аптечке. — Я тоже буду, только что? — Ну, есть макароны с котлетой, а есть суп грибной, выбирайте, — сказала мама, указывая на кострюлю с супом и сковороду. Я же, запив таблетку водой из-под крана, сказал: — Я буду макароны, только я в свою комнату схожу, переоденусь, — сказал я, поднимаясь в свою комнату с рюкзаком в руках. Зайдя, я бросил рюкзак к столу и начал переодеваться из неудобной школьной одежды в удобную домашнюю. Помыв руки в ванной, я спустился и сел за стол, на котором уже стояла горячая еда. Поужинав, я поднялся обратно в комнату и сел делать уроки, благо я управился буквально за час. И вспомнил, что на уроке я начал рисовать Катю. Надо продолжить, я хочу подарить ей этот рисунок, а значит, он должен быть великолепен. Повозившись с творчеством до позднего вечера, я посмотрел на законченный рисунок — «он просто божественный», — пронеслось в голове. А посмотрев на часы и увидев время 23:56, упал на кровать и забылся во сне.