Агентство "Влюбленный купидон"

Максвелл рассчитывал, что предсвадебный день начнется лениво и прекрасно. Он заказал круассаны к десяти утра, собирался приготовить кофе и все утро осыпать Дориана комплиментами. Он не сомневался, что сама церемония и вечеринка после нее будут идеальными, ведь он нанял лучшего из лучших. Отец и мать сразу сказали Максвеллу не жалеть никаких денег, ведь Дориан заслуживает, чтобы все было идеально. Они полюбили его с первого взгляда. Мама заявила, что рассчитывает на то, что Дориан привьет Максвеллу вкус и утонченность. Леди Тревельян очень много проводила времени с Дорианом, таская его по разным бутикам. Она наконец-то могла воплотить все свои мечты о материнстве, которых ее лишил Максвелл, не способный провести в магазине более десяти минут. Но радужные мечты Максвелла разбили о суровую реальность. Как говорится, «хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах». — Макс! Ма-а-а-а-акс! — именно этот крик о помощи разбудил Максвелла, когда часы показывали только шесть утра. Максвелл подскочил моментально, тут же обнаружил Дориана в дверном проеме и бросился к нему. Первым делом крепко обнял, а следом уже осмотрел его с ног до головы. Видимых повреждений не было, так что от сердца немного отлегло. — Что случилось, любовь моя? Тебе приснился дурной сон? Максвелл уже проклял, что согласился лечь отдельно от Дориана, как положено перед свадьбой. Этот месяц они жили в загородном доме родителей, попутно выбирая жилье для себя. Отец, конечно, сказал, чтобы они ни о чем не беспокоились и жили сколько угодно, но Максвелл хотел собственный дом. Тот, на который он заработал сам, а не подарили родители. Он понимал, что все их активы — его, а еще, что именно он встанет во главе компании, но сейчас ему нужно было что-то только свое. — Я… — Дориан наконец-то отмер от шока и ужаса. — Сломал ноготь. Прямо перед церемонией. Максвелл даже незаметно выдохнул. Катастрофа казалась вполне устранимой, тем более что у Дориана был собственный мастер, содержащий его руки в идеальном состоянии. — Я думаю, Аннаэль согласится приехать и исправить эту досадную случайность, — улыбнулся Максвелл, беря ладони Дориана в свои и целуя каждый палец. Он не смог бы определить, на каком именно сломан ноготь, поэтому пошел по самому простому пути, да и просто радовался возможности прикоснуться, ведь за эту ночь он уже успел соскучиться. — Мы пригласили ее на праздник, а теперь заставим работать? — возмутился Дориан, а затем крепко обнял Максвелла, прижавшись к нему. — Я так хочу, чтобы все было совершенно. Я никогда не думал, что у меня будет свадьба. — Если эта вдруг тебя не совсем устроит, то я закачу еще одну. И еще, если и вторая будет не очень. И так пока ты не будешь всем доволен. — Максвелл крепко обнял Дориана. — И чем я только тебя заслужил? — Моя мама с тобой бы поспорила, ведь она считает, что я тебя недостоин, — усмехнулся Максвелл, — я просто хочу, чтобы ты был счастлив, — добавил он тише. — Я и так счастлив, пока ты рядом, — еле слышно ответил Дориан. Максвелл прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. У них было еще немного времени, прежде чем ленивое предсвадебное утро превратится в нарастающую катастрофу, ведь одним ногтем все точно не ограничится. Максвелл это уже предчувствовал.

***

Максвелл сидел в кресле с кружкой американо, наблюдая, как Аннаэль ловко колдует над пальчиками Дориана. Надо отдать ей должное, она примчалась без лишних вопросов, успокоила Дориана и моментально приступила к исправлению проблемы. Она даже отказывалась от машины, собираясь добраться на такси, но Максвелл настоял. Он не собирался доставлять дискомфорт Аннаэль, которой еще предстояло собираться на свадьбу. — Аннаэль, ты моя добрая фея. Я так благодарен, что ты согласилась приехать в такую рань, — щебетал Дориан. — Брось, ты мой лучший клиент, еще и с открытием салона так помог. А уж леди Тревельян привела ко мне всю элиту города, — просияла Аннаэль, — просто очаровательная женщина. — Мамина подруга не хотела менять мастера, — усмехнулся Максвелл, — но против Элеоноры Тревельян еще никто не мог выстоять. — Так что ради вас двоих я готова практически на все, а уж работать с такими руками — одно удовольствие. Идиллию нарушил стук в дверь, Максвелл внутренне напрягся. Он уже не верил, что дальнейшее утро пройдет так, как запланировано. И когда в дверях показался Бальтазар, то Максвелл даже затаил дыхание. — Я проверил зал, все идеально. К регистрации тоже все готово, цветы привезут за полчаса до начала церемонии, чтобы они выглядели свежими, — отчитался он. — Это отлично. Только я подумал, что было бы неплохо добавить разнообразия, а то у нас все белоснежное, — вздохнул Дориан. — Желтые нарциссы, фиолетовые гиацинты, розовые пионы и голубые незабудки тоже доставят, так что вы можете посмотреть какие композиции мы можем составить. — Бальтазар подошел к Дориану и стал показывать на планшете картинки. — Но мы же не заказывали… — ахнул Дориан, останавливая выбор на декоре с гиацинтами и пионами. — Максвелл предположил, что могут быть какие-то изменения, поэтому мы обсудили дополнительные варианты декора, учитывая ваши любимые цветы, — сообщил Бальтазар. — Макс, ты знал? — Дориан перевел взгляд на Максвелла. — Я решил, что лучше перестраховаться, тем более, что ты заслуживаешь самого лучшего. И я усвоил, каким переменчивым бывает твое настроение, — улыбнулся Максвелл. — Только вот торт теперь не будет так выгодно смотреться в этом великолепии, — вздохнул Дориан. — У нас есть еще пятнадцать вариантов, — Бальтазар открыл другую папку, — и как раз один из них идеально впишется. Бальтазар принялся листатать картинки, сопровождая комментариями. Аннаэль в это время отложила пилочку и удовлетворенно посмотрела на руки Дориана. — Я закончила, — сообщила Аннаэль. — Спасибо, дорогая, вот теперь я точно буду идеален. — Дориан посмотрел на руки. — Ты всегда идеален, — опередила Максвелла Аннаэль, убирающая инструменты. — Вот черт! Максвелл уставился на Бальтазара. Он впервые услышал от того грубое слово. Сдержанный и собранный Бальтазар Милтон понравился ему сразу. В тридцать лет он дорос из мальчика на побегушках до владельца сети агентств по устройству праздников. Его услугами пользовались все сливки общества. Правда, сам Бальтазар давно в «поле» не выходил, но Максвеллу удалось его уговорить. Точнее, это вышло у его матери. И Бальтазар его не подвел: учел несколько вариантов развития событий, организовал все в короткие сроки, достал все, чего хотел Дориан. У них на свадьбе даже планировались павлины. И вот сейчас Бальтазар ругался, а это значило, что произошло что-то из ряда вон выходящее. — Что случилось? — Голос Максвелла звучал глухо и тихо. — Доротея сломала руку, так что мы остались без фотографа, но я уверен, что мы сможем найти варианты попроще, — тут же нашелся Бальтазар. — Доротея редко берет заказы, она снимала день рождение Вивьен, — прошептал Дориан. Вечное противостояние с Вивьен было для Дориана обязательным пунктом программы. И если в других вещах они могли даже превзойти Вивьен, то в плане фотографа был только один вариант — Доротея Кантори. Лучшая из тех, кто соглашался выступать наемным фотографом на мероприятиях. Та, чье расписание было забито на несколько лет вперед. Ради свадьбы Максвелла и Дориана она отказалась от запланированных съемок. Убедить ее в необходимости таких жертв помог тройной гонорар и опять же очарование Элеоноры, которая ради «своего прелестного мальчика» готова была свернуть горы. Под очаровательным мальчиком она подразумевала вовсе не Максвелла. — Мы можем отложить свадьбу, — тут же предложил Максвелл, готовый ради Дориана на все. — Что за глупости, — возмутился Дориан, — всего лишь из-за фотографа откладывать наше мероприятие. Главное, что там будешь ты, а остальное не так уж и важно. Дориан улыбнулся, но Максвелл чувствовал, что эта ситуация все равно его расстроила. А Максвеллу этого не хотелось бы, ведь он так хотел, чтобы этот день был лучшим в жизни Дориана. — Я могу попросить брата, — тут же нашлась Аннаэль, — он все равно собирался быть моим плюс один. — И кто же ваш брат? — поинтересовался Бальтазар. — Его зовут Самандриэль. Самандриэль Новак, вероятно, вы о нем слышали. — Тот самый Новак? Художник и фотограф, который редко появляется на публике и никогда не берет заказов на съемку мероприятий? Я столько лет мечтал с ним поработать, — сознался Бальтазар, — но его не заманить никакими деньгами. — Ты не говорила, что твой брат настолько известен, — удивился Дориан, у которого в гостиной висело несколько картин Самандриэля. — У нас разные отцы, — пожала плечами Аннаэль, — я стараюсь о нем не говорить, он сильно этого не любит, а я видела у тебя его картины. Но если я его попрошу, то он будет вашим фотографом. Считайте, это мой свадебный подарок. — Ты просто чудо! — Дориан подскочил к Аннаэль и обнял ее. — Вивьен просто умрет от зависти. Сам Самандриэль Новак! — Я тогда заберу Аннаэль, мы решим с ней все вопросы, и я отправлю ее домой? — уточнил Бальтазар. — Да, конечно, — кивнул Максвелл. Максвелл подождал, пока Бальтазар и Аннаэль уйдут, встал из кресла и подошел к Дориану, крепко его обнимая. — Спасибо, — прошептал Дориан, — что ты есть и любишь меня со всеми моими тараканами. Я с детства привык, что должен соответствовать, иначе не получу одобрения отца. Потом я начал вытворять глупости, потому что так он обращал на меня внимания. Так, я был не просто предметом мебели. И где-то я до сих пор не могу остановиться, словно не верю, что меня можно любить просто так. Но с тобой — мне не нужны никакие маски. И ты принимаешь меня таким. И я невероятно люблю тебя. И для меня действительно главное, что это наша свадьба, даже если все в итоге пойдет не так, это все равно будет самый счастливый день в моей жизни. — И в моей, Дориан. — Максвелл слегка отстранился и посмотрел Дориану в глаза. — Твой отец не заслуживал такого сына, но в нашей семье ты будешь счастлив и любим. И неважно, будешь ты расстроен, подавлен или болен. Я люблю тебя любым. Дориан улыбнулся, а следом потянулся за поцелуем. И теперь Максвелл был уверен, что им не страшны никакие неприятности.