Сверстать макет, наверстать упущенное

SeanWei: «Я всё ещё могу называть тебя по имени, или это была разовая акция?» Любимый заказчик: «По возможности, избегай глупых и бессмысленных вопросов». SeanWei: «Это глупый или бессмысленный?» Любимый заказчик: «То и другое одновременно». SeanWei: «Йес! Я старался *эмодзи подмигивание*». SeanWei: «Как в офисе? Что там горело-то?» Любимый заказчик: «Замыкание проводки в кладовой с макулатурой». SeanWei: «Вау. Могло бы мощно полыхнуть. Легко отделались?» Любимый заказчик: «Да». SeanWei: «Все вернулись к работе?» Любимый заказчик: «Да. Здесь твои вещи». SeanWei: «Ага. Я после обеда приеду, заберу». Любимый заказчик: «В 16:30». SeanWei: «М… Ок». Любимый заказчик: «В 16:30 возле твоего офиса». SeanWei: «Не понял. Возле моего?» Любимый заказчик: «У меня будет встреча. На севере. В 16:30 я заберу тебя из твоего офиса». SeanWei: «Ок-к-кей, спасибо». Он подёргал себя за отросшую прядь. Подумал: надо подстричься слегка, подровнять кончики. И обновить краску. И… И перестать охреневать от текста на экране. Милый какой скромный мальчик. Ни вопросов, ни уточнений, констатация сухого факта. Без Чэньцин, айпада, макбука и головы ничего толкового он сделать бы всё равно не смог, так что поехал к Вэням. А-Нин чуть на шею не кинулся, пробормотал на ухо: — Сам. Сегодня сам. Сегодня сам. Вэй Усянь его обнял и погладил по спине. Бедный ребёнок. Для него — просто ребёнок. Добиться, что именно он сегодня «сам», не удалось. Удачно Вэй Усянь приехал — А-Нин явно был не в лучшем состоянии. Если бы Вэнь Цин увидела это на камерах, точно сорвалась бы домой, побросав дела. Вдруг дрожь усилилась, «сам» заело, как на плёнке, А-Нин отшатнулся. Лицо налилось кровью. — А-Нин… «Сам» — всё громче, по нарастающей. — Подыши-ка со мной. Давай. Раз… Два… Дыши! А-Нин… Он не реагировал на голос, но — неизменно, — реагировал на мелодию. Вэй Усянь негромко засвистел, и глаза с расширенными зрачками остановились на нём. — Угу, так… Пошли со мной. Снова свист. А-Нин молчал, но следил неотрывно. Как змея за укротителем, последовал вглубь квартиры, в спальню, где темно и тихо, где нет ничего яркого — и хрупкого. — Садись на кровать. Дай мне руку. Считай со мной вслух. Один. — Один. — Два. — Два. — Три. — Три. — Пять. — Че… Заморгал и опустил голову. Вэй Усянь рассмеялся. — Я тебя подловил. — Сянь-гэ меня подловил. — Эй! Что у тебя на голове, дружок? Если Цин-цзе это увидит, она нас обоих прибьёт. Сиди-ка, повернись ко мне. Он нашёл в тумбочке пластиковый гребень и принялся вычёсывать мусор. Под кроватью он ползал, что ли? — И тебя пора стричь. Устрою нам тут парикмахерскую на следующей неделе. А давай Вэнь Цин заловим?! — Она от… кажется. — А мы не спросим. Схватим, и всё. А-Нин не поддержал шутку. Молчал, опустив плечи, позволял делать с собой что угодно. — Нин-Нин? — Гулял вчера… гулял… по двору. — Это правильно. Погода хорошая. — Как в тот день… — продолжил он практически беззвучно. Пришлось замереть, иначе шорох заглушал голос. — Когда я вышел с пар… — Очень долго, очень медленно, запинаясь, возвращаясь назад, он всё же довёл до конца мысль: — Когда я вышел с пар и пообещал себе завтра позвать её в кафе. Не сегодня, но завтра — обязательно. Почему не сегодня? Сердце в клочья. — Надо было… сегодня. Сегодня. Не слушай, не… — На кой чёрт нужны друзья, если им нельзя поныть? — Ты. Не ноешь. — Я могу. Ещё как. Просто сегодня твоя очередь. Долго-долго А-Нин думал. Прошептал: — Ты… возишься со мной. Постоянно. Стыдно. — Заткнись! — оборвал его Вэй Усянь. — Моя очередь. Ты со мной возился. Пробирался, нарушая десятки правил, мальчишка совсем, ставил капельницы, колол уколы, водил за руку по квартире, потому что лежать нельзя, будут спайки. Сидел рядом и развлекал, пока Вэй Усянь медленно сходил с ума. — Другое… — Одно и то же. Ну, хочешь, я тебе поною? Станет легче? А-Нин тихонько хмыкнул, но плечи чуть-чуть расслабились. — Я влюбился. — Сянь-гэ! — Что? — В того, с портрета? — Догадливый какой, вы посмотрите. Я знаешь, сколько лет не влюблялся? Собственно… Да это мы с тобой ещё знакомы не были, я в девятнадцатом с бывшей расстался, и всё. Ну, ладно, там ещё было... Не считается. Слушай, может, не будем тебя стричь? Тебе и хвостик идёт? Ладно, такой — не идёт. Давай два сделаем! Эй, не пихайся! Ну, короче, мои навыки шесть лет лежали без дела и проржавели насквозь, так что я, в основном, пялюсь как идиот. Эй, Нин-Нин, из меня получится содержанка? Потому что… — Он сглотнул, приложил усилие и сохранил весёлый тон. — В другом качестве я ему вряд ли пригожусь. А-Нин обернулся, с дурацким хвостиком-фонтанчиком на макушке, но такой строгий и печальный. Щека дёргалась в тике, губы подрагивали. — Никаких серьёзных лиц! — прервал его Вэй Усянь. — Мы идём обедать, а потом смотреть кино, под которое я с гарантией усну. Пошли! К трём они переделали кучу дел, включая полный комплекс упражнений, немного поспали, послушали вопли Цзян Чэна в голосовых. Вэй Усянь прикидывал, что, если выйдет в три-тридцать, успеет даже с запасом. Подскочил на диване и выругался. — Сянь-гэ? — Я без Чэньцин! Да чтоб… Очевидно, такси, потому что на метро он бы точно не успел. Протараторил, в чём дело, пытаясь одновременно открыть карту, надеть ботинки и убрать еду в холодильник. — Сянь-гэ! — Я побежал, прям совсем… — Напиши ему. — А? — Просто… предупреди. — Он меня убьёт. Ненавидит непунктуальность. Я — король непунктуальности, он меня возненавидит с гарантией. Да чёрт с тобой. SeanWei: «Я идиот, я немного в другом месте, забыл, что без Чэньцин *эмодзи рыдания*». SeanWei: «У меня 0 шансов успеть». SeanWei: «Я идиот». SeanWei: «Я приеду в офис попозже просто, не парься». SeanWei: «Я уверен, что ты ненавидишь нарушение договорённостей». Любимый заказчик: «Да». Любимый заказчик: «Адрес». SeanWei: «Какой адрес?» Любимый заказчик переслал сообщение «По возможности, избегай глупых и бессмысленных вопросов». Любимый заказчик: «Тот, где ты находишься». SeanWei: «Очень не по пути». Любимый заказчик переслал сообщение «Адрес». SeanWei: «Твоя пассивная агрессия в переписке выглядит жутко». SeanWei поделился геолокацией. Любимый заказчик: «17:10». Интересно: не было никакого эффекта отстранения. Костюм, пальто — они не возвращали образ директора Лань, словно Вэй Усянь потерял способность его видеть. Лань Ванцзи был рад встрече. Это было понятно по блеску в прищуренных глазах и по едва-едва приподнятым уголкам губ. — Ты был не в студии. — Ага. Я там пошатался и понял, что без мака и айпада тотально бесполезен. Считай, взял отгул. Он мне, конечно, ещё аукнется, но я предпочитаю наслаждаться моментом. — Мгм? — Чем аукнется? Я продолбал вчера вечер и ночь, сегодня весь день — придётся отрабатывать. Но — оно того стоит. Я у тебя ещё и выспался, плюс сто к продуктивности. — Что здесь? — Друзья. Посидел с ними. А что у тебя за встреча была? — Мгм. — Рабочая? — Мгм. — Хорошо прошла? — Нет. — Бедолага. Ещё и я тут. На половине пути Лань Ванцзи вдруг свернул на парковку, велел подождать, вернулся с каменным лицом и стаканчиком кофе. Сунул в руки и поехал дальше, пока Вэй Усянь пытался обрести дар речи и сказать спасибо. Как это вообще понимать? Только доехав до «Облачных Глубин», Лань Ванцзи спросил пустым голосом: — Ты останешься работать здесь? — Не. Поеду домой. На улице прохладно. — Где связь? — Чего? Работы и холода? Мне нравится сидеть у вас в саду. — Креатив. Я помню. Почему не в кабинете? — И повернул голову, посмотрел пристально. — Ты не бываешь в кабинете. — Я… — Вэй Усянь улыбнулся вымученно, — не фанат тесных замкнутых помещений. Не в смысле клаустрофобии или чего-то такого, в лифтах езжу, просто не люблю. Да забей, на следующей неделе тепло обещают, я снова на камне поселюсь. Меня даже охрана уже не гоняет. Только курить нельзя, а в остальном — мечта. Было жалко прощаться в переговорке. Но не было ни единого шанса, что Лань Ванцзи снова предложит заглянуть в гости. А если бы предложил — пришлось бы отказаться. Надо домой, переодеться и сесть за горы задач.

***

Не самый его любимый вид секса. Тот, где он снизу, и его имеет заказчик. Если бы это был Лань Ванцзи, возможно, ситуация резко изменилась бы, но нет. Ему вытрахали весь мозг чуваки из онлайн-магазина, которым нужен был дизайн нового приложения. Он провёл несколько часов, объясняя, что золотой на красном хорошо смотрится только в одном случае: это флаг в честь Лунного Нового года. Ему не верили. Он махнул рукой и сделал. Потом ещё час объяснял, что — да, у него всё нормально со вкусом и глазами, и он видит, что это плохо. «Тогда зачем прислали?!» «Визуализировал нашу предыдущую версию, чтобы мы могли наглядно оценить её потенциал, спасибо за конструктивную критику». И нет, сам с ответом он не справился, кинул расшифровку своего матерного голосового в «Дипсик» и попросил написать цензурно. Была середина дня субботы. Уже любимый и привычный вопрос: чем занят Лань Ванцзи? SeanWei: «Скажи, что ты не трудоголишь, как я, а отдыхаешь в выходные». Любимый заказчик: «По-разному». SeanWei: «А сейчас? Что делаешь?» Любимый заказчик печатает. Любимый заказчик: «Читаю». SeanWei: «Что?» Любимый заказчик: «„99 франков“». SeanWei: «Реально?!» SeanWei: «В смысле — реально?! Ты взял Бегбедера?!» SeanWei: «Что тебя сподвигло?! О, это моя рекомендация? Да? Я же говорил, что обожаю её?» SeanWei: «И как? Впечатления?» Любимый заказчик: «Я читаю. Дочитаю — сформулирую». SeanWei: «Как промежуточные впечатления?!» Любимый заказчик: «Я не составляю мнения, не получив полной картины». SeanWei отправил стикер *Тони Старк закатывает глаза*. Любимый заказчик: «Чем занят ты?» SeanWei: «Я назвал бы это БДСМ без стоп-слова». SeanWei: «Вернее, стоп-слово есть, „я возвращаю предоплату“, но я очень не хочу его произносить». SeanWei: «Поэтому моим глазам и мозгам делают больно». SeanWei: «Я хочу быть капибарой». Любимый заказчик: «Почему капибарой?» SeanWei отправил изображение *капибара в бассейне, с апельсином на голове*. SeanWei: «Примерно так». SeanWei: «Нет, котиком. Лучше котиком. Я котик». SeanWei: «Игнорируй. Я пойду, меня там ждут плети и наручники, а тебе приятного чтения». SeanWei: «Я бы тебя позвал побродить где-нибудь вечером. Но, когда моя БДСМ-сессия закончится, ты уже будешь спать». Любимый заказчик печатает. Любимый заказчик печатает. Любимый заказчик: «Нет». SeanWei: «Что — нет? Спать не будешь?» SeanWei: «То есть можно тебя соблазнить прогулкой по вечернему Шанхаю? *эмодзи подмигивание*». Любимый заказчик: «Я приеду». SeanWei: «Не, это будет гигантский крюк, и потом парковаться в центре. Я приеду, а дальше пешком». SeanWei: «Или я тебя прокачу на байке *эмодзи подмигивание*» SeanWei: «Часов в 10 ок? В 11?». Любимый заказчик: «Как тебе удобно». SeanWei: «Напишу за час тогда. Как начну собираться». SeanWei: «88». Любимый заказчик: «Китайская манера использовать цифры вместо слов хуже, чем англоязычные аббревиатуры». SeanWei: «*эмодзи закатывание глаз*». Дракон, оплетающий верхнее меню, показался вполне симпатичным. Появилась жёсткая мотивация закончить с ним и получить вторую часть денег. Конечно, Лань Ванцзи уже стоял у ярко освещённой входной группы ЖК, в неизменном прекрасном пальто. А вот под ним, увы, осточертевший костюм. И всё равно — умопомрачительно. Не было ни единого шанса удержаться: Вэй Усянь затормозил эффектно, с разворотом, напоказ. Снял шлем и помахал рукой. Лань Ванцзи посмотрел осуждающе. Вэй Усянь слез, расстегнул перчатки и пробормотал: — Да я сама безопасность! — Мотоцикл — небезопасный транспорт. — А безопасных не бывает. Знаешь, в чём плюс байка? Если убьёшься — почти наверняка с концами. Не сверли меня взглядом, у меня пока ни одной аварии. А до этого я машину водил... м... восемь лет. Одна авария не по моей вине. Лань Ванцзи молча вздохнул. — Что, прокатить тебя? Или пойдём ногами? Понял, ногами. Он бросил Чэньцин на стоянке снаружи — на территорию незарегистрированный номер бы не пропустили. Шлем пристегнул, а куртку забрал с собой. Всё равно как-то не особо жарко. Почти одиннадцать. Город постепенно готовился ко сну. Понятно, что на Бунде продолжалась тусовка, хотя подсветку башен уже погасили. На улицах с барами гуляния не затихали, однако туристы попрятались по отелям, да и местные тоже расходились. Завтра не вставать, но на воскресенье у всех гора дел и планов. Лань Ванцзи шёл достойно и медленно. Зацепившись за дурацкую тему байков, Вэй Усянь был вынужден его обогнать и пойти спиной вперёд, чтобы развлечь себя. Не умел он ходить в таком темпе! Мысли скакали, и по жизни, и от осознания: вот он, Лань Ванцзи, гуляет с ним ночью. Слушает, кивает, внимательно смотрит. Посреди бестолкового монолога он спросил: — Кофе? — А? Что? Просто свернул на соседнюю улицу и купил ему кофе. Молча сунул в руки. — Чай? — тем же, насколько удалось скопировать, тоном спросил Вэй Усянь. Лань Ванцзи покачал головой. — Еда и напитки на ходу. Не люблю. — Пошли на набережную? Там уже люди должны закончиться! Пошли, ночью красивей! Без подсветки! Я её рисовал, только в таком, знаешь, постапе, с побитыми фасадами, серыми лианами и ржавчиной. Но просто ночью тоже хорошо. И с подсветкой тоже, я вообще наши высотки люблю. Мне надо заткнуться? Говорить хотя бы в два раза меньше слов с меньшей скоростью? — Нет. Ошеломительно и невозможно. Сохраняя каменное лицо, Лань Ванцзи при этом давал карт-бланш на всякие вольности. Не в силах сдержаться, Вэй Усянь скакал вокруг него, продолжая говорить. Снял листик, прилипший к пальто. Строил рожицы. Заносило, дальше и дальше. Что можно? В какой момент его остановят? Если пойти чуть сзади, положив голову на плечо? А если потянуть за рукав? Это же Лань Ванцзи, он мог бы осадить одним взглядом, но не делал этого. Шёл, не меняя темпа, кивал. Изредка Вэй Усянь замечал крошечное движение губ — намёк на улыбку. Становилось всё более пустынно, только редкие рыбаки мелькали чёрными неподвижными силуэтами. Высотки на противоположной стороне реки отдалялись, оставались позади. Было непонятно, куда они идут и зачем, только очень не хотелось предлагать: «Пошли обратно». Лучше туда, вперёд. Сам Бунд — туристическая часть, — закончился, тротуар стал немного уже, к нему прижались велодорожки. Маршрут почти бесконечный — километров тридцать или больше вдоль реки, потом по любому из десятка мостиков, дальше по другому берегу — и замкнуть круг. Ночи не хватит. Темнота украла поток красноречия. Вэй Усянь взялся за непосильную задачу — попасть в ритм шагов Лань Ванцзи. В подобной ситуации он поцеловал бы любого. А тут — боялся. Как будто всё это выглядело как свидание, на самом деле. Но что если нет? Если ошибся, не то прочитал на каменном лице? Оставалось только брести рядом и нервно сжимать руки в кулаки. Они дошли до сквера, где кроны застилали фонари. Дальше было быстро и резко, как крутой манёвр, и так же неотвратимо. Лань Ванцзи повернулся, хищным движением вцепился в отвороты куртки и толкнул к дереву, вжимая в ствол. И поцеловал, сомкнул зубы на нижней губе, прошёлся языком, тут же спустился на шею. Укусил, словно собрался пить кровь, больно-горячо, добрался до ключицы, ниже которой было написано «Суйбянь», оставил отметину и на ней. Скромный? Холодный? Он попросту не давал возможности ответить, схватил за запястья. Осталась одна опция: расслабиться и плавиться, держаться на ногах и пытаться увидеть хоть что-то. Его бешеные блестящие глаза, его подрагивающие ноздри. — Ван… цзи… Не позволил даже поймать осмысленную реплику. Это будет… Восхитительная жесть. Кажется, все чувства, которые он скрывал обычно, вылились в этот поцелуй. Лань Ванцзи словно сомневался, что ему дадут ещё, и был намерен урвать максимум, вообще всё и немного сверх того. Выпустил руки, зато рванул резинку на хвосте и запустил пальцы в волосы. В голове промелькнула ещё одна ситуация, в которой он мог бы так сделать, и от мозгов вообще ничего не осталось. Ладно, совсем-совсем чуть-чуть осталось, потому что они были не там, где нужно, и совершенно не в той одежде. Любая одежда была «не той». — Ванцзи… Убийственный взгляд. — Есть статья… за хулиганство. Ты в курсе? И мы прямо сейчас на неё нарываемся. Он кивнул. Эта сволочь просто кивнула. — Давай… пойдём обратно? Лань Ванцзи посмотрел как на идиота, достал телефон и вызвал такси. Пальцы слегка дрожали.