Три счастливых дня

Бункер начал меняться. Минхо заметил это утром, когда проснулся: на стене у двери появились глубокие царапины, но он решил, что это следы от прошлой атаки монстров. Джисон уже был на ногах — разогревал на самодельной грелке остатки супа. — Доброе утро. — улыбнулся он. — Я нашел еще пару банок. Будем жить! Минхо кивнул, но его взгляд зацепился за странный след на полу — темная, почти фиолетовая жидкость, не похожая на человеческую кровь. — Что это? — он указал на пятно. Джисон проследил за его взглядом и замер на мгновение. — Наверное, разлилось что-то из запасов. — быстро ответил он. — Я вытру. Пока он вытирал пол, Минхо заметил, что пальцы Джисона чуть дрожат, а ногти кажутся слишком длинными и острыми. Но когда тот поднял глаза, все снова выглядело нормально. Позже они перебирали запасы. Джисон смеялся над какой-то шуткой, но внезапно замер, схватившись за бок. — Ты в порядке? — насторожился Минхо. — Да, просто... Судорога. — Джисон выпрямился и улыбнулся. — Ничего страшного. Но Минхо успел заметить, как на мгновение спина выгнулась неестественно, будто позвоночник изгибался по-другому. Он не заострил на этом должного внимания, ибо решил, что мерещится. Парни решили починить стол, так как он уже шатался и не выглядел удобным. Минхо решил сильно не впрягать Джисона, а просто сделать его помощником. Иначе говоря, он давал то, что нужно было. — Джисон, подай, пожалуйста, гвозди. — А какие подойдут? — уточнил тот. — У меня вроде одни были. — Короткие и длинные есть. Какие нужны? — Подумай логически: ты хочешь, чтобы каждый раз при трапезах мы тыкались локтями в гвозди? — Нет наверное. Джисон понял и дал ему короткие гвозди, которые Минхо вбил в деревянную конструкцию. Стол теперь выглядел пусть и не идеально, но гораздо лучше, чем был раньше. Джисон потянулся от длительного пребывания в неудобной позе и Минхо заметил, что его тело вновь изгибается как-то не так, как стоило. На последующий вопрос Джисон ответил, что страдает сколиозом и поэтому так выглядит. Дальше он бросил удивлённый взгляд, на что Минхо понял, что вопрос был не уместен. Вечером они сидели у лампы. Новоприбывший устроился на коленях хозяина бункера и Минхо поймал себя на том, что смотрит на Джисона дольше, чем нужно. Тот рассказывал о каком-то концерте, на который мечтал попасть до апокалипсиса, размахивал руками, жестикулировал, иногда случайно задевал Минхо. В его глазах горел живой огонек — такой редкий в этом мертвом мире. — Знаешь, — тихо сказал Минхо. — С тобой не так страшно. Джисон замер, потом улыбнулся — искренне, без притворства. — Значит, я остаюсь. — Я и не собирался тебя выгонять. Я тебе верю, Хан Джисон. Минхо обнял своего друга. Не соседа, а именно друга. Ему хотелось, чтобы они выдержали этот апокалипсис. У Джисона была потрясная аура, в которой Минхо растворился полностью, позабыв, что думает о нереальном. У него, безусловно, образовалась некая симпатия к Джисону за такое короткое время. Раньше он никогда бы не подумал, что настолько быстро сможет привязаться к человеку, но все оказалось иначе. — Спокойной ночи, Минхо. — Спокойной, Джисон.