Непростые вопросы мирного соседства

      И всё-таки кухня Крис была очень маленькой. Готовить здесь было не то что сложно, а почти невозможно, особенно после того, как и без того крохотную столешницу почти полностью заняла новая варочная панель. Нет, Крис, конечно, знала, что её скоро ждёт такая покупка – всё-таки старый хозяйский блин едва дышал, а жить на одних разогретых полуфабрикатах было просто невозможно. Поэтому да, покупка предстояла, но не настолько же скоро. А всё потому что после макарон и рыбных палочек трапезы Лекса плавно перебрались к ней в дом, и теперь завтрак и ужин они разделяли вместе. Против ли была Крис? Нет, она даже была как-то рада что у нее появился повод питаться нормально и вообще в принципе питаться. Иной раз ей и кусок в горло не лез, а в компании хоть кого-нибудь еда как-то уходила сама собой. Против ли был Лекс? Кажется, нет, просто в какой-то момент он начал давать ей деньги на продукты. Крис бы даже подумала, что это его идея, но нет, она принадлежала ей. И на это была причина. Одна странная, но весьма существенная для девушки.       – Слушай, Лекс. Могу я с тобой поделиться?       Они в очередной раз собрались за её маленьким обеденным столом. Тёплый свет висел под потолком и едва ли доставал до их макушек, по кухне-комнате плавал запах соуса терияки и жареной курицы. Крис же нетерпеливо ковырялась в тарелке, по-детски размазывая переваренный рис по её краям и периодически поглядывая на своего соседа как бы случайно. Все эти несколько дней её кое-что беспокоило.       – А я всё думал, когда ты уже заговоришь, – сказал он между делом, весьма увлечённо нанизывая горошинку на вилку. – Валяй.       Девушка смутилась.       – Что, так заметно?       – Я вижу тебя каждый божий день, сама как думаешь?       – Ну да, верно...       В воздухе повисла вязкая, как неудачно сваренный сегодня рис, тишина. Крис пыталась собраться с мыслями. Она не знала, с кем ещё можно это обсудить. Рассказывать мисс Уоррен о вылазке на потенциальный объект для продажи было бы глупо, а рассказать Алекс будто бы значило шептаться за спиной начальницы и... Подруги? Можно же было её так назвать? Выходило в любом случае как-то скверно. Оставался Лекс. Не лучший выбор, но вариантов у неё больше не было. Вот уже несколько дней она всё пыталась как-то начать говорить, но всё никак не решалась, поэтому каждый приём пищи проходил молча и неловко. Пора было что-то с этим делать – накопившееся напряжение отчаянно требовало выхода.       – Учти, если это признание в любви, то-       – Нет! – резко перебила его девушка, чувствуя, как её надежда на адекватный разговор стремительно тает. – С чего это ты вообще такое решил?       – Ну а чего ты тогда мнёшься? – всё с той же невозмутимостью ответил он. – Ладно, говори.       – Ну... Кое-что произошло.       – Я заметил. Ну и?       – Помнишь я уходила в пятницу вечером?       – А, эти твои ночные загулы. – парень улыбнулся, и за улыбкой этой явно не последовало бы ни одного хорошего слова. – Всё-таки бухала, да?       – Лекс!       Девушка раздражённо бросила приборы и скрестила руки на груди.       – Так и знала, что рассказывать тебе – плохая идея...       Вновь повисло тягучее молчание, ещё более неловкое. Зато, однако, недолгое.       – Ты будешь дальше говорить или нет?       Крис насупилась, но решила стерпеть. Выговориться всё равно было нужно.       – В общем, там было нечто странное.       – Призрак-полтергейст?       А, нет, не решила. Пошёл он к чёрту.       – Всё, ладно, больше не хочу говорить. Ешь.       Лекс промолчал, но поджал губы так, что они стали бледнее чем были. Крис хотела бы верить, что это было от стыда. Ужин они доедали молча.       Она так и не смогла уснуть. Какой-то плотный узел из страха и любопытства в животе заставил девушку сесть за видеоредактор, к которому она всё это время и мышкой не прикасалась от бегущих по спине мурашек. Комнату озарял свет от монитора, пальцы забегали по привычным клавишам, перед глазами – кадры из того вечера. Ничего необычного. Темный коридор. Ещё один. Ещё один. И ещё (зачем она сняла все эти коридоры, чёрт возьми?). Просторный офис. Весьма, к слову, приличного вида, едва ли сказать, что заброшен. Сине-серые стены тускло освещал экран старого монитора. Невероятно старого. Настолько старого, что треск его был слышен на другом конце помещения. Камера девушки ловит мелькающий свет и тихий гул проводов. Объектив плывёт, звук её шагов мешаются с электрическим треском. В кадре уже знакомая гарнитура, и Крис начинает пробивать дрожь. Рядом листок с корявой надписью: "Пожалуйста, ничего не трогайте!" Собственная рука на экране тянется к гарнитуре. Крис закрывает редактор.       Нет, не сегодня.

***

      – У кого сейчас печать организации?       – Всем пришёл расчетный лист? Проверяйте почту.       – Коллеги, обратите внимание на...       – Кристина, вышли мне на почту свой отчёт, пожалуйста.       – Да-да, минутку.       Новый рабочий день принёс с собой очередной выпитый литр кофе и запару. Крис не могла назвать себя трудоголиком, работа просто помогала ей избегать ненужных мыслей. Часто она сама брала на себя слишком много, чтобы просто не думать о происходящем с ней. На этот раз почему-то не получалось.       – Я сейчас вернусь.       Махнув зачем-то коллеге, которая занимала соседний компьютер, Крис спешно отправилась на выход. Дышать с каждым шагом становилось тяжелее, лёгкие судорожно сжимались, всё сильнее потакая дурной привычке. Легче стало только только когда их наполнил пар со вкусом всё того же переспелого манго, а сама девушка в очередной раз обнаружила себя на общей лоджии. Осенняя прохлада и глоток никотина постепенно возвращали её в реальность. После той пятничной вылазки пристрастия к курению обострилось ещё сильнее, но Крис не понимала почему, ведь, если разобраться, ничего не произошло. Совсем ничего. Верно?       Остаток рабочего дня заставлял девушку периодически бегать утолять никотиновый голод, что определенно сказалось на её рабочей продуктивности, поэтому сегодня она впервые за долгое время снова взяла работу на дом. Солнце даже не думало показываться сегодня, поэтому Крис даже не знала, село оно или нет, когда подошла к дому. Возле общей входной двери её встречали обшарпанные стены, привычный запах сырости и очередное желание закурить. Неприятно стискивая горло, оно заставило девушку нерешительно замереть на месте. Снова не выдержав, девушка присела на каменный выступ, в душе обещая себе, что это последний раз на сегодня – курить в квартире она не могла и не хотела. Грудь вновь обожгло.       – Фу, а Крис курит.       Девушка нехотя подняла глаза наверх, прекрасно зная, чьё лицо её там встретит. Макушка Лекса, которая была уже бог знает какого цвета из-за давно смывшейся краски для волос и отросших тёмных корней торчала из окна, а на его лице рисовалась широкая ухмылка, да ещё и противная такая, будто они вчера не повздорили. И чему он радуется?       – И что? – нет, правда, сегодня Крис было не до шуток. – Ты не куришь, можно подумать.       – Нет конечно, кто тебе сказал такую чушь?       Девушка на минутку задумалась.       – Разве?       Действительно, она никогда не видела его с сигаретой, но почему-то мысленно для себя решила, что где-то там за кадром он с ней не расстается. И почему решила, спрашивается?       – Разве ты не должен быть, ну, тем самым плохим парнем с сигаретой в зубах?       Сверху послышался сдавленный смех.       – Это было бы очень тупое сюжетное клише. Докуривай свою гадость и поднимайся.       – Слушай, Лекс, я сегодня не могу. У меня много работы и-       – Оставишь меня голодным? – он похлопал своими карими глазами, видимо считая, что это должно быть мило. – Бедного, несчастного инвалида? Ты жестока, у тебя нет совести.       Что ж, и правда.       – Ладно, подожди минутку.       Вчерашний рис Крис попыталась реабилитировать, пожарив его с яйцом. На вид всё ещё было так себе, зато на вкус оказалось очень даже ничего. Сегодня девушка ела быстро – хотелось скорее спровадить Лекса и сесть за работу. Парень, однако, вообще не спешил. Крис покосилась исподлобья на его лицо, синяки на которым желтели всё сильнее с каждым днём. Тот, кажется, вообще чувствовал себя как дома. Ну что ту скажешь, она сама ему это позволила.       – Так что у тебя случилось?       – Что?       Девушка подняла голову. Она не сразу поняла, о чём он говорит.       – Снова будешь издеваться? – а поняв, нахмурилась тут же, стараясь поймать его бестолково гулящий по комнате взгляд.       – Нет, не буду. Серьёзно, не буду, хорошо? Расскажи уже.       – Ух...       Она снова и снова наступала на те же грабли.       – В общем-то, об этом месте я узнала на работе, – заговорила Крис. – Мне стало интересно, ну, в общем... Даже не знаю, как объяснить...       – Ближе к делу.       – Там был компьютер. И гарнитура.       Лекс впервые за время разговора посмотрел ей в глаза и почему-то замер. Крис продолжала.       – И записка с просьбой ничего не трогать.       – Но тебя это не остановило?       – Естественно! А кого бы это остановило?       – Любого, Крис.       – Вот уж не тебе учить меня, – девушка нахмурилась, пряча нахлынувший стыд. – Давай без занудства.       Он как-то странно хмыкнул. Чему именно Крис не знала.       – Ну без занудства так без занудства. В итоге что?       – На самом деле, ничего не произошло, но... Кажется, этим самым я сделала что-то... Что-то очень плохое.       – Пробралась на частную территорию?       – Лекс, ты обещал.       – Прости.       Неловкое молчание разлилось прямо как и вчера, но девушка думала не об этом. Это он сейчас что, извинился перед ней? Впервые за всё время? Просто поразительно. Ей хотелось бы как-то его подковырнуть, поддразнить, но в голову лезло совершенно другое. Жуткое, волнующее, требующее к себе гораздо больше внимания...       – Мне показалось, будто кто-то залез мне в голову.       Крис решилась продолжить.       – Когда я надела гарнитуру. Это было странно, как будто... Копаются в мозгах. Не знаю. Я понимаю, звучит всё очень глупо, но теперь я думаю, вдруг этот компьютер сделал что-то... Со мной... Не знаю.       Она впервые смогла собрать свои мысли в кучу за эти несколько дней. Лекс же на это почему-то молчал. Задумчиво. И потому ей казалось, что он скажет сейчас что-нибудь как минимум умное или... Даже успокаивающее, но...       – Выкинь эти мысли из головы. Ничего странного не случилось.       Нет, глупо было надеяться.       – Но Лекс!       И что она хочет ему доказать? Ему плевать.       – Что "Лекс"?       – Ты же разбираешься! – вдруг выпалила она. – Неужели ты ничего об этом не знаешь?       – Я тестировщик, а не программист. Но и так тебе скажу – ты видела обычную кучу старого хлама. Не воспринимай всерьёз.       – Лекс, старая стрёмная машина залезла мне в голову!       – Успокойся, Крис.       В какой момент он поймал её за руку? Крис не знала. Но холод мужской ладони и длинных цепких пальцев неожиданно остудил пыл.       Крис ненавидела, когда к ней прикасаются. На это была масса причин, но почему тогда она позволила ему это?       – Ты прав. Извини. Просто... Что-то взбрело в голову. Обычно я не боюсь таких вещей.       – Забей.       Он отнял руку от её запястья. Там, где его ладонь казалась кожи, остался лёгких холодок. Почему его руки были такими ледяными?       – Ну, раз ты меня сегодня не ждала, пойду я.       – Лекс, подожди.       – Не стоит, у тебя работы полно.       И хлопнул дверью. Снова.       В ту ночь Крис себя не жалела. Сначала до полуночи сидела в бумагах, потом, после – в видеоредакторе. Почему-то она больше не боялась – грело стывшее на запястье холодное прикосновение. К утру, когда ей уже пора было выходить, новое видео, которое она, видит бог, на этот раз отсмотрела от и до, уже висело на ютубе. Лекс был первым, кто в принципе его открыл. Из динамиков доносился знакомый голос, а на экране рябило помещение. Тоже вполне знакомое ему.