Дом там, где ты

Они ушли через южные ворота в два часа ночи. План был простым, насколько это вообще возможно для двух подростков, которые решают сбежать из самой укреплённой деревни в мире шиноби. Какаши подготовил маршрут — все патрульные тропы, все сенсорные посты, все уязвимые места в системе безопасности. Он готовился к этому бессознательно месяцами, сам не понимая зачем. Теперь знал. Обито собрал припасы — еду, деньги, лекарства, запасные очки. Он оставил прощальное письмо бабушке, короткое и жестокое: «Прости. Я жив. Не ищи меня. Я люблю тебя». Они встретились у водонапорной башни за полчаса до выхода. Луны не было. Небо затянуло тучами, и Какаши подумал, что даже боги, кажется, хотят помочь им исчезнуть. — Боишься? — спросил Обито, когда они прыгнули на крышу первого дома, оставляя Коноху позади. — Нет, — соврал Какаши. — Я боюсь, — сказал Обито. — Но я больше боюсь остаться. Они двигались быстро, бесшумно, как учили. Какаши вёл, Обито прикрывал спину. Они миновали внешнее кольцо патрулей, проскользнули через пролом в стене, о котором Какаши знал ещё с тех пор, как тайком выбирался на ночные тренировки. А потом они были за воротами. Лес встретил их тишиной и холодом. Какаши остановился, обернулся. Коноха спала за их спинами — огни деревни казались далёкими, чужими. — Не оборачивайся, — сказал Обито, беря его за руку. — Если обернёшься, то захочешь вернуться. — Я не захочу. — Тогда не надо. — Обито сжал его пальцы. — Смотри вперёд. Там наш дом. Мы его ещё построим. Какаши посмотрел вперёд. Тёмный лес, неизвестность, опасность. Вся жизнь в бегах. Никакой деревни, никакого будущего, никакой чести. Он улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему. — Пошли, — сказал он. — Ты как всегда опаздываешь. Обито фыркнул. И они побежали — двое детей, которые выбрали друг друга вместо всего мира.