Ошибка 404 в системе Дружбомагии

Вернувшись в свою мастерскую, Индиго впервые не стала сразу задвигать засов. Она оставила дверь приоткрытой, впуская внутрь прохладный вечерний ветерок. Тело ныло после стычки с барсуком, но разум был на удивление ясным. Она доказала себе, что может функционировать в этом мире. Но где-то на задворках сознания, словно заноза, продолжал гнить старый страх. Фандомные байки. Истории, в которых милые пони превращались в кровожадных маньяков. «Я не смогу здесь нормально спать, пока не проверю, — прагматично решила Индиго, разминая уставшие плечи. — Неизвестность хуже правды. Если они маньяки — я буду знать, от кого прятаться. Если нет... значит, пора выкидывать этот интернет-мусор из головы». Цели было две. Самые жуткие, самые травмирующие локации из человеческих фанфиков: сарай Флаттершай и подвал Пинки Пай. К визиту к желтой пегаске она относилась спокойнее — после сегодняшнего барсука Флаттершай казалась слишком мягкой для бензопилы. А вот Пинки... Розовая, гиперактивная пони, способная нарушать законы физики, всё еще вызывала хтонический ужас. «Насчет Пинки нужно вооружиться. Идти к ней с пустыми копытами — самоубийство». Индиго подошла к своему рабочему столу. Она взяла самый плотный, самый темный кусок грозовой тучи размером с бейсбольный мяч. Зажала его между копытами и начала сжимать, конденсируя статическое электричество до предела. Воздух запах озоном. Туча превратилась в плотный, черный шарик, внутри которого бесновались спрессованные молнии. Это был не монстр-скульптура. Это был компактный, высокочастотный грозовой шокер. Одно касание — и противника вырубит разрядом, способным свалить быка. Индиго аккуратно спрятала шарик в переметную сумку. Операция началась. Цель первая: Сарай. Время: 23:00. Ночь выдалась темной. Индиго бесшумно приземлилась на заднем дворе коттеджа Флаттершай. В окнах было темно — пегаска и её зоопарк давно спали. В глубине двора, под раскидистым деревом, стоял он. Тот самый сарай. Деревянный, покосившийся, с тяжелым навесным замком. В знаменитом фанфике «Pony.MOV» именно здесь скрывалась расчлененка и безумие. Индиго подошла ближе. Сердце забилось чаще. Она прислушалась. Тишина. Она достала из сумки кузнечные щипцы, которыми сегодня ломала капкан барсука, и просунула их в дужку навесного замка. Ржавый металл хрустнул и поддался даже легче, чем днем. Замок глухо брякнул о траву. Индиго сглотнула, толкнула скрипучую деревянную дверь и зажгла на кончике копыта крошечную статическую искру для освещения. Она приготовилась увидеть крюки для мяса, пятна крови и горы костей. Свет осветил помещение. Вдоль стен стояли аккуратные стеллажи. На них стройными рядами лежали... запасные мешки с морковью. Рядом — грабли, лопаты для уборки снега, пара леек, стопка старых, погрызенных Энджелом пледов и гигантская бутыль шампуня от блох для медведей. В углу уютно спала толстая пушистая моль. Ни бензопил. Ни крови. Ни спрятанных скелетов. Индиго постояла в дверях, чувствуя, как адреналин медленно стекает по ногам в траву. Она шумно выдохнула, прикрыв глаза. — Боже... какая же я дура. Она аккуратно прикрыла дверь, повесила сломанный замок обратно на ушки (чтобы издалека казалось, что он закрыт) и растворилась в ночном небе. Первая заноза была вытащена. Цель вторая: Подвал Сахарного Уголка. Время: 01:30. В центре Понивилля было тихо. Здание кондитерской выделялось в темноте своими пряничными очертаниями. Индиго приземлилась на заднем дворе, возле двери, ведущей на кухню и в подсобные помещения. Замок здесь оказался сложнее, но окно в кладовую было приоткрыто для проветривания. Индиго проскользнула внутрь, как синяя тень. Пахло ванилью, корицей и жженым сахаром. Индиго опустила копыто в сумку, крепко сжав свой грозовой шарик-шокер. Если «Кексики» (Cupcakes) — это правда, то сейчас её жизнь может закончиться на хирургическом столе. Она нашла дверь, ведущую вниз. Ступени тихо скрипели под её копытами. Мрак подвала казался густым и зловещим. Она спустилась до конца, держа шокер наготове. В любой момент она ожидала услышать смех Пинки Пай и звук включающейся центрифуги. Индиго нащупала выключатель и резко щелкнула им, одновременно выставляя перед собой искрящийся грозовой шар. Вспыхнул свет. Индиго замерла в боевой стойке, тяжело дыша. Подвал был огромен. Вдоль одной стены до самого потолка высились мешки с мукой, сахаром и какао-бобами. На деревянных поддонах стояли бочонки с патокой и яблочным сиропом. В центре комнаты находился большой стол, но на нем лежали не хирургические инструменты, а... гигантские запасы праздничного реквизита. Сотни свернутых бумажных колпаков. Коробки со свечами для тортов. Конфетти, расфасованное по цветам. Десятки запасных резиновых куриц. Никаких хирургических ламп. Никакого платья из кьютимарок. И вдруг из угла раздался шорох. Индиго резко повернулась, направив шокер на звук. Шар в её копыте затрещал, выпуская синие искры. Из-за мешка с мукой, жмурясь от яркого света, выполз Гамми. Маленький беззубый аллигатор Пинки Пай. Он посмотрел на искрящуюся Индиго своим вечно невозмутимым, пустым взглядом, медленно моргнул и... отрыгнул маленькое розовое конфетти. После чего развернулся и пополз обратно в свой угол досыпать. Индиго опустила копыто с шокером. Грозовой шар в её хватке медленно погас, впитавшись обратно в шерсть. Она стояла посреди подвала кондитерской, вдыхая запах мучной пыли и сахара, и чувствовала себя абсолютно, невероятно глупо. И в то же время — бесконечно свободно. Тот мир, который она оставила позади, действительно извратил всё, к чему прикасался. Люди брали светлое и делали из него гниль просто ради лайков на имиджбордах. Она позволила этой гнили перекочевать вместе с ней в новую жизнь. Она боялась призраков, придуманных скучающими подростками в интернете. Но Эквестрия была настоящей. И она была нормальной. Индиго тихо рассмеялась. Сначала робко, потом громче, зажимая рот копытами, чтобы не разбудить мистеров Кейков наверху. Это был смех очищения. Монстры под кроватью оказались просто мешками с мукой. Она выключила свет и поднялась по лестнице. Выбравшись через окно обратно на ночную улицу, Индиго полной грудью вдохнула свежий воздух. Ей больше не нужно было ждать удара в спину от желтой пегаски. Ей больше не нужно было бояться кексиков. Теперь она точно знала: в этом мире можно жить. И если она хочет строить свои границы, она будет строить их на реальности, а не на человеческих кошмарах. Расправив крылья, Индиго оттолкнулась от земли и полетела домой, в Клаудсдейл. И впервые за долгое время полет приносил ей искреннее удовольствие.