Причудливый профессор

Три подростка неторопливо шли к кабинету по защите от темных сил. Рыжий мальчик со значком старосты на груди в очередной раз взмахнул рукой, активно жестикулируя. — Ну вот и смотрит он на них так холодно, «будто они его мантию вонючими бомбами закидали» — так Фред и сказал! — Думаешь, он будет как Снейп? — темноволосый мальчик с молниевидным шрамом на лбу поморщился, словно говорил о чем-то очень мерзком. Рыжий подросток тоже скривил губы, но затем покачал головой. — Не, думаю, будет как Грюм… — А я думаю, что вам двоим не стоит ориентироваться на Фреда с Джорджем, а тем более ставить еще незнакомого человека в один ряд с пожирателем смерти, Рональд! — девочка с кудрявыми волосами, на чьей груди также блестел значок старосты, переводила осуждающий взгляд с одного мальчика на другого. — Просто я слышал, что нового учителя нашли буквально в последние недели лета… Никто же больше не хочет работать на проклятой должности — вот и любопытно, что это за смельчак, — отозвался Рон немного смущенно. — Нет, серьезно, Гермиона. Ты видела этот взгляд во время пира? И имя это странное… Как вообще к нему обращаться? Типа… «здравствуйте, профессор Воробей»? — Гарри заметил, что из-за испорченного настроения говорил даже с большим сарказмом и раздражением, чем обычно, но все равно не собирался себя сдерживать. Однако Рон, тут же издавший приглушенный смешок, явно оценил едкость Гарри. — А мне не нравится больше всего то, что везде, где это возможно, он ходит по перилам вместо лестниц! И это должно беспокоить вас двоих больше, чем необычное имя. — строго сказала Гермиона. Рон заметно оживился, вспомнив, и заговорил, сдерживая смех. — Я видел, как он однажды встал на ступеньку-ловушку и провалился почти по колено, а потом еще минуты три дергал ногой, пытаясь ее вытащить! Ха-ха — Очень смешно! — саркастично ответила Гермиона. — Надеюсь, ты помог ему? — Тц… Он постоянно оглядывался, видимо, боясь, что его кто-то увидит в таком виде, так что я сомневаюсь, что он бы обрадовался моему появлению! Кажется, Спэрроу сделал выводы на счет местных лестниц, вот и не ходит больше! — мальчики рассмеялись и даже Гермиона не смогла сдержать улыбки. Они уже приближались к кабинету, поэтому разговор плавно перешел в другое русло. Боясь быть услышанными, они не решились обсуждать нового профессора прямо перед его носом. Зайдя, они увидели за преподавательским столом молодого человека с острыми чертами лица и пронзительным, холодным взглядом. В целом он создавал впечатление крайне опытного, умного и образованного человека. А взглянув на его атлетичное, поджарое телосложение, которое было заметно даже через одежду, Рон тихо присвистнул. В магическом мире, где все делалось при помощи палочек, а главным спортом был квиддич, в котором главное — это равновесие, вестибулярный аппарат и меткость, подобная физическая подготовка была редкостью. — Проходите, садитесь. Урок сейчас начнется, — разнесся по классу властный голос, полный спокойствия и невозмутимости. Детей в классе постепенно становилось все больше, а свободных мест все меньше. Клейн вздохнул и вновь открыл учебник для пятого курса. Несмотря на феноменальную память полубога, он просто не смог запомнить тот объем информации о различных магических существах, который требовался для уроков. Учитывая время, что он тратил на изучение английского и латыни, Клейн просто не успевал запомнить все. Более того многая информация отличалась от того, что знал он благодаря собственному накопленному опыту и литературе. Это ставило в тупик, заставляя Клейна сомневаться то в своих знаниях, то в знаниях составителей учебников. Класс постепенно наводняли дети. Клейн взглянул на часы, убедился, что урок вот-вот начнется, встал со стула и написал на доске тему урока. Он чувствовал сверлящие взгляды учеников на своей спине, но ничто в его лице и теле не выдавало внутреннего волнения. Он повернулся и внимательным взглядом осмотрел класс. — Добрый день. Меня зовут Герман Спэрроу. — Здравствуйте. — нестройным хором ответил класс. Клейн в очередной раз убедился, что преподавание заметно отличается от обычного выступления на сцене. Заметив палочки на партах детей, он тут же сказал: — Палочки уберите и достаньте перья с чернилами. — по классу разнеслись полные разочарования вздохи, но Клейн это проигнорировал. — Страница 31 учебника. Тема «Вампиры и упыри». Прочитайте до 42 страницы. — Гарри нахмурился и переглянулся с Гермионой. Их новый профессор целенаправленно пропустил две главы: теорию защитной магии и далее практику. И заметили это не они одни: по классу прошла волна шепота. Гермиона подняла руку. — Да, мисс…? — профессор с готовностью обратился к девочке. — Гермина Грейнджер. Я хочу задать вопрос. Почему мы пропустили использование защитных чар? — Герман молча смотрел на девочку пару секунд, а затем хрипло произнес: — Ни практики, ни теории заклинаний у нас на уроках не будет по крайней мере до Рождества. — по классу вновь разнеслись удивленные и разочарованные вздохи. — Почему? — уверенно и почти строго спросила Гермиона. — Не в том ли весь смысл защиты от Темных искусств, чтобы научиться применять защитные заклинания? Герман ответил не сразу. Пока волшебная палочка в его собственных руках оставалась лишь куском дерева, который иногда искрился, он не собирался учить этих детей чему-либо связанному с этим. Он не верил, что у него получится и не хотел позориться. Но, конечно, он не стал бы признаваться в этом. Клейн лишь хотел выиграть время, чтобы научиться колдовать самому, а затем уже проводить уроки по темам, связанным с сотворением заклинаний. — Через некоторое время, изучив магических существ, мы начнем изучать теорию. Затем, возможно, практику. Для сотворения заклинаний нужны безопасные условия. С хорошей, устойчивой теорией проблем с сотворением магии возникнуть не должно. — не меняясь в лице, сказал Герман и надел на нос аккуратные золотые очки. В них он словно выглядел еще строже, чем раньше. — Если на нас нападут, то какие могут быть «безопасные условия» во время боя? — по классу разнесся звонкий, полный плохо скрываемого раздражения голос. Если раньше за их разговором наблюдали лишь единицы, то теперь больше половины класса прекратили чтение и с интересом ждали ответа учителя. — Ваше имя, пожалуйста. — Гарри Поттер. — мальчик со шрамом на лбу решительно встретился взглядом с Германом. Весь его вид словно кричал: «Тебе меня не запугать и не заставить молчать!». Если бы не зелье Клоуна, на лице Германа можно было бы прочитать такой же немой вопрос: «А разве я кого-то запугиваю?». Внутренне усмехнувшись, Герман спросил, не меняясь в лице: — А кто именно собирается напасть на вас, мистер Поттер? В Гарри вскипела злость. Как он может и смеет звучать таким образом?! Словно искренне не знает, что происходит! Когда Гарри заговорил, его голос буквально сочился ядом. — М-м-м, дайте сообразить… Может быть… лорд Волан-де-Морт? — в то же мгновение по классу в третий раз разнеслись вздохи, но на этот раз полные ужаса. Кто-то на задних рядах даже чуть не упал. Раздался шепот. Благодаря своему улучшенному слуху Клейн легко разобрал фразу одной из девочек — «Хватит произносить имя Того-Кого-Нельзя-Называть! Сколько раз просили так не делать!». Еще несколько детей сказали аналогичное. Клейн обвел взглядом класс. — Чтобы сражаться с Тем-Кого-Нельзя-Называть, вам нужно в первую очередь тренировать свое сознание, мистер Поттер. Усиливать его. Пока что, в вашем возрасте, вы можете не надеяться выжить, если вступите с Ним в прямую конфронтацию. Научится защищать свое сознание и разум — это лучшее, что вы можете сделать в борьбе с потусторонним пути Зрителя. Гарри выглядел немного ошарашенным таким ответом и не он один. Поняв, что, несмотря на странный ответ, новый профессор не отрицает факт воскрешения Волан-де-Морта, злость в Гарри несколько утихла. — И да. Не произносите Его имя, пожалуйста. Если, конечно, не хотите привлечь Его внимание. Не думайте об этом, а просто учитесь и самосовершенствуйтесь. — Гарри поджал губы. Как будто внимание Волан-де-Морта уже не сосредоточено преимущественно на нем! — Читайте, пожалуйста, главу. — Герман занял свое место за учительским столом. Поняв, что волнение в классе стихло, он в задумчивости вынул из-за пояса свою палочку. Буквально сегодня утром, накануне занятий, она внезапно сменила цвет, став серебряной с двумя черными вкраплениями, напоминавшими драгоценные камни. До этого он впервые пробовал колдовать с ее помощью и, как только спустя почти час его заклинание удалось, палочка заискрилась и сменила цвет. Клейн понятия не имел, должны ли палочки себя так вести, но его духовная интуиция подсказывала ему, что, нет, не должны. У него была теория на этот счет, и он собирался проверить ее ночью, когда останется один. В это время Рон, заметивший, что строгий профессор отвлекся, наклонился к Гарри и тихо спросил: — Ну как думаешь? Он с министерством? — Гарри только пожал плечами. Изначально он был уверен, что да. Однако сотрудник министерства не за что не признал бы воскрешение Волан-де-Морта, так что теперь он был в смятении и смущении, чувствуя, что его прежняя грубость с профессором, возможно, была неправда. — Вы дочитали? — холодно спросил профессор, поправив очки на носу. Его взгляд мгновенно остановился на Роне и Гарри. — Да. — Бесстыдно солгал Рон за них двоих. — Хорошо. Кто мне ответит, что вы знаете о сангвинах? — Гермиона тут же подняла руку. Других желающих отвечать не было. — Пожалуйста, мисс Грейнджер. — Вампиры, реже сангвины, это ожившие мертвецы, которые питаются кровью. Заражение происходит через укус. Отличаются бледной кожей и длинными клыками. Их главные слабости — это чеснок и солнце. — Герман хмыкнул. — Хорошо, но не совсем верно. Во-первых, хотя искусственным вампиром можно стать, выпив зелье, но чистокровным можно только родиться. Никакого заражения через укус не происходит — это миф, навязанный поп-культурой, — Герман бросил быстрый взгляд на «стайку» девочек на задних партах и решил на всякий случай уточнить, — …и кожа у вампиров не блестит. Гермиона нахмурилась, выглядя искренне озадаченной. Затем она решительно открыла учебник, а ее глаза забегали по страницам. — Как видишь, в книжках твоих не все правда, — Рон торжествующе ухмыльнулся. — Я скорее поверю, что профессор Спэрроу что-то перепутал. — найдя нужные строки, Гермиона подняла руку. — Могу я подойти, сэр? — Конечно. — Клейн, все это время крутивший в руках волшебную палочку, отложил ее в сторону и сцепил руки в замок. Девочка быстро подошла и положила перед ним раскрытый учебник. — Вот здесь! «Вампиром можно стать, получив укус в шею от уже имеющейся особи.» — Герман смотрел на страницу пару секунд, прежде чем вернуть Гермионе учебник. Как истинный Провидец, он загадочно улыбнулся, слегка приподняв уголки губ. — Я полагаю, что автор учебника прежде никогда не общался с врожденными сангвинами. — Клейн сказал это таким тоном, что любому, кто его слышал, фраза показалась незаконченной. Словно дальше должно было следовать «в отличие от меня», но их профессор просто не захотел хвастаться. — То есть Вы хотите сказать, что в учебнике ошибка? — с плохо скрываемым вызовом в голосе спросила Гермиона. — Автор назвал главу «Вампиры и упыри», а не «Сангвины» или «Путь Аптекаря». — многозначительная улыбка не сходила с лица профессора. В классе стояла гробовая тишина, пока каждый ребенок пытался понять, что вообще Герман имеет ввиду. В воздух поднялась еще одна рука. — Дин Томас! Профессор Спэрроу, Вы звучите так, словно сами лично имели дело с вампирами. — Клейн кивнул мальчику, высказавшему вслух вопрос, которым задавался каждый в классе. — Да, я имею довольно тесные связи с вампирами. — хотя класс явно ждал какого-то рассказа об этом, профессор сделал вид, будто не замечает выжидательной тишины, повисшей над ним. Он невозмутимо откинулся на спинку стула и величаво скрестил ноги в коленях. — Есть еще вопросы? Если нет, то возьмите перья и зачеркните в своих учебниках некоторые абзацы. Я их заранее указал на доске. Вы должны были остановить чтение как раз перед первым таким. А пока вы этим занимаетесь… Что вы знаете о прародительнице Лилит?

***

— Это возмутительно! Мы должны рассказать об этом профессору Макгонагалл. Так нельзя вести уроки. Рон наклонился к Гарри и прошептал ему на ухо. — Кажется, Спэрроу действительно надавил на больное, вычеркнув половину главы. Что-то не припомню, чтобы она была сильно против, когда Локонс заставлял нас разыгрывать спектакли вместо уроков! — Но он ведь всего лишь раздавал автографы вместо уроков, а не черкался в книге, как этот «изверг»! — с готовностью поддержал друга Гарри саркастичным комментарием. — Мне было 12! — тут же вскинулась Гермиона, которая тоже отлично расслышала слова Рона. — Я уточню, кто писал эти учебники. Мы не можем просто оставить как есть такое самоуправство. — Да ладно тебе! Он выглядит чертовски умным и опытным, и говорит убедительно. А ты что думаешь, Гарри? — черноволосый мальчик ответил не сразу. — Ну… Он выглядит жутким. И странным. А еще меня раздражает эта его манера недоговаривать и многозначительно молчать. — Он так учит нас думать самим, развивает наше логическое мышление. Это мне как раз понравилось больше всего! — с готовностью вступилась за профессора Гермиона. — Так он тебе нравится или нет?! — вспылил Рон и всплеснул руками. — Спэрроу не плох. Меня лишь смущает то, как он смело заявил, что учебник неправильный. Мне просто нужно посетить библиотеку и уточнить… И выглядит он серьезным и строгим, жаль малость недружелюбным… — «Малость»? Мне казалось, он дыру во мне просверлить хочет взглядом. — Гарри усмехнулся. — А вообще, он же совсем не похож на волшебника внешне, вы заметили? Я имею ввиду ни мантии, ни конусообразной шляпы… — он не мог отбросить мысль, что Дурсли были бы в восторге, узнав, что такой человек как Спэрроу будет учить его. Человек, который выглядит нормальным и при этом ведет себя достаточно строго и отчужденно с Гарри — идеал семейства Дурслей! — Видимо, он маглорожденный или полукровка. По крайней мере, мы можем сказать, что он не работает на Волан-де-Морта — пожиратель смерти не стал бы вести себя как магл. Ну… Если только это не маскировка. — Рон пожал плечами, ухмыльнулся и вновь повернулся к Гермионе. — А что вы с ним, кстати, обсуждали, когда он попросил тебя задержаться после урока? — Да так… Он расспрашивал об уроках астрономии. Я подозреваю, что он изначально хотел попасть именно на эту должность, потому что он очень интересовался и с помощью чего мы смотрим, и как долго, и что записываем, видели ли мы что-нибудь странное в небе и задал еще кучу вопросов! Честно, он не похож на человека, который увлекается звездами, но, кажется, в его случае внешность часто обманчива. — Он похож на мракоборца. Очень бывалого мракоборца. Как думаешь, у него реально есть друг-вампир? — Скорее всего. — Гермиона резко остановилась у одного из поворотов — Вы куда? В гостиную? Я иду в библиотеку изучать вампиров. — когда ни один из мальчиков не выказал желания отправиться вместе с ней, девочка быстро удалилась. — Если профессор так разгневал Гермиону, то ему лучше бы иметь тонну доказательств своих слов, потому что, я уверен, уже завтра она завалит его литературой. — Гарри усмехнулся. Ему уже хотелось увидеть лицо нового профессора, когда он поймет, с кем столкнулся.

***

Уроки были закончены, солнце уже село, а Клейн все еще никак не мог правильно сформулировать докладную. Рядом с чистовым листом валялся черновик, уже сплошь изрисованный разнообразными мультяшными черепашками, однако идей, как правильно преподнести его претензию, все равно не было. Размышляя, Клейн пялился на свою палочку, которая вновь начала искриться и засветилась мягким серебром. Ведомый сиюминутным, подсознательным желанием, он протянул руку осторожно погладил палочку, как обычно люди гладят животных. Предыдущие попытки общения с артефактом были безуспешны, но он все равно воспринимал его как нечто отдаленно живое. Внезапно из кончика палочки вытянулась белая нить и упала на поверхность стола, тут же начиная формировать из себя буквы. — «Ваш верный слуга наконец-то нашел вас, Великий Мастер! За это время у Вас накопились вопросы?» — Клейн на мгновение замер, сдерживая улыбку. Это определенно был приятный сюрприз. — Да, Арродес. Во-первых, где мы? — «Я полагаю, что это другая реальность или что-то подобное. Простите, Достопочтенный Мастер, это все, что я могу сказать…» — за полным сожаления троеточием следовала небольшая рожица, изображавшая плач. При этих словах Клейн резко посерьезнел. — Какие есть коренные изменения? — «Этот мир более технологически развит, чем наш. Здесь также не употребляют зелья для обретения сил и духовности. С ними можно только родиться. Тех, кто не обладает магией, называют маглами. А одаренных духовностью — ведьмами, колдунами или волшебниками. У каждого такого мага есть волшебная палочка, которая служит проводником для духовности. Хотя маги заметно слабее потусторонних, их колдовство более стабильно и универсально. Им можно не бояться потерять контроль.» — Клейн вздохнул. Большинство из того, что сказал Арродес было ему уже известно. — «Великий Мастер, Вы позволите мне дать Вам небольшой совет?» — эти слова заставили профессора напрячься. Если зеркало просило о подобном, значит это было что-то достаточно важное, чтобы он посмел это упомянуть. — Конечно, говори. — тут же ответил Клейн, не забывая считать вопросы и ответы. — «На вашем месте я бы поостерегся использовать волшебную палочку. Это увеличит риск потери контроля, так как ваша духовность не приспособлена для такого, насколько бы сильной и совершенной она ни была. Приношу свои извинения за доставленные неудобства, но из-за того, что я использовал Вашу палочку как вместилище, ее магия станет заметно хуже. Я частично черпаю ее силы, чтобы поддерживать себя и связь с Вами, Великолепный Мастер.» — серебряная нить, которая все это время непрерывно выводила букву за буквой, замерла на мгновение. — «Благодаря Вашей связи с палочкой я нашел Вас. Это было трудно и долго. Я боюсь снова Вас потерять, если с этим типом контакта что-то случится.» — Не беспокойся, я не собираюсь прерывать связь. — хотя Клейн был недоволен перспективой стать белой вороной без палочки, Арродес под боком был слишком полезен, чтобы от него отказываться. — Я рад, что ты здесь. Клейн решил немного поощрить зеркало за старание и преданность. Он протянул руку и вновь погладил серебряную палочку кончиками пальцев. Она словно затрепетала. Серебряная нить мгновенно приняла форму сердца. — Ты знаешь, как нам вернуться? — «К сожалению, нет. Если у Вас нет больше вопросов, я могу быть свободен?» — Конечно. — написав своему Мастеру пожелание сладких снов, Арродес затих. Отложив недописанную докладную до завтра, Клейн пошел в кровать.