Как Кейл Адина соблазнял (и пожалел).

      Очередной, казалось, ничего не предвещающий понедельник в офисе ООО «РосКорРоанИнвест» начался с того, что Альберу Кроссман внезапно засиял голливудской улыбкой, от которой по телу Хенитьюза табуном пробежали мурашки.       — Кейл, мой верный заместитель, — Альберу заговорщицки понизил голос. — До меня дошли слухи, что наш конкурент из «ИмпериалМогоруГрупп», Адин, ищет особого общения. В нашей стране такие... специфические увлечения сильно помешают ему выиграть тендер. Поэтому сделай-ка ты аккаунт в Тиндере, соблазни его, заскринь переписку и разбей его репутацию в щепки.       Кейл вздохнул. Ему было лень, но премия сама себя не заработает.       — Окей. Но с тебя ящик вина и неделя-другая отпуска.

***

      Притворяться оборванным рукавом Хенитьюзу искренне не хотелось: гордость асексуала и здравый смысл вопили, что это слишком геморройно и болезненно для его хрупкой психики.       Поэтому Кейл решил пойти по пути наименьшего сопротивления. Благо, Рон по своим каналам уже пробил по базам и собрал стопроцентное, подтверждённое хакерами досье: Адин — бисексуал. Причём с явным уклоном в эстетику и интеллектуальность.       План «Капкан для долбанутого мажора» в российских реалиях выглядел надёжно, как швейцарские часы:       С помощью тонны корейского тональника, контуринга и удачного ракурса (под углом 45 градусов сверху, чтобы скрыть кадык) Кейл превращается в девушку, потом создаёт в Тиндере образ роскошной мадам. Влюбляет Адина по уши, попутно выуживая из него в личке скрины, компромат и признания в любви.       Кейл уже предвкушал этот момент: Адин отправляет слащавое признание в Тиндере, и тут Кейл включает режим гендер-бендер: лёгким движением руки меняет в своих сообщениях окончания глаголов на мужские, а вместо аватарки с загадочной леди загружает своё истинное, уставшее и суровое лицо.       Дома Кейл критически осмотрел себя в зеркало: длинные красные волосы, бледная кожа, худое, по-девичьи хрупкое тело... Если не особо не приглядываться, то он и за бабу сойдёт.       — Лили, — позвал он младшую сестру. — Мне нужен макияж. Я должен выглядеть как роковая богатая женщина, которой срать на весь мир.       Лили посмотрела на брата, на косметичку, потом снова на брата.       — Кейл, ты уверен, что хочешь пойти по пути трансвестизма ради работы?       — Это ради моей спокойной жизни, Лили. Давай, крась.       Через полчаса из зеркала на Кейла смотрела прекрасная, но очень злая Кейлин. Фото было сделано под идеальным ракурсом, анкета заполнена максимально сухо: «Люблю деньги, вино, не люблю людей и работать, не пиши мне».       Мэтч произошёл буквально через час.       Адин: «Привет, красавица. Твой взгляд пронзает моё сердце похлеще акций Газпрома в его лучшие годы».       Кейлин: «Да мне насрать».       Кейл даже не старался: он отвечал односложно, грубил и забывал переключаться на женскую речь. Адин: «Ты такая загадочная. Почему ты пишешь о себе "пошёл за пивком"?». Кейлин: «Т9. Я хотела написать "пошла за пирожными"».              Адин начал присылать кружочки: то он в спортзале играет мышцами, то он за рулём мерседеса поёт «Владимирский централ», томно поглядывая в камеру. Кейл смотрел на этот дурдом и думал, что было бы лучше сожрать чёртов лимон, чем заниматься всем этим.       — Какой же он придурок, — бормотал Кейл, сохраняя каждый кружочек в папку «Компромат».       Утром Кейл скармливал Адину фотки в розовом халате то на фоне картины и цветов из гостиной, то на балконе с круассаном и чашкой ароматного кофе. Адин: «Кейлин, ты такая утончённая... Наверное, любишь йогу или пилатес? По утрам пьёшь смузи из фруктов или сельдерея?». «Кейлин», доедая шаурму у метро: «Мой смузи сегодня — это крепкий кофе, смешанный с блевотой от твоих сообщений. А из йоги я предпочитаю позу спящей мартышки по двенадцать часов в сутки». Адин: «Ого! Ты такая приземленная, это так освежает! Ты не такая, как другие инста-дивы».       Кейл, думая про себя: «Конечно, я не такая. Я — тридцатилетний мужик с похмельем после вчерашней пьянки, у меня из инстаграмного только дом, и то благодаря Лили.       Не обходилось и без тупых подкатов. Адин: «Кейлин, твои глаза как два бездонных озера... В них хочется смотреть вечно». Кейлин: «В озёрах обычно топятся. Не пиши мне, я занята — смотрю, как сохнет краска на стене. Поверь, это в разы интереснее, чем наш диалог». Адин: «Ах какая дерзкая! Обожаю женщин с характером!».       Кейл, думая про себя: «Господи, он ещё тупее, чем Альберу говорил...».       Но больше всего Кейл ненавидел «эротишные» фотки: Адин прислал фото своего пресса из спортзала: «Оцени форму по десятибалльной шкале? 😉». Кейлин: «1/10. Свет плохой, ракурс — херня, и вообще, ты выглядишь так, будто у тебя запор. Сходи к врачу и не позорься». Адин: «Твоя прямолинейность... она меня заводит. Ты такая строгая госпожа!».       Кейл заорал на весь дом: «Лили, Басен, кто-нибудь, принесите святую воду, мне надо промыть глаза. Срочно».             

***

      От общения с Адином не спасала и работа. Так на одном из обедов Альберу заглядывает в телефон Кейла.       — Донсэн, ну кто так флиртует? — искренне негодовал Кроссман. — Напиши ему, что у тебя сломался ноготь и тебе грустно.       — Иди к чёрту, Альберу, — проворчал Хенитьюз, но к совету прислушался. Кейла:  «Сломала ноготь. Грущу. Купи мне завод или отвали от меня». Адин: «Завод? Какой именно? Металлургический в Челябинске подойдет? Ради твоей улыбки я готов на всё!»       Кейл устало вздохнул и посмотрел на Альберу. — Он больной. Уволь меня прямо сейчас.       

***

      Переписка плавно текла, со скоростью улитки подползала к концу неделя, и наконец-то настали долгожданные для Кейла выходные. Адин: «Скинешь фото того, чем сейчас занимаешься? 😉». «Кейлин», забывшись, кидает фото грязного гаража, где он помогает Чхве Хану чинить доставшийся от деда жигуль: «Перегрелся двигатель из-за заклинившегося термостата. Зараза, придётся слить антифриз, ослабить хомуты и заменить деталь». Адин: «...😨». Адин: «Кейлин, ты увлекаешься автомеханикой?! Это так... необычно для девушки твоего уровня!». Кейлин: «Сидеть в гараже очень медитативно. И вообще, не суди книгу по обложке, я ещё и в рожу могу дать, если не перестанешь слать эти грёбаные смайлики с сердечками». Адин: «Я влюблён. Определённо».       Вечером Адин прислал видео, где он в дорогом костюме пафосно пил коньяк у камина. Адин: «Думаю о нашей встрече в такой обстановке, леди...» Кейлин ответила текстом: «У тебя на заднем плане обои отклеиваются. И коньяк этот — дешёвая подделка, у него цвет как у йода и он воняет спиртягой жёстко. Фу». Адин: «Ты узнала марку по этикетке в расфокусе?! Кейлин, ты просто богиня среди людей!» Кейлин: «Нет, я просто пью с пацанами... Ой, то есть с братьями, бывает, выпиваю, чтобы вспомнить, с чего начался мой успешный успех».       

***

      Когда папка на компе наконец-то наполнилась, настал момент истины. Кейл зашел в настройки, сменил имя на «Кейл», поставил своё обычное фото с пугающе хмурым лицом и отредактировал все старые сообщения, вернув им мужской род. Кейл: «Сюрпрааайз, сука. Я — мужик и твой конкурент. У меня есть все твои видео, где ты подмигиваешь "Кейлин". Увольняйся сам, или завтра эти кружочки будут в общем чате акционеров».       Кейл откинулся на спинку кресла, ожидая потока сообщений, написанных в панике. Телефон завибрировал. Адин: «Боже, Кейл... Я так и знал! Женщины никогда не бывают настолько харизматичными, умными и расчётливыми. Это было чертовски горячо. Слушай, а давай поужинаем? Теперь, когда маски сброшены, нам больше не нужно притворяться». Адин: «Кстати, можешь скинуть оригинал того фото в красном платье с расплывшейся помадой без фильтров? 😉».       Кейл в ужасе уставился в экран. Адин не испугался. Адину это, блять, понравилось!       — Лили! — снова закричал Кейл на весь дом. — Где у нас лежат пассатижи? Мне нужно раскрошить сим-карту и выбросить телефон в Неву!       — Что случилось? — высунулась в дверном проёме сестра.       — План провалился. Этот извращенец хочет продолжения!       В ту же секунду пришло сообщение от Альберу: «Кейл, Адин только что предложил нам слияние компаний при условии, что ТЫ будешь главой его личного секретариата. Что ты там ему понаписал?!».       Кейл молча подошёл к окну и подумал, что работа в офисе — это всё-таки не его. Пора менять имя и бежать со всех ног в Сибирь.