Часть 1
27 апреля 2026 г., 17:17
Примечания:
Автор не указал тегов к работе, поэтому добовляю сама смотря на содержание. Если вы думаете, что какого-то тега или жанра не хватает по вашему мнению, дайте знать.
Англиским не владею, переводила с переводчика, но постаралась немного изменить, что бы лучше ложилось на слух и глаз. Поэтому если найдёте ошибки или неправильную фольмулировку текста, буду рада исправлениям.
Разве я не уничтожаю своих врагов, когда делаю их своими друзьями?
Авраам Линкольн
— Этот парень, наверное, какой-нибудь начинающий артист или что-то в этом роде. С такой причёской он никогда не станет популярным. — Погоди-ка, — говорит Моргана, пробираясь к передней части сумки Акиры. — Что-то не так. — Что? — Разве он не сказал, что подслушал наш разговор о блинчиках? — Моргана бормочет, прищурившись. — Разве не я один об этом говорил? Слова Морганы повисают в воздухе, как пылевые клещи. Глаза Анн расширяются, Рюдзи открывает рот, а у Акиры в животе появляется тяжесть. Вполне возможно, что всё это было вполне невинно, но... Есть вероятность, что происходит что-то зловещее. — Какого хрена, чувак? — говорит Рюдзи. Похоже, он приходит к выводу, что предложенный Морганой вариант самый очевидный. — Ты хочешь сказать, что этот парень был в Метавселенной? — Возможно, — мрачно говорит Моргана. — Мы не знаем подробностей, но не можем просто закрыть на это глаза. — Я согласна, — говорит Анн. Она переминается с ноги на ногу. — Вы думаете, это тот самый человек в чёрной маске, о котором говорил Мадараме? Все они обмениваются тревожными взглядами. Такая возможность не исключена, но есть и вероятность, что всё это недоразумение, ситуация, раздутая из-за обилия домыслов и недостатка фактов. Однако Рюдзи, не колеблясь, перешел от сомнений к ярости. — Спорим, это он. Мы не можем просто так отпустить этого парня, мы должны притащить его сюда за ухо и выбить из него всё, что нам нужно! Что бы с ним ни происходило, он представляет угрозу для «Призрачных воров». — Мы этого не знаем, — говорит Анн. — Что ж, тогда давайте разберемся. — Он решительно бьет кулаком по раскрытой ладони. — Всеми возможными способами. Анн закатывает глаза. Моргана щурится, глядя на Рюдзи, как будто дни, когда он выйдет из тюрьмы, сочтены. Акире приходит в голову мысль. — Нет, — говорит он. — Давайте сделаем прямо противоположное.***
На следующий день после телешоу Горо подходит к парню, с которым разговаривал в зале. Он ждет, пока его друзья отойдут в сторону, и только потом делает шаг навстречу, решив быстро и безобидно представиться, прежде чем тот уйдет. В этом парне есть что-то примечательное, и дело не только в непоколебимой уверенности, с которой он отвечал на вопросы интервьюера о «Призрачных ворах». Горо ещё не до конца осознал, что «Призрачные воры» могут оказаться группой разношерстных старшеклассников, но теперь, когда эта мысль пришла ему в голову, он с трудом верит, что не додумался до этого раньше. По крайней мере, мальчик может поделиться с ним чем-то интересным. Взгляд на «Призрачных воров» с точки зрения поклонника, а не с позиции Горо, который в последнее время относится к ним как к досадной помехе. — Я рад, что нашёл тебя, — говорит Горо, поравнявшись с пернем, на его лице появляется та очаровательная улыбка, которая, как он знает, нравится камерам. — Я хотел поблагодарить тебя лично. Какое-то время они разговаривают, точнее, Горо говорит, а парень слушает и направляет разговор в нужное русло. Парень не особо разговорчив, но он улыбается, пока Горо рассуждает о Гегеле и о том, какие интересные люди учатся в Сюдзине. Людям нравится, когда им льстят, и этот парень, похоже, не исключение, потому что он с готовностью принимает приглашение Горо продолжить разговор в будущем. — Подожди, — говорит он, прежде чем Горо успевает уйти. — Давай обменяемся номерами. — О. Какая умная идея, — говорит Горо, слегка удивленный. Он не дает парню свой телефон, чтобы тот сам ввел номер, ведь тогда он увидит скудный список контактов Горо. — А у тебя какой? Они обмениваются номерами и именами, на всякий случай. Акира Курусу. Горо отстраненно размышляет, не станет ли это имя важным в будущем. Горо убирает телефон в карман и мило улыбается Курусу, совершенно не подозревая о том, что его ждет.***
Воскресенье, Горо сидит за столом в окружении горы материалов для подготовки к вступительным экзаменам, когда приходит сообщение. Это немного удивляет, хотя бы потому, что Шидо не особо любит переписываться. Только взглянув на экран, он вспоминает, что обменялся номерами с Курусу. Акира Курусу@ 13:51: привет Акира Курусу@ 13:51: ты занят? Горо щурится, глядя в телефон. Это кажется... странным. Если бы у Курусу случилась какая-то беда, он вряд ли обратился бы за помощью к школьному детективу, которого едва знает. Наверняка у него есть какой-нибудь компетентный взрослый знакомый. И наверняка у него достаточно друзей, чтобы занять его чем-то другим. В телестудии у него под рукой было полно народу. Горо Акечи@ 13:55: я свободен. Что-то случилось? Акира Курусу@ 13:56: а, отлично Акира Курусу@ 13:56: хочешь потусить? Вот вам и теория о том, что у Курусу целый улей друзей, готовых прийти на помощь. Горо некоторое время смотрит на сообщение. Оно как раненая птица, которую он нашел на тротуаре — он не понимает, что с ней делать. Он никогда раньше не получал подобных предложений от сверстников. Возможно, было бы разумно узнать больше о Курусу, что, по правде говоря, и было его изначальным планом, когда он к нему подошёл. Но Горо хотел сделать это в своем темпе и своими методами. А так он чувствует себя загнанным в ловушку. Засада. Сообщение с предложением потусоваться, и в голове Горо зазвенели тревожные колокольчики. Что, чёрт возьми, происходит? Горо Акечи@ 13:59: Честно говоря, я планировал сегодня сделать школьную работу. Но я ценю твое предложение. Акира Курусу@ 14:00: ладно. дай знать, если передумаешь. Горо Акечи@ 14:02: Я так и сделаю. Но всё равно спасибо. После их разговора он ещё добрых пять минут пялится в свой телефон, как будто это какое-то шпионское устройство. Он не понимает, что сейчас произошло. Он не ожидает, что это повторится.***
Но это происходит. На самом деле проходит всего два дня, и Горо встречает Курусу утром на вокзале. Курусу теребит край рубашки, пытаясь охладить её, чтобы справиться с жарой на шумной станции, когда его замечает Горо и решает поздороваться. На самом деле таков был его изначальный план. Познакомиться с Курусу на безопасном расстоянии, время от времени выуживая у него небольшие, ничем не примечательные сведения, например на вокзале, где у них обоих не будет времени ни на что, кроме короткого разговора. Случайный наводящий вопрос не вызовет подозрений, в то время как целый поток таких вопросов в течение часа может сойти за полноценный допрос. — Доброе утро, — говорит Горо, подходя к Курусу. — Как приятно с тобой встретиться. Курусу сияет, как будто Горо — именно тот, кого он надеялся увидеть: — Забавно, я как раз собирался тебе написать. Ну вот, опять переписка. Горо с трудом сдерживается, чтобы не нахмуриться. — О? — Не хочешь сходить куда-нибудь после школы? Возможно, переписка была бы лучше. Отказаться от приглашения в переписке проще, к тому же так Горо не заметит, что его вообще пригласили. — О, — говорит он. Он чувствует, что его глаза округлились, и, должно быть, выглядит как идиот. — Я… я не уверен, может, у меня уже что-то есть на примете. — Да ладно тебе, — подначивает Курусу. — Ты не можешь бросить меня во второй раз. — Ну, я... — Горо вспоминает о своих манерах, которые он всегда демонстрирует на публике, словно пытаясь произвести впечатление на чьих-то родителей. Он поправляет волосы за ухом. Сегодня действительно жарко. — Думаю, я могу немного отдохнуть. Что ты планировал? — Как насчет закусочной в Сибуе? — Я не против. — Отлично. — улыбается Курусу. На станцию с грохотом врывается поезд, принеся с собой порыв горячего воздуха. — Это мой поезд. До скорой встречи. — Конечно. Горо, всё ещё не придя в себя, наблюдает за тем, как Курусу, растворяется в толпе людей, пытающихся попасть на поезд. Он знает, почему преследует Курусу, почему вообще уделяет ему внимание, но почему Курусу уделяет внимание ему?***
Он проводит остаток дня, размышляя об этом — возможно, переживая, — пока не понимает, что пора ехать в Сибую. В этот момент уже слишком поздно отменять встречу, не рискуя показаться грубым. Горо месяцами создавал образ обаятельного, учтивого и воспитанного Принца-детектива. Он не позволит одной неожиданной встрече с подозреваемым всё испортить. Около четырех часов дня Акира пишет ему, за каким столиком его искать. По пути в закусочную Горо продумывает, какие вопросы он может задать, не вызвав подозрений, что может задумать Курусу, какие темы для разговора стоит поднять. Возможно, эта встреча была не его идеей, но Горо намерен выжать из неё всё, что можно. Он довольно быстро находит Курусу в полутемной закусочной. Это удивительный вихрь чёрных волос невозможно не заметить, и Горо идет за ним до самой кабинки, за которой устроился Курусу. Его сумка, лежащая на столе, кажется, шевельнулась. Горо, слегка встревоженно следит за её движением. — Привет, — говорит Горо. Курусу отрывается от книги, которую читает: — Привет, — говорит он. — Садись. Я заказал тебе фруктовый чай, надеюсь, ты не против. Горо делает вид, что не против, когда за него что-то заказывают. Он садится. — Как прошел твой день? — спрашивает Курусу. Горо не ожидал такого вопроса. Возможно, он оказался более неопытным в этом деле, чем предполагал. — Хорошо, — отвечает он. — Но я очень занят. Кажется, в последнее время моя жизнь не собирается замедляться. — Может быть, я смогу дать тебе передышку время от времени. — Это, э-э... Это очень мило с твоей стороны, Курусу-кун. Курусу улыбается ему. Это приводит в замешательство. К счастью, официантка, разносящая их напитки, отвлекает Горо от дальнейших размышлений. Чай пахнет на удивление приятно. Тревожит то, что Курусу каким-то образом знал, что ему понравится. — Мы могли бы после этого сходить в кино, если хочешь, — предлагает Курусу. — На этой неделе марафон научно-фантастических фильмов. Что думаешь? — Я, ну... Я не уверен, что у меня будет время сегодня вечером... — Тогда только один фильм. Горо хочет отказаться. Он намерен ограничиться короткой беседой за чаем, а потом вернуться к работе. У него нет времени на то, чтобы бродить по городу с Курусу и тратить вечер впустую. — Ладно, — отвечает он.***
Фильм оказался довольно неплохим. Даже захватывающим. Горо давно не был в кино, не говоря уже о том, чтобы взять выходной, и, кажется, он уже забыл, какая приятная атмосфера царит в кинотеатрах. Курусу даже купил попкорн, который в итоге стал общим, когда он намеренно положил его на подлокотник между ними. Попкорн оказался невероятно вкусным. Странно, что двухчасовое молчаливое сидение рядом с кем-то считается сближающим опытом. Необъяснимо довольный, Горо уходит с ощущением, что они с Курусу только что разделили что-то ценное. — Это было... весьма впечатляюще, — говорит он, когда они выбрасывают мусор. — Игра актеров достойна похвалы, а проработка мира просто фантастическая. Обычно я не питаю особой любви к роботам, но что-то в тонкостях... Горо останавливается и краснеет, когда понимает, что Курусу, возможно, не захочет сидеть и разбирать фильм по косточкам, как это делает Горо после просмотра любого фильма. — Прости, — говорит он. — Я часто болтаю о таких вещах. — Ничего страшного. Можешь болтать. Горо пытается изобразить беззаботную, обезоруживающую улыбку: — Боюсь, я тебя утомил. Курусу с напускной серьезностью наклоняется ближе. — Ты никогда бы меня не утомил. Он говорит это с такой серьезностью. Горо ещё раз смотрит на его мягкую улыбку и чувствует, как отключается его защитный механизм. — Ну что ж. Ладно. Он приступает к анализу персонажей, который начинается с опаски, но быстро перерастает в бесстыдную страсть. Горо легко растворяется в других мирах, не принадлежащих ему, и если Курусу и осуждает его, то тщательно это скрывает. Только когда они доходят до железнодорожного вокзала, Горо понимает, как долго он говорил. И не только это: на улице совсем темно, и он понимает, сколько времени они уже здесь. — Посмотри на часы, — говорит Горо, демонстративно глядя на свои наручные. — Кажется, вечер немного ускользнул от нас. Мне пора домой. Он почти ожидает, что Курусу начнет спорить, попытается уговорить его провести остаток вечера в бане или кафе. Но тот молчит, просто засовывает руки в карманы и улыбается. — Мне было весело, — говорит он. — Я тебе напишу. Опять эти сообщения. Зачем, хочет спросить Горо? Что происходит? — Хорошо, — отвечает Горо.***
Два дня спустя Горо стоит в очереди в «Йон-Жермен» и узнает в шумном светловолосом парне позади себя надоедливого друга Курусу с телестудии. Он решает не обращать на него внимания — судя по выражению глаз парня, он не из тех, кто спокойно реагирует на пристальные взгляды, — но этот план проваливается, когда кто-то начинает агрессивно хлопать Горо по плечу. Он оборачивается. Преступником оказывается не кто иной, как тот самый вспыльчивый блондин. — Эй, — говорит парень. — Ты ведь Акечи, да? — Да, — отвечает Горо. — Простите, мы знакомы? — Ну конечно. — Он не уточняет, откуда они знакомы. Вместо этого он полностью меняет тему. — Эй, мы сегодня все собираемся на бейсбольную площадку. Ты с нами? — Прошу прощения? Парень раздраженно вздыхает. Кажется, он вообще не хочет участвовать в этом разговоре. Как ни странно, это самое агрессивное и неохотное приглашение из всех, что Горо когда-либо получал. — В Йонген-Джае, чувак. Ты с нами? То, как он это формулирует, тоже странно, как будто это приглашение было разослано давным-давно, а Горо просто не удосужился ответить. Детективное чутье Горо не дает ему покоя. Такое ощущение, что перед ним лежит часть головоломки, которая должна быть у него перед глазами, но каким-то образом оказалась вне поля зрения. — Э-э, боюсь, у меня уже есть планы на вечер, — говорит Горо, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом этих сердито сдвинутых бровей. — Но спасибо, что подумал обо мне. «Кто ты?» — в отчаянии думает Горо, сбитый с толку до глубины души. — Ладно, как знаешь. До встречи. Он проталкивается сквозь толпу. Очевидно, что покупка выпечки не входила в его планы, и это заставляет задуматься: пришел ли он сюда, чтобы встретиться с Горо? Если да, то зачем? Просто чтобы сделать это странное приглашение? Горо начинает тревожиться из-за ощущения, что он упускает какую-то важную информацию.***
Неизвестный@ 19:49: эй, братан Горо@ 19:56: не тот номер. Неизвестный@ 19:58: нет, это же Акечи, да? Горо@ 19:59: да? Кто это? Неизвестный@ 20:01: Рюдзи Неизвестный@ 20:03: Сакамото Неизвестный@ 20:08: Рюдзи Сакамото Да, Горо всё понимает, вот только он не знаком с Рюдзи. Иногда преданные фанаты узнают его номер телефона и шлют ему крайне подобострастные сообщения, но это почти всегда женщины. Неизвестный@ 20:12: я получил твой номер от Акиры Неизвестный@ 20:13: Акиры Курусу О. О. Кое-что встало на свои места. Вполне вероятно, что это тот самый светловолосый хулиган, которого Горо встретил в пекарне несколько дней назад. Если он здесь для того, чтобы обсудить планы, которые Горо наметил на сегодня, то ему лучше заблокировать его номер, пока ситуация не вышла из-под контроля. Вместо этого он прерывает разговор и открывает переписку с Курусу, намереваясь докопаться до сути. Его пальцы порхают по клавиатуре, прежде чем он успевает включить рациональное мышление. Горо@ 20:15: Ты, случайно, не дала мой номер кому-то из своих друзей? Курусу@ 20:17: О да. Курусу@ 20:17: Прости, не надо было? Горо чувствует, как где-то в виске пульсирует вена, раздуваясь вдвое. Он подавляет свой первый порыв сказать всё как есть. Нет, Принц-детектив вызывает симпатию. Он понимающий. Добросердечный. Ему нужно сохранять эти милые черты характера. Горо@ 20:18: Ничего страшного. Просто немного неожиданно. Не успевает он развить тему и узнать, кому ещё Курусу раздал номер Горо, как Сакамото снова вмешивается со своим сообщением. Неизвестный@ 20:20: когда у тебя будет время потусить? Его растерянность, как дрожжевое тесто, только растет — удваивается, утраивается. Почему Сакамото хочет с ним общаться? Зачем ему вообще понадобился номер Горо? Горо, не понимает, что такое подростковая жизнь, и это осознание бьет его по голове, а за ним следует стыд за свою неосведомленность. Неужели так ведут себя все парни его возраста? Так они заводят друзей? Горо не слишком хорошо разбирается в этих вопросах, да и не особо хочет. Юность и проблемы людей его возраста меркнут по сравнению с тем, с чем Горо сталкивается ежедневно, и общего у них очень мало. Возможно, постоянные отказы положат конец этой странности. Горо собирался на всякий случай немного понаблюдать за Акирой Курусу, но ему совершенно не хотелось намеренно проводить время с этим блондинистым придурком. Горо@ 20:24: Должен признаться, что не уверен. В последнее время у меня много дел. Прошу прощения. Неизвестный@ 20:25: отстой Горо@ 20:26: Прошу прощения. Это было даже более великодушно, чем требовалось от Горо, он надеется, что на этом всё и закончится. Хотя у него такое чувство, что это не конец.***
— Эй! Акечи-кун! Горо резко оборачивается. Он предчувствовал, что сегодня идти в супермаркет в подземном торговом центре у станции — плохая идея, учитывая, что там даже в тихие дни толпятся его поклонники. Горо бы с удовольствием наслаждался своей зашкаливающей популярностью, если бы из-за неё ему не приходилось тратить лишний час на дорогу до дома и обратно, чтобы раздавать автографы, делать селфи и лучезарно улыбаться. В проходе между холодильниками с фруктовыми смузи стоит девушка с светлыми хвостиками. Она кажется Горо знакомой, но он не может вспомнить, откуда. Может, это фанатка, с которой он познакомился на съемках? Она спешит к нему, широко улыбаясь. — Я так и думала, это ты! — говорит она. — Что ты здесь делаешь? Горо оглядывается по сторонам — конечно, продукты из супермаркета, которые он держит в руках, сами за себя говорят. Он откашливается. — Просто зашел за продуктами, — говорит он. Её поведение кажется странным. Большинство фанатов уже бы восторженно обсуждали его последнеё появление на телевидении или просили отрезать у него прядь волос. — Простите за мою плохую память, но мы с вами уже встречались? — Да, глупый, — говорит она. — На телеканале несколько недель назад. Я — Анн Такамаки. Я из Сюдзина. Конечно. Она была одной из подруг Курусу, как и Рюдзи Сакамото. Банда приятелей Курусу преследует Горо так, будто у них на него ордер на арест. Ситуация из слегка странной становится по-настоящему загадочной. — Ах да. Вспомнил. Вам понравилось? — Все было нормально. Хотя и немного скучно. — она пожимает плечами. — Не понимаю, как ты выдерживаешь столько интервью на одну и ту же тему. Горо этого не ожидал. Большинство людей настолько увлечены закулисной жизнью телепрограмм, что не замечают, насколько они однообразны. Только какие-нибудь равнодушные люди могут обратить внимание на рутину съемок развлекательных сюжетов для второсортных новостных каналов. Он весело усмехается: — В этом ты права. Но должен сказать, что в последнеё время «Призрачные воры» сделали мою работу гораздо интереснее. — он видит открывающиеся перед ним возможности. — Что ты о них думаешь? Она дерзко ухмыляется: — Вы, наверное, знаете о них больше, чем я, мистер Принц-детектив, — говорит она. Затем резко берет его под руку и прижимается к нему. — Пойдем. Здесь есть магазины получше, чем супермаркет. Яблоко в руке Горо не помогает ему, когда она начинает тянуть его к двери. Ему ничего не остается, кроме как поспешно положить его на хлебницу, чтобы его не украли, и в следующеё мгновение Анн уже ведет его в магазин одежды, где из колонок гремит поп-музыка и мигает неоновая подсветка. — Я никак не могу уговорить ребят пройтись со мной по магазинам одежды, — жалуется она. Она начинает перебирать вешалки, не выпуская локтя Горо из мертвой хватки. Она берет кожаную куртку на вешалке. — Что думаешь? — Э-э-э, — Горо понятия не имеёт, что сказать. Из всех социальных ситуаций, к которым его готовили, эта — не из их числа. — Это очень… дерзко? Она вздыхает. Кажется, это не совсем то определение, которое она искала, и она вешает куртку обратно на вешалку. — Мне нужно, чтобы кто-то время от времени напоминал мне, какая я на самом деле настоящая. Когда я работаю моделью, я ношу столько странной одежды, что иногда забываю, что на самом деле она мне не принадлежит. — она поворачивается к нему, словно внезапно вспомнив, что они незнакомы. — Ах да. Я много работаю моделью, ты знал? Откуда ему это знать? — В каком-то смысле это нас сближает, — говорит она. Наконец она размыкает их руки и упирается ладонями в бока. — Я имею в виду, это не то же самое, что быть на телевидении, но я знаю, каково это — быть в центре внимания. — Я… полагаю, ты права, — говорит Горо. Он почти уверен, что между работой телеведущего и подработкой моделью есть огромная разница, но из вежливости не акцентирует на этом внимание. — Тебе это нравится? — Да, но иногда это слишком, понимаешь? — говорит Анн. — С этим связано много ожиданий. И иногда люди забывают, что ты на самом деле живой человек, а не просто какой-то блестящий объект за камерой. Ладно, возможно, у них действительно есть что-то общее. Горо уже сбился со счёта, сколько раз ему присылали бессмысленные предложения руки и сердца в письмах от поклонников или сколько раз интервьюеры восхищались его обаянием. Это всегда были пустые слова, совершенно бессмысленные комплименты. Горо прекрасно знает, что их привлекает только его внешняя сторона. — Акечи-кун? — спрашивает Анн. Горо резко вздрагивает. — Ах. Прошу прощения, Такамаки-сан. Я немного отвлекся на ваш комментарий. Она сочувственно морщится: — Вам это знакомо, да? — она толкает его локтем в бок. — И, эй, зови меня Анн. Не нужно так официально. Горо кивает, не в силах подобрать слова. Пять минут назад он выбирал между зеленым и красным яблоком, а теперь стоит в магазине для девочек-подростков и разглядывает футболки с пайетками. Анн достает ещё одну куртку и примеряет её, приложив к плечам. Горо не может отделаться от мысли, что ему стоило бы воспользоваться ситуацией и задать несколько вопросов, которые помогли бы ему понять, кто такие «Призрачные воры», но каждый раз, когда он пытается это сделать, Анн достаёт ещё одну вещь и спрашивает его мнение. Выглядит ли он как человек, который разбирается в моде для неформальной молодежи? Он сам выбирает себе одежду, чтобы всегда выглядеть так, будто готов встретиться с выдающимся генеральным директором, а Анн выбирает вещи, которые подошли бы для подростковой пляжной вечеринки. — Возможно, я не лучший компаньон для этого дела, — признается он с неловким смешком, когда она спрашивает, какие шорты он предпочитает. — Прошу прощения. — Не знаю, правда ли это, — говорит она. — У тебя определенно лучше со стилем, чем у некоторых моих знакомых. Видел, как одевается Рюдзи? Этот парень словно застрял в ментальном возрасте восьми лет. — Она закатывает глаза и кладет на руку ещё одну пару шорт, чтобы примерить их позже. Горо задается вопросом, успеет ли он вернуться домой до полуночи. — Но я тебя понимаю. Давай так: в следующий раз, когда мы будем тусоваться, ты сам выбираешь место. Чем ты увлекаешься? Она смотрит на него выжидающе, но Горо не знает, что сказать. Он всегда заранее знает, о чем его будут спрашивать на интервью, и может подготовиться, но сейчас он немного растерялся. И вопрос настолько банальный — насколько это унизительно. Чем дольше он молчит, ломая голову, тем больше она, вероятно, склоняется к мысли, что у него нет никаких увлечений, кроме вязания в одиночестве. У него действительно есть хобби, но не такое, которым он мог бы с ней поделиться. — Куда угодно, куда вы захотите, — говорит он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более дружелюбно. — Боюсь, работа и учеба отнимают у меня слишком много времени, чтобы я мог вдоволь насладиться городом. Это самое близкое к правде, что он может себе позволить, потому что, честно говоря, он понимает, что вряд ли стал бы слоняться по городу, даже если бы у него было на это время. Она смотрит на него почти с подозрением, словно пытаясь разглядеть ложь под маской вежливости, но затем пожимает плечами и снова улыбается. — Справедливо, — говорит она. — Но, надеюсь, ты понимаешь, что после этого мне ещё больше хочется показать тебе все свои любимые места. Будет обидно, если ты не воспользуешься преимуществами огромного города, в котором мы живем! Горо кривит губы в усмешке. Он знает, он всё знает. Анн и её друзья проводят всё свободное время, бегая по Токио в караоке-барах и модных ресторанчиках, в то время как Горо корпит над кипами полицейских бумаг или засиживается до полуночи, делая домашнее задание. По его мнению, это она живет бессмысленной жизнью, а не он. Не то чтобы это имело какое-то значение. Горо не обязан тусоваться с этими чудаками. Он свободный человек со свободной волей, который, просто так уж вышло, наблюдает за тем, как едва знакомая ему девушка распутывает спутанные вешалки, перекинутые через руку, в день, на который у него были совсем другие планы. — Пойдем, — говорит она, потянув его за руку. — Мне нужно твое мнение, когда я буду примерять это. Она тянет его к примерочным. Через шторку, Горо слышит, как она продолжает рассказывать о повседневных мелочах своей жизни: о предстоящем сложном экзамене, о неудачном показе на прошлой неделе, о хвалебном отзыве на магазин Мондзяяки в Цукисиме. Если бы не его вылазки в «Мементос» и «Дворцы», жизнь Горо казалась бы ужасно скучной по сравнению с её жизнью. У него нет друзей, с которыми можно было бы сходить куда-нибудь поужинать. Нет людей, с которыми можно было бы встретиться после школы. Нет людей, которым можно было бы пожаловаться на свою работу. Конечно, все эти потери могут быть необходимой жертвой ради того, чтобы стать не просто Принцем-детективом, но и достичь своей конечной цели, но, слушая, как Анн рассказывает о сложностях своей жизни, он не может не чувствовать себя странно скованным, смущенным своей собственной бедностью. Он встряхивается. Ему все это не нужно. На горизонте у него есть дела поважнее. — Что думаешь? — спрашивает Анн, выходя из примерочной в полном облачении. На вкус Горо, наряд немного кричащий, но он понимает, что признаться в этом было бы невежливо. — Это... — он подыскивает слово. — ...в тренде? — Ты так думаешь? — Она делает шаг назад, чтобы посмотреть на себя в зеркало, и разглаживает складки на рубашке. — В любом случае я должна следить за модой, иначе коллеги решат, что я отстаю от жизни. Ничто так не выдает бывшую модель, как прошлогодний тренд. Она закатывает глаза, когда говорит это, но у Горо все равно складывается впечатление, что она не шутит. Он ничего не смыслит в модельном бизнесе, если не считать одной небольшой фотосессии для журнала, в которой он участвовал несколько месяцев назад, но её история напоминает Горо о том, как над ним всегда хлопочут, подбирая одежду, макияж и средства для укладки перед съемками. Надень это, Акечи-кун. Ты нужен нам в гримерке, Акечи-кун. Давай начистим эти туфли, Акечи-кун. — Правда? — спрашивает он, вежливо посмеиваясь. — Я не знаю. — Спорим, ты знаешь больше, чем думаешь, — говорит Анн, наклоняя голову в бок. Она смотрит на Горо таким пристальным взглядом, что тот начинает подозревать, что она больше не говорит о моде, если вообще когда-либо об этом говорила. По спине Горо пробегают мурашки. А потом она резко меняется и снова становится такой же жизнерадостной, как прежде. Перепады настроения настолько сильны, что Горо почти уверен, что ему все это привиделось. Она заявляет, что примеряет ещё несколько нарядов, и снова задергивает занавеску, оставляя Горо мечтать о побеге, пока она не видит. Она выходит из примерочной до того, как он успевает спланировать свой побег. На руке у неё целая куча одежды, которую она собирается купить, оправдываясь тем, что ей нужно обновить летний гардероб. Горо лишь кивает и время от времени делает ей комплименты, чтобы поторопить её, и это, по крайней мере, приближает её к кассе, а не заставляет вернуться в зал за ещё одной одеждой. — Ладно! — говорит она, размахивая сумками. — Где ты хочешь пообедать? Горо бледнеет: — Ха-ха, пообедать? — Ага! После шопинга я ужасно проголодалась. — она снова берет Горо под руку. — Как насчет блинной на Центральной улице? Ты любишь сладкое? На самом деле Горо любит сладкое, но сейчас признаваться в этом было бы глупо. Ему действительно нужно как можно скорее найти способ покончить со всем этим, и идеи о блинчиках — какими бы аппетитными они ни казались — только затянут этот день. Дома его ждет куча работы. Школьные задания, которые он не успел сделать. Следы, которые Саэ попросила его проверить. Выступления на телевидении, которые нужно подтвердить. Список ментальных отключений, составленный Окумурой. У него нет времени слоняться по Сибуе с незнакомцем, даже если этот незнакомец ведет себя подозрительно дружелюбно. Анн сжимает его руку: — Дай угадаю... ты любитель шоколада, — говорит она. В ней есть что-то странно очаровательное. — Я права? Горо мысленно представляет, какие шоколадные лакомства могут быть в блинной. Может быть, что-нибудь с клубникой. — Полагаю, один блинчик не повредит.***
Позже тем же вечером, лежа в постели после того, как его уговорили съесть два — два! — блинчика, Горо задается вопросом, что же, чёрт возьми, сегодня произошло.***
Дело Мадараме начало действовать Горо на нервы. Мало того, что все на станции только об этом и говорят, как назойливые сплетницы, так ещё и у Шидо испортилось настроение из-за этого. Не то чтобы этот человек в удачный день извергал радугу. Как ни странно, но сам Мадараме не смог пролить свет на происходящее. Шидо позаботился о том, чтобы Горо сам поговорил с ним, но даже личная встреча с Мадараме не дала внятных ответов. Мадараме, похоже, был так же озадачен случившимся, как и все остальные. По его словам — по крайней мере, насколько Горо смог понять сквозь пелену его рыданий, — изменения произошли внутри него самого, и винить в этом было некого, кроме него самого. Когда сталкиваешься с таким препятствием, это раздражает. Горо размышляет над растущим списком проблем, пока поезд раскачивается, бросая пассажиров из стороны в сторону. Сегодня жарко, даже слишком жарко для того, чтобы сидеть в вагоне метро. Он выйдет на следующей крупной станции и перекусит, чтобы немного остыть. На станции тоже будет жарко, но, может быть, там, глубоко под землей, сохранилась прохлада. В пекарне, возможно, он побалует себя чем-нибудь сладким, например пирожным, хотя это и не сравнится с полноценным ужином. Он все ещё мысленно просматривает меню пекарни, когда на его плечо опускается чья-то рука. Горо оборачивается и видит не кого иного, как... Юске Китагава? Известный последний ученик Мадараме? Горо не знает, на чём ему сосредоточиться: на невероятном везении, которое привело его к парню, единственному кто может помочь в расследовании, или на подозрительности этого самого совпадения. — Ах, Акечи-сан. Как и думал, это ты, — с улыбкой говорит Китагава. — Как приятно с тобой встретиться. Горо чувствует, как скептицизм пытается взять над ним верх. Возможно, Китагава просто хочет выяснить, что случилось с его заблудшим наставником, и знает, что Горо причастен к этому делу. Это вполне правдоподобно, но в то же время, учитывая, что многие относятся к Горо как к милому другу детства, у него есть другое предположение о причинах дружелюбия Китагавы. — Юске Китагава, — спокойно говорит Горо. — Какой сюрприз. Или нет. Горо настороже. Даже несмотря на то, что перед ним человек с размазанной по подбородку краской. — Как поживаете, Акечи-сан? — спрашивает Китагава. — Я слышал, вы расследовали, почему Мадараме изнился. Сразу к делу. — Да, так и есть. Не волнуйтесь. Если его признание было подстроено «Призрачными ворами», я докопаюсь до сути. — О, я не волнуюсь. — Китагава нагло усмехается. Детекторные датчики Горо начинают мигать. Он поднимает брови. — Не волнуешься? — Как я могу сомневаться, когда делом занимается детектив вашего уровня? — Китагава останавливается, чтобы перевести дух. — Кроме того. Независимо от того, какими методами было получено признание, я знаю, что всё это не было ложью. Что бы Мадараме ни делал сейчас, меня это больше не касается. Горо все ещё немного зациклился на первой части, хотя и твердит себе, что не стоит поддаваться на лесть. Китагава... Горо не понимает, что задумал Китагава, но он не позволит собой манипулировать. — Ах. Прошу прощения, если задел больную тему, — говорит Горо. — И спасибо за комплимент. Я, конечно, постараюсь изо всех сил. На этом разговор мог бы закончиться, но что-то не даёт Горо покоя. Как Китагава вообще узнал, что Горо интересуется внезапным пробуждением нравственных принципов Мадараме? Что-то в этом парне не даёт Горо покоя. — Если позволите спросить, как вы узнали, что я ищу информацию о «Призрачных ворах»?» — спрашивает Горо. — Акира сказал мне, что вы упомянули об этом на телеканале, — отвечает Китагава. Ну конечно, чёрт возьми. Что там было про шесть степеней родства? С точки зрения Горо, все так или иначе связаны с Акирой Курусу. По крайней мере, все, кто по непонятным причинам контактировали с Горо в последние несколько недель. Япония не такая уж маленькая. — Акира Курусу, — медленно произносит Горо, ожидая, пока Китагава согласно кивает. — Вы… знакомы? Китагава как будто не слышит вопроса Горо, его взгляд устремлен куда-то вдаль, за плечо Горо. Горо предполагает, что художник просто не может сосредоточиться. — Рюдзи и Акира рассказали мне, что вы говорили о Мадараме во время их школьной поездки на телестудию, — объясняет он. — И о том, что вы недовольны «Призрачными ворами». Тут столько всего нужно прояснить. Китагава тоже дружит с Сакамото? О чём вообще эти двое могут разговаривать? Они сказали Китагаве, что у Горо проблемы с «Призрачными ворами»? Какое Китагаве до этого дело, если только он сам не замешан? Как он вообще познакомился с Сакамото и Курусу, если они учатся в разных школах? Горо сильно сомневается, что их пути пересекались на субботнем уроке гончарного дела. Поезд раскачивается из стороны в сторону, пока Горо пытается понять, что задумал Китагава. Надеется ли он, что Горо купится на его уловку? Или он и правда настолько глуп, что верит, будто опытный детектив не заподозрит его в сомнительных связях вскоре после того, как его жестокий учитель переметнулся на другую сторону? Или он настолько не верит в дедуктивные способности Горо, что не видит никакой видимой угрозы в том, чтобы поделиться с ним этой компрометирующей информацией? Горо действительно нужно умерить пыл, пока его мозг не перегрелся. Он вздыхает, поворачивается к Китагаве и обнаруживает, что тот уже сложил пальцы в форме камеры и ищет «ракурс» по поезду. Художник. Боже правый. — Как ты вообще с ними подружился? — спрашивает Горо. Китагава опускает руки. Он долго и пристально смотрит на Горо, так долго, что Горо почти уверен: он вот-вот скажет ему правду, но потом его взгляд становится отстраненным, как будто он погружается в воспоминания. — Я хотел нарисовать Анн обнаженной, — говорит он пугающе непринужденным тоном. — После того как она обвинила меня в том, что я за ней слежу, я пригласил её и её друзей на художественную выставку. — Курусу и Сакамото? — Да, — отвечает Юске. Он с любопытством смотрит на Горо. — Что-то случилось? — Нет, — он качает головой. — Меня просто удивила ваша... формальность. У меня сложилось впечатление... Ну да ладно. — в его глазах снова появляется отсутствующий взгляд. Горо уже готов к очередному поэтическому монологу об Анн, но тут Юске мягко говорит: — Простите, если я неверно истолковал ситуацию, но, кажется, я понимаю. Я тоже не был богат на друзей. Горо чувствует, как его внутренности сжимаются, словно под рукой какого-то невидимого монстра. Он не хочет признаваться в таком унизительном поступке, но почему-то ему кажется, что отрицать это будет так же неловко. — Возможно, ты уже знаешь мою историю, — говорит Юске, не обращая внимания на молчание Горо. — Мой наставник с самого детства использовал меня в своих целях, по сути, злоупотреблял моим талантом. Хуже всего было то, что я сам себя ограничивал. Сам обрекал себя на несчастную судьбу. Горо знает эту историю. Помимо того, что в последнеё время она постоянно мелькает в новостях, Горо по приказу Шидо изучил все аспекты этого дела. Все пересказывают одни и те же истории: шок, разочарование и благоговейный трепет от того, кем на самом деле оказался Мадараме. Тот факт, что Юске смог признать правду спустя столько лет, сам по себе удивителен. — Он был мне как отец, — признается Юске. — Смириться с тем, что он никогда не относился ко мне как к члену семьи, было... непросто. Он вздыхает. Горо чувствует его напряжение. Он слишком хорошо знаком с отцовскими проблемами, но сейчас ему не хочется их обсуждать. — Как вы, наверное, догадались, в тот период жизни у меня было не так много друзей. В мастерской были и другие художники, но они приходили и уходили слишком быстро, чтобы с ними можно было сблизиться, — продолжает Юсуке. — Дружба, которая у меня появилась теперь, кажется почти нереальной. Их преданность, их поддержка, сам факт их существования. Горо чуть не задушил его. Указывать на то, как ужасно одинок Горо, а потом хвастаться своей волшебным образом улучшившейся жизнью и толпой приятелей — это низко с той стороны, откуда Горо ошибочно полагал, что у него есть хоть какие-то манеры. — Ну что ж. — Горо пытается придумать что-нибудь вежливое, чтобы сказать, и мысленно молится, чтобы поезд поскорее остановился. — Я рад, что у тебя всё наладилось, Китагава. — Юске, — говорит Китагава. — Пожалуйста, зови меня Юске. Горо просто хочет поскореё закончить этот разговор. — Если ты настаиваешь. — Не хочешь завтра сходить со мной в музей в Уэно? — внезапно спрашивает Юске. Это настолько бессвязный вопрос, что Горо на мгновение замирает, чтобы убедиться, что он правильно расслышал. — Думаю, тебе очень понравится выставка, которая там сейчас проходит, а мне будет приятно провести с тобой время. Что? Что в Горо может намекать на то, что ему нравится целыми днями разглядывать картины? Его вязаный жилет? Или он думает, что Горо так отчаянно нуждается в друзьях, что приглашает его на прогулку в музее из жалости? От одной мысли об этом Горо закипает, как чайник. — Пожалуйста, — говорит Юске, прежде чем Горо успевает придумать отговорку, чтобы не идти. В голове у Горо проносится миллион способов сказать «нет». Но в итоге он произносит: — Хорошо.***
На следующий день Горо действительно оказывается в поезде, идущем в Уэно. В вагоне тесно и жарко из-за июньской погоды и большого количества пассажиров. К тому времени, как он добирается до места, Горо уже не столько взволнован, сколько раздражен и, к сожалению, вспотел. Не то чтобы он и до этого был в восторге. Единственная причина, по которой он вообще решил принять это приглашение, заключалась в том, что он хотел выжать из Юске побольше информации о деле Мадараме. Вчера Юске разбрасывался крупицами информации, как конфетами, в частности о своей туманной связи с Курусу и Сакамото. Хотел нарисовать Анн обнажённой. Горо прячет усмешку в рукаве, выходя из поезда. В эти выходные в музее было не протолкнуться как ценителям искусства, так и скучающим посетителям. Однако Юске выделяется на их фоне своим ростом и аккуратной фиолетовой рубашкой. — Горо! Сюда! А, так теперь он Горо, да? Горо даже не знает, как правильно реагировать на то, что Юске взял на себя смелость сократить дистанцию между ними. Он подходит к нему. — А, вот ты где, — говорит Горо. — Здесь больше народу, чем я ожидал. Юске смотрит поверх голов толпы. — Да. Думаю, внезапный рост популярности музея связан со скандалом вокруг Мадараме. — Вот как? — Да, действительно. Сама ситуация была неприятной, но, в конце концов, разве не важнее привлечь внимание общественности к искусству и заинтересовать её? Взгляд Юске слегка затуманен. По мере того как они пробираются сквозь толпу посетителей, этот взгляд становится все более пристальным. В нём читается благоговение, которое подчеркивается тем, что Юске рассказывает краткие автобиографии каждого художника, которого они встречают, со всей профессиональностью гида. Это благоговение граничит с трансом, и все надежды Горо незаметно расспросить его о «Призрачных ворах» рушатся. Он почти готов поверить, что Юске не замечает присутствия Горо и не нуждается в нём, пока они не останавливаются у сувенирного магазина и Юске не поворачивается к нему и говорит: — Я благодарен тебе за то, что ты сегодня со мной. Тебе понравилось искусство? — Ну да, — отвечает Горо. Как ни странно, он не лжет. Было приятно отвлечься от работы и погрузиться в миры, скрытые за холстами, особенно под аккомпанемент нескончаемого монолога Юске. — Я также оценил ваши обширные познания в этой области. — У каждого из нас есть своя область специализации, — говорит Юске. Он задумчиво потирает подбородок. — А что бы ты сказал о себе? Что ж, он неплохо владеет саблей. И гордится своим умом, сообразительностью и стратегическим мышлением. — Я надеюсь, что это моя детективная работа, — говорит Горо, слегка посмеиваясь. Зрителям всегда нравится, когда он немного нахальничает. Но, похоже, Юске это не трогает. — Я всегда гордился своей способностью делать выводы и приходить к заключениям. — Ты, конечно, производишь впечатление на телевидении, — замечает Юске, но прежде чем Горо успевает возразить или со смехом отмахнуться от его слов, изображая напускную скромность, он снимает с полки сувениров статуэтку. — Посмотри на эту. Потрясающая копия, правда? Горо предполагает, что так и есть, полагая, что подражание — это навык, заслуживающий похвалы. — Эта статуя стояла на втором этаже, верно? В римском крыле? — Пусть это будет твой сувенир на память, — заявляет Юске и направляется к кассе, прежде чем Горо успевает отказаться от громоздкой статуэтки, которая ему не нужна. — Спасибо, что пришёл со мной в музей. От этой жалкой мысли у Горо сжимается сердце: никто и никогда не дарил ему подарков, кроме странных самодельных подарков, которые ему иногда бросали из толпы на концертах. И уж точно никто не дарил ему сувениров на память о проведенном вместе времени. — Это... очень любезно с твоей стороны, — на удивление искренне говорит Горо, и Юске улыбается. В итоге тащить статую в поезде оказалось непросто. Она тяжелее, чем была, когда Горо впервые взял её в руки, и, скорее всего, будет становиться все тяжелее и тяжелее, пока у него не онемеют руки. Что ещё хуже, она совершенно не вписывается в интерьер квартиры Горо: по сравнению с его минималистичной мебелью она выглядит совершенно неуместно. Поставленная рядом с книжным шкафом, она бросается в глаза. Горо это нравится по непонятной ему самому причине.***
В то воскресенье Горо просыпается в подавленном состоянии. Он плохо спал, его мучили кошмары из-за «Мементоса», и ему никак не удавалось зайти в аптеку до закрытия, чтобы купить снотворное. Он потирает глаза, которые щиплят от усталости. На прикроватной тумбочке вибрирует телефон. Курусу@ 8:55: эй! не хочешь сегодня после обеда зайти позаниматься? Горо ждет, пока рассеется туман в голове, чтобы убедиться, что это не плод его воображения. Он несколько раз моргает, но сообщение остается на месте. Учёба. Точно, скоро экзамены. Горо был так занят выступлениями в СМИ, что почти забыл об этом. Не то чтобы учителя не поняли бы, если бы он попросил перенести экзамены из-за работы в полиции. Некоторые из них, похоже, так же без ума от Горо, как и его поклонники. В любом случае исследовательская группа может оказаться полезной. С тех пор как Канесиро вышел из-под контроля и перестал вкладывать деньги в организацию Шидо, Шидо требует от Горо удвоить усилия по расследованию дела «Призрачных воров», а Курусу может предоставить ценную информацию, если Горо правильно разыграет свои карты. Несколько раз, когда Горо общался с Юске, он не узнал ничего полезного о «Ворах», вероятно, потому, что Юске легко отвлекается на потенциальных натурщиков. Горо@ 9:00: С удовольствием. Может, сходим в библиотеку? Курусу@ 9:01: а ты знаешь кафе «Леблан» в Йонген-Джае? Горо@ 9:02: Я там раньше не был. Но я не против встретиться там. Курусу@ 9:03: отлично! Йонген-Джая — довольно уединенный район. На улицах тихо, слышно лишь редкие сплетни или звон велосипедного звонка, но до «Леблан» легко добраться. Возможно, Курусу выбрал его из-за гарантированной тишины. Даже в местных библиотеках летом бывает довольно многолюдно, а «Леблан» выглядит настолько уединенным, что Горо сомневается, что там найдется больше одной пожилой пары в угловой кабинке. Он открывает дверь. Звон колокольчика над головой полностью заглушает шум в кофейне. Здесь не только Курусу, но и ученики из «Сюдзин», которые оккупировали стол и превратили его в настоящий хаос из конспектов и учебников. Здесь и Анн, и этот идиот Рюдзи Сакамото, и даже Макото Нидзима? О, неужели это Юске Китагава? — Эй, — говорит кто-то из-за барной стойки. Горо резко оборачивается направо. За барной стойкой стоит мужчина и протирает стаканы. Он улыбается Горо и кивает на портфель в его руке. — Вы пришли на занятия в учебную группу? — спрашивает он. По тому, с каким сомнением он произносит учебная группа, становится ясно, что он не считает весь этот шум продуктивным. — Э-э, да, — говорит Горо. — Это ваше заведение? — Ага. — А. Что ж, с вашей стороны очень любезно, что вы позволяете здесь хозяйничать подросткам. — Это издержки, — говорит мужчина, слегка улыбаясь. — Учитывая, что наверху живет Акира. — О. Горо смотрит на темную лестницу, которая, судя по всему, ведет в чью-то спальню. В спальню Курусу. Как это произошло? Чья-то рука грубо наваливается на плечи Горо, едва не сбивая его с ног. Одного запаха пота и энергетического напитка хватает, чтобы Горо понял, что это Сакамото, ещё до того, как увидит его торчащие светлые волосы. — Наконец-то, — говорит он. — Мы уже половину этой математической ерунды прошли. Вы хорошо разбираетесь в математике, мистер детектив? Сакамото не дает ему ответить и заталкивает в кабинку. Возможно, Сакамото считает, что дружба определяется кулачными боями и борьбой. Он явно недостаточно развит и предпочитает решать все проблемы кулаками. Не имея возможности даже отменить встречу, на которую Горо отчаянно нужно попасть примерно через пятнадцать минут, он оказывается зажатым между Курусу и Сакамото в кабинке, в ловушке этого безумия. Макото смотрит на него через стол. Горо думал, что она будет злиться на него после того, как он назвал её «послушной девочкой», но она улыбается ему без тени враждебности. Что-то в этой сцене настораживает. — Как мило с твоей стороны, что ты к нам присоединился, Акечи-кун, — говорит Макото самым приятным голосом. — Мы как раз изучали тригонометрию. Похоже, они на самом деле изучают искусство игры в бумажный футбол. А вот и Юске, который, кажется, рисует. Все эти придурки точно провалят экзамены, но Горо все равно. — Спасибо, что пришёл, — шепчет ему Курусу. Он явно рад, что Горо здесь, и от этого у Горо внутри все переворачивается. — А, спасибо за приглашение, — говорит Горо. — Я не ожидал, что соберется столько народу. Курусу слегка задевает Горо коленом под столом: — В следующий раз можем собраться только вдвоем. Ну вот, опять это сальто внутри. Горо упорно смотрит в сторону. Сегодняшний день должен был пройти под знаком допроса в перерывах между проверкой знаний по языку и уроками истории. В каком-то смысле большая компания может быть даже преимуществом. Все вместе они вызывают жуткие подозрения. Бывший ученик Мадараме, жертвы Камосиды и младшая сестра Саэ — это явно не просто счастливое совпадение. А такой болтун, как Сакамото, рано или поздно обязательно проколется. — Итак, — говорит он, стараясь выглядеть непринужденно. — Какая у вас тут дружная компания. — Ага. Дружная, как моллюски, — говорит Сакамото. — Ты с книгами или как? — Да ладно тебе, Рюдзи, он просто заводит разговор, — говорит Анн. — Парень, наверное, выкроил время в своем плотном графике, чтобы потусоваться с нами. — Точно. — Сакамото поворачивается к нему. — Ты сейчас расследуешь какие-нибудь громкие дела? Горо с радостью хватается за эту возможность: — Ну, я уверен, ты знаешь, что полиция не может забыть о «Призрачных ворах». Все хотят знать, кто они такие. Анн подается вперёд, положив подбородок на руки: — А как ты думаешь, Горо, кто они такие? То, как непринужденно прозвучало его имя, сбивает Горо с толку. Весь стол внимательно слушает — даже мужчина за барной стойкой, это понятно по замедленному темпу вытирания посуды. — Пока у меня нет подозреваемых, — говорит он. — Признаюсь, дело запутанное. — Ты все ещё считаешь их дегенеративными преступниками? — спрашивает Сакамото. В его взгляде читается вызов. Возможно, он не привык, что кто-то с ним не согласен. — Я имею в виду, они прикончили гребаного босса мафии. Как по мне, это звучит героически. — Дело не столько в том, на кого они нацелены, сколько в том, какие методы они используют, — говорит Горо. — Хотели бы вы, чтобы кто-то изменил ваше сердце без вашего согласия? — Возможно, дело не столько в желании, — добавляет Макото, — сколько в том, чего человек заслуживает? — И это не тюремное заключение? — спрашивает Горо. — Да. — фыркает Сакамото. — Потому что всех этих ублюдков уже допрашивала полиция. — Он закатывает глаза. — Я понимаю, что они твои коллеги или что-то в этом роде, но полиция — это просто посмешище. — Мне грустно это слышать. Я искренне надеюсь, что вы будете больше доверяеть правоохранительным органам нашей страны. — Просто не обращай на него внимания, — говорит Анн. — У Рюдзи просто... пофигистский менталитет. — Да? С чего бы это? Сакамото угрюмо пожимает плечами. Возможно, его поймали на нарушении слишком большого количества законов, и это, конечно, вызывает неприязнь к полиции. — Им плевать на людей, чувак. Им плевать на всех, кроме себя. — Он тычет большим пальцем в сторону Курусу. — Ты только послушай, что случилось с этим парнем. — Может, попозже, — быстро отвечает Курусу, открывая новый учебник. — Это не так интересно, как рассказывает Рюдзи. Как ни странно, Курусу удается вернуть группу к учебе, хотя Сакамото, конечно, изо всех сил старается склонить их к прокрастинации. Все они кажутся совершенно обычными подростками, что довольно раздражает. Никто не намекает на то, что их маскарад в роли «Призрачных воров» может быть раскрыт. Горо с трудом в это верится: само существование дружбы такой странной компании вызывает большие подозрения, но он никак не может найти убедительных доказательств того, что между ними происходит что-то странное. Это раздражает. А ещё раздражает то, насколько хорош кофе, который мужчина за барной стойкой — Босс, как его все называют, — ставит перед Горо. — Понравилось? — тихо спрашивает его Курусу, чтобы Босс не услышал, после того как Горо допил свою первую чашку. — Да, кофе был восхитительный. Курусу ухмыляется: — Мой лучше. — Неужели? Я и не знал, что приготовление кофе входит в число твоих талантов. Улыбка Курусу становится шире. Что вообще происходит? Курусу просто смеётся над ним? Или он действительно просто неуклюжий подросток-бариста, который никак не связан с «Призрачных воров»? Почему он живет на чердаке какого-то захудалого кафе? Что за история с полицией, о которой упоминал Сакамото? Почему он так избирательно подходит к выбору друзей? Он ничего не может понять. Он не может понять, зачем его сюда пригласили и почему все так с ним любезны. Сначала Горо подозревал, что это какое-то подхалимство, попытка попасть в окружение мелкой звезды, поживиться за счёт его славы, но, похоже, никто из них не испытывает благоговейного трепета перед Горо, и это ещё больше затрудняет понимание их мотивов. Уже далеко за полдень, учебная группа распадается. Юске уходит первым, ссылаясь на распродажу художественных принадлежностей, которыми ему нужно воспользоваться, пока у него не закончились деньги, а Рюдзи - вторым, вскакивает из-за стола, чертыхаясь, когда понимает, что время поджимает и что ему все ещё нужно купить продукты для матери. Вскоре после этого Макото и Анн уходят, оставляя Горо наедине с Курусу прежде, чем он осознает это. Когда за столом больше никого нет, их близость, когда они сидят плечом к плечу, кажется гораздо более интимной. Сейчас самое подходящеё время, чтобы уйти. Остальные уже ушли, и это означает, что «учебной группы» больше нет, не говоря уже о том, что за последние несколько часов Горо больше помогал в качестве наставника, чем что-то учил, ведь он на год старше остальных. Даже опекун Курусу ушёл полчаса назад, окинув взглядом пустое помещение и дав всем понять, что собирается купить сигарет, пока нет посетителей. В кафе по-прежнему тихо, лишь изредка слышно, как Курусу чиркает ручкой, делая пометки. Для преступника с судимостью он слишком щепетильно относится к учёбе. Впрочем, Горо уже не в первый раз приходится напоминать себе, что не стоит судить о людях по первому впечатлению. Честно говоря, немного настораживает, что этот потенциальный лидер «Призрачных воров» может оказаться не просто безмозглым хвастливым подростком, мечтающим стать героем. Горо вертит в руках ручку. — Ты, похоже, очень серьезно относишься к учебе, Курусу-кун. Я не ожидал от тебя такого. — Оценки для меня важны, — признается Курусу, и это ещё один сюрприз. Нервирует, когда Горо так сильно ошибается в людях. — Я должен показать, что серьёзно отношусь к учёбе. — Чтобы восстановить свою репутацию? — Да, отчасти. — Курусу откладывает ручку и вздыхает. Если бы он не был таким лентяем, теория Горо о том, что он один из «Призрачных воров», казалась бы более или менее правдоподобной? — Пойдем, — говорит Курусу, толкая его плечом. — Я сварю тебе кофе. Он проскальзывает за прилавок и с привычной легкостью начинает готовить кофе. Горо прислоняется к барной стойке и наблюдает за тем, как проворные пальцы Курусу готовят кофе, восхищаясь тем, как ловко они управляются с кофемолкой. Ему очень хочется спросить, зачем его вообще сюда позвали, но он чувствует, что этот вопрос выставит его в невыгодном, если не сказать наивном, свете, как человека, который не понимает, что такое дружеское общение и дружба. Можно ли назвать это дружбой? Такой вопрос был бы даже не наивным, а откровенно инфантильным. Горо с таким же успехом мог бы обрывать лепестки с цветов, если хочет получить ответ на подобные вопросы. — Спасибо, что познакомил меня с этой кофейней, — говорит он с наигранной радостью. — Это настоящая жемчужина. — Босс будет рад это услышать. Если не считать бульканья кофеварки, в кафе воцаряется тишина, наполненная каким-то невидимым напряжением между Горо и Курусу, хотя, возможно, это напряжение ощущает только Горо. Возможно, дело в гнетущей тишине и раздражающем ощущении, что Горо не понимает, что он здесь делает и как вернуться в колею, из которой он сейчас выпал, чтобы разгадать эту загадку. Он оглядывает кафе, пока Курусу ищет блюдце. Теперь, когда он не занят учебниками, а Сакамото не забрасывает его вопросами о преступлениях, как теннисные мячи из автомата, у него есть немного времени, чтобы осмотреться. Заведение, конечно, немного старомодное, но все равно привлекательное, даже несмотря на то, что удручающе пустые столики говорят о том, что мало кто знает о его привлекательности. Возможно, именно поэтому Курусу живет здесь. Это достаточно тихое место для подростка, которому нужно побыть вдали от городской суеты и научиться ценить мытье посуды. Однако до сих пор остается загадкой, как всё это переросло в проживание на чердаке кафе. Горо решает просто взять и спросить: — Я правильно понял, что вы живете наверху? Курусу смотрит на лестницу. — Да, — отвечает он. — Если вам интересно почему, то это то часть той длинной истории, о которой я рассказывал ранее. — Мне бы очень хотелось её услышать. На мгновение Курусу замолкает. Пауза затягивается, и Горо не может отделаться от мысли, что Курусу предпочел бы не поднимать эту тему, но затем он отрывается от приготовления кофе и лукаво улыбается Горо. — Не уверен, что эту историю стоит рассказывать людям, связанным с полицией. Сердце Горо бешено колотится. Неужели Курусу сдастся, попадётся на удочку его слащавого обаяния и признается во всех своих связях с «Призрачными ворами»? Курусу наливает горячий кофе в чашку. Он ставит её перед Горо, и от неё поднимается пар, а сам опирается локтями на столешницу. — Вот что я тебе скажу, — говорит он. — Я расскажу тебе об этом, если ты тоже расскажешь мне что-нибудь о себе. «Во что ты играешь?» — хочет спросить Горо. Ему хочется прищуриться и попытаться заглянуть Курусу в душу, сквозь его блестящие линзы и раздражающе милую улыбку. — Звучит справедливо, — говорит он. — Раз уж ты предлагаешь, тебе и начинать. — Ладно. — Курусу выпрямляется и упирается ладонями в столешницу. — Меня отправили сюда, в Йонген-Джая, после того как несколько месяцев назад меня обвинили в нападении. У меня год испытательного срока. Что ж, этого Горо не ожидал. Он смотрит на Курусу по-новому, глазами, которые теперь знают кое-что новое. Курусу не похож на человека, который ввязывается в драки — это скореё в духе Сакамото — но, с другой стороны, подростки бывают разными. В них бурлит сдерживаемая ярость. Они подобны вулканам, готовым взорваться в любой момент. Горо и сам не понаслышке знает, что такое гнев. Но у него есть отдушина, здоровый способ справляться с трудностями, который так или иначе связан с жестокими планами мести и сражениями со сверхъестественными существами в потустороннем мире. — Это… похоже на серьезное испытание, — говорит Горо. — Простите, что спрашиваю, но что именно произошло? — Я пытался помешать пьяному мужчине приставать к женщине, — отвечает Курусу. О. Горо на мгновение застывает в изумлении. Курусу смотрит на стену, словно не желая встречаться с Горо взглядом. — С тех пор я много чего наслушался о том, что мне не стоило в это ввязываться. — Он снова поворачивается к Горо. — Что ты об этом думаешь? — Я… — Горо обхватывает пальцами чашку с кофе, позволяя им согреться о горячий фарфор. — Я думаю, ты поступил по справедливости, и это больше, чем могут сказать многие. Я уверен, что многие на твоем месте поступили бы трусливо. — Может быть, — говорит Курусу. Он больше ничего не говорит, и Горо тоже немного растерян. Честно говоря, он ожидал совсем другой истории, чего-то жестокого и нелепого, а не чего-то мрачного, как история о том, как он попал под перекрестный огонь во время попытки предотвратить сексуальное насилие. Вызывает беспокойство тот факт, что моральные принципы Курусу, судя по всему, вполне устойчивы, и это опровергает все теории Горо о его причастности к «Призрачным ворам. С другой стороны, парень, несправедливо обиженный правовой системой страны, может настолько возненавидеть её, что создаст свою собственную в качестве акта возмездия. И всё же... — Твоя очередь, — говорит Курусу. — Верно. — Горо пытается придумать что-то наравне секрету Курусу, что выставило бы его в выгодном свете. — Как насчет такого? Я вырос в приемной семье, и меня часто переводили из одной семьи в другую. У меня было... трудное детство. Возможно, это было слишком прямолинейно. Ему стоило сказать что-то менее откровенное, менее искреннее, но теперь уже слишком поздно, слова вырвались из его рта, как рвота. — Я не знал, - говорит Курусу. Что-то в нём — мягкая улыбка? Непритязательная поза? Властный огонь в его серых глазах? — делает его легким в общении. — С кем ты сейчас живешь? — Сам по себе, — отвечает Горо. Взгляд, которым его одаривает Курусу — это жалость? — Горо чувствует себя как загнанный в угол скунс. По крайней мере, он не живет в каком-нибудь захудалом кафе. По крайней мере, он не ютится на чердаке, затянутом паутиной. По крайней мере... — Мило, — говорит Курусу. — Тебе нравится? Горо вздыхает. — Жить одному? Наверное, да. — Никто не накричит на него за то, что он не застелил постель, не открыл слишком много шкафчиков на кухне или не закончил работу по дому. Это легко, просто, свободно и… тихо. — А ты? Тебе нравится здесь жить? Курусу пожимает плечами. — Не так плохо, как я думал. — Он делает паузу. — Попробуй. — Что? — Кофе. — Курусу подталкивает чашку Горо. — Пока он ещё горячий. — А. Конечно. Горо делает глоток. Кофе насыщенный, почти землистый, с приятным мягким послевкусием. Горо снова делает глоток. — Очень вкусно, — говорит он. И это правда, и это почти раздражает. Откуда у Курусу столько талантов, столько друзей, столько возможностей? Горо сглатывает горечь. — Надо будет почаще сюда заглядывать за таким кофе. — Конечно, — говорит Курусу. — Всегда буду рад тебя здесь видеть. Эти слова пронзают Горо, как молния. Как он может так… так легкомысленно, так равнодушно говорить о чувствах, не задумываясь о том, как они отразятся на сердце Горо? Ему хочется спросить, друзья ли они. Друзья ли? Можно ли это назвать дружбой? Если да, то когда это произошло? — Спасибо, Курусу-кун, — говорит Горо голосом более спокойным, чем он чувствует. — Я ценю твою доброту. — Акира. — Прости? — Ты можешь называть меня Акирой, — говорит он. — О. — Что-то горит в животе Горо и поднимается по груди, как бенгальский огонь. — Тогда могу я предложить тебе то же самое? Курусу — нет, внезапно оказывается, что это Акира, — кивает. Этот момент кажется странно интимным, как будто его нельзя прерывать. Горо отводит взгляд и делает ещё один глоток. Кофе действительно очень вкусный. Чёрт возьми. — Ты хочешь попробовать карри? — Прошу прощения? Акира кивком указывает на меню на доске позади себя. — Соджиро великолепен в карри. — О. Я не хочу беспокоить... — Это не проблема. Эти ужасающе серьезные глаза, кажется, подразумевают именно это. Горо борется со своими запрограммированными вежливыми ответами. — Если ты уверен, то да, я бы с удовольствием попробовал. Похоже, его ответ понравился Акире, а значит, он либо отравил карри, либо искренне хочет, чтобы Горо поел как следует. Он не знает, что страшнее. Акира подает ему тарелку и продолжает разговор, пока Горо пробует блюдо. То, как он опирается локтями на столешницу, закатав рукава, необъяснимо отвлекает. Горо пытается сосредоточиться на карри, которое оказалось очень вкусным, и на теме разговора — бытовых условиях. Акира рассказывает, как он попал под опеку Содзиро и как ему живется в кафе. Разговор проходит так непринужденно и приятно, что Горо чуть не ругает себя за то, что задается вопросом, не было ли у приглашения какого-то скрытого мотива.***
Неизвестный@ 13:11: эй, не хочешь сегодня после школы пойти в спортзал вместе? Горо@ 13:14: кто это? Неизвестный@ 13:15: Рюдзи Неизвестный@ 13:15: чувак, у тебя до сих пор нет моего номера в контактах?? втф Горо@ 13:17: Прошу прощения. Сейчас у меня много дел.***
На следующее утро, когда Горо заходит в кабинет, Шидо прячется за раскрытой газетой. На заголовоке жирным чёрным шрифтом напечатано: БОССА МАФИИ УНИЧТОЖИЛИ «ПРИЗРАЧНЫЕ ВОРЫ»! КТО СЛЕДУЮЩИЙ? Заметив Горо, Шидо сворачивает газету. Он направляет её на Горо, как меч. — Ну и? — говорит он, не утруждая себя любезностями. — Ты хоть немного приблизился к разгадке личностей «Призрачных воров»? — Конечно. Шидо позволяет себе слегка приподнять бровь в немом вопросе. Когда Горо не отвечает сразу, он вздыхает и откидывается на спинку стула с высокой спинкой. — Кто они? — спрашивает он. Очевидная ответ наводит Горо на мысль, что он ребенок, которого тычут палкой. Горо видел и слышал достаточно компромата на Акиру и его друзей, чтобы хотя бы указать на них, но ему трудно произнести эти слова. В конце концов, он может ошибаться, и обвинить их сейчас — всё равно что отправить их на гильотину. Шидо нужны имена, а не объяснения, и он точно не стал бы тратить время на выяснение того, является ли это правдой или всего лишь предположением. — Я пока только предполагаю, — осторожно говорит Горо. — Я ещё не уверен. Шидо явно не нравится такой ответ. Он откладывает газету. — А когда ты будешь уверен? — Мне нужно собрать больше доказательств, — отвечает Горо. Между ними повисает странная напряженная, словно натянутая струна, тишина. Шидо одним взглядом, кажется, одновременно оценивает, изучает и критикует его. Он подается вперед, упираясь локтями в стол. Дерево под его локтями тихо поскрипывает. — Ты же не собираешься сочувствовать этим «Ворам»? Телефон Горо вибрирует в кармане брюк. В офисе настолько тихо, что Шидо, кажется, слышит вибрацию, а через мгновение — ещё один сигнал, а потом ещё. Должно быть, это групповое сообщение. Горо не помнит, когда его бесцеремонно добавили в групповой чат. Горо занимает гордую позицию и предпочитает не обращать на это внимания. — Конечно, нет, — говорит он. — Они преступники. Сочувствовать им нет причин. Его телефон снова вибрирует. У Горо наготове миллион объяснений на случай, если Шидо начнёт задавать вопросы: держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Знай своего врага. Возможность победить врага предоставляет сам враг. Именно это и происходит сейчас. Между ними повисает долгое молчание. Горо знает, что Шидо ждёт ещё одного красноречивого сигнала. Когда он наконец раздаётся — конечно же, раздаётся — Горо медленно вздыхает и смотрит Шидо прямо в глаза. — Значит, их миссия, — говорит он, — состоит в том, чтобы перевоспитать тех, кого они считают аморальными. Вам это не по душе? У Горо дергается щека. — Система правосудия прекрасно справляется сама, без помощи самопровозглашенных мстителей. Шидо не отвечает, но не сводит с него глаз. Горо понимает, что это тактика, но от этого не становится легче. — Если ты действительно так считаешь, — ворчит он наконец, — то поторопись их поймать.***
Горо@ 17:21: Когда мне принести те штаны, которые ты любезно одолжил мне в спортзале? Акира@ 17:25: сейчас было бы неплохо. Акира@ 17:25: ты занят? Горо@ 17:26: Боюсь, сегодня не получится. Честно говоря, я пока не нашел времени, чтобы отдать их в химчистку. Может, в эти выходные получится? Акира@ 17:27: ты их ещё не постирал? Горо@ 17:27: Нет, мне очень жаль. В последнее время работа отнимает у меня много времени. Акира@ 17:28: рядом с «Леблан» есть прачечная Акира@ 17:28: хочешь зайти? Горо@ 17:28: Сегодня вечером? Акира@ 17:28: да***
Он едет в «Леблан». В это время суток в поездах тихо, рабочий день уже закончился, и Горо обычно использует такую спокойную поездку, чтобы поработать по пути. Мысли об Акире мешают ему работать, а мысли о мыслях об Акире мешают ему думать о чем-либо, кроме собственного смущения. Тот факт, что Акира начал ему нравиться, вызывает беспокойство, особенно учитывая, что Горо до сих пор не понял, чем вызвана его доброта. Эмоции и работа детектива плохо сочетаются. И есть в Акире что-то такое, что заставляет мозг Горо работать на автопилоте, а это не сулит ничем хорошим для его карьеры детектива. Когда Горо приходит в «Леблан», Акира стоит у входа в кафе, держа в одной руке портфель, а в другой свои спортивные штаны. Он улыбается, увидев Горо, и сердце Горо делает сальто. «Нет» — говорит он себе. — «Похоже на дрессировку непослушной собаки». — Добрый вечер, — говорит он. — Я не заставил тебя долго ждать? Акира качает головой. Он закатал рукава белой рубашки на пуговицах, обнажив белые предплечья в свете лампы, мерцающей у двери. Он похож на персонажа из лихорадочного сна, и Горо приходится немедленно отогнать эту мысль. До прачечной идти недалеко. Йонген-Джая — небольшой район, но в нем есть всё необходимое для жителей, и Горо завидует этой простоте. В последнее время в его жизни слишком много сложностей. Его квартира выглядит уныло, но он старается не поддаваться этому. Многолюдные поезда, переполненный почтовый ящик, плотный график, многолюдный район, который, кажется, никогда не перестанет гудеть у Горо в ушах. Здесь, в лунном свете, в прачечной самообслуживания, где пахнет чистым мылом, в компании Акиры, намного спокойнее. — Спасибо, что рассказал мне об этом месте, Акира-кун, — говорит Горо, запуская стиральную машину и прислоняясь к вибрирующей дверце. — В Йонген-Джая есть много интересного, чего я не знал. Машинка немного устарела, но вполне соответствует стандартам этого района, и, если не считать грязи и отвратительного горчичного цвета техники, сушилки и стиральные машины, похоже, работают. Несомненно, где-то рядом с домом Горо была бы прачечная самообслуживания, но перспектива спокойной поездки заставила его согласиться на предложение Акиры. А ещё, возможно, его привлек кофе из «Леблан». Встретиться с Акирой было... не главным. Не имеет значения. Горо пока не собирается ничего менять. — Район неплохой, — говорит Акира. — Просто немного тихий. — Я бы сказал, что это лучше, чем городской шум. — Горо пожимает плечами. — Окна моей квартиры выходят на довольно шумную улицу, и из-за этого мне сложно спать. И работать тоже. — Вот чем бы ты занимался сегодня вечером, если бы я не позвал тебя сюда? — Работать? — спрашивает Горо, и Акира кивает. Рядом с ним гудит стиральная машина, трясущаяся на стене. — Скорее всего, да. В последнее время я… более загружен, чем обычно. — Из-за чего? Бесконечные махинации Шидо не дают ему покоя. В конце концов, Горо мог бы совмещать учебу и работу, если бы работа не включала в себя бесчисленные появления на телевидении и регулярные поездки в «Мементосе». Окумура слишком наслаждается дополнительными привилегиями, которые дает ему работа в команде Шидо. Горо может только догадываться, сколько ещё ментальных отключений, направленных против сетей быстрого питания, он сможет организовать, прежде чем люди начнут сопоставлять факты. Выслеживание всех этих жертв в «Мементосе» отнимало много времени, а времени в последнее время у него в обрез. — Горо? Горо встрепенулся, вынырнув из своих мыслей. Точно. Акира смотрит на него с каким-то беспокойством, которое раздражает его больше, чем следовало бы. — Извини. Я только что вспомнил, что на этой неделе у меня доклад, — врёт он. — Отвечая на твой вопрос, скажу, что я пытаюсь закончить домашнее задание и просматриваю материалы дела, с которым меня попросили помочь полицейские. — Звучит серьёзно. — Не на столько, как ты думаешь, — говорит Горо. — Я просто делюсь своим... уникальным взглядом на вещи. Конечно, на меня не возлагается та же ответственность, что и на детектива из департамента. — Ты высказывал своё мнение о ментальных отключениях? Горо бросает на него взгляд. Выражение лица Акиры слишком непроницаемо, чтобы что-то понять. Пытается ли он выведать у Горо какую-то информацию? Горо очень сомневается, что Акира сейчас ждёт от него признания: у него практически нет улик, указывающих на Горо. Скорее всего, он, как и все остальные в последнее время, увлечен загадкой ментальных отключений. — Да, — говорит он. Он меняет вопрос. — Что ты о них думаешь, Акира-кун? — Люди говорят о них везде, куда бы я ни пошел, — говорит Акира. — Так же сильно, как о прославленных «Призрачных ворах»? — спрашивает Горо. — Ты думаешь, это они стоят за этим? План состоит в том, чтобы создать видимость этого. Горо пытается уловить в голосе Акиры нотку беспокойства, возможно, за свою группу героев в масках, но если Акира и переживает, то хорошо это скрывает. — Я не уверен, — говорит Горо. — Это не совсем соответствует их нынешней миссии, но, это вполне возможно. В конце концов, «Призрачные воры» — загадка, и всё, что мы о них знаем, не болеё чем догадки. Акира, похоже, ничуть не обеспокоен предположением Горо о том, что «Призрачные воры» могут быть опасными преступниками. Более того, он улыбается. — Ты считаешь их глупыми, да? Такого вопроса Горо, надо признать, не ожидал. — Что? — спрашивает он. — Не уверен, что подходящее слово. Я бы сказал, они непостоянные или опасные. — Вам никогда не хотелось взять правосудие в свои руки? — спрашивает Акира. — Вы никогда этого не чувствовали? В окна прачечной проникает свет мерцающего уличного фонаря. Он играет на лице Акиры, подчеркивая его бледную челюсть, и отражается в его очках. Что-то в том, как он разговаривает с Горо, вызывает у последнего желание говорить с Акирой вечно — не только о «Призрачных ворах», но и о том, как он видит мир. О том, как бы он отнесся к ситуации Горо, если бы знал. Хотя вряд ли у него это получилось бы. — Конечно, — признаётся Горо. — В моей работе это неизбежно. Но это неправильно. — он отворачивается, прислушиваясь к равномерному шуму стиральной машины. — Прости, я знаю, что мы с тобой расходимся во мнениях. — Я не уверен. В тебе есть что-то от фаната, я это чувствую. — Что? — спрашивает Горо, едва не заикаясь, и тут понимает, что Акира ухмыляется ещё шире. — Очень смешно, Акира-кун. Акира делает шаг ближе. — Если тебя не интересуют «Призрачные воры», — говорит он, — то что тебя интересует? — Что ты имеешь в виду? Акира пожимает плечами. — Я просто хочу узнать о тебе побольше. — О. — Горо чувствует, как краснеет. Такие вопросы до сих пор застают его врасплох, когда рядом нет микрофона. — Я… люблю читать детективы. И мне нравится философия. А ещё я хотел бы однажды научиться готовить. Может быть, печь. Он машинально потирает затылок, прежде чем осознаёт это, — его нервный тик, как говорила ему одна из приемных матерей. Ему не должно быть стыдно, но он все равно сгорает от неловкости, наверное, потому, что уже давно не рассказывал о себе ничего по-настоящему. Он в совершенстве овладел искусством уклончивых ответов, научился предугадывать, что люди хотят услышать, прежде чем ответить, будь то коллеги, телеведущие или его ровесники. Раскрывать правду о себе — любую правду — всё равно что открывать банку с жизнью Горо, его тайнами и изощренными махинациями. — Прости, — говорит он, смеясь, чтобы скрыть неловкость. — Я не привык говорить о таких вещах. Обычно меня спрашивают о работе. Или о том, готов ли я на них жениться. — увидев, как глаза Акиры расширяются с каждым морганием, Горо торопится продолжить. — О, это прозвучало высокомерно с моей стороны? Но такое действительно иногда случается. — И ты ждёшь, что я последую твоему примеру. — Ч… что? Конечно, нет. Акира смеётся. Очевидно, что он не всерьёз, но Горо не улавливает этого и вместо этого начинает невольно представлять, как Акира делает ему предложение — с шоколадками и розами? — и ему хочется распахнуть дверцу стиральной машины и забраться внутрь. — Не возражаешь, если я спрошу тебя о твоей жизни? — спрашивает Акира. Горо ждёт, пока пламя, обжигающее его щёки, утихнет. — Нет, не возражаю, — говорит он. Удивительно, но это правда. — Ты задаёшь мне совсем не те вопросы, что съемочные группы. Это… освежает. — Хорошо. Потому что я хотел бы услышать больше. — Больше? Что бы ты хотел узнать? Акира улыбается. Он садится на грязный кожаный табурет рядом с сушилками. — Всё.***
Бззз. Зажужал телефон в кармане брюк Горо. Бзззз, бззззз. Он переминается с ноги на ногу. Это адское жужжание не прекращается, и вибрации, отдающие от поверхности стула, громкие и резкие. Люди начинают на него смотреть. «Да, у меня есть друзья.» — с негодованием думает Горо, приглаживая волосы, когда одноклассники начинают бросать на него косые взгляды. — «Да, они мне пишут.» А потом его телефон снова вибрирует, и Горо начинает фантазировать о том, как бы его разбить. Сам того не желая, Горо оказался втянут в групповой чат. Чат, который не замолкает ни на минуту. Где пишут о самых глупых вещах. Неужели этим людям нечем заняться? Горо достает телефон из кармана, чтобы взглянуть на то, что, должно быть, срочно требует его внимания. Рюдзи@ 10:34: планетарии — это отстой Юске@ 10:34: ты имел в виду «планетарий»? Рюдзи@ 10:35: заткнись Анн@ 10:35: боже мой Анн@ 10:35: мне нравится планетарий! Почему бы нам всем не сходить туда после школы? Юске@ 10:36: я одобряю эту идею. Макото@ 10:36: Звучит неплохо. Акира, ты свободен? Акира@ 10:37: Я тоже за. Горо, а ты? Анн@ 10:38: Горооооо? Рюдзи@ 10:39: братан, ты в деле? Рюдзи@ 10:39: Горо? Рюдзи@ 10:39: Горо? Рюдзи@ 10:39: ?????????? Рюдзи@ 10:40: он что, умер?***
Всё становится ещё более странным, когда к ним присоединяется Макото. Было странно, когда она так ужасно с ним любезничала, пока они все вместе учились в «Леблан». Но на следующей неделе, когда Горо был на работе, её поведение стало по-настоящему странным. Краем глаза он замечает, как она входит в парадную дверь, пока он просматривает документы. Он думает, что она направится в кабинет сестры, но вместо этого она решительно направляется к Горо. — Добрый день, — приветливо говорит она. Горо отворачивается от картотечных шкафов. — Ах... Нидзима-сан. Как приятно вас видеть, — говорит он, не уступая ей в любезности. — Боюсь, Саэ-сан сегодня утром вызвали в суд. — О, я знаю, — говорит она. — Я пришла к тебе. — Ты... ко мне? — Акира-кун сказал, что ты не всегда обедаешь, — говорит она. Что-то в её тоне наводит Горо на мысль, что он разговаривает с директором школы. — Поэтому я принесла тебе это. — Она достает из сумки контейнер Tupperware и протягивает ему. Открыв его, Горо чувствует знакомый запах карри. — Это... — Да, это подарок от Акиры, — отвечает Макото. — И, полагаю, от Босса тоже. Горо довольно долго смотрит на карри. Щедрая порция риса и большие куски мяса, пропитанные соусом. Никто никогда не собирал ему обед. Это одновременно и трогательно, и грустно. — Ах. Спасибо за доставку, Нидзима-сан, — говорит он, с трудом ворочая языком. Она вздыхает так, что это можно было бы принять за фырканье: — Не нужно так официально, — говорит она. — Макото вполне сойдет. Мы же друзья, верно? Так ли это? Горо хочет возразить, но что-то в глазах Макото не оставляет места для возражений. Или же она просто угрожает ему. Было бы мелочно ссориться из-за того, существует ли между ними дружба. Горо едва заметно улыбается. — Конечно. Я рад, что ты так считаешь, — лжёт он. — Ты и твои друзья были... очень добры ко мне в последнее время. — Ну, они не только мои друзья. Они и твои тоже. — Верно. Её взгляд скользит по папкам, которые он достал из шкафа. На верхней написано Дж. КАНЕШИРО. Она задерживает взгляд на этом имени. — Похоже, ты расследуешь дело «Призрачных воров», — говорит она, возможно, слишком небрежно. В её голосе слышится странная интонация: в конце он звучит слишком высоко. — Как продвигаются дела? Её интерес может быть чисто случайным, в конце концов, у неё есть родственные связи с полицейскими. Но вполне возможно, что её интерес носит более личный характер. Горо и в голову не приходило, что пай-девочка Макото Нидзима может быть учасницей «Призрачных воров», но, учитывая его теорию о том, кто входит в группу, и её связь с ними, это вполне возможно. В конце концов, она может быть всего лишь сборщицей и распространительницей информации. — Хорошо, — медленно произносит он. — Дело было непростое, это точно. Я не уверен, что до конца понимаю ситуацию в целом. Слишком много неизвестных факторов, особенно в том, что касается их методов. — Что ты думаешь по этому поводу? — Ты про их методы? — говорит Горо. — На данный момент кажется, что контроль над разумом вполне возможен, особенно в сочетании с этими ментальными отключениями. — Ты думаешь, такое возможно? — Я часто прихожу к выводу, что исключать невозможное в работе полиции — недальновидно, — говорит Горо. — В конце концов, в науке каждый день происходят колоссальные прорывы. Горо не может не заметить, что Макото, похоже, очень заинтересована в этом разговоре. Когда она поворачивается к нему, на её лице появляется задумчивое выражение, такое же, как у Саэ, когда она размышляет над делом. Неужели ему теперь придется иметь дело с двумя Нидзимами, у которых нерешенные проблемы с отцом проявляются в виде детективного комплекса? Он закрывает картотеку, которую просматривал, и засовывает папки под мышку. — Конечно, всё это лишь рабочие гипотезы, — спокойно говорит он. — Конечно, — отвечает она. — Тем не менее мне очень интересно твоё мнение. Неужели? Горо едва сдерживается, чтобы не прищуриться. В воздухе определенно витает неприятный запах, он просто ещё не нашел дохлую рыбу. Он уже собирался извиниться, когда... — У тебя есть время в эти выходные, Горо-кун? Это подозрительно похоже на завуалированное предложение провести время вместе. — В эти выходные? — Я давно хотела сходить в один книжный магазин. Думаю, ты мог бы составить мне компанию. В книжный? С Макото Нидзимой? Она ведь не заигрывает с Горо, правда? Горо определенно не раз сталкивался с тем, что девушки пытались заигрывать с ним, а у Макото определенно есть все задатки для того, чтобы мило улыбаться и поправлять волосы, когда она приглашает кого-то на свидание. С другой стороны, если она просто пытается подружиться с незнакомцами, чтобы избавиться от чувства одиночества, которое наверняка возникает, когда твоя сестра работает допоздна, а одноклассники считают тебя назойливо-любопытной, то Горо, наверное, мог бы понять её случайные проявления доброты. В каком-то смысле он всё это понимает. Иногда работа в правоохранительных органах отталкивает людей, как будто Горо всё время прячется в кустах и подстерегает тех, кто употребляет наркотики ради развлечения или ездит в поезде без билета. Тем не менее Макото возвращается домой к сестре, даже если в последнее время она немного не в себе, всё равно это больше, чем может быть у Горо. — Я буду рад прийти, — говорит он. — С твоей стороны было очень любезно подумать обо мне. Она мило, почти смущенно, улыбается ему. — Конечно, — говорит она. — Спасибо, что уделил мне время. — Её взгляд прикован к часам на стене позади Горо. — У меня ещё есть дела на сегодня, но я тебе напишу. Горо смотрит, как она закидывает сумку на плечо и направляется ко входу. Она действительно пришла только ради Горо. Это впервые. — Подожди, — говорит он, когда она собирается уходить. — Мой номер... — Не волнуйся, у меня уже есть твой номер! — говорит она, отмахиваясь. — До встречи! После этого она поспешно уходит. Горо хмуро смотрит ей вслед, пока она не скрывается из виду, словно ожидая, что она развернется и передумает. Он бы ни за что не стал проводить свободное время с Макото Нидзимой, да и она вряд ли стала бы просто так проводить время с ним. Или он просто слишком цинично относится к людям? Неужели он настолько отстал от своего поколения, от привычек сверстников? К его носу поднимается аромат специй, отвлекая его. Точно, карри. Горо бросает на него взгляд, словно выискивая жучок или маячок, но потом вспоминает, что как раз ругал себя за излишнюю циничность. И паранойю, возможно, тоже стоит добавить в список. Он встает, держа в руках контейнер, и отправляется на поиски микроволновки.***
Горо@ 13:23: Спасибо за карри. Акира@ 13:31: не за что. А ты бы пообедал без него? Горо@ 13:32: Признаюсь, нет. Акира@ 13:32: так и знал. Акира@ 13:32: а карри тебе понравился? Горо@ 13:33: Оно было потрясающе. Акира@ 13:35: приятно слышать Акира@ 13:35: скоро приедешь в «Леблан»? Горо@ 13:37: Спасибо за приглашение. Я постараюсь вернуть вам контейнеры как можно скорее. Акира@ 13:37: Мне на самом деле плевать на контейнер Акира@ 13:37: Я просто хочу тебя увидеть. Горо@ 13:38: Правда? Акира@ 13:39: Да. Горо@ 13:42: Тогда я обязательно загляну в ближайшее время.***
Пустая коробка из-под еды в руках Горо кажется спасательным кругом. Приехать в «Леблан» без неё было бы… странно, что само по себе странно, потому что Горо вполне мог бы просто бродить по Йонген-Джае и наслаждаться чашечкой кофе или навещать друга. Все ведут себя так, будто Горо их друг, так что, может быть, и ему стоит вести себя так же. Друзья навещают друзей. Разве нет? Когда Горо заходит в кафе, там пусто. Было довольно тихо, кроме тихо работающего телевизора и Содзиро, который моет посуду. Он довольно быстро замечает Горо, застывшего в дверях. — Привет, — говорит он. — Ты ведь тот самый сыщик? Горо добродушно улыбается. — Да, это я. Не буду вас отвлекать. — Пока ты что-то заказываешь, ты меня не отвлекаешь. — Содзиро берет кухонное полотенце и вытирает руки. — Шучу. Он наверху. Горо направляется в ту сторону, но перед уходом решает купить кофе. Народу здесь немного, и, возможно, заведение не откажется от дополнительной прибыли. Наверху обстановка не лучше, чем внизу. Вся мебель выглядит так, будто её вынесли из комиссионного магазина, а то и с чердака чьих-то покойных бабушки и дедушки. Горо не нравятся запах старого дерева и странная, неуместная коллекция безделушек на полке у стены. Скрип половиц предупреждает Акиру о его присутствии. Он поднимает голову от стола, над которым склонился, и быстро убирает с глаз то, что похоже на ящик с инструментами. — Горо, — говорит он, вставая. С рабочего стола вскакивает чёрный кот. — Я не знал, что ты придешь. Горо в качестве объяснения машет коробкой Tupperware. — Не хотел мешать, — говорит он. — Я просто хотел занести это. — Ты не помешаешь, — говорит Акира. Он смотрит на контейнер. — Спасибо. — Не за что. Карри приятно разнообразил мой обычный обед. Он смотрит на Акиру. Акира смотрит на него в ответ. Все слова из обширного словарного запаса Горо словно изчезают из его головы, оставляя после себя лишь пустоту. Тишина между ними натянута, как струна, и, кажется, вот-вот лопнет. — Теперь, когда ты здесь, — внезапно говорит Акира, — не хочешь потусить? Горо неуверенно смотрит на стол, заваленный кусками металла. — Ты не занят? — Не особо, — быстро отвечает Акира. — Хочешь поиграть в видеоигры? Он указывает на древний компьютер, стоящий на столе рядом с диваном. Он выглядит так, будто его нашли на блошином рынке, а то и в мусорном ведре. Видеоигры, которые на нем работают, должно быть, доисторические. Это вызывает интерес у Горо. — Я бы не отказался, — говорит Горо. Он ставит на пол сумку и контейнер Tupperware. — Можно сначала провести для меня экскурсию? — Конечно. — улыбается Акира. Он указывает на несколько предметов в комнате. Светящиеся в темноте звезды на потолке, матрас на коробках возле окна, шоколадный фонтан в углу, который пока выключен. Но внимание Горо привлекают картонные коробки у письменного стола. — Ещё не всё распоковал, — говорит Акира, потирая затылок. — Я ведь пробуду здесь всего год. Всего год. Когда начался отсчёт этого года? Сердце Горо замирает. — Почему? — Это только на время испытательного срока. Потом я вернусь домой. Горо не может отделаться от ощущения, что Акира выглядит немного расстроенным, если не встревоженным. Почти виноватым. Возможно, из-за того, что ему придется оставить всё позади. Горо кажется, что Сакамото из тех, кому нужна чужая работа, чтобы списать. Горо отворачивается от коробок. На противоположной стене стоит полка, заставленная разными вещями. Он указывает на неё. — Это... интересная коллекция, — замечает он. Акира тоже оборачивается. — А. Это просто подарки моих друзей. Судя по количеству предметов, у Акиры много друзей. Горо не уверен, что для него там найдется место. В жизни человека может быть не так много людей, не так много потребностей, которые нужно удовлетворить, не так много личностей, которые могли бы дополнить его самого. Наверняка в жизни Акиры есть много людей, которые так же умны, как Горо, так же интересны и так же ухоженны. Чего же такого не хватает Акире, чего он ждёт от Горо? Горо приходит в себя и выдавливает из себя улыбку. — Что ж, мне здесь очень нравится. Просто, но уютно. — Пойдем, — говорит Акира, направляясь к лестнице. — Куда мы идём? Горо следует за ним вниз в кафе, где пока никого нет, кроме Содзиро, который закончил мыть посуду и теперь курит за барной стойкой. Он удивленно вскидывает брови, увидев, что за барную стойку скользнул Акира. — Тебе что-то нужно? — спрашивает Содзиро. — Можно я покажу Горо горшочек с карри? Содзиро оглядывает пустые столики. — Да, конечно, раз уж здесь никого нет. — Он многозначительно смотрит на Акиру. — Только не выдавай никаких секретов. — Я могу пообещать, что ваш рецепт останется в безопасности, — говорит Горо. — Хотя он и правда очень вкусный. Лесть, похоже, сработала. Содзиро улыбается, с едва заметным оттенком гордости, и жестом приглашает их пройти на кухню. Там пахнет пряными специями и овощами. Аромат наполняет воздух, как только Акира поднимает крышку кастрюли, стоящей на плите. — Это мое творение, — признается Акира, помешивая содержимое. — Содзиро давал мне советы. — Как щедро с его стороны, — говорит Горо, наклоняясь ближе. — Можно попробовать? Акира тянется за половником, вторгаясь в личное пространство Горо. Кухня довольно маленькая, в ней с трудом может развернуться один человек, не говоря уже о двух, и Горо внезапно это осознает. Он пытается отойти в сторону, чтобы дать Акире место, но в итоге натыкается на холодильник, который недовольно урчит. Акира не остается безучастным. — Прости, — говорит он. — Здесь тесновато для двоих. Я никогда никого сюда не приводил. Почему-то это странным образом успокаивает. Горо уже представлял, как все друзья Акиры собираются здесь, как они все по очереди макают в еду ложку и пробуют её, сидя на столешницах. Судя по всему, кухня «Леблан» — это эксклюзивное место, куда можно попасть только по приглашению. Акира подносит половник к Горо, подставив под него сложенную лодочкой ладонь, чтобы не пролить ни капли. Горо наклоняется, подставляя губы, и закрывает глаза. Никогда ещё еда не была такой вкусной, как эти тщательно отобранные специи, как... Горо хмурится, пытаясь сосредоточиться на каком-то необычном вкусе. — Это... Акира наклоняется, чтобы тихо сказать Горо на ухо. — Йогурт, — признается он шепотом. — Он уравновешивает остроту, но при этом добавляет сладости. — Я бы ни за что не догадался, — говорит Горо. — Это восхитительно. — Спасибо, — отвечает Акира. — Я мог бы тебя научить, если хочешь. Горо хочет оказаться поближе к Акире на этой маленькой кухне. Однако это опасная мысль, и Горо сразу от неё отмахивается. — Боюсь, я не слишком талантлив в готовке, — говорит он. — У меня не так много времени на это. Мой холодильник обычно пуст. — Может быть, я смогу помочь тебе это изменить. — Может быть, — говорит Горо. — Хотя, должен признаться, мне очень нравится, что ты мой личный шеф-повар. Если бы я научился готовить, тебе, возможно, не пришлось бы жалеть меня из-за моих скудных обедов. Ответная улыбка Акиры такая искренняя, что Горо не может смотреть на неё дольше секунды. — Тебе нравятся мои обеды? — Они намного лучше того, что я обычно наскребаю, — говорит Горо. — Иногда я так занят, что вообще не ем. — Это неправильно, — говорит Акира. — На самом деле это из-за завала на работе. Из-за работы и учёбы у меня не всегда есть время на полноценные приёмы пищи. Или на друзей, хотя они каким-то образом всё равно умудряются втискиваться в расписание Горо. — Похоже, у тебя и так забот хватает. Горо усмехается. — Полагаю, ты имеешь в виду мою воображаемую тарелку, ведь мы только что обсудили, насколько пуста моя реальная тарелка, — говорит он. — Надо как-нибудь сходить в отель «Уилтон», — предлагает Акира. — Там отличный шведский стол. Отель «Уилтон». Горо вспоминает одного постоянного клиента этого заведения и невольно кривится, как будто только что попробовал старый сыр. Он знает, что это место должно быть в какой-то степени привлекательным хотя бы из-за своей вычурной элегантности, но одной мысли о том, что он может столкнуться там с Шидо во время одного из своих деловых обедов, когда Горо будет чокаться со всеми своими новыми приятелями из школы «Сюдзин», достаточно, чтобы испортить впечатление от посещения этого заведения. — Ах, но мне всегда казалось, что их клиенты немного… чопорны, — говорит Горо, стараясь выражаться расплывчато, чтобы сохранить дипломатичность. — Но я бы с удовольствием пообедал с вами. Взгляд Акиры прикован к Горо. У него удивительные серые глаза. Внезапно Горо приходит в голову мысль, что они необъятны, как океан и вселенная. Акира слегка толкает его плечом. — А что, если бы это был только я? — Обед? Со мной? — Да. Горо уговаривает себя не думать об этом. Он усмехается, чтобы снять напряжение, нарастающее в горле. — Конечно, я был бы рад. Твоя компания очень вдохновляет. Думаю, мы могли бы многому друг друга научить. Это что-то вроде заученной фразы, которую Горо приберег на потом, когда впервые встретился с Акирой на телестудии, но он с удивлением обнаруживает, что на самом деле думает об этом. В какой-то степени. Список секретов, хранящихся в голове Акеры и которые Горо хочет узнать, продолжает расти, и теперь Горо хочет знать, что именно Акира имеет в виду, когда говорит о таких вещах, как обед тет-а-тет. Акира снова принялся помешивать карри. — Я согласен, — говорит он. — Каждый раз, когда мы тусуемся вместе, я узнаю что-то новое. — Правда? — Да. — О моей дедукции? Акира качает головой. — О тебе, — говорит он. Ему нужно перестать говорить вещи, от которых Горо словно током бьет. — Хочешь тарелку? — П-прости? — Карри, — объясняет Акира. — Прежде чем мы поднимемся наверх. — О. Да, это... было бы здорово. Акира достаёт из шкафа две тарелки и накладывает еду. Горо соглашается на добавку, когда заканчивает со своей порцией, и почему-то оно оказывается даже вкуснее того карри, которое он ел на обеде недавно.***
— В последнее время ты какой-то другой, Акечи-кун, — говорит ему Саэ на следующее утро, стоя у кофеварки. — Ты выглядишь… — Уставшим? — предполагает Горо. — Боюсь, в последнее время я засиживаюсь допоздна из-за работы. Она качает головой. — Нет, я хотела сказать… более счастливым. — Она смотрит на него так, как может смотреть только прокурор. — Более… расслабленным, наверное. Непринужденный. Машина выплевывает кофейную гущу — почему здесь всё такое чёртовски неэффективное? — в кружку Горо, которую тот быстро хватает и отставляет в сторону. Он не понимает, почему Саэ так думает, в последнее время в нём ничего не изменилось, разве что он стал меньше спать. К тому же он воспринимает слово расслабленный как оскорбление, по крайней мере когда речь идёт о работе. Да и что его может расслабить в последнее время? — Макото сказала мне, что в последнее время проводит время с тобой, — продолжает Саэ. — И с некоторыми другими своими друзьями. Горо сосредоточенно пытается стряхнуть сахар на дно пакетика. — Понятно. Она толкает его локтем. — Эй, не будь таким мрачным, — говорит она, едва сдерживая смех. — Приятно видеть, что ты немного расслабился. Тебе нужно общаться с людьми своего возраста. Горо не слишком известен своими достижениями в этих областях. Он откашливается. — Если кто-то приглашает меня, конечно же, я соглашаюсь. Кажется, она не вполне поверила его небрежному оправданию. Она слегка улыбается ему, как будто знает его страшный секрет о том, что у него есть друзья, — но она не знает ничего, и Горо хотелось бы, чтобы она перестала так на него смотреть, — и сжимает его руку. — Что бы там ни было, продолжай в том же духе. Она берет свою чашку и возвращается к работе. Горо смотрит ей вслед, гадая, что она о нём думает. Раньше он об этом не задумывался, но мысль о том, что Макото треплется о том, что Горо с ней тусуется, немного нервирует. Как далеко может распространиться информация о том, что Горо проводит свободное время со всеми этими бездельниками? Может ли об этом узнать Шидо? И что бы он сказал, если бы узнал, что Горо водится с подозреваемыми? Ты что, слишком занят детскими забавами, чтобы работать, Акечи? Лучше бы это было частью твоего расследования. Я так и знал, что ты попадешься в ловушку детских иллюзий о дружбе и чувствах. Акечи, ты рискуешь привязаться к кому-то, и я отправлю тебя в цирк, пока ты не сорвал всю миссию. Горо трясёт головой, чтобы избавиться от пугающе ярких образов цирковой жизни, которые рисует его воображение. Он рвёт пакетики с сахаром, высыпает их содержимое в кофе и спешит обратно к работе. У него всё под контролем.
