Безопасно не будет

Тело пробила дрожь, стоило только представить, что этот огромный хуй войдёт в меня, так сразу становилось до ужаса страшно и тошно. Мой взгляд бегал из стороны в сторону, не зная где остановиться, чтобы было немного полегче. Я искренне хотел выколоть себе глаза, лишь бы не видить это всё. Мокрое прикосновение к заду, и я окончательно потерял терпение, стараясь вывернуться всеми способами. В голове было столько мыслей, что я уже терялся в них, медленно впадая в истеричное состояние. «Господи, как же стыдно!» «только не это, только не это...» «прекрати, прекрати, прекрати!» «как же я это ненавижу» — перебивали друг друга фразы в моей голове, разгоняясь в бешеном хороводе, словно пляс сумасшедших, вырвавшихся из дурдома. Несмотря на это я прекрасно осознавал полное отсутствие эмоций на своём лице. Единственное, что выдавало мою панику — нелогичные и резкие движения, которые быстро присекли. Существо сжало мои запястья до хруста. Боль, словно ток, прошибла мои руки и я весь съёжился. Посмотрев Ло прямо в глаза, вместо ожидаемого холода или злости я заметил в его глазах голод, словно он прямо сейчас мысленно меня пожирал. Я невольно вздрогнул от этого взгляда. До меня медленно доходили его мотивы и то, что я при всём желании не смогу подавить свою собственную чувствительность, чтобы не только не показывать свои ощущения, но и не чувствовать их вовсе. В этом, наверное, минус человеческих глаз. Они всегда всё выдают, особенно если человек не привык иметь такие выразительные глаза. В комнате стояла полная тишина, её нарушало лишь потрескование ламп. Никто из нас не шевелился и не разговаривал. Внутри меня всё бурилило: стыд, злость, отчаянье и боль. И самое ужасное, что Ло это чувствовал. Ему не нужно было видеть моё выражение лица или мои действия. Он уже знал. — какойже ты изнеженный — хмыкнуло существо, наконец-то прервав тишину, а потом резко вошло в меня. Я тихо всхлипнул и сжался, едва заметимно нахмурившись и поджав губы. Я слишком хорошо чувствовал внутри себя горячий и довольно большой инородный предмет. Существо сильнее сжало мои запястья, вызывая очередную волну боли, из-за которой я сильнее вжался в кровать. И вновь резкие грубые толчки, и вновь у меня всё болит, и опять я ничего не могу с этим сдел Каждый толчок отзывался сильной боль. Видеть лицо существа, что приняло облик моего родного отца, было отвратительно. Я смело мог это назвать моим ночным кошмаром, что случился наяву. Когда-то мне такое уже снилось... Вот только это не сон. здесь не будет волшебного спасения пробуждением, не будет возможности просто забыть, не будет шанса что-то изменить по щелчку пальцев. Ничего не будет. Единственное на что я мог надеятся — чтобы тварь больше ни принимала этот облик. Иначе я точно не выдержу. Очередной толчок выбил меня из мыслей. Существо перехватило мои запястья одной рукой, а другой сжало моё горло. Я приоткрыл рот, стараясь вдохнуть побольше воздуха, но из-за точков удавалось лишь сделать пару рваных поверхностных вдохов. От бессилия хотелось рыдать. Я ничего, совсем ничего не мог изменить. Единственное что было возможным — подчиниться и смеренно терпеть, пытаясь найти что-то хорошее. Моя гордость была растоптана, но, видимо, не доканца, раз я всё ещё не разрыдался вперемешку с истеричным хохотом, хотя очень хотелось от накопившихся эмоций внутри. Но когда воздуха стало критически не хватать, то пришлось в очередной раз переступить через себя. — п-пусти.. П-прошу — прохрипел я, затуманенным взглядом, смотря в глаза существу, но оно лишь сильне сдавило моё горло, ужесточая толчки. У меня не было сил даже на то, чтобы злиться или расстраиваться. Я просто принял это, постепенно задыхаясь и утопая в омуте своих мыслей и страданий. Когда в глазах по темнело, то Ло, всёже, соизволил дать мне доступ кислороду. Я закашлялся и сделал несколько рваных вдохов через саднящую боль в горле, прокручивая в голове, что нужно сказать, чтобы тот ад наконец-то прекратился. — господи, пожалуйста, пожалуйста прекрати. Я так больше не могу..! Молю, остановись — выпалил я, смотря на Ло мокрыми глазами, прирывисто дыша. — нет уж, сегодня так просто не отделаешься — хмыкнула тварь, с упоением смотря на мои страдания. Я сдавленно простонал, мысленно желая биться головой о стену от безысходност Всё тело дрожало, я то и дело выгибался, чувствуя ужасную боль в пояснице. Существо вдалбливало меня в кровать с такой силой, что казалось, будто она сейчас сломается. Сердце отдавалось стуком в ушах, против всех канонов я был бледнее снега и еле дышал. Вдохи получались рваными и короткими, то и дело прерываемыми резкими выдохвами от боли. Когда по ощущениям прошла вечность, я почувствовал, как что-то горячее разлилось у меня в животе. Тварь наконец-то остановилась, выходя из меня. Я тяжело дышал, смотря кут сквозь пространство. Всё тело дрожало как от сильного мороза. Голова раскалывалась на части, а всё что ниже пояса я практически не чувствовал. Отпустив мои запястья, Ло перехватил меня поперёк талии и куда-то понёс. Перед глазами всё плыло, я еле-еле различал, что происходило вокруг меня. Открылась и закрылась дверца шкафа, затем дверь, затем ещё одна... Меня, еле держащегося на ногах, поставили к холодной стене, стаскивая остатки одежды. Я старался удержаться руками за стену, но те меня не слушались и были словно из ваты. Во всём теле была ужасная слабость. Вновь прикосновение чужих рук, и меня посадили в ванну. Горячая вода сильным потоком окатила меня с ног до головы. От резкого перепада температур в глазах потемнело, и моя голова откинулась назад, ударившись затылком о стенку за ванной. Облив меня водой со всех сторон, меня вынули из ванны, но на ногах я не удержался и свалился на Ло, уперевшись в него мокрым лбом. Я тихо вздохнул, чувствуя, что остался совершенно без сил. Меня вытерли жёстким полотенцем, задевая все ссадины и синяки. Очередная боль немного вернула меня в сознание, не давая мне заснуть. Я с трудом залипил глаза, осматривая то, что попадало в моё поле зрения, не поворачивая головы. Но в моё поле зрения попадало решительное ничего, так как всё занимал живот существа. По непроглядной тьме его тела я смог понять, что Ло принял уже свой истинный облик. Но даже эту мысль сложить эту мысль у меня получилось с большим трудом, так как слова то и дело заменялись совершенно другими или и вовсе пропадали. На меня что-то надели и вновь сунули подмышку, занося, предположительно, в мою комнату. Послышался щелчок выключателя, и в комнате воцарилась непроглядная тьма. Меня кинули на кровать и опять накрыли одеялом с головой. Невольно в голове всплыло воспоминание в больнице, которое разлилось чем-то тёплым в груди. Я нахмурился, из последних сил стараясь прогнать эти тёплые ассоциации, переживая, что начну привязывать к тому, кто доводит меня до обессиленного состояния. Вновь вернулись привычные звуки города, и я вырубился, не в силах ни о чём думать. Когда я проснулся, то мне показалось, словно я и вовсе не спал, лишь на мгновение прикрыл глаза. Но за окном уже был день, машины гудели и сигналили, а солнце было высоко в небе. Я устало протер глаза, чувствуя, как всё тело болит Откинув одеяло, я неожиданно обнаружил, что был одет совершенно неприлично.