Минута молчания, или Обнимашки спасут мир

Стайлзу одиноко. Это одиночество длится уже не первый день. Обычно Стайлз болтает, чтобы скрыть и смыть все негативные эмоции, все плохие мысли вроде той, например, что он виноват в смерти мамы, или, ну, знаете, он в принципе не очень хорош… Но в эти дни говорить не с кем.    Скотт у Стайлза на быстром наборе №1 на телефоне, потому что они со Скоттом бро уже целых дохренадцать лет с момента гибели матери Стайлза, и он бездумно жмет кнопку цифры один, и радуется, когда Скотт отвечает… - Я перезвоню. И Стайлз радуется целых три секунды, а потом короткие гудки в ухо заставляют улыбку Стайлза стечь с лица, как растаявшее мороженое. Стайлз знает, что Скотт не перезвонит, потому что у него эта новая – как её? Мэри? Шерри? – очередная после того, как Эллисон умерла, а Кира уехала, и Стайлз знает, что Скотт – защищающий бро, а потому он защищает каждую свою девушку, и заботится о ней, и, ладно, красивая девушка – это компания явно лучше, чем болтливый неловкий Стайлз… Стилински листает групповой оборотнический чат в своем телефоне: Бойд и Эрика уехали на Гавайи, Лидия тоже где-то тусит с предками, Айзек… Иконка Айзека не светится. Она серая, но Стайлз зачем-то открывает его профиль. «Был три часа назад». Очевидно, Айзек тоже… где-то.    Одиночество начинает выгрызать дыру в сердце, и Стайлз запускает «Metal Gear Solid», надевает наушники, запускает «Steam»: уж там-то хоть кто-нибудь из команды сидит? Или не из команды? - Эм… Привет? Это Стайлз, ну, помните, который знает кучу фактов про волков, но вечно хреново помирает, подстрелен…    Наушник издает протяжный звук помирающего олененка Рудольфа, потом ещё пару раз для верности хрипит – и помирает совсем. И это не отсутствие заряда. -…ный кем-то… - упавшим голосом заканчивает Стайлз, снимая наушник и выходя из игры и сообщества. Кажется, сама вселенная хочет сегодня обломить ему общение. Но ей это не удастся! Стайлз знает кое-кого, кто не сидит в Стиме, почти не пользуется телефоном, и даже почти не сидит дома – зато свою территорию чувствует, как… как волк. И прилетает быстро, когда на неё приходит кто-то чужой. Не то, чтобы он считает Стайлза чужим, нет, скорей всего, всё-таки Стайлз – часть Стаи, волчьей стаи, правда же? Так что, может быть, Дерек поймет, что он нужен, и прилетит, как Супермен, или даже, как Бэтмен, и спасет тощего неуклюжего Стайлза от тишины, думает Стайлз, несясь по лесу и даже не путаясь в ногах, пожалуйста, пожалуйста, пожааа…    Крыльцо сгоревшего особняка странным образом успокаивает. Стайлз садится на вторую сверху ступеньку, обхватывает себя руками и смотрит перед собой, ожидая, пока придет хозяин особняка Хейлов. Вспоминая, как однажды Дерек пришел сюда на чужой запах, а тут была группа подростков с пивом и травкой, потому что подростков и наркош всегда тянет к заброшкам, и Дерек разозлился, и попробовал их прогнать, а они сказали ему отвалить, и тогда Дерек зарычал, и они разбежались, и одна даже уронила прямо в костер свой смартфон, и… - Стилински. - И тебе привет, Хмуроволк! – Стайлз абсолютно искренне радуется нелюдимому хмурому волчаре с вечно-недельной брутальной щетиной – а потом удивляется, когда ему на плечи опускается кожаная крутая куртка, дарящая тепло и пахнущая Дереком. Нет, не то, чтобы Стайлз оборотень какой-нибудь, как его бро, но нос у Стайлза тоже определенно есть, и он тоже может им чувствовать запахи… - А это зач… - Ты мерзнешь, - Дерек садится на самый верх крыльца, абсолютно не мерзнущий в своей серой футболке в сумерках, и Стайлз плотнее натягивает на себя его крутую куртку, улыбаясь так блаженно, будто выпил Аддеролл ещё и на ночь перед сном. Утыкается носом в воротник куртки, пропахший Дереком. - Не-а. - Теперь нет, - соглашается Хейл бесстрастно, будто констатирует очередную смерть. Или нападение.    Стайлз тоже согласен, что «теперь нет». Он сдвигается чуть влево, беззастенчиво укладываясь виском на сложенную на колено руку Дерека, и смотрит на площадку перед домом. Стайлз отлично знает, что из-за их спин все ещё несет горелым деревом, ужасом и смертью семьи Хейлов – для Дерека, сам Стайлз мало что чует. А потому он начинает рассказывать, не закрывая глаза и глядя на эту площадку перед сгоревшим домом – о Супермене, о Бэтмене, о том, как в первый день рождения после, ну, после, когда его мамы уже не было, они со Скотти, девятилетние, смотрели почти сутки шестьдесят серий Бэтмена подряд и уснули в очень странных позах, и папа потом долго смеялся, но вообще-то он не следил за ними, хотя он тогда выпил немного, всего пару банок, просто Стайлз все дни рождения отмечал со Скотти, потому что они бро, и будут бро, пока Скотти не умрет от этих ваших оборотнических приключений, и будет некруто, если Стайлз будет его снова оплакивать, потому что, знаешь, Стайлз всего лишь человек, тощий и неуклюжий, и он не готов терять кого-то, хотя в конце концов потеряет всех, потому что он никогда никого не сможет защитить, как ни старается…    Когда Стайлз выдыхается, он обнаруживает, что его голова каким-то образом прижата к груди Дерека, и Хейл молча проводит ладонью по его волосам, прижимая к себе, и все так же молчит, а куртка греет, и Стайлзу кажется, что он молчит уже целую вечность. Наверное, так и есть, потому что Дерек все же отмирает, глядя, как над домом висит луна, похожая на «с», потому что она убывающая. - Я отвезу тебя, - бросает он, спускаясь по ступенькам, и Стайлз молча плетется за ним, чувствуя себя тихим, спокойным и умиротворенным. Конечно, это потому что у них с Хейлом были обнимашки, обнимашки от большого злого волка же что-нибудь значат, правда? Обнимашки вообще спасут мир, думает Стайлз, роняя голову на подголовник пассажирского сидения в камаро, и не слышит, как Дерек довозит его до дома, не чувствует, как Хейл берет его на руки и в два прыжка забирается в окно комнаты Стайлза. Дереку не привыкать прыгать сюда, разве что он никогда не делал этого с такой ценной ношей.    На следующее утро, когда Стайлз снова просыпается, полный кипучей энергии и желания изменить мир, он спускается в кухню, чтобы принять вместе с завтраком свою таблетку, отпивает кофе – и застывает, поняв, что что-то не так. На нем все ещё кожаная куртка Дерека. Надо вернуть.