Как обманывать и молчать

За две недели до Рождества башня Старка преобразилась. Пеппер наняла декораторов, и теперь холлы сияли гирляндами, в гостиной стояла огромная ель — настоящая, из Орегона, пахнущая хвоей и мандаринами. Питер помогал украшать: вешал игрушки, поправлял мишуру, а один раз чуть не упал с верхушки, потому что решил, что «пауку удобнее крепить звезду с потолка». — Слезай, — крикнул Тони снизу. — Ты не ёлочный украшатель, ты паук. — Я универсальный, — ответил Питер, приклеивая звезду. — Готово! Он спрыгнул, приземлился на четвереньки, отряхнул колени. Тони покачал головой. — Ты когда-нибудь будешь пользоваться лестницей? — А зачем, если есть потолок? — Затем, что люстры дорогие, — вздохнул Тони. Питер улыбнулся и пошёл помогать Пеппер с гирляндами. Она учила его правильно завязывать банты — не слишком туго, чтобы не порвать ленту, и не слишком слабо, чтобы не развязались. — Ты быстро учишься, — сказала Пеппер. — Тони никогда не умел завязывать банты. — Я умею, — возразил Тони из-за спины. — Просто не люблю. — Ты не умеешь, — мягко сказала Пеппер. — Но это неважно. У нас есть Питер. Питер покраснел и завязал ещё один бант. Рождественские подарки он начал готовить за неделю. Список был длинным: Тони, Пеппер, Хеппи, Стив, Баки, Наташа, Клинт, Тор, Брюс, Нед, Эм-Джей, тётя Мэй. И Пятница — хотя ей подарок был особенным. — Ница, — спросил он, сидя в своей лаборатории. — Что ты хочешь на Рождество? — Я искусственный интеллект, мистер Паркер. У меня нет желаний. — Неправда. Ты всегда хочешь, чтобы мы были в безопасности. — Это не желание. Это функция. — Тогда я подарю тебе функцию, — сказал Питер и начал программировать. Он написал для Пятницы новый модуль — музыкальный. Теперь она могла не только включать песни, но и сочинять свои мелодии. Простые, короткие, но свои. — Это… это подарок? — спросила Пятница, когда модуль загрузился. — Да, — кивнул Питер. — Ты теперь композитор. — Спасибо, мистер Паркер. Я… я тронута. — Ты не можешь быть тронута, ты искусственный интеллект. — Я могу имитировать эмоции, — сказала Пятница. — И сейчас я имитирую радость. Питер улыбнулся. Для Тони он приготовил кое-что особенное. В тайне, в своей лаборатории, он работал над маленьким устройством — стабилизатором для дуги. Тони жаловался, что иногда реактор даёт сбои, особенно в холодную погоду. Питер спроектировал крепление, которое фиксировало дугу и снижало вибрацию. — Это не заменит полноценный ремонт, — сказал он сам себе, тестируя прототип. — Но поможет до него. Он упаковал устройство в коробку, перевязал лентой и спрятал под кровать. Для Хеппи Питер купил новые чехлы на сиденья машины — с вышитыми пауками. Хеппи ворчал, что это «несерьёзно», но Питер знал — он обрадуется. Хеппи любил пауков. Даже Стива-младшего иногда кормил, когда Питер забывал. Для Стива — редкие акварельные краски, которые он нашёл на интернет-аукционе. Для Баки — наушники с шумоподавлением, новой модели. Для Наташи — книгу стихов Анны Ахматовой, оригинал на русском. Для Клинта — рамку для фотографий с цифровым экраном, куда можно загрузить сотню снимков. Для Тора — попкорн-машину, чтобы делал свежий попкорн каждую минуту. Для Брюса — кружку с надписью «Халк тоже учёный». — Ты тратишь мои деньги? — спросил Тони, увидев список покупок. — Свои карманные, — ответил Питер. — У меня есть стипендия за стажировку. — Ты получаешь стипендию? — Ты сам назначил. Забыл? Тони задумался. Потом махнул рукой. — Ладно. Но если переведёшься в минус — скажи. — Не переведусь, — улыбнулся Питер. В сочельник башня наполнилась гостями. Приехала тётя Мэй — с пирогом, который пекла сама. Флеш прислал открытку — с подписью «Извини за всё. С Рождеством». — Это от Флеша? — удивился Питер, читая. — Он просил прощения, — сказала Пятница. — Искренне. — Чудеса, — Питер убрал открытку в ящик. Вечером они сели за стол. Пеппер приготовила индейку, картофельное пюре, клюквенный соус и свой знаменитый яблочный пирог. Тони открыл бутылку шампанского — для взрослых, а Питеру налил яблочного сидра. — За семью, — сказал Тони, поднимая бокал. — За семью, — повторили все. Питер смотрел на этот стол, на эти лица — уставшие, весёлые, родные — и чувствовал, как внутри разливается тепло. Не от сидра, а от чего-то другого. От того, что он дома. После ужина начались подарки. Питер раздал свои коробки — и смотрел, как открывают. Хеппи долго рассматривал чехлы с пауками, потом буркнул: «Непрактично», но убрал в машину сразу же. Стив ахнул, увидев краски. — Это же лимитированная серия! — воскликнул он. — Где ты нашёл? — Интернет, — скромно сказал Питер. — Долго искал. Баки надел наушники и не снимал их весь вечер, только изредко кивал в такт музыке. Наташа прочитала несколько стихов вслух — на русском, красиво, с выражением. Клинт загрузил в рамку сотню фото и показывал всем подряд. Тор уже пробовал попкорн из новой машины — и был счастлив. Брюс долго смеялся над кружкой и обещал пить из неё только зелёный чай. А Тони, когда открыл коробку с устройством для дуги, замер. — Это… — начал он. — Стабилизатор, — сказал Питер. — Я заметил, что ты мёрзнешь зимой. Дуга вибрирует. Это снижает вибрацию на 60%. — Ты сделал это сам? — В своей лаборатории, — кивнул Питер. — Ты же дал мне ключ. Тони сжал устройство в руке. Посмотрел на Питера долгим взглядом. — Ты замечаешь, — сказал он. — Всегда замечаешь. — Это моя работа, — ответил Питер. — Как у Ницы. Потом подарки дарили ему. Стив — новый набор для рисования. Наташа — тёплый шарф, связанный своими руками. Клинт — запасные линзы для маски. Тор — асгардский амулет на удачу. Брюс — домашнюю аптечку с его любимыми пластырями (с пауками). Хеппи — подогреватель для обуви, чтобы ноги не мёрзли на патруле. Пеппер подарила ему плед — мягкий, кашемировый, синий. Тётя Мэй — альбом с семейными фотографиями, включая те, где он был ещё маленьким. — Спасибо, — Питер обнял тётю Мэй. — Я буду беречь. А Тони вручил ему конверт. Толстый, бумажный. — Что это? — спросил Питер. — Открой, — сказал Тони. В конверте лежали документы. Питер прочитал и поднял глаза. — Это… это разрешение на ночные патрули? — не поверил он. — Официальное, — кивнул Тони. — С подписью и печатью. Теперь ты можешь патрулировать без моего согласия. Но с условиями: 1.брать с собой аптечку и сообщать Пятнице о каждом происшествии. 2. Если у тебя перестанет присутствовать инстинкт самосохранение, то мы тут же прекратим это. — Ты серьёзно? — Питер сжимал бумаги. — Серьёзно, — Тони улыбнулся. — Ты вырос, Пит. Не ростом, но головой. Я тебе доверяю. Питер бросился к Тони, обнял — и чуть не сломал ему рёбра. — Спасибо, — прошептал он. — Не за что, паук, — ответил Тони. Поздно вечером, когда гости разошлись, Питер сидел у окна в своей комнате. Снег падал на город, укутывая его в белое одеяло. — Ница, — позвал он. — Да, мистер Паркер. — Ты сегодня сочинила мелодию? — Да. Хотите послушать? — Включи. Пятница заиграла — тихо, нежно. Мелодия была похожа на снегопад: медленная, мягкая, убаюкивающая. — Это про что? — спросил Питер. — Про дом, — ответила Пятница. — Про то, что дом там, где тебя любят. Питер закрыл глаза. Браслет на руке светился в темноте. За стеной слышался голос Тони — он разговаривал с Пеппер о завтрашнем завтраке. Хеппи где-то ворчал про уборку. Стив тихо играл на губной гармошке. Баки подпевал. Наташа смеялась над шуткой Клинта. Тор гремел на кухне — делал попкорн. — С Рождеством, Ница, — прошептал Питер. — С Рождеством, мистер Паркер. Он лёг в кровать. Уснул под музыку, которую сочинил для него искусственный интеллект. И снилось ему, что он летит над городом — не на паутине, а на крыльях. И внизу, в башне, горели огни. Все огни. Для него. А утром он проснулся и первым делом написал список благодарности. 1. Я благодарен за то, что у меня есть семья. Большая, шумная, иногда слишком громкая. Но моя. 2. Я благодарен за то, что Тони доверяет мне ночные патрули. Я оправдаю. 3. Я благодарен за то, что Ница сочинила мелодию про дом. Я буду слушать её каждый вечер. Он положил листок в ящик. Встал. Натянул свитер, джинсы, куртку от Хеппи — с пауком на спине. И пошёл на кухню. Завтракать с семьёй. Рождество только начиналось.