Room Service Romance

Мой тгк (реакции, moodboard, переписки, драбблы и просто болталки)🤍🎀: https://t.me/fluffkitt / @Fluffy__Kitty _____ Вечер понедельника прошёл спокойнее, чем ожидала Джихён. После всей этой дороги, напряжения, странной ситуации с номером и тем самым разговором про «линию», ей казалось, что всё будет куда хуже. Но на деле всё вышло… тихо. Они по очереди приняли душ, стараясь не пересекаться лишний раз и не создавать неловкости там, где её и без того хватало. Джихён, закрывшись в ванной, ещё несколько минут просто стояла, опираясь руками на раковину и смотря на своё отражение, пытаясь привести мысли в порядок, прежде чем начать умываться и переодеваться. Она надела пижаму, и, слава богу, это был комплект из длинных штанов и кофты с длинным рукавом. Тогда, собирая вещи, она даже не думала, что это может быть настолько важно, но сейчас искренне была благодарна себе за это решение. Ткань мягко ложилась на кожу, закрывая почти всё тело, и от этого ей было чуть спокойнее, будто это была дополнительная защита. Спать особо не хотелось. В голове всё ещё крутились события дня, дорога, разговоры, этот номер… Чимин, кажется, тоже не спешил ложиться. Он довольно быстро и спокойно объяснил цель их поездки, стоя у окна и иногда поглядывая на неё, словно проверяя, слушает ли она. Оказалось, что ситуация с инвесторами действительно была серьёзнее, чем казалось на первый взгляд. Нужно было проверить, как продвигается подготовка нового филиала, оценить готовность шоурума, убедиться, что вся мебель доставлена без задержек и в нужном качестве, потому что часть коллекции изготавливалась под заказ специально для этого открытия. Помимо этого, предстояли переговоры с инвесторами, в том числе с тем самым господином Чоном, который внезапно начал сомневаться в условиях сотрудничества. Основной темой было распределение прибыли, сроки окупаемости и участие инвесторов в дальнейших проектах. Некоторые из них хотели большего контроля, а это уже шло вразрез с принципами Чимина, который привык держать всё под своим управлением. Джихён внимательно слушала, периодически кивая и делая заметки в блокноте, стараясь сосредоточиться только на работе, не позволяя себе отвлекаться на то, где и в каких условиях они находятся. Этот разговор немного вернул её в привычное состояние — когда всё чётко, понятно и под контролем. Но вот настало время сна. Чимин, как и ожидалось, спокойно лёг на свою сторону, даже не задержавшись ни на секунду. Всё выглядело так, будто для него это действительно не было чем-то особенным. Он просто лёг, подложив руку под голову, и закрыл глаза, как делал это, наверное, каждый вечер. А вот у Джихён замерло сердце. Хоть между ними и была стена из подушек, аккуратно выложенная посередине кровати, но всё же его присутствие ощущалось слишком сильно. Даже воздух казался другим. По коже иногда пробегали мурашки, дыхание сбивалось, и она ловила себя на том, что старается дышать тише, будто боялась, что он услышит каждый её вдох. В какие-то моменты она даже на несколько секунд задерживала дыхание, а потом резко выдыхала, понимая, что это уже глупо. Но постепенно усталость взяла своё. Глаза начали слипаться, тело расслаблялось, и, несмотря на всё это внутреннее напряжение, она всё же провалилась в сладкий сон. Утро наступило быстро и громко. Привыкшая к звуку одного будильника, Джихён сквозь сон скривилась, ведь с двух сторон послышался этот противный, раздражающий звук. Её будильник она выключила почти сразу, даже не открывая глаз полностью, а Чимин выключил свой буквально через пару секунд, и в комнате снова стало тихо. Джихён на мгновение и забыла, где она находится. Это ощущение было настолько привычным — проснуться, выключить будильник, потянуться… Но когда вдруг его макушка появилась над стоящими подушками, а его сонный взгляд зацепился за неё, всё резко вернулось на свои места. Она тут же натянула одеяло чуть выше груди, будто это могло хоть как-то спасти ситуацию. — Доброе утро, ассистент Ким. К такому его голосу она не была готова. Низкий, с лёгкой хрипотцой, слегка сонный, и до ужаса… сексуальный. По коже моментально пробежали мурашки, и Джихён тяжело проглотила слюну, чувствуя, как пересыхает горло прокашлялась. — Доброе утро, господин Пак. Чимин кивнул и окинул номер всё таким же сонным взглядом, словно ему нужно было пару секунд, чтобы окончательно проснуться и вспомнить, где он находится. — Как спалось? — О…отлично. А вам? — Тоже супер, да. Ну что, пора вставать? Джихён только кивнула и, откинув одеяло в сторону, опустила ноги с кровати, стараясь не делать резких движений, и направилась к своему чемодану. Пока она выбирала одежду на сегодня, перебирая вещи чуть дольше, чем это было нужно, она старалась не смотреть на Чимина, но прекрасно слышала, как он перевернулся на спину, тяжело вздохнул, а затем сел на кровати. Стараясь всё так же не смотреть на него, она опустила взгляд, взяла в руки одежду и почти бегом направилась к ванной, надеясь, что успеет занять её первой. Но, подойдя к двери, она неожиданно врезалась в него. — Осторожнее. Джихён слегка зашаталась, не ожидая такого столкновения, и, чтобы предотвратить падение, Чимин взял её за талию, поддерживая и помогая устоять на ногах. Его руки были тёплыми, крепкими, и от этого прикосновения по телу снова прошёл тот самый разряд, который она уже начинала ненавидеть за его непредсказуемость. Тело словно парализовало, и она так и застыла, поднимая на него шокированный и испуганный взгляд. — Порядок? В чувства её привёл его голос, который ощущался слишком близко к её лицу, и заметила она это только сейчас. Резко отойдя на всякий случай от него на два шага, Джихён быстро закивала. — Да, благодарю вас. Вы можете идти в ванную первым. — Нет, ассистент Ким, иди ты. — Проходите, а я пока разберусь с завтраком. Позвоню на ресепшн и узнаю, можно ли заказать в номер. Она посмотрела на часы и, увидев 08:47, снова повернулась к нему. — К тому же скоро девять, вам нужно кофе. Чимин оглядел девушку последний раз, будто что-то для себя отметил, и, кивнув, проговорил: — Хорошо, тогда я быстро, а ты решаешь за завтрак. Джихён кивнула и вернулась к кровати, рядом с которой стояла тумбочка, на которой был телефон. Чимин вернулся за своими вещами, и перед входом в ванную на секунду задержался, окинув Джихён последним, чуть более внимательным взглядом, чем обычно, и только потом вошёл внутрь. Спустя пару минут из ванной послышался звук воды, и Джихён, сама того не замечая, взялась за сердце, словно пыталась его успокоить. “Боже. Я реально в этой поездке коньки откину”. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, она взяла телефон и набрала номер ресепшена. Заказав завтрак в номер — стандартный набор и обязательно кофе для Чимина, и для себя ромашковый чай, её любимый — она поблагодарила девушку на том конце провода и положила трубку на место. Вода всё ещё шумела, и она поняла, что у неё есть ещё пара свободных минут. Взяв свой мобильный телефон, она открыла контакт “Папа ❤️” и нажала на вызов. Гудки послышались громко, и уже спустя пару секунд раздался голос отца: — Карамелька? Улыбка тут же появилась на её лице. — Привет, папуля, ты уже не спишь? — Нет, конечно, ты же знаешь, я ранняя пташка. — Конечно знаю. Как ты там? — Всё хорошо. Ты как? Как добрались? У тебя свободное время появилось? — Добрались хорошо, быстро очень. Сейчас заказала завтрак в номер, а господин Пак в душе, поэтому… — В душе? Вы живете в одном номере что-ли? Тон папы изменился, и Джихён сразу поняла, что сказала лишнее. — Да… там вышла путаница, но это буквально на одну-две ночи, завтра уже должен появиться свободный номер. “Прости, папа, что вру, но это для твоего же спокойствия”. — Ну… хорошо. Джихён не заметила, как вода уже как пару минут выключилась, и из ванной вышел Чимин. — Всё, папуль, мне пора бежать. — Хорошо, карамелька, хорошего дня тебе. Люблю тебя. — И я тебя люблю, папуль, пока. Она сбросила трубку и тут же посмотрела на Чимина. На нём была чёрная футболка, простая, но подчёркивающая его фигуру, рельефные руки, и тёмные брюки, свободные, но аккуратные, сидящие до ужаса идеально. Блондинистые волосы были слегка влажные после душа, несколько прядей падали на его лоб, придавая образу ещё более расслабленный вид, который странно контрастировал с его привычной собранностью. — Папа? — Да. Она подошла к стулу и снова взяла свои вещи в руки, стараясь не задерживать взгляд на нём дольше, чем нужно. — Хорошие отношения с родителями? — С папой, да, очень хорошие. — А мама? Джихён подняла глаза на мужчину и увидела.. интерес. Но не тот, который она привыкла замечать раньше — не поверхностный, не из вежливости. В этом взгляде было что-то более внимательное, будто ему действительно важно услышать ответ, а не просто поддержать разговор. Она слегка прокашлялась, собираясь с мыслями, но всё же решилась ответить. — Мама умерла. Давно. Взгляд мужчины тут же слегка изменился. Он на секунду отвёл глаза, и видимо от неловкости почесал затылок, не зная, что сказать, и только потом тихо произнёс: — Прости, я… — Не знали. Ничего страшного. Скоро принесут завтрак, откроете, пожалуйста, дверь? Чимин кивнул и проводил обеспокоенным взглядом Джихён, которая уже направлялась в ванную, стараясь как можно быстрее скрыться за дверью. Оказавшись в ванной, Джихён первым делом закрыла дверь чуть резче, чем собиралась, и тут же сама же поморщилась от этого звука. Сердце до сих пор билось как-то неровно после их короткого разговора, после того, как он так посмотрел на неё, после этого слишком неожиданного вопроса про маму. Ей хотелось просто пару минут побыть одной, выдохнуть, прийти в себя и снова надеть на лицо своё привычное спокойствие, с которым она обычно справлялась вообще со всем. Уперевшись ладонями в край раковины, она медленно подняла глаза на зеркало. Щёки всё ещё были слегка розовыми, а взгляд — каким-то растерянным и слишком живым. Она открыла кран, набрала в ладони прохладной воды и несколько раз умыла лицо, будто пыталась смыть с себя это странное волнение, которое не отпускало её с самого момента, как они вошли в этот номер. Душ помог совсем немного. Тёплая вода расслабила плечи, спину, ноги, которые после дороги и сна в напряжении всё ещё неприятно ныли, но голову это не выключило. Наоборот, пока она стояла под струями воды, мысли только сильнее полезли в голову. Ей вспоминалось, как его рука ощущалась на её талию, как он придержал её, чтобы она не упала, как смотрел, не так, как обычно, не как начальник, который просто отдаёт распоряжения и между делом бросает пару замечаний. Что-то в нём сегодня было другое, и это её не то чтобы пугало, но точно выбивало из привычного состояния. Она нервничала, переживала и злилась сама на себя за это, потому что ничего же не произошло. Вообще ничего такого. Просто поездка. Просто один номер. Просто неудачная бронь. Просто он почему-то сегодня слишком внимательный. Выключив воду, Джихён быстро вытерлась, завернулась в полотенце и подошла к зеркалу. Времени было не так уж много, поэтому всё нужно было делать быстро. Она почистила зубы, несколько раз сполоснула рот, потом достала косметичку и принялась собираться уже в привычном для себя темпе, где каждое движение давно было отработано. Ничего тяжёлого она не делала: немного консилера под глаза, чтобы скрыть следы недосыпа, тушь, совсем чуть-чуть румян и бальзам для губ. Всё. Без лишнего фанатизма. Она никогда не любила перегружать лицо косметикой, а на работе тем более всегда старалась выглядеть аккуратно и просто. Потом она достала одежду и быстро переоделась. На ней была светлая голубоватая рубашка, аккуратная, приталенная, с длинным рукавом, и короткая чёрная юбка в складку. К образу шли чёрные лоферы, небольшая чёрная сумка и тонкая подвеска на шее. Всё выглядело строго, чисто и очень опрятно. Кинув последний взгляд в зеркало, она быстро выдохнула, взяла вещи в руки и вышла из ванной, уже заранее готовя в голове нейтральное лицо. Чимин, судя по всему, ждал её не у кровати, а у небольшого столика рядом с диваном, куда уже успели принести завтрак. Он обернулся почти сразу, явно собираясь что-то сказать, и уже было начал: — Нам уже принесли завт… Но договорить он не смог. Слова будто просто застряли у него в горле. Его взгляд задержался на ней слишком долго, заметно дольше, чем это можно было объяснить обычной вежливостью или случайным вниманием. Он посмотрел на неё сверху вниз, потом снова поднял взгляд к лицу, и в этом молчании было что-то такое, от чего у Джихён внутри всё снова неприятно и сладко сжалось. Она даже заметила, как он слегка облизнул нижнюю губу, будто сам не до конца понял, зачем это сделал и кто перед ним стоит, и от этого у неё в животе моментально появилось то самое щекотное ощущение, которое за последние сутки стало происходить слишком часто. Чтобы не стоять посреди комнаты как вкопанная, она быстро отвела взгляд, подошла к кровати, чтобы убрать свои вещи, и первой заговорила, стараясь, чтобы голос звучал как обычно. — Спасибо, что открыли. Я быстро собралась. Завтрак же не успел остыть? Чимин только через секунду будто вернулся в реальность и медленно кивнул. — Нет, всё нормально. Садись, пока совсем не остыл. Она аккуратно сложила вещи, положила косметичку обратно в чемодан и только потом подошла к столу. Завтрак был обычный, но вкусный: тосты, яичница, фрукты, немного салата, масло, джем. И, конечно, кофе для Чимина и её ромашковый чай. Джихён села напротив и постаралась сосредоточиться только на еде, потому что смотреть на него сейчас было слишком тяжело. Он же, наоборот, будто совершенно не спешил, спокойно налил себе кофе, сделал глоток и только потом, глянув на её чашку, спросил: — Ты с утра пьёшь ромашковый чай? Джихён слегка подняла на него глаза и кивнула. — Не всегда, предпочитаю его больше вечером. Мне с ним как-то спокойнее. Я просто кофе не особо переношу. Иногда могу выпить, если совсем не выспалась, но потом мне обычно нехорошо. Чимин кивнул, не перебивая её, и снова посмотрел на чашку, будто запоминал это как какую-то неожиданно важную мелочь о ней. — Интересно. Я почему-то был уверен, что ты из тех людей, которые живут на кофе и стрессе. Она невольно чуть улыбнулась и тихо ответила: — На стрессе, может быть. Но точно не на кофе. Уголок его губ едва заметно дёрнулся вверх. — Значит, всё-таки не железная. Джихён не совсем поняла, шутка это или нет, но всё равно смутилась и только опустила глаза в тарелку. Её удивляло, почему он сегодня так интересуется ею. Не по работе, не формально, а как будто правда замечает какие-то вещи, на которые раньше никогда не обращал внимания или, по крайней мере, не озвучивал этого. И от этого становилось ещё сложнее держать лицо. Он больше не задавал лишних вопросов, но несколько раз за завтраком она ловила на себе его взгляд, короткий, задумчивый, не тяжёлый, но очень ощутимый. После завтрака всё снова стало более привычным. Они собрали нужные документы, быстро сверили график, и уже через некоторое время выехали. Новый филиал Valente Design в Пусане располагался в хорошем районе, в современном здании с большими окнами и большим внутренним пространством. Часть шоурума уже была готова, но работы там всё ещё хватало. Нужно было проверить, как расставлены образцы мебели, в каком состоянии доставленные позиции, всё ли соответствует утверждённой концепции, совпадают ли материалы, оттенки, сборка. Плюс часть сотрудников из местной команды должна была отчитаться по срокам, а подрядчики — по завершению отделочных деталей. Джихён с самого начала включилась в работу полностью. Она быстро сверяла бумаги, отмечала несостыковки, переписывалась с отделами, поднимала нужные письма, проверяла списки поставок и фиксировала всё, что могло понадобиться Чимину во время обсуждений. А обсуждений было много. Уже ближе к обеду начались встречи с инвесторами и партнёрами, и вот здесь Чимин был совсем другим. Не тем мужчиной, который утром стоял с влажными волосами в чёрной футболке и спрашивал про ромашковый чай. Здесь он был холоднее, собраннее, жёстче. Спокойный голос, чёткие формулировки, уверенный взгляд, ни одного лишнего слова. Он не повышал тон, но и уступать никому не собирался. Когда один из инвесторов начал говорить о расширении его прав на принятие решений в новом филиале, Чимин даже не изменился в лице. Он просто очень спокойно, но так, что спорить уже не хотелось, объяснил, где заканчивается зона их влияния и почему внутренние решения компании останутся за руководством Valente Design. Джихён, сидя чуть в стороне с планшетом и бумагами, снова чувствовала, как у неё подкашиваются ноги, хотя она вообще-то сидела. Такой Чимин действовал на неё хуже всего. Серьёзный, властный, уверенный, тот, который всё держит в руках и не даёт ни малейшего повода сомневаться в себе. И при этом в течение дня он каким-то образом успевал замечать именно её. Как она быстро находит нужный файл. Как ровно и аккуратно пишет пометки на полях. Как подаёт ему документ ещё до того, как он успевает попросить. Как убирает за ухо выбившуюся прядь, когда сосредоточена на чём-то. Как хмурится, если кто-то говорит слишком размыто и приходится уточнять детали. Один раз он протянул руку за папкой, а потом, не отрывая взгляда от собеседника, всё же тихо сказал именно ей: — Спасибо. Ты сегодня спасаешь этот день быстрее, чем вся местная команда вместе взятая. Она тогда только коротко кивнула, стараясь не показать, как у неё внутри всё моментально подскочило от этой фразы. Позже, когда один из сотрудников нового филиала начал путаться в цифрах, Чимин чуть нахмурился, а Джихён спокойно открыла нужную таблицу и пододвинула её ближе. Он посмотрел на экран, потом на неё и снова очень тихо, так, чтобы услышала только она, заметил: — Ещё немного, и я начну думать, что ты умеешь читать мои мысли. Она не нашла, что ответить, и просто опустила взгляд скрывая легкую улыбку, но он явно это заметил и усмехнулся. И таких моментов в течение дня было много. Не открытых, не очевидных для других, но для неё они ощущались слишком сильно. То он шутил про её идеальный порядок в документах, мол, если бы его жизнь так же хорошо была разложена по папкам, он бы давно стал святым. То, проходя мимо неё, бросал что-то вроде: — Ты так серьёзно смотришь на эти цифры, будто от них зависит судьба всей страны. Или, когда она в очередной раз тихо исправила чью-то ошибку в записях, сказал почти вполголоса: — Мне начинает нравиться, как ты спасаешь людей, ничего при этом не сказав. Очень опасный талант. Она в ответ только чуть улыбалась и кивала, потому что говорить что-то просто не получалось. Ей казалось, что если она сейчас начнёт отвечать как обычно, голос обязательно выдаст всё то, что творится у неё внутри. А там творилось слишком многое. Смущение, волнение, радость, глупое тепло и постоянный вопрос: почему он сегодня такой? К вечеру день вымотал обоих, но работа действительно сдвинулась. Они проверили основную часть филиала, зафиксировали проблемы по поставкам, уточнили, какие позиции нужно срочно заменить, согласовали часть правок по оформлению шоурума и проговорили, на чём будут строиться завтрашние переговоры. Джихён весь день была рядом, вовлечённая в каждую мелочь, как и всегда, но сегодня это ощущалось иначе. Потому что сегодня Чимин тоже был рядом не только как начальник. Он будто постоянно держал её в поле зрения, замечал слишком много, говорил чуть мягче, чем обычно, и иногда позволял себе такие интонации, от которых у неё снова и снова внутри всё сжималось. Так и прошёл день. В работе, в его голосе, в её молчаливых кивках, в коротких шутках, в случайных взглядах, которые уже совсем не казались случайными.

_____

Вечер накрыл их мягко, почти незаметно. После насыщенного дня, переговоров, постоянных разговоров и напряжения, которое то спадало, то снова возвращалось, номер казался слишком тихим. Джихён, едва зайдя внутрь, уже мысленно была готова просто заказать еду в номер, поесть в тишине и лечь спать, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Но Чимин, бросив ключ-карту на тумбочку и на секунду задержавшись у окна, вдруг обернулся и спокойно, будто это было чем-то само собой разумеющимся, предложил: — Давай не будем заказывать в номер. Спустимся в ресторан, поужинаем нормально. Джихён на секунду замерла, не сразу понимая, что он обращается именно к ней не как начальник, а… просто. Она слегка нахмурилась и осторожно ответила, не поднимая на него взгляда: — Я могу поесть здесь. Вам не обязательно подстраиваться под меня, господин Пак. Он тихо усмехнулся, уже подходя ближе. — Я не подстраиваюсь, а предлагаю. Мы целый день работали, можно хотя бы поесть как люди, а не с подноса у кровати. Она всё ещё сомневалась, внутри было какое-то упрямство, смешанное с неловкостью. — Там, наверное, много людей. И… я не уверена, что это уместно. Он посмотрел на неё чуть внимательнее, будто пытаясь понять, что именно её останавливает, и чуть мягче добавил: — Это обычный ужин. Ничего странного в этом нет. Я не кусаюсь, ты уже это слышала. Джихён невольно чуть улыбнулась, опустила взгляд, и спустя пару секунд кивнула. — Хорошо. Они спустились вниз, и ресторан оказался таким же, как и сам отель — спокойный, дорогой, но без лишнего шума. Мягкий свет, аккуратные столики, тихая музыка где-то на фоне. Их встретил официант, вежливо улыбнулся, уточнил есть ли бронь, но получив отрицательный ответ проводил их к свободному столику у окна. Вид на вечерний город добавлял всему происходящему ещё больше ощущения… нереальности. Им вручили меню, официант вежливо кивнул и отошёл. Джихён раскрыла его и почти сразу пожалела. Всё выглядело слишком дорого, слишком… не для неё. Она медленно листала страницы, пытаясь выбрать что-то простое, но даже самое обычное блюдо казалось слишком вычурным. Она задерживалась на одном, потом переходила к другому, снова возвращалась назад, но так и не могла определиться. Чимин заметил это почти сразу. Он не перебивал, просто наблюдал какое-то время, а потом спокойно проговорил: — Долго выбираешь. Она слегка вздрогнула, пойманная на этом, и тихо ответила: — Я просто не могу решить. Он закрыл своё меню, даже не посмотрев в него второй раз. — Давай тогда я закажу. На свой вкус. Не переживай, ты точно сможешь это есть. Джихён на секунду замерла, потом медленно кивнула и отложила меню в сторону. — Хорошо. Официант подошёл почти сразу, и Чимин без лишних пауз сделал заказ, спокойно и уверенно. Когда официант ушёл, оставив их снова вдвоём, повисла короткая пауза. Но в этот раз она была менее неловкой, чем раньше. Чимин первым заговорил, откинувшись чуть назад на спинку стула и складывая руки на груди. — Какая ты была в детстве? Джихён не сразу поняла вопрос, слегка растерянно моргнув. — В каком смысле? Он чуть усмехнулся. — Спокойная, шумная, проблемная, идеальная… какая? Она на секунду задумалась, потом чуть улыбнулась. — Я была… тихая. Не то чтобы закрытая, но не любила быть в центре внимания. Мне больше нравилось наблюдать. И читать. Он кивнул, будто это совпадало с его ожиданиями. — Верю, это похоже на тебя. Ты и сейчас так смотришь, будто всё запоминаешь. Она чуть смутилась, но ответила уже спокойнее: — А вы? Он на секунду задумался, потом хмыкнул. — Я был сложный. Не плохой, но… характер был тяжёлый. Я очень много спорил, делал всё по-своему. — Это и сейчас осталось у вас осталось. Он поднял бровь, глядя на неё с лёгкой усмешкой. — Ты сейчас очень рискнула. Она на секунду замерла, словно вспоминая кому она это сказала, но потом всё же тихо рассмеялась. — Я просто сказала правду. Он смотрел на неё чуть дольше, чем нужно, и это снова было непривычно. — Мне нравится, когда ты так говоришь. Она снова смутилась, опустив взгляд, но внутри уже не было той сильной паники, как раньше. Разговор шёл легко, и в какой-то момент она даже начала чувствовать себя… спокойно. Они говорили о каких-то мелочах, о школе, о привычках, о том, кто что любил есть в детстве. Он иногда шутил, она иногда смеялась, и этот смех был уже не таким зажатым. Им принесли заказ, аккуратно расставили тарелки, и они продолжили разговор уже за едой. Всё было действительно вкусно, и Джихён даже на секунду забыла, где она и с кем. Но в какой-то момент она заметила, что Чимин начал отвлекаться. Его взгляд несколько раз уходил в сторону, и сначала она не придала этому особо важного значения, но потом это стало слишком заметно. Она невольно проследила за его взглядом и увидела. Блондинка. Красивая, ухоженная, в идеально сидящем костюме, которая тоже смотрела на него. И этот взгляд был… не случайным. Джихён почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Она опустила глаза, делая вид, что занята едой, но всё уже стало другим. Тепло, которое было между ними несколько минут назад, словно моментально испарилось. Чимин на какое-то время замолчал, потом посмотрел на неё и сказал спокойно, почти буднично: — Прости, но ты сможешь вернуться в номер одна? У меня тут… планы появились. За ужин я заплачу, не переживай. Он даже не дождался ответа. Просто бросил салфетку на стол и встал, уже направляясь в сторону той самой девушки. Джихён тяжело вздохнула. Слёзы подступили слишком резко, слишком неожиданно, но она не позволила им появиться. Она быстро встала, даже не доев, и направилась к выходу. Уже у дверей она на секунду обернулась и услышала его смех. Она поднялась в номер почти на автомате. Мысли крутились в голове, но всё было до боли понятно. “Ну конечно. Он никогда не посмотрит на меня”. Зайдя в номер, она сразу пошла в ванную, не включая основной свет, а быстро клацнув лампу рядом с диванчиком. Быстро приняла душ, смыла с себя всё — запахи, ощущения, весь этот вечер. Переоделась в пижаму, смыла макияж и только потом вышла. Сев на диванчик, она открыла документы, стараясь хоть как-то себя отвлечь. Но буквы плыли перед глазами. Вдруг дверь открылась неожиданно. Она резко подняла голову. — Вы уже? Так быстро? Чимин усмехнулся, проходя в глубь номера и присаживаясь рядом с девушкой. — Сомнительный комплимент для мужчины. Она сразу поняла, как это двусмысленно прозвучало, и слегка улыбнулась. — Простите, я не это имела в виду. Он посмотрел на неё и тоже чуть улыбнулся. Повисла короткая пауза, но на этот раз она была… спокойной. Не напряжённой, просто тихой. В какой-то момент он слегка повернул голову к ней. — А ты всегда честная? Она чуть улыбнулась и повернувшись к нему спокойно ответила. — По крайней мере стараюсь. Их глаза пересеклись и оба уставились друг на друга. Щеки девушки чуть покраснели а глаза нервно забегали. — А вы? Чимин подозрительно долго смотрел на девушку, не отводя глаз и шепотом ответил: — Уже не знаю. В этот момент они случайно коснулись коленями. Оба на секунду замерли и почти одновременно перевели взгляды с колен на друг на друга. По телу сразу прошелся заряд тока. И почему-то никто не спешил отодвинуться. "Ну один день наконец прошел, я жива, значит не все потеряно" это была последняя мысль, которая промелькнула в голове у девушки.