Диссонанс

Апрель. Несмотря на календарную весну, город все еще кутался в зимние куртки. Серый, ноздреватый снег залегал в тенях многоэтажек. В воздухе пахло талой водой и озоном свежестью, что бывает только после дождя. Из дверей школы выплеснулась шумная толпа. Подростки на ходу решали, как убить остаток дня. До экзаменов оставалось несколько месяцев – после них кто-то уйдет в колледж, кто-то останется. — Давайте просто по дворам пошляемся, – устало бросил один. – А то опять полчаса проторчим на месте, решая, куда идти. — Я предлагала в Мак, — бросила светловолосая девушка. Брюнет рядом с ней лишь тяжело вздохнул. — Мы там сидим каждый день. Из-за этого мы вчера и проспорили полчаса. Давайте хотя бы выйдем из школы для начала. Друзья двинулись к выходу, оживленно переругиваясь. Лишь один из них остался на месте. — Эй, – позвал он, заставив группу обернуться. – Я, наверное, домой. Надо к экзаменам готовиться. — Ну, давай, – коротко отозвался брюнет и тут же вернулся к разговору. Он был чуть ниже среднего роста, из тех, чьи лица стираются из памяти через минуту после встречи. Конечно, готовиться он не собирался. Привычная ложь – чтобы закончить день одному Чтобы не пересекаться с компанией на остановке, он пошел в обход, через задний двор. Тротуар здесь вплотную прижимался к дороге, по которой на скорости проносились машины. Парень достал телефон, нащупывая наушники. Весь его мир сейчас сузился до экрана. Тяжелый удар воды по ногам вырвал его из прострации. Лихой водитель даже не притормозил, влетев в скрытую лужу. Весь левый бок – от белых кроссовок до воротника рубашки – мгновенно промок. Грязная жижа липла к коже. Он замер, глядя на удаляющиеся красные огни. Выругаться вслух не хватило смелости, поэтому он просто стиснул зубы и побрел дальше. На остановке пришлось стоять еще минут десять. Солнце припекало, но влажная ткань холодила тело. Наконец, подошел нужный номер. Парень забрался в заднюю часть салона, подальше от людей. Уткнувшись лбом в холодное, вибрирующее стекло, он закрыл глаза и провалился в тяжелый сон. *** Как же печет это солнце. Я с трудом разлепил веки и сполз по сиденью, пытаясь спрятаться в тени. Перед глазами все плыло. Первое, что я увидел за стеклом – розовые деревья. Слишком много розового. Цветущая сакура? Откуда она в нашем районе? Стоп. Какая сейчас остановка? Привычным жестом я выхватил телефон из кармана. Мозг еще спал, поэтому пальцы работали на автомате, но внутри что-то кольнуло. Что-то было не так. Вес телефона? Ткань штанов? Я прижал большой палец к кнопке. Экран вспыхнул. Никакого запроса пароля, телефон сразу разблокировался. Но обои... на меня смотрела стандартная заводская картинка вместо привычного арта. Иконки приложений стояли в другом порядке. И что это за странные японские названия? Я оторвался от экрана и посмотрел в окно. Пейзаж за стеклом был абсолютно чужим. Чистые дороги, футуристичные здания. Где пригороды? Где заправка, на которой я должен был выйти? Я оглядел салон. Сердце екнуло. Это был не мой автобус. Сиденья другой формы, обивка слишком новая. И он был забит до отказа, хотя на моем маршруте в это время всегда пусто. Почти все пассажиры были подростками. И все в зеленых брюках и красных пиджаках. Осматривая их, я вдруг замер. Прямо передо мной сидела девушка. Ухоженные черные волосы, идеальный профиль. Она на долю секунды подняла голову, скользнула по мне взглядом и тут же вернулась к книге, плавно перелистнув страницу. В голове что-то щелкнуло. Это... знакомое лицо. Хорикита? Я судорожно посмотрел на свои рукава. Чистые. Сухие. Никаких пятен от лужи. Белая рубашка под красным пиджаком выглядела так, будто её только что достали из упаковки. — Не думаешь, что должен уступить свое место? – раздался громкий женский голос где-то впереди. А? Спор начался совсем рядом. Молодая женщина в офисном костюме отчитывала блондина. На нём была точно такая же форма, как на мне: красный пиджак, идеально выглаженные брюки. Прямо перед ним, вцепившись в поручень, стояла старушка. — Какой странный вопрос вы задаете, леди? – блондин легко улыбнулся и вальяжно закинул ногу на ногу. – Зачем мне кому-либо уступать? Не вижу причин вставать. Неужели это Коэнджи? Вживую он казался огромным. Школьный пиджак едва не трещал на его широких плечах. — Разве не естественно уступить зарезервированное место пожилому человеку? От него веяло такой запредельной уверенностью, что мне стало не по себе. В голове всплывали строчки из ранобэ, но сейчас они казались какими-то блеклыми. Реальный Коэнджи заполнил собой всё пространство вокруг. — Не понимаю. Это всего лишь места, нет никаких законов, обязывающих меня вставать. – Он говорил громко, не обращая внимания на шепотки в салоне. – Делать это или нет – решаю только я. Вы бы уступили мне место просто потому, что я молодой? Признайтесь, это глупо. Ха-ха-ха! Его смех больно ударил по ушам. Я поймал себя на том, что судорожно щупаю свою рубашку. Сухая. Чистая. И от меня не пахнет той грязной лужей. Точно. Припоминаю. Автобус, старушка, Коэнджи... Это вступительная сцена? — Что? С чего это ты решил, что ты лучше других? – Офисная работница уже срывалась на крик. — Лучше? Это очевидно. И вы, и эта дама прожили дольше меня. Но я превосхожу вас физически. Требовать от меня уступок только из-за возраста – это и есть наглость. Какой же неприятный тип. На экране это выглядело забавно, но стоять в метре от этого самовлюбленного индюка было почти физически тошно. — Чего?! Ты еще школьник! – заорала женщина так, что я невольно втянул голову в плечи. – Слушай, что тебе старшие говорят! Я не мог сосредоточиться. Его голос, её крики – всё это сливалось в какой-то хаотичный шум. Коэнджи просто достал наушники, обрывая спор на полуслове. Женщина, едва не плача, начала извиняться перед старушкой. Наконец-то стало тише. Что же все таки происходит? Почему я здесь? — Эм… я думаю, что женщина права. Из толпы вышла девушка. Блондинка с мягкой, почти ангельской улыбкой. Кушида Кикё. Я узнал её мгновенно. — Теперь еще и милашка, — блондин усмехнулся, окинув девушку оценивающим взглядом. — Мне сегодня определенно везет на женщин. — Ты поступаешь ужасно. Не мог бы ты всё же уступить? Может, для тебя это и лишняя морока, но так ты внесешь вклад в общество. Она была... невероятной. Вживую Кушида выглядела еще милее, чем на экране. В голове сразу закрутились мысли: «Надо встать. Сейчас. Помогу ей, и она меня заметит. Это же идеальный шанс заработать очки доверия в первый же день!». Но тело словно налилось свинцом. Коэнджи щелкнул пальцами, обрывая мои фантазии. — Вклад в общество? Интересная точка зрения. Но, к сожалению, я в этом не заинтересован. Меня волнует только собственный комфорт. И еще... — Он наконец соизволил посмотреть на неё, но взгляд его был полон снисхождения. — В этом автобусе полно людей. Почему ты прицепилась именно ко мне? Если для кого-то здесь действительно важно «заботиться о старших», он уступит сам. Плевать, на каком месте он сидит. Он снова отвернулся, всем видом показывая, что разговор окончен. Я лихорадочно соображал: «Так, сейчас самый момент. Если я встану и скажу что-то крутое...». Но что именно? Слова не шли. Я просто не успел. Кушида, не дождавшись ответа от блондина, повернулась к салону. — Прошу прощения! Кто-нибудь может уступить место женщине? Пожалуйста! В автобусе повисла тяжелая пауза. Я незаметно огляделся. Пассажиры, как по команде, синхронно уткнулись в свои смартфоны. Единственным исключением была брюнетка на соседнем сиденье. Она продолжала невозмутимо читать, словно вокруг неё был вакуум. Вдруг она снова подняла голову. На этот раз её взгляд задержался на мне чуть дольше. Мне показалось, или он был более цепким, чем в прошлый раз? От него стало физически тяжело. Это походило на немое предупреждение. От Хорикиты веяло таким холодом, что у меня мурашки пошли по спине. Я поспешно отвел глаза и обнаружил, что теперь пялюсь прямо на Кушиду. Она, видимо, почувствовав мой взгляд, посмотрела в ответ. Черт. Я моментально отвернулся к окну, сердце заколотилось где-то в горле. Что со мной? Я же столько раз представлял себя на месте главного героя... Почему сейчас я веду себя как последний додик? Нужно просто встать. Просто сказать «садитесь». Но я сидел, прилипнув к сиденью, и чувствовал, как краснеют уши. Тишину прервал голос женщины средних лет, сидевшей чуть дальше. — Ох, садитесь здесь, прошу. Я так и не шелохнулся. — Спасибо вам огромное! – Кушида лучезарно улыбнулась. Она бережно провела старушку к креслу. Та, рассыпаясь в благодарностях, наконец села. Автобус наконец затормозил. Двери с шипением открылись, и толпа в красных пиджаках хлынула наружу. Я встал, стараясь не привлекать внимания, и тут же почувствовал неладное. Мой центр тяжести сместился. Я стал выше, а движения... они были какими-то пугающе четкими. Я просто хотел выйти, но тело само по себе держало идеальный баланс, когда автобус напоследок дернулся. Никакой инерции, никакого покачивания. Я ступил на тротуар. Перед глазами возвышались массивные каменные ворота школы Кодо Икусей. Всё как в тумане. — Погоди-ка! Голос прозвучал прямо за спиной. Резкий, холодный. Я замер и медленно обернулся. Хорикита Сузуне. В новелле её описывали как красавицу, но «вживую» от неё веяло такой почти осязаемой неприязнью, что мне захотелось извиниться просто за то, что я существую. Она смотрела прямо на меня, прищурив темные глаза. — Ты странно на меня смотрел в автобусе, – отчеканила она, подходя слишком близко для незнакомца. – В чем дело? Я открыл рот, но слова застряли в горле. В голове билась только одна мысль: «Что отвечать? Что ответил Киётака в первой главе?». Я помнил сюжет, но сейчас, под этим ледяным взглядом, память превратилась в кашу. — Я... — голос прозвучал непривычно низко, это был чужой тембр. Но из-за моей паники он предательски дрогнул и сорвался. — «Я»? — переспросила она, выгнув бровь. — Это всё? Она стояла так близко, что я видел её ресницы. На ней не было ни капли макияжа, а кожа казалась почти прозрачной. — Просто... задумался, — выдавил я, пытаясь подражать её сухому тону. Получилось плохо. По крайней мере, мне так казалось. — Ты ведь тоже не уступила место? Хорикита нахмурилась. — Верно, я не уступила. Что-то не так? Она даже не пыталась понизить голос, и пара прохожих обернулись на нас. — Да нет, — выдавил я спустя пару секунд, чувствуя, как немеют пальцы. — Все в порядке. Я же тоже не уступил. — Тоже? – переспросила она. – Впрочем, нам не о чем больше говорить. Постарайся впредь держать свое любопытство при себе. Она резко развернулась и зашагала в сторону школы. Я остался стоять, глядя на свои руки. Длинные пальцы. Ни одной мозоли, ни одной царапины. Кожа была бледнее и чище, чем у меня когда-либо. Я осторожно коснулся своего лица: высокие скулы, прямой нос, твердый подбородок. До меня наконец дошло. Она сказала: «Ты странно на меня смотрел». В автобусе я сидел рядом с ней. На том самом месте.