Вкус крови

***

Ночь окутала город мглой, луна пряталась за тучами. Элли парила в нескольких метрах над мостовой, её белая мантия едва колыхалась, словно не замечая ветра. Платок съехал набок, обнажив волнистый блондинистый локон. Она заметила крадущуюся фигуру в длинном чёрном платье и розоватых очках. Кончики губ охотницы дрогнули в лёгкой, почти ласковой улыбке. — Нежели вампир? — подумала Элли, медленно опускаясь на землю и складывая руки на груди. Она ждала, не двигаясь. Её босые ступни коснулись мокрого асфальта. Белая мантия зашелестела, и охотница сделала шаг вперёд, заставляя 007н7 инстинктивно отступить. — Что тут делают такие сущности в столь позднее время? — голос Элли был мягким, почти ласковым, но в нём чувствовалась сталь. — Потерялась? Или ищешь себе жертву? 007н7 оскалилась, пытаясь скрыть дрожь от ветра, пронзающий её на сквозь. Её белые клыки блеснули в темноте. — Ты кто вообще такая? — прорычала вампирша, но ноги будто приросли к земле. Она смотрела на блондинку слегка интересным взглядом, изучая черты лица. Элли рассмеялась: — Я? Кошмар из твоих снов, — усмехаясь, произнесла та, — Пришла на мою территорию, а сейчас спрашиваешь, кто я такая? Она наклонила голову, обнажая шею. Белая кожа казалась фарфоровой под луной. Приглашение. Ловушка. Провоцируя вампиршу. 007н7 сглотнула. Голод боролся со страхом, и голод побеждал. Она шагнула вперёд, чувствуя запах крови. Но что-то было не так. Слишком спокойная жертва. Слишком опасная улыбка. — Кто ты? — прошептала девушка, замирая в полушаге. Элли выпрямилась: — Та, кому вампиры молятся перед смертью. Я не буду повторять третий раз, кто я и почему я тут. Элли сделала ещё шаг, и 007н7 попятилась, споткнувшись о край тротуара. Она едва удержала равновесие. — Не подходи! — выпалила 007н7, но голос дрогнул. Элли улыбнулась шире. Медленно, наслаждаясь моментом, она подняла руку и коснулась платка на своей голове, поправляя его. — Знаешь, в чём твоя проблема? — спросила она, наклоняясь ближе. От неё пахло дождём и старой кровью. — Ты слишком громко топаешь. Я слышала твои шаги в километре отсюда. 007н7 прижалась спиной к холодной стене. Её зрачки расширились от ужаса, белые клыки дрожали. Она пыталась казаться не трусихой. — Тогда дай мне пройти, — прошипела она, но в голосе читался страх. Элли рассмеялась — тихо. Она протянула руку и кончиком пальца приподняла подбородок вампирши, заставляя смотреть в глаза. — Ты слишком трусливая, — прошептала охотница. — Не удивлюсь, если ты убежишь от меня. 007н7 дёрнулась, пытаясь оттолкнуть руку блондинки, но та лишь крепче сжала её подбородок. Белые пальцы охотницы впились в бледную кожу. — Отпусти меня! — зарычала шатенка. Её розовые очки съехали набок, открывая глаза. Она попыталась укусить Элли за пальцы, но охотница ловко отдёрнула руку и с размаху влепила пощёчину. Звонкий удар разнёсся по переулку. 007н7 вскрикнула, она отскочила назад, хватаясь за щеку. Из разбитой губы потекла бордовая кровь. — Вот же, — прохрипела та, но закончить не успела. Элли нависла над ней, её белая мантия заслонила луну. Охотница наклонилась так низко, что их лица разделяли считанные сантиметры. От её дыхания волосы на затылке 007н7 встали дыбом. — Теперь ты в курсе, — в полголоса сказала Элли, скалясь во все зубы. — Почему нельзя ходить здесь — на моей территории. Она схватила вампиршу за чёрную сетку на голове и рванула вверх, заставляя встать на колени. Бордовый бант упал в лужу. 007н7 захныкала. Впервые за свою недолгую вампирскую жизнь она почувствовала себя добычей. Элли отпустила сетку, и 007н7 рухнула обратно в лужу, забрызгав белый подол охотницы грязной водой. Вампирша дрожала крупной дрожью, прижимая ладони к лицу. — Отпусти! — прошептала она, и это слово прозвучало так жалко, так по-детски. Элли замерла. На её лице мелькнуло что-то похожее на удивление, но быстро сменилось довольной улыбкой. — Уже просишь? — она присела на корточки, заглядывая в красные глаза, полные слёз. — А я думала, ты окажешься крепче, выглядишь жалко. 007н7 всхлипнула, её белые клыки втянулись обратно в дёсны — защитный механизм, когда вампир чувствует себя в безопасности. Но безопасности не было. — Ты ведь меня убьёшь? — спросила она, не поднимая головы. Блондинка взяла её за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. В алых зрачках охотницы плясали огоньки. — Убить? — переспросила она. — Это слишком быстро и скучно. Она провела пальцем по шее девушки: — Нет. Я ещё хочу с тобой поиграть, — довольно сказала она. Элли выпрямилась, и в её руке будто из ниоткуда появился клинок — тонкий, изогнутый. Чистое серебро, от которого вампиры шарахались как от огня. 007н7 с расширенными глазами смотрела на оружие, пытаясь отползти, но стена за спиной не пускала. — Нет! Стой! Элли улыбнулась — медленно, сладко, предвкушающе. — Тсс, — прошептала она, — будет больно. Но это только начало. Она не стала тянуть. Одно движение — и клинок вошёл в живот 007н7 по самую рукоять. Вампирша застыла. Её рот открылся в беззвучном крике. Белая рубаха окрасилась бордовой кровью. Розоватые очки упали на землю, и один из стеклышков треснуло. А потом боль настигла: Заорала 007н7, хватаясь за лезвие дрожащими пальцами. Серебро жгло, плавило плоть изнутри. Её тело выгнулось дугой, по лицу текли слёзы. Элли наклонилась, обхватила рукоять обеими руками и провернула клинок. — Какой замечательный звук, — прошептала она, слушая хруст разрываемых тканей и всхлипы вампирши. — Просто музыка для ушей. 007н7 обмякла. Из уголков глаз катились слёзы. — Прекрати — прошептала она еле слышно. — Умоляю, хватит! Та наклонила голову, разглядывая свою работу. Кровь текла по рукояти, капала на её пальцы, но охотница, казалось, не замечала. — Хватит? — переспросила она, — Я только начала. Она чуть потянула клинок на себя, и 007н7 вскрикнула с новой силой, цепляясь за мантию Элли грязными ногтями. — Тварь... проклятая... — выдохнула 007н7, скрепя попутно зубами, пытаясь не задохнуться от боли. Элли вздохнула с печалью: — Вроде такая юная, а использует обидные в мою сторону слова, — издеваясь, говорила блондинка. Она резко выдернула клинок. 007н7 рухнула лицом вниз, в лужу собственной крови и дождевой воды. Элли обошла её, рассматривая. — Знаешь, — задумчиво сказала охотница, присаживаясь рядом и кладя клинок на колени, — серебро не убивает таких, как ты. Она провела рукой по мокрым каштановым волосам 007н7, почти нежно. Элли отбросила клинок в сторону. Девушка склонилась над 007н7, её белая мантия накрыла их обеих. — Не бойся, — прошептала она, не глядя запуская руку в разорванную рану на животе. Пальцы скользнули выше, под влажную, пропитанную кровью белую рубаху. Шатенка дёрнулась, пытаясь отползти, но сил не было. Она чувствовала, как холодные пальцы Элли блуждают по её телу — нащупывают твёрдый от напряжения сосок, сжимают, тянут. Шатенка закусила губу, чтобы не застонать, но предательский звук всё равно вырвался из горла — смесь боли и чего-то ещё, стыдного. — Еще и чувствительная, — мурлыкнула Элли, вторая её рука тем временем скользнула ниже, под подол чёрного платья, по голому бедру, выше, туда, где кружево трусов уже промокло не только от крови. 007н7 выгнулась, вцепившись ногтями в запястье охотницы: — Стой… — прошептала она, но её собственное тело предавало — бёдра дрожали, дыхание сбивалось, зрачки расширились до предела, смешивая ужас и непрошеное возбуждение. Элли улыбнулась в темноте, чувствуя, как та трепещет под её пальцами. — Ты говоришь «не надо» , — прошептала она прямо в губы 007н7, — Кровь или что-то другое течет, а? И её пальцы сжались сильнее — везде сразу. 007н7 закричала от удовольствия. Её тело выгнулось, пальцы вцепились в грязный асфальт. Кровь текла по животу, смешиваясь с дождевой водой. Элли не останавливалась. Её пальцы двигались внутри девушки с какой-то пугающей нежностью, словно она ласкала любимую игрушку. Вторая рука сжимала грудь очень больно — Ты дрожишь, — прошептала блондинка, наклоняясь так низко, что её губы коснулись мочки уха 007н7. — Тебе нравится. Не ври. Я чувствую. 007н7 мотала головой, но из глаз текли слёзы, а бёдра сами двигались в такт движениям пальцев Элли. Её тело предавало, требуя большего, даже когда разум кричал о спасении. — Сука, — выдохнула вампирша, и слово утонуло в всхлипе. Элли сново рассмеялась: — Какая же ты жалкая, — сказала она, ускоряя темп. — И такая красивая, когда ломаешься. Она впилась зубами в шею 007н7 — не глубоко, царапая, оставляя следы. И в тот же момент её пальцы внутри надавили на ту самую точку, от которой у шатенки помутилось в глазах. — Кончай, — приказала Элли голосом, — Сейчас же. И тело 007н7 послушалось — раньше, чем её сознание успело согласиться. Элли выдернула пальцы и отошла назад. Она поднялась на ноги, отряхивая мантию, на которой остались тёмные влажные разводы. Её лицо снова стало холодным, будто только что ничего не произошло. 007н7 осталась лежать на земле, тяжело дыша. Её тело ещё вздрагивало, а из разорванного живота медленно сочилась кровь. Она попыталась приподняться на локтях, но руки подкосились. — Уходишь? — прохрипела она, с ненавистью глядя на белую фигуру. Голос сорванный, мокрый от слёз и крови. Элли остановилась на мгновение, бросив взгляд через плечо. — На сегодня хватит, — ответила она равнодушно. — Ты ещё жива. Радуйся. — Ты... просто развлеклась и бросила? — голос 007н7 дрожал от ярости и унижения. Охотница улыбнулась краем губ. — Именно. А ты думала, это свидание? Она сделала шаг назад, поднимаясь в воздух. Белая мантия заколыхалась, как крылья ночной птицы. — Заживёт, — бросила Элли, кивнув на рану в животе вампирши. — Вы же живучие. А если захочешь продолжения... ты знаешь, где меня искать. И она растворилась в ночном небе, оставив 007н7 одну в луже крови, грязи и собственного стыда.