Между сценой и тишиной.

Сначала это выглядит как попытка. Обычная. Почти здоровая. — Чонгук не пишет. Не звонит. Держится. День. Потом ещё один. — Но внутри… не становится тише. Наоборот. — Он начинает следить. Не специально. Так он себе говорит. — Просто случайно замечает, когда Чимин приходит на репетицию. Когда уходит. С кем. — Сначала — издалека. Потом ближе. — Он знает расписание Чимина лучше, чем своё. — И однажды ловит себя на том, что стоит в коридоре уже двадцать минут. Просто чтобы увидеть, как тот выйдет из зала. — Дверь открывается. Смех. Чужие голоса. — И Чимин. — Он идёт рядом с кем-то. С тем самым стилистом. — Они разговаривают. Слишком легко. Слишком… нормально. — Чонгук чувствует, как внутри что-то резко сжимается. — Вот так? — Чимин замечает его. На секунду. — И отводит взгляд. — Как будто… это ничего не значит. — И вот тогда что-то окончательно ломается. — Вечером Чонгук пишет. Не сдерживаясь. — “Ты серьёзно сейчас?” “Ты игнорируешь меня, но с ним — нормально?” “Вот так просто?” — Отправка. — Ответ приходит быстро. Слишком быстро. — “Не начинай.” — И всё. — Эти два слова… хуже игнора. — Чонгук встаёт резко. Стул с грохотом падает. — — Не начинай?.. — он смеётся, но в голосе нет ничего живого. — Он снова набирает. Пальцы дрожат. — “Ты думаешь, это нормально?” “Ты думаешь, я просто посмотрю на это и промолчу?” “Я знаю, как он на тебя смотрит.” — Пауза. — И ответ. — “Это уже переходит границы.” — Чонгук замирает. — — Границы?.. — шёпотом. — И тут же: — “Ты сам их уничтожил.” — Отправить. — Секунда. — Сообщение не прочитано. — Потом… пропадает. — Чимин выходит из сети. — И больше не появляется. — Тишина. — Настоящая. — И тогда Чонгук не выдерживает. — Он идёт к нему. — Поздно. Слишком. — Дверь. Та самая. — Он стучит. Сначала тихо. — — Чимин. — Ответа нет. — Сильнее. — — Открой. — Тишина. — Ещё. Громче. — — Я знаю, что ты внутри! — Соседи начинают шевелиться за стенами. — Но ему уже всё равно. — — ЧИМИН! — Дверь открывается резко. — И Чимин стоит напротив. — Уставший. Холодный. И… пустой. — — Ты с ума сошёл? — тихо. — Но это не забота. — Это констатация. — Чонгук смотрит на него. И в этот момент… не тормозит. — — Ты с ним теперь? — Пауза. — Чимин моргает. Медленно. — — Что? — — С ним. Со стилистом. Ты поэтому меня игнорируешь? — Тишина становится тяжёлой. — — Ты сейчас серьёзно?.. — голос Чимина падает. — — Ответь. — — Нет. Пауза. — — Но даже если бы да — это не твоё дело. — И вот это. — Ломает. Окончательно. — Чонгук делает шаг вперёд. — — Моё. — — Нет, — жёстко. — — Моё, потому что ты— Он замолкает. Но снова поздно. — Чимин смотрит прямо. — — Потому что я что? — Тишина. — — Скажи. — Чонгук дышит тяжело. — — Потому что ты мой. — И снова. — Та же ошибка. — Но теперь… хуже. — Чимин отступает. Не от страха. — От решения. — — Всё, — тихо. — — Не надо— — — Нет, надо, — перебивает. — Потому что ты не остановишься. — — Я остановлюсь! — — Нет. Пауза. — — Ты не хочешь меня. Ты хочешь владеть. — И это приговор. — Чонгук качает головой. — Это не так— — — Тогда почему я боюсь, когда ты рядом? — Тишина. — И в ней… ответ. — Чонгук замирает. Руки опускаются. — Но глаза… всё ещё держат. — — Я не отпущу тебя, — почти шёпотом. — И это звучит не как обещание. — Как угроза. — Чимин слышит это. — И впервые… в его взгляде появляется не просто холод. — Решение. — — Тогда тебе придётся научиться. — И он закрывает дверь. — Прямо перед ним. — Щёлк. — Тишина. — Чонгук остаётся один. Снова. — Но теперь… это уже не страх потерять. — Это что-то темнее. — Потому что внутри остаётся только одна мысль: он не может закончить это так. — И если Чимин не вернётся сам… — он заставит. — Любой ценой. — Даже если потом не сможет вернуть уже его настоящего.