Мистер Смит: Аутро

***

Теперь Леви лежит на полу. Лежит без одежды, в луже собственной крови. Кожа брюшины распорота четырьмя полосами. Кровь вытекает из них. Боль не даёт Леви даже согнуться. Он щупает рану рукой. Глаза, мутные после незваного сна, долго не могут поймать его в фокус. Полупрозрачные голубые глаза, массивные плечи, чёрные лапы, растущие из человечьих локтей. Одной своей лапой Демон трогает Леви. Когтем скребёт по груди. Эрвин. Смит. Демон. Кем бы он ни был, он нависает над ним. Обнажённый и хищный. Желающий. Для него Леви снова мишень. Лапа с груди опускается к ране. Отбрасывает в сторону чужую ладонь. Крепко держит запястье. Демон садится к Леви на бёдра. Проводит рукой по одной из полос. Давит со всё пребывающей силой. Выпускает наружу свежий кровавый фонтан. Леви чувствует боль. Страшную. Дикую. Невыносимую. Кажется с кожей Эрвин давит и органы. Хочет расплющить. Раскатать в живой фарш. Леви хочет кричать, но из глотки всё ещё не доносится не единого звука. Голоса нет. Демон забрал его. Смит давит на вторую полоску. И кожа здесь просто расходится в стороны. Леви чувствует холод внизу. Будто скрозняк рвётся в форточку. Он не может помешать Смиту. Он может только смотреть. Смотреть на него. На хищные голубые глаза. На черные лапы, покрытые его собственной кровью. Руку Леви Смит отпускает. Вторую лапу тоже кладёт на живот. Раздвигает кожу в разные стороны. Смотрит как толстый кишечник пульсирует без покрывала. Он касается органа. Пальцами ведёт вдоль. Это не больно. Это по-человечески мерзко. Леви тянется. У локтя берётся за лапу. Пытается помешать, но не может. Демот не смотрит. Просто отталкивает его обе руки. Эрвин берётся за член. Леви только теперь замечает эрекцию. Смит проводит по контуру раны головкой, причиняя при этом нестерпимую боль. Леви в ужасе хватает его за запястья. Он понимает, что теперь его ждёт. В этот раз Демон смотрит в глаза. Сгребает в охапку запястия Леви. Не отпуская закидывает за голову. Стволом уже мокрым от смазки ведёт по груди. Запах сырого мяса бъет в ноздри. Леви из последних сил дергается, пытаясь освободиться. Вместо смазки сегодня его красная кровь. Смит снова двигается, лишь убедившись, что тело под ним присмирело. Он опускает член ниже, к распоротой ране. Снова водит головкой по кровоточащим краям. В этот раз задевает кишки. От отчаяния и боли Леви хочет рыдать. "Нет!" Просит он в голове "Нет! Пожалуйста! Я же просто не выдержу этого!" Демон на миг поднимает глаза. Леви заметив мотает головой в отрицании. "Пожалуйста, Эрвин. Не надо. Не так. Что угодно, но только не в рану." Головка снова касается контура, надавливает гораздо сильней. Леви сжимает зубы в изнеможении, но резкая боль вдруг проходит. Демон больше не держит его. Он слезает, перемещаясь коленями на пол. Бесцеремонно хватает Леви за бёдра. Грубо проталкивает внутрь влажный член. Рывками он начинает вбиваться, пока наконец не находит лучшее для себя положение. С непривычки больнее. Но Леви действительно благодарен за этот акт милосердия. Эрвин смотрит вниз, пока трахает. Не на Леви. О нет. На его открытую рану. На то как пульсируют органы, при его резких толчках или когда по груди растекается воздух. Он немного расширяет рану когтями, так что тело под ним сводит судорогой. Так лучше видно. Так красивее. Почти что любовно Демон гладит кишки. Наслаждается склизкостью на сухих грубых пальцах. Это немного щекотно, но почти что не больно. Леви не сопротивляется. Леви будет терпеть. Смит распаляется. Выбирает себе быстрый темп. Леви пытается приспособиться. Прямо сейчас он чувствует всё. Каждый рывок внизу корпуса. Боль от расширенной раны. Биение органов. То как кровяные разрезы сминаются в такт его частым толчкам. Крови с каждым движением выходило всё больше. От её запаха Демон пьянел. Наклонялся и слизывал красные капли. Снова царапал края. Давил, чтобы судорога ещё раз скрутила покорное тело. Каждой клеточкой Леви чувствовал боль. Каждый толчок. Движение. Прикосновение. Кожа горела огнём, когда Демон-Смит прикасался к нему. Когда рвал его мясо когтями. Сознание не отступало. Напротив яснело во время агонии. Леви был скован. Он чувствовал всё. Леви смотрел на него. На человека или скорее чудовище. Часто от резких толчков в глазах плыли звёзды. За ними колкая мокрая пелена. После, скорее всего от неверного света на потолке, Леви видел рога. Два бараньих закрученных серо-коричневых рога. Выросших прямо из его черепа. Должно быть ему показалось. Опять показалось. От боли он просто перестал понимать. Эрвин на миг останавливается. Смотрит сверху в глаза. Кладёт когтистую лапу на горло. Не давит, но держит. Пальцы второй погружает в живот. Леви не может кричать или двигаться. Он может только смотреть. Он не хочет смотреть. Но глаза почему-то просто не закрываются. Смит достаёт сгусток крови у него из нутра. Подносит ко рту. Лижет руку. Кровь тепепь у него на губах. Стекает по подбородку и шее. Он резко склоняется. Замирает у Леви перед самым лицом. Проникает внутрь рта двумя красными пальцами. Хватка на горле стала сильнее, когда Леви резко мотнул головой. Смит припадает губами, но это не поцелуй. Ком липкой гадости проходится по языку, застревает в сопротивлявшемся горле. Леви снова пытается отстраниться используя руки. Смит снова фиксирует запястья за головой. Его длинный язык втирает в рот Леви капельки собственной крови. Он проникает в рану ещё раз. Бередит её. Роется. Достаёт новую кровь. Эта порция только для Леви. Демон не церемонится. С силой вдавливает между губами. Пальцем втирает в язык. Он хватает Леви за нижнюю челюсть, чтобы не отворачивался. Он лижет кроварые капли со щёк. Щекочет раздвоенным кончиком. Он припадает губами ещё раз. Целует по-настоящему. Рот заполняет слишком длинный язык. Кончик его замирает у основания горла. Нежданная ласка взрывается белым пятном. Леви тянется к ней как к спасательной шлюпке. Он тоже целует. Как может. Настолько насколько Смит позволяет ему. Настоящее чувство разливается где-то внутри. Между болью от ран, и нездоровым довольством от слишком жёсткого секса. Леви практически счаслив в этот самый момент, но вдруг лапа Смита ещё раз врывается в рану. Пять длинных пальцев пробиваются внутрь. Толкаются глубже. В плотно сжатый кишечник. Шок. Ужас. Паника. Обращаются болью. Болью которую просто нельзя описать. Кожа по контурам раны расходится ещё больше. Три других полосы раскрываются следом за ней. Ленты кишок просто лезут наружу. Давление до невозможности распирает живот. В этот раз Леви стонет. Он может стонать. Звук - почти крик прорывается в воздух. Ногтями Леви царапает пол, а потом плечи Смита. Поцелуй обрывается. Эрвин снова хватает запястья. Ложится грудью на Леви. Чтобы тот не брыкался. Сильней прижимает к земле. - "Больно!" - Кричит искалеченный разум. - "Пожалуйста! Остановись!" - "Пожалуйста. Остановись." - Слышен в ответ издевательский Эрвинов тон. Сознание проясняется в эту секунду. Ответ звучит не в ушах. Он звенит в голове. Демон способен читать и транслировать мысли. - "Ты слышишь меня?" - Удивляется Леви. - "Ты со мной говоришь?" - "Я слышу всё." - Отвечает с издёвкой. Одновременно лицо искажают смущенье и страх. Он слышит всё. Он знает и понимает. Он давно видит Леви насквозь. В кутерьме беспорядочных мыслей промелькнула одна. Суть её не сумел спрятать Леви. Сестра. Изабель. - "Она умерла." - Бросает Смит злобно. - "Ты теперь только мой." Рука продолжает ощупывать органы. Перемещается от кишечника выше. Правее. Где печень. Сжимает её, не боясь повредить. Кожа Леви натягивается над демонической лапой. Вместе с болью он чувствует шевеление пальцев внутри. Он снова брыкается. Снова хочет кричать. В этот раз зубы Смита вгрызаются в шею. От безысходности Леви скулит. Скулит громко как может. Это действительно больно. Невыносимо. - "Пожалуйста!" - Хочет он попросить. - "Эрвин! Пожалуйста! Хватит!" - "Пожалуйста." - Дразнится Демон в ответ. - " Эрвин. Пожалуйста. Хватит." От печени рука двигается к желудку. Сжимает. Инстинктивно Леви тянет блевать. Спазм проходит как только Смит ослабляет захват. Снова накатывает, как только сжимает ещё раз. Слёзы щиплют глаза. Леви их не контролирует. На радость Демону, который, оторвавшись от крови, собирает их длинным двойным языком. Леви плохо. Действительно плохо. Хуже с каждым движением Смита внутри. Он ведь не выдержит этого. Он просто умрёт. Даже если он виноват перед Ним, даже если Леви заслужил наказание. В этот раз он не получит прощение. Просто не доживёт. Эрвин толкается сзади сильней. Лапа внутри разрезает когтём диафрагму. В этот раз Леви кричит. Голос прорезался. Смит отпускает запястья. Накрывает рукой его рот. Крик превращается в стоны из под ладони. В подавленный ор сумасшедшего. Демону нравится как Леви звучит, когда его лапа рвёт на шматки его мясо. Как его ногти впиваются в плечи, когда он проводит по правому лёгкому. Рёбра давят на руку. Рука в ответ давит сильней. Леви прерывисто дышит. Сил на крик больше нет. Воздуха стало в десять раз меньше. Боль в груди острая резкая мешает вбирать его внутрь. - "Прости." - Просит Леви немеющим мысленным шопотом. - "Эрвин. Прости меня. Слышишь?" - "Прости меня. Эрвин. Прости меня." - Раздаётся в ответ. Демон царапает лёгкое. Одновременно толкается членом в нутро. Леви коротко стонет в ладонь. Последний раз стонет. Силы закончились. Руки его разжимаются, падают рядом на пол. Во взгляде напротив он читает довольство. Смит убирает руку с лица. Лижет шею. Легонько покусывает. Урчит, как большой хищный зверь, наконец умертвивший добычу. Боль постепенно смещается влево. Второе лёгкое лапа щупает немного нежней. Давит на каждую сторону. Расширяет центральный канал. Леви дышит ровнее. Наконец-то он может дышать. Сейчас Смит доволен. Быть может он сжалится. Быть может закончит пораньше, устав. Главное - оставаться послушным. Больше его не провоцировать. Леви знает, что всё это глупо. Эрвин ведь читает его каждую мысль. Ему лишь хочется верить, что это поможет. Пускай даже всё это самообман. Сердце вдруг сдавленно бъётся. Лапа теперь облекает его. Боли здесь нет. Она осталась внизу. Распространилась по прорванной диафрагме. Сердце Эрвин поглаживает достаточно нежно. Знает, что этот орган беспокоить нельзя. Последний вздох Леви это вздох облегчения. Медленно Эрвин тянет руку назад. По пути награждая нутро парой новых царапин. Он лижет кровь с пальцев, смотря Леви в глаза. Снова наваливается. Передаёт стальной вкус с поцелуем. Леви целует в ответ. Наконец всё закончилось. Он действительно выжил. Он справился. Осталось только дождаться, когда наступит оргазм. Демон целуется долго. Со страстью. Язык его извивается угрем во рту. Раздвоенный кончик проникает внутрь горла и Леви чувствует как он гладит гортань. Бёдрами Эрвин двигает уже не так быстро, не так агрессивно. Растягивает своё удовольствие. Лапы демона опускаются к бёдрам. Оставляют царапины с внешней их стороны. Оставляют специально. Как метку. Дрожь проходит по телу в такт движению Эрвина. Кровь от новых царапин течёт по ногам. Леви терпит. Скребёт пол ногтями. Погружается мысленно в неоконченный до сих пор поцелуй. Демон приподнимает его таз над землёй. Начинает вбиваться быстрее. Леви вдруг резко кричит. Хватает себя за за живот и за раны. Давит на них из оставшихся сил. Его органы. Внутри центрифуга из них. Желудок вместе с желчным пузырём рвётся в грудину через прорезанную перегородку. Печень и селезёнка за ними ждут своей очереди. Лёгкие из-за частых ударов сжимаются. Толкают воздух обратно. Перекрывают дыхательную трубу. Искры сыплют наружу из глаз, пока Леви воет от ужаса. В выбранной Демоном позе боль с новой силой поглотила его. Бесконечная пытка. Агония. Живая отбивная под пресом. Воздуха мало. Ему нечем дышать. Но он продолжает оставаться в сознании. - "Прекрати это!!!" - Неосознанно Леви бъёт Смита в плечо. Рот его всё ещё заполняет язык. Челюсти не сжимаются. Вместо ответа Демон царапает Леви. Режет когтем бедро. Прорезает до самого мяса. На скорости он продолжает вбиваться в той самой позе. Одновременно язык его проникает всё глубже в гортань. Двойной кончик его начинает дробиться и разделяться. Леви не давится. Он даже может дышать. Чувствует как тысячи тоненьких нитей щупают пищевод изнутри. Маленьких и колючих как иглы. - "Эрвин!!!" - В отчаянии Леви в мыслях кричит. - "Остановись! Я не выдержу!" Эрвин!" Новая рана разрывает бедро. - "Ты выдержишь столько, сколько мне нужно!" Леви голосом кричит ему в рот. Уже не надеется на милосердие. Не сдерживает себя. Не ждёт чуда. Руками он держит свой влажный живот. Прижимает кишки к задней стенке. Он хочет чтобы скорей всё закончилось или просто побыстрей умереть. У боли вверху другой вкус. Абсолютно другая природа. Нити, ползущие по пищеводу в живот изучают. Ощупывают. Покрывают пространство вокруг электрической сетью. Тысячи маленьких электрических искр проникают внутрь Леви. Дробятся, танцуют и двигаются. Зарываются внутрь его естества. Электрический ток проникает в желудок. Спазм боли сворачивает Леви напополам. Демон снова скребёт по бедру, но уже не так сильно. Он раскладывает Леви спиной на полу. Держит за плечи чтобы тот не толкался. Без поддержки живот начинает ходить ходуном. Кишки лезут наружу из раны. - "Пожалуйста." - Шепчет Леви в мольбе. Он не хочет больше с ним разговаривать, но всё это просто.. невыносимо. - "Молчи." - Велит Демон серьёзно. - "Или тебе будет хуже." - "Пожалуйста." - Шепчет Леви, уже не осознавая себя. - "Просто прекрати это." Вместо ответа внутренность снова прошивает электрический ток. Сеть движется даже в кишечнике. Вой в этот раз обрывается жалобным стоном. Высоким. Для Леви не свойственным. Он смотрит на Смита, который наверное просто приклеен к нему. Язык широкий блестящий и больше похожий на щупальцу, продолжает извергаться внутрь Леви. Он бесконечный. Эта штука собирается выйти с другой стороны. Колючие нити заполнили весь тонкий кишечник. Не боль, но скорее бесконечный нагнетающий зуд двигается вперёд вместе с органом Эрвина. Он трахает. Он заполняет его. То чему не придумать название распространяется по организму. Теперь Леви чувствует. Не только желудок. Не только кишечник. Мозг. Печень. Лёгкие. Мышцы и кости. Даже кожа и кровь. Зуд расширяется в теле, будто колония муравьёв или пчёл. Теперь они жалят. До неистовой боли. Не оставляя ни одной целой клеточки для истерзанной в ранах души. Смит держит крепко. Двигаясь сзади в такт импульсам. Леви под ним извивается, стараясь хотя бы немного унять зуд внутри. Нити тем временем облекают простату. Через мочевой пузырь проникают в яички и внутрь семенных пузырьков. Сзади, где анус переходит в прямую кишку, расцветает огонь. Член Эрвина проникая, замыкает весь цикл своим естеством. Иглы, столкнувшись с головкой, порождают удар электричества. Тело Леви разбивает агония. Жар. Взрыв проходящий через каждую клетку внутри. За первым взрывом взлетает второй. За вторым сразу третий. Леви не контролирует голос. Он снова кричит. Снова воет. Стекло лопается внутри, после каждого импульса. После каждого эрвиного толчка. Тысячи острых осколков осыпаются в кровь. Распространяются со скоростью света. Демон воет над ухом. Рычит по звериному от удовольствия. Леви не слышит. Не видит. Сейчас он растерзанный оголившийся нерв. Струна, которая собирается лопнуть. Его член вдруг встаёт. Не удовольствие, ещё одна судорога. Сеть остых игл теперь распирает его изнутри. Заставляет тело работать без призыва хозяина. Спазм, предвещающий окончание, превращается в боль. Не время. Эрвин ещё не насытился. Желудок почти уже встретился с лёгкими. Но Леви не понимает, что воздуха нет. Второй спазм проходит по телу, когда Эрвин резко вдавливает его в каменный пол. Язык вдруг отваливается. Торчит изо рта. Как живой извивается. Не даёт выплюнуть. Не даёт проглотить. Эрвин отпускает предплечья. Хватает лодыжки. Он сворачивает Леви напополам. Вбивается снова и снова. Демон дышит горячим дыханием. Обдаёт им почти бездыханное тело. Леви смотрит воспалённым от боли и ужаса взглядом. Теперь Леви видит - у него есть рога. Демон на миг замирает. Тоже смотрит на Леви. Кроваво и хищно. Зуд внутри нарастает от этого взгляда. Нарастает и предэлектрический гул. Он толкается. Больно. Приятно. Толкается снова. Сперма врывается внутрь. Он толкается в третий раз. Леви дико визжит. Импульс проходит через всё его тело. Выходит наружу белыми липкими каплями. Демон двигается внутри. Оргазм длится вечность. Больно. Темно. Удовольствие. Паника. Эрвин. Смит. Демон. Его больше нет. Его больше нет в этом мире. *** Леви просыпается посреди ночи в камере. В одиночестве. В липком холодном поту. .