Черные звёзды

      Столовая осталась позади — с её холодным дубовым столом и призраками прошлого. Регулус почти на руках донес брата до своей спальни. В отличие от комнаты Сириуса, где всегда царил хаос, здесь всё было выверено до миллиметра: тёмно-изумрудные стены, тяжёлые портьеры и огромная кровать, застеленная шёлковым бельём.       Здесь не было места родительскому контролю. Это была крепость внутри крепости.       Регулус опустил Сириуса на мягкую поверхность и на мгновение замер, нависая сверху. В слабом свете ночника Сириус выглядел почти святым — разметавшиеся по подушке тёмные волосы, затуманенный взгляд и губы, припухшие от их первого, отчаянного поцелуя внизу. — Больше никаких столов, — тихо сказал Регулус, его голос вибрировал от сдерживаемой страсти. — Я хочу, чтобы тебе было удобно. Я хочу чувствовать тебя всего.       Сириус потянулся к нему, пальцами распутывая остатки его идеальной прически. — Ты слишком много думаешь о приличиях, Реджи. Даже сейчас. — Сейчас я думаю только о том, как долго я этого ждал, — Регулус мягко перехватил его руки, прижимая их к подушке по обе стороны от головы Сириуса.       Его движения стали медленными, почти благоговейными. Несмотря на статус «актива», в Регулусе не было грубости. Он касался кожи Сириуса так, словно тот был сделан из тончайшего фарфора, который мог треснуть от любого резкого вдоха. Каждый поцелуй, спускающийся от челюсти к ключицам, был клятвой. Каждое движение рук, избавляющих их от остатков одежды, — признанием в любви, за которое в их семье могли бы убить.       Когда они наконец остались без преград, Сириус вздрогнул. Без магии, без брони из дорогих костюмов, они были просто двумя людьми, потерявшими всё, кроме друг друга. — Реджи... пожалуйста, — прошептал Сириус, выгибаясь навстречу теплу брата.       Регулус вошел в него медленно, давая привыкнуть, заполняя собой ту пустоту, что годами росла в груди Сириуса. Это не было похоже на бунт. Это было похоже на возвращение домой. Сириус закинул ноги ему на бедра, притягивая еще ближе, впиваясь ногтями в лопатки брата. Нецензурный шепот Сириуса, перемешанный с тихими стонами, тонул в нежных поцелуях, которыми Регулус осыпал его лицо.       В этой спальне не было Вальбурги с её ледяным презрением. Не было Ориона с его молчаливым давлением. Были только два «Чёрных сердца», бьющихся в одном ритме.       Когда пик накрыл их обоих, Сириус уткнулся носом в шею брата, тяжело дыша. Регулус не отстранился — он крепко прижал его к себе, укрывая одеялом и гладя по волосам. — Знаешь, — прохрипел Сириус спустя долгое время, глядя в потолок, — завтра нам всё равно придется выйти к адвокатам. Решать вопросы с наследством... играть роль скорбящих сыновей.       Регулус приподнялся на локте, глядя на него своим фирменным пронзительным взглядом. — Пусть. Мы сыграем любую роль, какую они захотят. Но когда двери этого дома будут закрываться, мы будем принадлежать только друг другу. Это наша общая тайна. Наша личная свадьба в тени их могил.       Сириус слабо улыбнулся. — Свадьба без гостей и колец? — У нас есть нечто большее, чем кольца, — Регулус коснулся губами лба брата. — У нас есть кровь и эта ночь. Навсегда.       Над Лондоном занимался рассвет, окрашивая небо в стальной цвет, но в спальне дома номер 12 время замерло. Чёрные звёзды семьи Блэк наконец-то нашли свой центр притяжения. В тишине пустого особняка они больше не были одиноки.