Последние из Блэков |

      В гостиной поместья Блэков пахло старой бумагой, озоном от защитных заклинаний и надвигающейся грозой. Сигнус Блэк III был мертв, но его последняя воля, запечатанная древним ритуалом «Единства Крови», тяжелым грузом легла на плечи трех дочерей. Магический брак — нерушимый, полигамный и порочный — сковал их воедино, чтобы поместье и секреты рода не достались чужакам.       Андромеда стояла у окна, сжимая ладонями подоконник так сильно, что костяшки побелели. Она была той, кто почти сбежал, той, кто пахла маглами и свободой. Но магия контракта вырвала её из рук Теда Тонкса и притащила обратно в родовое гнездо, на растерзание сестрам. — Хватит смотреть на тучи, Меда, — раздался за спиной вкрадчивый, чуть хриплый голос Беллатрисы. — Гроза уже здесь. Внутри этих стен.       Белла подошла вплотную. От неё исходил жар, почти осязаемая жажда насилия и обладания. Она коснулась пальцами шеи Андромеды, там, где под кожей пульсировала магия связующего обета.       Нарцисса сидела в кресле, чинно сложив руки на коленях. Она выглядела безупречно, как фарфоровая кукла, но её глаза — холодные, серые — неотрывно следили за движениями старшей сестры. — Мы не можем сопротивляться этому, — тихо произнесла Нарцисса. — Отец знал, что делает. Если мы не примем друг друга сегодня, магия выжжет наши ядра к утру.       Беллатриса резко развернула Андромеду к себе, впиваясь в её губы жестким, властным поцелуем. Это не было похоже на ласку — скорее на попытку забрать весь воздух из легких. Андромеда вскрикнула, её протест захлебнулся, когда рука Беллы по-хозяйски легла ей на грудь, грубо сминая тонкую ткань платья. — Ты пахнешь грязью, сестра, — прошептала Белла прямо в губы, — но твоя кровь всё еще чернее ночи. Я вытравлю из тебя всё лишнее.       Огромная кровать под балдахином казалась алтарем. Нарцисса уже была там, её шелковая сорочка скользнула на пол, обнажая бледную, почти призрачную кожу. Она протянула руку Андромеде, и в этом жесте было больше нежности, чем в безумии Беллы, но не меньше фатальности.       Беллатриса действовала стремительно. Она сорвала с Андромеды одежду, игнорируя тихие всхлипы. — Смотри на нас, — приказала Белла. — Никаких Тонксов. Только Блэки.       Когда они оказались втроем на шелковых простынях, пространство вокруг них словно сгустилось. Беллатриса нависла над сестрами, её руки были везде. Она начала с Нарциссы, умело и жестко лаская её соски, доводя младшую до прерывистых стонов, в то время как её колено настойчиво раздвигало бедра Андромеды. — Помоги ей, Цисси, — скомандовала Белла.       Нарцисса, приподнявшись на локтях, прильнула к губам Андромеды, смягчая агрессию старшей сестры. Её пальцы, тонкие и искусные, скользнули вниз, находя влажную глубину Меды. — Блять... — выдохнула Андромеда, теряя контроль. Магия рода, почувствовав близость, вспыхнула в венах, превращая ужас в извращенное, тягучее удовольствие.       Беллатриса спустилась ниже, её темные волосы рассыпались по животу Андромеды. — Моя... — прорычала она, прежде чем прижаться лицом к её промежности.       Язык Беллы работал ритмично и безжалостно, точно зная, куда наносить удары. Андромеда выгнулась дугой, вцепляясь пальцами в плечи Нарциссы, которая в этот момент целовала её шею, оставляя багровые отметины. — Да, Меда, — шептала Нарцисса, её голос был полон яда и любви одновременно. — Прими это. Мы — это всё, что у тебя осталось.       Комната наполнилась звуками тяжелого дыхания, влажными шлепками и нецензурными шепотами Беллатрисы, которая не прекращала свою стимуляцию, пока Андромеда не закричала, содрогаясь в первом, болезненно-сладком оргазме, который разделили все три сестры через магическую связь.       Они лежали в темноте, переплетенные телами, как змеи в гнезде. Первая часть контракта была исполнена. Кровь признала кровь.