i’m mortal or immortal?

Бакуго Кацуки, 18 лет, ученик третьего класса старшей школы. Авторитет школы, ученик с высшим балом, сердцеед. Имеет вокруг себя компанию друзей, которые готовы стать за него горой. Живет в обеспеченой семье выше среднестатистического показателя. Ни в чем себе не отказывает. У него замечательная жизнь, у него есть планы на будущее. Бакуго счастлив жить эту жизнь. Все всегда идет своим чередом, но рутина редко брала его в свои оковы. Он не назовет себя пессимистом, он не привык сидеть и жаловаться, он привык брать и делать. Менять, то что ему не нравится. Был у него минус. Он любитель помахать кулаками. Но считается ли это минусом, если ты всегда выходишь победителем? Также, Бакуго было сложно назвать эмпатом. Не может он прочувствовать чувства человека, не может оказать нужную поддержу словами. Ему проще просто сжать крепко плечо, сказать «Держись» и постоять рядом какое-то время. Если ему скажут: «У меня все плохо», то Бакуго не поймет. Должно же быть что-то хорошее, слишком много всего есть в жизни и не может прям все быть плохо. А даже если все плохо, то найди причину и уничтожь ее. Все просто. Так думал Бакуго, потому что у него всегда все было просто.

***

Все было как обычно. Обычный день, стабильность дома и стабильность в школе. Недавно начался второй триместр, осталось еще совсем немного и конец школы. Бакуго в развалочку шагал на уроки, думая как проучить пацана с параллели, за его долгий язык в сторону компании Кацуки. Не по понятиям Бакуго было дать информации так свободно летать из уха в ухо, еще и приукрашенной через раз. Нужно показать где место этого пиздуна. Вроде утро, а солнце пекло уже слишком яростно. Бакуго сверил время до начала урока и зашел в первый попавшийся магазин купить воды. Очередь была не большой, но не продвигалась. Кацуки глянул вперед, заметив, что причина в одном определенном человеке, у которого не проходила оплата через карту. Это оказался его одноклассник, Мидория Изуку. Бакуго нечего было сказать об этом парне, он его толком не знал. В школе тот тоже особо не выделялся и никаких предрассудков на счет парня нету. Просто одноклассник, который сидел на соседнем ряду на пару парт вперед. Кажется, это место пустует пару недель, как раз с начала учебы. Мидория все еще не мог расплатится, он пробовал уже третью карту и все еще отказ, недостаточно средств. Выглядело это так неловко, что Бакуго решил и себе, и Мидории упростить задачу. Он прошел в начало очереди, ставая около парня. — Посчитайте еще эту воду и я рассчитаюсь за нас двоих, — Бакуго заметил краем глаза, как опешил Мидория от неожиданности. Они молча вышли из магазина, поровняли шаг и вместе зашагали по дороге к школе. — Спасибо, за помощь, — начал Мидория. — Я обязательно тебе верну деньги. — Угощаю, — Бакуго безразлично махнул рукой. Они замолчали, Бакуго задумался снова о том, что место Мидории пустое с того момента как началась учеба. В принципе, ничего интересного в этом быть не должно, но хотелось заполнить пустоту. Она была некомфортной, хотелось либо отстать на пару шагов от Мидории, либо вырваться вперед. — Тебя вроде ни разу не было с окончания каникул? — спросил Бакуго, не оглядываясь на одноклассника. — А, да… По семейным обстоятельствам не было возможности, — спокойно ответил Мидория. — Похоже, я уже кучу тем пропустил. Надо бы наверстать. — Да не особо, — выдохнул Бакуго. От этого простого разговора ему даже стало немного легче. — Думаю, учителя пойдут навстречу, дадут конспекты… Если причина уважительная. — Да, думаю, ты прав. Сказать больше было нечего. Бакуго мысленно закатил глаза. Тяжело ему было с людьми, которые не идут на контакт. По Мидории было видно, что коммуникабельность обошла его стороной. Хотя если задуматься, то Кацуки не может сказать точно, Мидория такой человек или это просто момент неловкости. Но его манера заставляла думать о том, что он сам по себе хлюпик-скромняга. Они уже подходили к школе, до начала урока оставалось около пяти минут. Бакуго думал о том, что наверное нужно сейчас заглянуть в класс параллели к тому пиздуну, узнать есть ли он сегодня, пригласить его на вежливый тет-а-тет. Нужно избавится от хвоста в виде Мидории. Только Кацуки открыл рот, как Изуку заговорил первым: — Ты не такой уж злой как о тебе говорят, — парень слегка улыбнулся, глядя на Бакуго. — Еще раз спасибо за угощение. Мне нужно в учительскую, так что я в другую сторону. Развернулся и пошел. Не в стиле Бакуго промолчать. — Если не доебываться, то и не злой, — крикнул он в догонку. Мидория слегка обернулся, все еще улыбаясь: — Я запомню. И что это значит? Что о нем говорят? Может по рассказам он как черт или бешеный пес, которого нужно стороной обойти. Кто их знает, та и пофиг. Так даже лучше. Бакуго прошел мимо своего класса в сторону параллели, но его окликнула одноклассница, которая выглянула из их класса. — Бакуго, доброе утро! Ты куда идешь? Сейчас уже звонок будет. — Какое тебе дело? — вот такое раздражало. Пытаться загнать его в рамки не нужно, он умеет следить за временем и располагаться им так, как ему нужно. — Ох, просто, — та сразу немного замешкалась. — Учитель сказал, что перед уроком задержится с нами, какая-то информация важная вроде. — Пофиг, мне передадут потом, — Кацуки двинулся в сторону класса пиздуна, а за спиной послышался раздраженный вздох. Бакуго как раз успел во время звонка притормозить девчонку из класса пиздуна, которая спешила зайти. Та дернулась от неожиданности и испугано вылупилась на Бакуго. — Тот, патлатый такой, Хирока, в школе сегодня? — девченка заторможенно кивнула. — Передай ему, что после первого урока в параше на третьем этаже его будет ждать Бакуго Кацуки. Если не передашь, то будешь виновата в том, что с ним потом случиться. Свободна. Он оттолкнул ее немного от себя и направился в свой класс. Пиздунов нужно учить, что так себя вести плохо. Его, Бакуго, потом будут вспоминать и думать своей тупой головой, прежде чем нести бред. На подоконнике напротив их класса сидел Мидория. — Снова ты, — вырвалось у Бакуго. — Чего торчишь тут? — Учитель попросил подождать, — Изуку отвел взгляд в сторону. Чего подождать? Зачем подождать? Пофиг. Бакуго молча зашел в класс и действительно, их Учитель о чем-то рассказывал. Кацуки прошел к своему месту, стало тихо. — Бакуго, — Учитель ему кивнул. — Ты вовремя. Я остановился на том, что Мидории не было в школе, довольно долго. Я хотел попросить Вас, особенно тебя, Бакуго, — Учитель четко показал пальцами, что следит за ним. — Будьте помягче с ним. Не расспрашивайте ничего, не дергайте его, желательно сделать вид, что все как обычно. Просто не трогайте его. — Та его и так никто не трогает, он сидит как мышь от начала до конца, — со смешком выдал Каминари, один из компании Бакуго. Кацуки молча про себя кивнул на эти слова. Ведь так оно и есть. Мидория ни с кем не общался из их класса, от него всегда было мало шуму. В принципе, было незаметно, что он отсутствовал. Действительно, мышь, еще и серая. — Ну и хорошо, — раздражено ответил Учитель. — Я просто прошу Вас, не задавать ему вопросов, просто вести себя как обычно. Повисла пауза, какая-то напряженная. Учитель замялся, немного встревожено оглядел класс, будто оценивая обстановку. — У Мидории, во время этих каникул, умерла мама. Естественно послышался шепот по классу, чего только ожидал Учитель. Бакуго не совсем понимал, зачем им эта информация. Но сочувствие по отношению к однокласснику ощутил. Смерть это всегда страшно и грустно, особенно если это неожиданная смерть. Но Кацуки ведь шел с ним сегодня, беседовал. Все с Мидорией нормально, глаза не заплаканные, вид прилежный. Значит, в руках тот себя держит. — Ваши родители узнали об этом сегодня тоже и, конечно, вы бы услышали от них вечером. Я решил, что скажу вам сам, чтоб обозначить для вас границы. Ваши семьи предложили собрать немного денег, чтоб помочь семье Мидории в финансовом плане после похорон. Он сегодня пришел в школу, сейчас зайдет в класс. Чтоб все было как обычно, услышали меня? Класс одобрительно отозвался. Учитель вышел в коридор за Мидорией. — Это получается сейчас мои деньги часть надгробка? — к Бакуго обернулся Каминари. — Жуть полная! — Завались, деньги не с твоего же личного кармана, придурок, — Бакуго раздражено закатил глаза. Бывало иногда, что его ребята вели себя как мудаки. Возможно, на них так влиял Бакуго и их компания, возможно, это их темные стороны. Поэтому Кацуки иногда приходилось их заземлять от резких действий. Дверь в класс открылась и зашел Мидория. Повисла тишина на тот момент, пока он шел к своему месту. Бакуго пялился на него также как и все остальные, скорее всего. Кацуки заметил, как тот нервно закусил нижнюю губу, как напряжено он выглядел. Как только Мидория занял свое место, возобновился общий шум. Бакуго продолжал палится на его спину. Если ему самому стало некомфортно от этой секундной тишины, то наверное Мидории было еще более напряжно.

***

Звонок. Конец урока. Бакуго пинает стул перед собой, чтоб привлечь внимание Каминари, в этот момент ловит взгляд Киришимы, так же один из их компании, и кивает в сторону двери. Они его понимают и поднимаются, направляясь к выходу. Бакуго движется за ними, обращая мимолетный взгляд на Мидорию. Как и ожидалось, вокруг него столпились одноклассники. Кацуки уверен, что некоторые впервые с ним разговаривают. Ну, что за театральщина. «Терпи уж, Мидория» — мысленно вздыхает Бакуго. Они втроем направляются на место встречи с пиздуном. Там уже стояло еще двое из компании, видимо Киришима уже маякнул в общий чат. Бакуго заходит в туалет, приказывая самому мелкому из них стоять снаружи, выжидать пиздуна. Кацуки приседает на подоконник и достает сигарету. Конченная привычка, но Бакуго уверяет, что это временно, он сможет легко отказаться. Ему просто нравится запах, который исходит потом от одежды, от пальцев. Показатель какой-то самостоятельности и зрелости. Он закуривает и выдыхает в открытую форточку. Смотрит на время. — Что-то пиздун не спешит. — Возможно, он уже осознал свою ошибку, — с энтузиазмом произносит Киришима. Киришима Эйджиро, наверное, единственный близкий друг Бакуго. Он бы даже назвал его своим лучшим другом. Он не боялся сказать Кацуки правду в лицо, всегда указывал, где тот перебарщивает. А еще вот эта шарманка у него была: «Не по-мужски это было, бро». Бакуго всегда закатывал на это глаза, какие-то старинные принципы у него, прям через чур по понятиям. Но Киришима менял Бакуго, в лучшую сторону менял. Вспомнить Кацуки в средней школе, так его самого дрожь пробирает, но больше от омерзения. Каким же он был безбашенным и агрессивным. Просто любил набить рожу всем, кто глянул в его сторону. А потом старшая школа, первый день, знакомство с Киришимой. И вот, Бакуго совсем другой человек. Перестал быть хулиганом, стал эдаким карателем за нарушение поставленных границ по отношению к нему и борцом за справедливость. Но, что такое справедливость для него, это уже другой разговор. — Та да, конечно, — сарказмом повеяло. — Уверен, что он сейчас в медпункте выпрашивает справку, чтоб домой свалить, — Каминари в предвкушении хрустел пальцами, ох и показуха. Каминари Денки, просто невозможный идиот. Он хороший человек, искренний приятель, но вот его язык… Он был бесполезен в плане драк, всегда убегал первым. Но он, также, был отличной приманкой. Каминари словесно спровоцирует противника первым начать конфликт, а потом стоит под боком, выкрикивая: «С правой его, Бакуго, с правой давай». А еще, Каминари был безнадежным ловеласом. Ни одна вторая не обошлась без его подкатов. Сколько раз он получал пощечин, идиот. А все потому, что это не выглядело искренне. Ты видишь Каминари впервые и слышишь: «Ты такая красивая, а знаешь в какой позе ты будешь еще краше?». Ты его посылаешь и слышишь как эта же фраза предназначается уже другой. Идиот. Каминари Денки появился в жизни Бакуго и Киришимы на втором году старшей школы, когда перевелся в их класс. Был в их компании такой же натуры еще один человек. Минета Минору. Но этот кадр больной извращенец. Он не стыдился заглядывать под юбки, подслушивать у двери женского туалета и присылать в личку незнакомкам свои дикпики. Но за счет того, что он метр с кепкой в прыжке, он не представлял угрозы. Он просто вызывал отвращение. Подтянулся Минета в компанию за счет Каминари, они сошлись на почве общих интересов. Учился Минору на втором году старшей школы, мелкий отпрыск, но от него была польза. Вот эта его мания преследования девушек, позволяла увидеть и услышать все, даже в самых закоулычных местах, в самые неподходящие моменты. Проще говоря, донощик. Мелкий, неприметный. Это его умение компенсировало его ссыкливость. Он не стоял рядом, хотя бы как Каминари, он просто прятался и ждал окончания. Боялся испортить свое прекрасное личико и получить по яйцам. Последним к их компании присоединился Ханта Сэро. Учился также на третьем году, но на параллели вместе с пиздуном. Первым с ним познакомился Киришима и все уши прожужжал Бакуго, что этот чувак им нужен. — Он потрясный, — воодушевлено жужжал Киришима. — Он тебе понравится, давай зависнем с ним? Бакуго он не понравился. Он был такой отмороженный, если честно. Вызывал подозрения. Но как-то, был момент переворотный, когда он оказался с ними в потасовке. Там то Бакуго и понял, что это его человек. Он просто пошел бить морды без вопросов. И делал это очень хорошо, даже немного комично. Душил одного парня шарфом. А потом, когда все закончилось, он спросил: — А за что мы их так? Это было потрясно. Киришима трусился как первоклассница перед ним, говоря, что тот настоящий мужик, не бросил друзей в беде. По сути, Киришима был своеобразным мостом между Бакуго и ребятами. Они не могли с ним общаться на обыденные темы, возможно он их пугал. Но они также и не бросали его в беде. Были преданными, но закрытыми. Один только Киришима был на одной ноге с ними, а на другой с Бакуго. В принципе, это устраивало. От раздумий Бакуго отвлек звук открывающейся двери. Соизволил прийти пиздун Хирока. Посредственная блеклая тень, но начепуренный как на глянцевый журнал. Взгляд его был сравним с загнанным в угол оленем, которого жадно окружили львы. Как же Кацуки нравилось иметь эту власть. — Ты не торопился, — Бакуго тушит тлеющие остатки сигареты об стену. — Испугался нести ответственность за свой базар? — Мне кажется, — немного скомкано начал пиздун, — мы друг-друга не правильно поняли. Каминари начал ржать. Бакуго махнул в его сторону рукой, прося заткнуться. — Слушай, — Бакуго сощурил на него взгляд, осматривая с ног до головы, — ты вроде нормальный парень. Лицом нормальный, одет хорошо, та и речь поставленная четко. Так чего тебя потянуло не в ту степь? — Я не думал, — резко начал Хирико, но Бакуго зло рыкнул, обрывая его. — А надо, блять, подумать. Перед тем, как свою варежку погнанную раскрывать и выпускать из нее затхлый понос. Бакуго резко вскочил к тому впритык, схватил его за воротник рубашки. — Какого хуя ты треплешься, мразота? Бакуго встряхнул его и услышал писк. Он в нужном направлении, отлично. — Тебе живется скучно? Хочешь быть крутым? А, нет, нет! Ты хочешь правосудия, хочешь, чтоб наконец-то нас настигла карма! Ты кто, твою мать? Я спрашиваю кто ты, нахуй? Бакуго тряс его уже без остановки, крепко сжимая рубашку в своих руках. Кацуки поймал предостерегающий взгляд Киришима со спины пиздуна. Действительно, нужно заканчивать на спокойной ноте. Он отступил немного назад от пиздуна, посмотрел на время и махнул рукой на выход своим ребятам. Те послушно начали выходить, закрывая за собой дверь. Бакуго посмотрел на сожмаканный окурок в своей руке, кинул его под ноги Хироки. — Это первое, но так же и последнее предупреждение, — Кацуки достал новую сигарету. — Не дай бог я услышу запах затхлого поноса из твоего рта, который ты разносишь по коридорам этой школы, — Бакуго приблизился к нему, начал отряхивать его рубашку, поправляя воротник. — Я за себя тогда не ручаюсь, пиздун, — Кацуки похлопал парня по плечу, заправил сигарету тому за ухо и направился к двери. — А это тебе напоминание на будущее. Бакуго открыл дверь туалета, выглянул в разные стороны коридора. До звонка пару минут, но ученики еще ходили туда сюда. Взгляд Кацуки уловил кого надо за пределами туалета. Он повернулся к Хироке, оглядел его и довольно кивнул. — Учитель, — заорал Бакуго в коридор, — тут ученик курит в туалете. Хирока начал спешно вытряхивать сигарету из-за уха, но это его уже не спасет. Возле входа собралось немного учеников, залетел рассерженный учитель, а Кацуки отсалютовал пиздуну. Получай, мразота. Бакуго спокойно двинулся по коридору на встречу к своим ребятам, слыша за спиной разбор полетов. Как же ему это нравится, как же все замечательно сложилось. Адреналин в крови придавал еще большего азарта. Бакуго обожает свою жизнь. Но на задворках его подсознания уже зарождались мысли об Мидории Изуку. Тик-так, Бакуго, тик-так.