Глюк

      — Лёш, мне сейчас не очень удобно говорить! — автоматический прием звонков в костюме заверещал, принял вызов, и небольшой экран в углу панели перед глазами подсветился фотографией друга ровно в тот момент, когда Саша, не успев отскочить, влетел в стену, руша ее от мощного удара собственной спиной и пробивая насквозь. Пособирав попутно обломки стены затылком, Ермолаев крутанулся прямо в воздухе, подтянулся на паутине и уселся на уступе небольшого двухэтажного магазинчика, крутя головой в разные стороны.       По спине и шее метнулся холодок, и Саша с грустью осознал, что сегодня половину сна придется потратить на зашивание костюма, который оказался не настолько прочным, насколько он рассчитывал.       Вот чёрт. Тогда он не успеет сделать задание по физике. Может, попросить Лёшу?       — Снова паучьи дела? — кажется, Лёша зевнул, а затем зашебуршил бумагой. Судя по его тону, вопрос был риторический. А как иначе, в костюме Лёша его не видел только, наверно, в университете. — Слушай, можно у тебя физику списать?       Ясно. От Лёши ждать поддержки бесполезно. Справляемся, как обычно, собственными силами. Черт. Еще минус час сна.       — Лёх, раз уж ты позвонил, — Саша, пикируя вниз, раскачавшись на паутине, замер в воздухе, выстрелил по двум бандитам, видимо, решившим разнести весь Нью-Йорк к чертям, и, оплетя вместе, подтянул, подвешивая на крупной вывеске итальянского ресторана. — Вызови скорую и пару машин пожарных в Верхний Вест-Сайд. Полиция разберется с этим позже, но, кажется, обычным беспорядком эти ребята не ограничатся.       — Да-да, я уже всё сделал, как и другие пятьдесят человек до меня, которые прямо сейчас смотрят на тебя из укрытия и снимают всё на телефоны. — Судя по звуку, поднявшись со стула, друг защелкал какими-то кнопками. Затем восторженно вздохнул. — Смотрю за тобой по новостям. Костюм просто чума!       Саша улыбнулся и собирался ответить, но не успел. Паучье чутье холодком пронеслось по затылку, и Саша подпрыгнул, когда целый ряд пулеметных выстрелов с грохотом и шумом разбитых окон пронеслись вслед его полету по жилому кварталу, а затем, когда он обернулся и прилип к стеклу офиса, заметил, как один бугай поднимает машину, целясь в него, и, резко отскочив от кирпичной стены, перехватил крутящуюся в воздухе тачку, уже летевшую в его сторону. Истратив почти весь эжектор паутины на то, чтобы оплести паутиной и замедлить машину, чтобы та не разнесла половину здания, он запрыгнул на машину, склеил, укрепил и выстрелил в два здания напротив друг друга, оставляя ее свисать носом вниз, как разноцветные флажки между зданьями.       — Парни, а можно узнать, почему вы снова пытаетесь разнести Нью-Йорк? Здесь же парк, люди, пиццерия! Неплохая, к слову! Может, в следующий раз обговорим место встречи? Не обязательно секретничать, всё равно каждый раз исход один и тот же! — крикнул паук, петляя на паутине около них по кругу. Ответом послужил целый град пуль, от которых в очередной раз пришлось уворачиваться. — Ладно, не оценили, понял. Давай-те по старинке.       Эх, а ведь так хорошо день начинался! Он даже не проспал, позавтракал и сделал паутины про запас, запрятав парочку на всякий случай в университет под шкафчиками. Даже погода радовала приятным теплым солнцем, озаряя летний Нью-Йорк яркими лучами. Да что ж такое!       — Человек-пау-у-к! Сюда! — девушка с огромной пушкой наперевес, похожей на гранатомет, стояла на крыше грузовика, махала ему рукой, но стрелять пока не собиралась.       Саша нахмурился. Довольно молодая девушка с поразительно светлыми, белоснежными волосами, затянутыми в хвост, ехидно улыбалась. Ее серый костюм, удивительно схожий с его, мраморно-черным, с легкой стальной отделкой поверх, внедренной для прочности, отличался сплошным темно-серым без каких-либо опознавательных признаков, по которым можно понять, к какой из тысячи бандитских группировок она принадлежала. В Сашином же присутствовал золотистый кройка на маске и сам паучок на спине и груди.       Подтянувшись к уступу одного из домов, параллельно следя, есть ли поблизости пострадавшие, Саша прикидывал в уме, что та собирается делать. К счастью, или, если говорить прямо, к сожалению, долго думать не пришлось. Еще несколько машин прикатили с другой улицы, резко тормозя, и выскочившие из них амбалы заставили Сашу тяжело вздохнуть.       Девушка улыбнулась еще шире, так, словно видела его уставшее выражение без маски и искренне наслаждалась тем, в какое положение загоняла паука, и тем, какое зрелище за этим последует.       — Анализ. — стараясь отдышаться от очередного полета, Саша подал голосовой приказ, и маска приблизила лицо девушки, выделяя в квадрат, сканируя, пока рядом с ее лицом проносилось тысячу схожих лиц. Саша видел ее впервые, и это вызывало еще больше подозрений.       Спустя несколько секунд перед глазами высветилось неутешительное «Совпадений не найдено», и Саша озадаченно моргнул.       Это еще что за новости? Почему ее нет в базе данных? Хорошо. Если ее нет в тех сетях, к которым мог подключиться искусственный интеллект и просканировать ее личность, то в базе данных полицейских участков она ведь наверняка числится. Снова секундный анализ.       «Совпадений не найдено».       Что за ерунда? Это просто невозможно. Все люди числятся если не в базе данных, то как минимум в архивах. Ее же не может просто... не существовать?       Еще как может, судя по тому, что встроенный в костюм помощник так и не установил ее личность.       Странно.       В последние месяцы преступность в городе заметно снизилась, что, несомненно, радовало, но больше походило на затишье перед бурей. Что ж, Саша оказался прав. Прямо в яблочко. После непродолжительного спокойствия, около двух недель назад, начались массовые грабежи. Спустя еще неделю вот такие стычки с оружием и бомбами двоекратно участились, расползаясь по разным районам Нью-Йорка, как сорняки, вынуждая Человека-паука буквально разрываться, что и так стало понятно, что всё происходящее кем-то спланировано.       И хуже всего то, что он не знал, почему это происходит. Как бы он ни пытался выяснить, с чего всё началось, не мог найти никакой информации. Даже те немногие подсказки, которые хотя бы косвенно могли привести его к ответу, благополучно ускользали от него, словно кто-то постоянно следил за ним, заметая следы.       Наёмники всё той же призрачной группировки, которых он ловил на краже складов, не признавались даже подвешенными над Бруклинским мостом. Приходилось оставлять их там подумать над поведением и возвращаться утром, но полиция, как и всегда, решила, что Паук снова свалил на них всю грязную работу — снимать людей с высоты в восемьдесят метров не так-то просто — и тогда вмешиваться уже казалось как минимум некомпетентным. Да и с полицией у него в последнее время отношения были слегка напряжёнными, после происшествия с Юри, от которого ему пришлось взять перерыв, он старался не соваться к ним без экстренной необходимости.       Поиски в интернете выдавали одно большое ничего. Лишь несколько твитов о том, что в городе снова назревает конфликт интересов каких-то еще не установленных бандитских организаций.       Все возможные зацепки приводили в тупик.       Но эта девушка... Если она как-то относится ко всем этим беспорядочным грабежам и перестрелкам, нужно выяснить всё, что ей известно. Возможно, она и есть тот призрак, за которым Саша гонялся уже пару недель. Уж слишком она выделяется от массы тех, кто попадался ему до этого.       — Это так волнительно, паучок, видеть тебя вживую! — рассмеялась девушка, расставляя руки в стороны, будто приглашая для крепких объятий.       — Правда? Это... льстит, вообще-то, — крикнул в ответ паук, перепрыгнув поближе и уцепившись за стену рукой, повис, наблюдая за ней издалека. — Но это как-то неприлично, мы даже не знакомы. Начнем с начала: Привет, я Человек-паук, а ты?..       — Белчера, — низко поклонившись, та встала на носки и подошла к краю крыши. Затем, так будто метровая пушка в ее руках ничего не весила, скинула ее на землю, где двое преступников тут же подхватили оружие и потащили в сторону. Она спрыгнула на землю следом, вышагивая посередине дороги между перевернутых машин. — К слову, смотрю, ты сменил прикид. Миленько! Не хочешь присоединиться к нам?       — А я говорил, что он в разы круче твоего красного трико! — радостно защебетал Лёша в ухо. Стоило отдать ему честь — они кроили его вместе, и множество навороченных штук вроде подогрева — после ситуации с Ястребом и крайне неприятного заплыва по Гудзону это был первый пункт в создании костюма — или механических сенсоров с автоматической наводкой для паутины сильно облегчили ношу Человека-паука.       Саша закатил глаза. Прошлый костюм был ни разу не хуже, он просто был... недоработан. Пришлось попотеть, чтобы выйти на новый уровень. Но... Что правда, то правда, полноценный костюм пластичней и удобнее. А с новыми улучшенными модернизациями и кучей пройденных краш-тестов еще и невероятно функциональный.       — О, тебе нравится? Стараюсь идти наравне с модой, — Саша усмехнулся, переместился на широкий парапет и принялся расхаживать по нему, рассуждая. — Подумал, что нужно что-то менять. Прошлый костюм слегка приелся, как считаешь? Немного... устарел. О, я так рад, что ты заметила, аж отлегло, правда. Так хотелось похвастаться!       — Да, прекрасный костюм, — девушка растянула губы в улыбке, сжала кулаки, и необъяснимая черная материя, подобно вихрю, замерцала вокруг ее рук. — Проще хоронить.       — Что?! Я рассчитывал услышать что-то вроде: «Хороший выбор, паучок, черный стройнит». А не пожелание смерти. Как-то банально! — Саша, вздрогнув, остановился, когда руки девушки превратились в два механических кулака. Из них, как конструктор, повыскакивал металлический каркас, преображаясь в широкие кубы и собираясь в два длинных, походящих на змеиные хвосты стальные кнуты, на конце которых зияли по два острых клыка.       Ого. Ермолаев приседает на краю, чтобы присмотреться.       — О, у нас тут... змейка? Мило, — Саша склонил голову, рассматривая завораживающий механизм.       — Метра два на вскидку, — бормочет Леша, и его голос резонирует в маске. Он, все еще наблюдавший за ними по телику и оценивая длину растянувшихся по земле то ли кнутов, то ли внезапно становящихся больше клешней, почесал затылок. — Похоже на супергибкий металл стального сплава, но я не могу разобрать, какой именно… Не уверен, что когда-то видел такой, погоди… Они что, электрические? Что за металл выдержит такую мощь?! Они же искрятся! Возьмешь мне кусочек, Сань? Для исследований!       — Позже, — фыркнул Саша, отпрыгивая от стены на несколько этажей ниже, занимая стойку на полусогнутых коленях, чувствуя, что с минуты на минуту та решит напасть. — Как бы меня случайно не поджарило…       Едва он успевает договорить, приходится изворачиваться — металлические кнуты, походящие на пасть змеи, резво вытягиваются на добрые десятки метров до самой крыши, врезаясь с треском и скрежетом пробитого бетона туда, где еще секунду назад стоял Саша. Где-то позади вспархивают с насиженных мест голуби, кто-то громко кричит и лязганье стали оглушает чувствительные перепонки паучка.       Вовремя увернувшись, Саша делает несколько шагов назад, приседает, опираясь одной рукой, и выжидает.       Белчера не заставляет ждать — подтягивается на своих кнутах, взмывает в воздух, совершает кувырок и, приземляясь напротив, за секунду складывает объемные кнуты в маленькие искрящиеся перчатки на своих руках.       — Плохая пародия на Октавиуса! Но… Отпад! Не расскажешь, где взяла эти игрушки? Я бы взял парочку себе для костюма. — буднично интересуется Саша. В его неровном тоне можно угадать подкатившую панику, но что поделать? Импровизируем, как и всегда.       — Если я расскажу, будет не так интересно, — Белчера только улыбается, вальяжно прохаживаясь по крыше, как по подиуму, явно ощущая преимущество.       Саша успевает рассмотреть на ее запястьях широкие металлические браслеты. В этом месте перчатки, покрытые полупрозрачными схемами, соприкасаясь с ними, резонируют и искрятся сильнее всего. Если логически прикинуть, то вполне вероятно, что браслеты и есть источник, питающий ее клешни. Значит, целимся туда.       Резкий выброс, схожий с сильным порывом ветра, переходящий в ураган, обрушился на Сашу мощной сокрушительной волной, сбивая с ног, отчего он, не успев перехватиться, впечатывается в один из вентиляционных блоков, оставляя крупную вмятину.       — Это еще что? — кашляет Саша, чувствуя пыль, проходящую сквозь маску, но быстро отойдя от удара, проворачивается на земле и, вскакивая на ноги, крутит шеей. Догадывается, что именно. Если энергия замкнута, ей требуется выход. Выброс, который секунду назад опалил его и каким-то чудом не спалил костюм.       Десять очков Лёше за прошивку термоустойчивости.       Быстро сообразив, что теряет все преимущества, сражаясь с ней на открытом пространстве, Саша крутит головой. Чтобы увеличить свои шансы, нужно найти область поменьше. В воздухе она сможет перехватить его — паутина здесь не поможет, только позволит лишний раз припечатать кнутами к земле. Нужно место, в котором ей не удастся извернуться, например…       — Любишь догонялки, Белчера? — усмехнулся Саша, резко подрываясь с места. Запрыгнув на стену, он побежал вверх, надеясь, что дешевый трюк сработает. — В детстве я был лучшим в них!       Белокурая хмыкнула, сощурилась и, вновь используя для перемещения клешни, бросилась на стену.       Громко дыша, Саша минует одну крышу за другой. Белчера не отстает, что-то выкрикивая в спину, но Саша слишком сконцентрирован на том, чтобы уворачиваться от кнутов, то и дело пролетающих в сантиметре от него в попытке схватить. Добравшись до относительно безопасных отстроек, специально позволив девушке сократить расстояние, Саша нырнул вниз между зданиями в узкий проулок, пока она, даже без использования клешней, выказывала потрясающие навыки физической подготовки и паркура.       Сработало, думает Саша и сам же удивляется. Новичок? Или ее желание убить его так сильно, что затуманило рассудок?       В следующую секунду она спрыгивает следом и барахтается в самодельной ловушке — наспех налепленной паутинной стене. Всё идёт по плану — Белчера разрывает паутину вновь появившимися клешнями, но, не рассчитав, падает, однако датчики срабатывают быстрее, чем та врезается в землю — четыре разбросанные по углам паутинные бомбы мгновенно детонируют, оплетая её в большой кокон и с тем накрывая проулок большим паутинным ковром.       Белчера повисает в воздухе, метрах в четырех от земли, дрыгаясь, пытаясь выбраться, но всё тщетно — Саша постарался. Паутинные бомбы куда мощнее обычной паутины и прочнее, чем в эжекторах. Так просто их не разорвать. Как раз на такой случай.       Ее змеиные клешни тут же растягиваются, полыхают искрами. Девушка сдавленно мычит, намереваясь разорвать паутину, но Саша реагирует раньше — выстреливает шутерами в образовавшиеся в коконе трещины и, приложив куда больше усилий, срывает с ее запястья браслеты.       Те еще искрятся какое-то время прямо в руках, источая потоки мощной энергии, но почти сразу превращаются в обычные непримечательные железки. Нахмурившись, Саша крутит их в руках, пристально рассматривая неопознанные наручи. Пытается найти пусковой механизм или схемы, которые до этого отчетливо виднелись в активном состоянии, но теперь слились с поверхностью, словно их вообще там не было.       Механизм в руках внезапно заискрился, пальцы обожгло, и Саша выронил оба браслета, засверкавших в руках. Упав, те рассыпались по земле, превращаясь в дымящуюся стружку.       Потеряв дар речи, Саша так и завис, рассматривая горку пепла под ногами. То есть как? Огромные клешни, способные разрастаться на несколько метров, сложились в один небольшой браслет и сгорели, как пепел.       Что это вообще за?..       — Убери с меня эту дрянь, — зло прошипела Белчера. Всё былое веселье резко угасло, пока девушка извивалась в коконе, не имея возможности пошевелиться.       — Знаешь, если бы ты не пыталась меня убить, я бы подумал. — Саша запрыгнул на стену, выстрелил в соседнюю и с легкостью прошелся по паутинному тросу, останавливаясь по середине напротив все еще брыкающейся девушки, приседая.       Чёрные браслеты... Откуда они? Кажется, будто он видел пару таких у недавно пойманных преступников, грабящих склад с оружием, но не обратил никакого внимания. Нужно пересмотреть записи с маски. Возможно, он что-то упустил, но ни один из них не применял смертельные клешни, позволяющие лазать по стенам почти с такой же скоростью, как у него, и не выпускал столько энергии, способной запустить целую электростанцию.       — Я убью тебя, паучок, рано или поздно, — ехидно фыркнув, девушка склонила голову.       — А как же твое приглашение? Я даже не успел сказать, что подумаю. Уже не актуально? Кстати, куда ты меня приглашала? Я очень заинтересован.       — Мне платят не за твое развлечение, паук! — взвилась Белчера.       — Платят? Меня что, заказали?! — Саша театрально прижал ладонь к груди. — О, довольно странно. Впервые с таким сталкиваюсь. Так и не скажешь, но под маской я даже немного покраснел! А не подскажешь, кто желает моей смерти? Ну, кроме тебя, разумеется.       — Весь Нью-Йорк! — надменно фыркнула она, так, будто это был самый очевидный на свете факт.       — А вот и не правда! — возмутился Саша, спрыгивая с паутины на землю, разминая забившиеся плечи и потягиваясь. — Только Джона способен на это, и, видимо, только в своих снах.       — Теперь я понимаю, почему он хотел твоей смерти. Как же ты раздражаешь, — злобно прорычала девушка.       — Да-да, конечно, — отмахнулся Саша, задрав голову. — Лучше скажи, где вы берете эти игрушки. Кто ваш поставщик? Если у вас есть такое оружие, зачем вы грабите склады? М? Серьезно, я был бы очень признателен. Не пришлось бы тратить время на все эти расследования...       Паучье чутье так резко зазвенело в затылке, что холодок, скользнувший под кожей, прошелся по костям.       Не раздумывая, Саша обернулся взобрался по стене и подскочил вверх. Зависнув в воздухе, высмотрел летевший в него снаряд и обстрелял паутиной. Прицелился и раскрутил, швыряя вверх над крупными зданиями, так чтобы ближайшие постройки не задело ударной волной.       Та подорвалась над крышами, как и ожидалось, минимизируя ущерб. Мелкие осколки посыпались с неба, и Саша выдохнул. Какого черта? Самонаводящиеся бомбы он не видел еще со времен Носорога. Кто-то играется со старой техникой. Неужели они успели ограбить и склады полицейских участков?       — Вот черт, я успел про вас забыть, — приземлившись, он взглянул на улицу, где кучка преступников громила и, судя по оружию, которое они вытаскивали из машины, планировала разнести как минимум половину Нью-Йорка. Белчера все еще висела в коконе.       — Я скоро вернусь, и мы продолжим, не скучай, — хмыкнул Саша взглянув вниз.       — Да, конечно, не переживай, я не тороплюсь, — ядовито фыркнула она, демонстративно дернувшись.       — Супер, я быстро. Никуда не уходи... Ну, то есть... Не важно.       Рванув к дороге, где всё явно становилось только хуже, Саша решил, что формулировка собственных мыслей — последнее, что его волнует, и он разберется с Белчерой позже. В конце концов, куда она денется? В такой плотной паутине даже он как-то застрял в собственной комнате, выпутываясь несколько часов, когда только испытывал ее на прочность. К тому же, она безоружна, чего не скажешь об этих ребятах и до отказа набитых оружием машинах.       В последнее время и всё чаще ему приходится следить еще и за тем, чтобы город оставался целым хотя бы на сорок процентов. Осознавая крушения, которые остаются после вправления мозгов и без того недальновидным преступникам, он всё больше начал задумываться о том, чтобы сократить растраты городского бюджета хотя бы вполовину. По головке его, конечно, никто не погладит, но собственная совесть будет чиста. Ну и полицейские начинают неодобрительно фыркать в его сторону, а это нехорошо и явно не на руку дружелюбному соседу, поэтому, создав подобие рогатки, Саша уцепился паутиной за два разных здания и, натянув, отпустил, взмывая в воздух.       — Ты только что флиртовал с преступницей?! — заверещал вдруг Лёша в маску, хотя его тон выдавал больше восторга, чем возмущения.       — Я... Что? Ты еще здесь? — фыркнул растерянно Саша и, не придумав ничего лучше, быстро оповестил: — Я перезвоню!       Возмущение друга сменилось шумными криками людей и громкими выстрелами. Благо те, кому выдали оружие, оказались не умнее сваренного яйца, и, вырубив несколько человек обычными атаками, которые те с трудом блокировали, Саша стягивал основную массу ближе к дороге, а затем перешел на ракетчиков, сбивая с толку резкими полетами и быстрым перемещением от здания к зданию. Обезоружив почти всех, Саша припечатывал их к стенам и машинам.       — А вам что, не выдали эти прикольные браслеты? — закончив, Саша осмотрел улицу, большая часть которой покрыта паутиной, и спрыгнул с фонарного столба. Обойдя несколько человек, осмотрел их запястья, но ни у одного из бандитов не нашлось ничего подобного.       Заслышав полицейские сирены, Саша всё же решил оставить скручивание этих ребят на них и не желая пересекаться с полицией, подтянувшись, прыгнул на крышу, пробегая добрую часть поверху.       — А вот и я. Прости, немного... — Саша резко замолчал. — Задержался.       Кокон, словно кем-то разрезанный, пустовал. Саша спрыгнул на землю, осматривая медленно растворяющуюся паутину.       — Черт. — злобно пнув ближайший мусорный бак, Саша сдавленно фыркнул. Опустил голову. И распахнул глаза.       На земле валялось кольцо. Вернее... Перстень. Подтянув его паутиной, Саша покрутил его между пальцев, но тот выглядел совершенно обычным, просто слегка крупнее обычного кольца. Странно, до этого здесь ничего не было. Белчера потеряла, пока сбегала?       Саша неуверенно потоптался на месте и, еще раз осмотрев переулок, так ничего и не найдя, сунул перстень в внутренний карман костюма.       Наверняка она уже удрала. Снова. Гадство. И вновь ни единого следа или наводки. Только имя и перстень, непонятно откуда взявшийся.       Тяжело вздохнув, Саша рывком вскочил на здание и, набрав Лёшу, полетел на паутине по улице.       — Она удрала, — заявил Лёша, вызывая у Саши неконтролируемое желание свалиться с этой тридцатиметровой высоты и разбиться в лепёшку. Но, превозмогая себя, раскачался, набрал высоту и завернул в сторону Мидтауна, перебирая паутину меж пальцев.       — Есть что-нибудь полезное? — поинтересовался Саша мелькая между крыш.       — Я тут провел фотку из твоей базы по своим источникам, угадаешь, что нашел?       — Ничего? — усмехнулся Саша, не особо рассчитывая на хорошие новости, тешась лишь призрачной надеждой.       — Ничего. — подтвердил Лёша. — Ее просто нет.       — Но так не бывает, — вздохнул Саша, приземляясь на крыше одной из множества типичных Нью-Йорку многоэтажек. Усевшись на уступе, наблюдает за улицами, параллельно размышляя вслух, и тихо тянет: — Ее же не может... Ну... Не существовать?       — Судя по всем имеющимся... Вернее, не имеющимся данным, еще как может. О ней нет буквально ничего. — отчеканив по кнопкам клавиатуры, заключил Лёша.       Саша вздохнул.       — Может, встретимся и всё обсудим? — неожиданно спросил Лёша. Их канал связи безопасен и защищен, по нему они в основном и связывались, даже если не было необходимости информировать Человека-паука, соответственно, и обсуждать здесь можно всё что угодно, потому что они сами его создали и могли сразу же пресечь любые попытки пробиться и подслушать их разговоры.       — Ты вроде с Сашей сегодня в кино собирался? — вспомнил Ермолаев, хмурясь, мысленно прикидывая, не перепутал ли дни недели.       — У него там какая-то запара. Пришлось перенести, — бросил небрежно Лёша, ничуть не расстроенный.       — А ты... Не хочешь ему помочь? — усмехнулся Саша, уточняя. У Лёши была такая своеобразная особенность — он совсем не понимал намеки. Даже если ему тыкали этим прямо в лоб.       — Он сказал, что это семейные дела, и попросил не спрашивать. Я, знаешь ли, уважаю его выбор, — объяснил Лёша так, что Саша, всё равно ничего не поняв, одобрительно хмыкнул.       — Ну, на улицах пока тихо... — размышляя, не стоит ли еще немного попатрулировать улицы, всё же согласился Саша. — Хорошо, я только домой заскочу...       — Нет-нет, не снимай костюм! — запротестовал Лёша, судя по звукам, спешно собираясь.       — Почему?       — Скоро поймешь. — загадочно протянул Лёша. — Заскочишь за мной?       — Ладно, скоро буду, — вздохнул Саша поднимаясь. — И... захвати тетрадку по физике.

***

      — Оскорп? Нет. — белые зрачки сузились, выдавая недовольство хозяина костюма. — Лёх, это очень плохая идея!       — Сань... Это самая высокая точка в Нью-Йорке! — Лёша подошел к краю крыши, на которой они стояли, и указал куда-то в сторону рукой. — Там нас никто не увидит и не услышит. Кому вообще нужно залезать на крышу Оскорп? М?       — Кому? Наверно, никому, кроме ученых, менеджеров, охранников и еще под сотню людей, работающих на них? — по-наставнически произнес Саша, уже из многолетнего опыта зная, что произойти может всё что угодно. По теории вероятности там могла оказаться даже акула, но Лёше, видимо, очень сильно плевать. Его желание покорить высоченную башню Оскорп сложно не то что отрезать под корень, даже унять становится проблематично. Он завелся.       — Ну давай разок. Почуешь что-то неладное — и сразу свалим оттуда. Как тебе? — Лёша едва ли не прыгал на месте от охватившего его восторга.       Саша отуплено моргнул и завис. Хорошо, что маска все еще на нем и не выдавала его непонимания, застывшего на лице.       — Это ужасная идея, — повторил Саша и сложил руки на груди. — Просто признай, что хочешь побывать там и только ради этого позвал меня.       — Признаю! Но вообще-то еще ради физики, но одно другому не мешает. Давай, заряжай паутину! — завелся тут же Лёша. — Там прекрасный обзор, если в городе что-то случится, ты узнаешь об этом первым, натянешь свою крутую маску и помчишь всех спасать! Ну как тебе? — не прекращая бомбардировать его аргументами, продолжал Лёша без капли смущения.       — Нет, Лёш, одно дело пробираться туда, чтобы выяснить что-то, другое — соваться туда, чтобы провести разбор полетов и позаниматься. Это рискованно и безрассудно!       — А эта твоя чуйка не предупредит тебя? Ну, если там что-то случится? — уточнил он.       — Паучье чутье, — поправил Саша и пораскинул мозгами. — Ну, вообще, должно. Оно на всё реагирует, но… Не знаю.       — Ну вот! Решено! Полетели. Приключе-е-ения! — протянул весело Лёша, пританцовывая вокруг Саши, на лицо которого так и просачивалась улыбка. Затем обхватил его за шею и почти повис.       Пора признать — Лёша умеет быть настойчивым, а Саша плохо умел отказывать. Тем более лучшему другу.       — Я просто не верю, что согласился на это. — Саша закатил глаза, подтянул рюкзак на своих плечах и подхватил друга. — Просто к слову: если нас заметят, выкручиваться будешь сам.       — Да-да! Я всё понял! Вперед, Человек-паук!       Саша вздохнул, покрепче прижал Лёшу к себе, ощущая, что тот весит едва ли не как пушинка, и спрыгнул вниз, выстреливая шутером в ближайшее здание.

***

      — Да ладно тебе! Мы на сороковом этаже. На сороковом, Сань. Тут никого, — подначивал Лёша, не унимаясь, да так, что чуть не подавился куском пиццы.       — То, что ты знаешь о том, кто я, не значит, что об этом должны знать другие, — парировал Саша, продолжая жевать кусок пиццы, подтянув край маски к носу, приоткрыв лишь рот. Не самый удобный способ утоления голода, но к такому быстро привыкаешь и благодарен уже за то, что в целом нашлась возможность перекусить.       — Да кто тебя здесь увидит. Мы тут уже полчаса сидим, и хоть бы муха пролетела, — махнул рукой Лёша на открывшийся им вид бесподобного вечернего Нью-Йорка, доедая корочку.       — Ладно, наверно, ты прав, — вздохнув, Саша неуверенно осмотрелся по сторонам и стянул маску, вдыхая свежий воздух, но даже спустя пару лет чувствуя себя не по себе без нее.       Лёша одобрительно закивал и закачал ногами, свешенными с широкого парапета, держа тетрадку по физике другой рукой с очередной неправильно решенной задачей, о чем он сразу же осведомил Сашу.       Взглянув на то, как он беззаботно поглядывает вниз, когда крошки скатываются по одежде и улетают, Саша улыбнулся. Видимо, у них обоих атрофировался страх высоты как таковой. У Саши после долгих бессонных ночей, когда он забирался повыше, перебарывая страх, и погружался в свободное падение после получения суперсил. У Лёши после первого полёта с ним.       — Попробуй разделить переменные и пересчитать ротор, — предположил Саша и спрыгнул на крышу, отбрасывая в сторону маску. Сев возле одного из вентиляционных блоков, облокачиваясь на него спиной, он открыл тетрадку по физике, листая до нужной страницы с формулами. Задачки на вычисление движения частиц в электрическом поле атома обычно попадались пустяковые.       — Точно, — кивнул Лёша и развернулся, чтобы быть лицом к другу, но остался на месте, внося поправки в формулу, исправляя ошибки на коленке. — Магнитная постоянная тоже заменяется. Теперь сходится. Перепиши вторую формулу, она не подходит.       — Ага, — буркнул Саша как-то отстраненно, так ничего и не написав.       — Сань? — позвал Лёша, но тот продолжал задумчиво пялиться перед собой. — Ты меня слушаешь?       — Белчера... Почему это имя кажется мне знакомым? — протянул Саша и почесал затылок.       — Так это ж змея, — между делом бросил Лёша, отложил тетрадь и спрыгнул с высокого выступа, отряхивая ладони друг о друга. Подхватив ноутбук, тот быстро отбарабанил по кнопкам, развернул экран и протянул Саше, который тут же, как по сигналу, включился в разговор, едва зашла интересующая его тема.       Пробежавшись глазами по экрану, Саша отодвинул тетрадь и с интересом притянул ноутбук ближе, вчитываясь в информацию первого открывшегося сайта.       — Морская змея... Содержит нейротоксины, действующие на нервную систему... Окрас бело-черный... Обитает преимущественно под водой... — выделяя основное, бормотал Саша. — И... Что? Хочешь сказать, ей нравятся змеи? Поэтому она сконструировала убийственные кнуты, похожие на их скелет?       — Ничего не удивляет? — усмехнувшись, Лёша выгнул бровь. — Она и внешне поразительно схожа с этим видом. Ты сам ее видел. Будто подражает или типа того. — Лёша хмыкнул, присел рядом, скрестил ноги и забрал ноутбук. — К сожалению, это вся информация, которая у нас есть. Что будем делать?       Саша тут же вздрогнул и сунул руку в внутренний карман, протягивая Лёше недавно найденную находку.       — Смотри, что нашел. Валялось на земле, когда я вернулся. Думаю, это ее. Видимо, потеряла, когда выбиралась из паутины.       — Перстень? — Лёша взял его, поблескивающего на солнце, в руки, осматривая. — На вид обычное кольцо. Оно как-то связано с ее механическими кнутами?       — Навряд ли, — Саша пожал плечами. — В любом случае, больше она ими не воспользуется.       — Почему? — Лёша аж возмутился, как-то неоправданно сильно.       — Как только я снял с нее браслеты они... Бум! Заискрились и осталась кучка пепла.       — Сгорели, что ли? — Лёша задумчиво покачал головой. — Нет, они не могли. Я видел этот металл, Саш. Они просто не могли сгореть. Это же высокопрочный материал. Подумай сам: он выдерживает огромное количество энергии, так что браслеты, которые его стабилизируют, не могут сломаться. Они явно созданы, чтобы выдерживать любые изменения.       — Но возможны же, не знаю, погрешности? — Саша сложил руки на груди, испытующе смотря на Лёшу, ожидая объяснений.       — В таких соотношения? Конечно. — буркнул он. — Сложно сказать без расчетов.       — Странно...       — Очень, — закивал Лёша. — Такой механизм проходит кучу проверок вплоть до мелких деталей. Он явно хорошо проработан, он не должен просто... сломаться. Семи пядей во лбу не надо, чтобы понять: они эластичные, модернизированные и могут видоизменяться, становясь в несколько десятков раз меньше собственных размеров. Не знаю, что за гений смоделировал этот экзоскелет, но если он сообразил как сделать так, чтобы огромная гора металл помещалась в маленький браслет, то с вероятностью более чем девяносто процентов учел банальный перегрев, не позволивший бы им сгореть. Да и зачем ему помещать их в браслеты?       — Может, это система самоуничтожения? — закусив губу, Саша откинул голову назад. — Допустим. А откуда еще взяться клешням? Больше у нее ничего с собой не было.       — Думаю дело не в браслетах. Наверное, мы что-то упускаем, — Лёша почесал подбородок а потом размышляя в слух добавил. — Больше похоже на батареи. Они скорее усиливают действие какого-то другого, основного механизма.       Саша задумался, а потом, резко вспомнив, вцепился в Лёшино плечо.       — Прежде чем она использовала свои силы, вокруг нее замерцали странные черные полосы. Будто какая-то темная материя...       — У-у, жуть, — вздохнул Лёша. — Ладно, допустим, что ее браслеты — это блоки с энергией, подпитывающие и поддерживающие стабильную работу клешней, а сами клешни — механизм. Это хотя бы объясняет, почему они сгорели. При таком расходе энергии это самый логичный вариант.       — Ага, но это всё ещё ничего не даёт. Мы можем понять, как работают её силы, но где её искать? — вздохнул Саша, смещаясь и ложась спиной на крышу, подкладывая руки под голову. Рассматривая небо, он размышлял о том, что произошло, и пытался связать все преступления за неделю в одну единую цепочку, оставляя всю инженерию на Лёшу.       Как они все смогли так незаметно скрываться столько времени? Перемещаться так, чтобы Саша не заметил? Всякий раз выследить их не получалось — Саша приходил туда, предотвращая уже начавшийся грабеж, но не раньше — никогда не хватало информации, чтобы затаиться, заранее определив точку, выжидая, когда те начнут действовать.       — Как думаешь, где находится их база? — спросил Саша.       — Не знаю, — пожал плечами Леша, задумавшись. — Мне больше интересно, почему змея. Ладно если анаконда или там, к примеру, гадюка, но Белчера. Ну и имечко. Белче-е-ра, — протянул Леша, брезгливо растягивая буквы последнего слова.       Змея. Морская змея… И почему именно морская? Как-то уж слишком замудрено.       Саша резко выпрямился. Сел, забегал глазами и, обернувшись на Лёшу, широко улыбнулся.       — Стой... А что, если?.. — Саша вскочил на ноги, начиная непозволительно быстро закручиваться по кругу на ровном месте от переполнявших его мыслей, и, пока Лёша хлопал ресницами, рывком запрыгнул на надстройку, нервно расхаживая по ней туда-сюда.       — Что? Ты что-то понял? — заинтересованно вытянулся Лёша следом, откладывая ноутбук.       — Склады, заброшенные стройки — всё не то. Мимо. Это слишком примитивно. На это и был расчет. Они догадывались, что Человек-паук будет их искать, и я всё это время искал их на поверхности, — Саша повернулся к Лёше, который внимательно слушал, и шагнул, но не спрыгнул — удерживаясь ногами, продолжил ходить уже по стене.       Лёша, никогда не упускавший возможности повосхищаться паучьими навыками, завороженно замер, смотря, как тот гуляет по стене от края к краю.       — Где лучше всего прятаться? — с вызовом спросил Саша явно риторически и тут же пояснил: — Под водой. — Ермолаев щелкнул пальцами, согнул колени и, оттолкнувшись от стены, кувыркнулся в воздухе, приземляясь на ноги.       — Система канализаций... — Лёша втянул воздух, затаив дыхание. — Это объясняет, как им удавалось появляться незаметно. Буквально из-под земли!       Саша закивал, снова подпрыгнул уже от радости, влепил Лёше пять и, не теряя времени, приказал Лёше сворачиваться. Тот тут же подхватил свои вещи, закидывая в рюкзак.       — Надо срочно это проверить, ищи все подводные каналы, ведущие к реке, и жалобы на пробои в канализации. Они вполне могли сооружать там новые ходы или укрытия, без утечек это точно не обойдется, значит, есть шанс свести поиски к минимуму. Начни с Гарлема, а я займусь...       Саша натянул маску, повернулся и... замер. В полной растерянности. Потерял дар речи и следом забыл, как дышать.       У двери, ведущей к служебной лестнице, стоял Илья. Илья Яцкевич собственной персоной в дурацком докторском халате, похожем на Сашин лабораторный, и бейджем, в котором красным по белому красуется «Стажер». Стоял и не шевелился, вперившись в паучью маску глазами, полными такого несоизмеримого удивления, что даже Саше стало не по себе от его пристального не моргающего взгляда.       Лёша только голову поворачивает, мгновенно осознавая, каких масштабов у них назревают проблемы, не решаясь что-то сказать.       Воцарившаяся тишина режет по ушам. Саша сглатывает комок. Картина пусть и комичная, но до дрожи в коленях пугающая — все они молчат, стоят как вкопанные и переглядываются. Вот только Илья быстро узнаёт Лёшу, признавая в нём своего одногруппника — это видно по смятению, отразившемуся на его лице, когда он медленно перевёл глаза на него.       Как? В какой из прошлых жизней Саша так сильно нагрешил? Почему во всем чертовом, огромном, просто гигантском Нью-Йорке и именно он? Даже не акула, по чертовой, мать ее, теории вероятности!       От вмиг заполонившего воздух напряжения скрутило желудок, будто через пару секунд начнется гроза. Илья смотрел так... Проще сказать, что на Сашу Яцкевич никогда бы так не посмотрел. Смесь легкого испуга, недоумения и ярче всего неприкрытого восторга.       И если испуг можно объяснить банальным эффектом неожиданности, а недоумение — присутствием Лёши, то восторг... Так на него смотрели люди, когда он патрулировал улицы — с немым благоговением и трепетом в глазах от счастливой случайности повидать кумира на улицах города.       Саша вдруг осознает: едва ли удар кнутом от Белчеры сравнится с тем, что он прямо сейчас пережил за несколько секунд. Это куда хуже, чем ядерный взрыв, и Саша ручается за это всеми паучьими силами, что у него есть.       Вновь сглотнув, Саша смотрит на Илью сквозь маску и ощущает, как из легких выбивает весь воздух разом с судорожным вздохом, давшимся ему особенно тяжело.       Яцкевич, которому только и оставалось, что переводить шокированный взгляд с одного на другого, глубоко вдохнул, но в итоге так и остановился на маске, пока вся Сашина паучья стойкость и решимость рушилась под маской, как чертов браслет пару часов назад. Быстро и бесповоротно.       Господи боже. Как давно он там стоит? Сколько видел? Сколько успел увидеть? Что услышал?       Лёша поворачивает голову, физически ощущая панику Саши, как тысячу и тысячу нейронов перемыкают в его мозгу, коротят и вот-вот подпалят мозг, выводя из строя. Что ж, поздно кривить душой, Сашина голова прямо сейчас, в самом деле, просто лопнет от скакнувшего в нее давления.       — Ты всё не так понял, — Лёша тут же напускно рассмеялся ни разу не правдоподобно и, лихорадочно придумывая отмазки, замахал руками. — Мы просто прикалываемся. Ну знаешь, как оно бывает? Костюм купили, историю придумали... Да... Это...       Илья продолжает молчать, игнорируя все нормы этикета, даже не поздоровавшись, да и в целом игнорируя Лёшу. Только на Сашу... на Человека-паука смотрит и не отводит глаз, словно ничего важнее сейчас, кроме его костюма, вообще нет.       «Спасибо, Лёш, за поддержку, и, конечно, что не забыл о том, что придется выкручиваться самому, но, пожалуйста, не усугубляй и замолчи», — зациклившись на этой единственной мысли, повторял Саша сам себе словно друг умел читать мысли, потому что боялся, что начни он что-то говорить, голос тут же выдаст его настоящую личность.       — Ты... — Илья, робко шагнув навстречу, обращается к Саше, смотрит прямо на него и резко вздрагивает, оборачиваясь на шум за спиной. В дверь шумно вваливаются несколько человек, на которых Илье абсолютно плевать.       Он тут же возвращает внимание на край крыши, но никого не видит.       — Как хорошо иметь стажировку в Оскорп, да, Илюх? — один из знакомых парней кладет ему руку на плечо, но Илья небрежно сбрасывает ее отходя на пол шага.       Фыркнув, парень быстро забивает на его нервные движения и присоединяется к группе зашумевших ребят.       Ведомый сильным впечатлением, Илья идёт к месту, где всего пару секунд назад стоял Человек-паук. Огибает трубы, обходит низкие вентиляционные шахты как-то неуверенно и с опаской, словно между ними кто-то спрятался, готовый напасть, и останавливается посреди пустующего участка крыши.       — Быть не может, — шепчет Илья, озадаченно осматриваясь по сторонам. Подойдя к краю, облокачивается на выступ, смотря вниз, но и там никого не находит. Мотнув головой, Илья зачесывает растрепавшиеся волосы. — Бред...       — Ты чего там? — кричит девушка, высматривая Илью.       — Я сейчас, — отмахивается туманно Илья и, нахмурившись, приседает, замечая под ногами раскрытую тетрадь с кучей формул. Рядом кольцо, вернее перстень — интересное и необычное, но прежде всего — знакомое.       Илья поднимает вещи — первое, что делает, разворачивает страницы тетради, и в горле тут же пересыхает. На первом листе крупными буквами и ровным почерком выведено — Ермолаев.