Запретный лес

Хёнджин задрожал, когда оказался в горячей воде, прижатый к телу вожака. — Чан... — Хван хотел приподняться, но был возвращён в исходное положение. — Тише-тише, — прошептал Альфа, водя носом по шее младшего. — Я не трону тебя. Просто ты так безумно вкусно пахнешь... Я был готов съесть тебя ещё на охоте... Хёнджин заскулил. Близость Альфы и его гормоны делали своё дело. — Крис... — Хван упёрся руками в мускулистую грудь старшего, отстраняясь. Ушки хорька прижались к голове, когда он увидел взгляд Банчана из-под приоткрытых век. Животные, полные похоти, глаза. Волк вновь притянул омегу ближе к себе, опять утыкаясь носом в его влажную от воды шею. — Мне просто нужно немного посидеть так... — прошептал вожак, вдыхая такой сладкий запах персика, исходящий от пахучих желёз на шее омеги. Хёнджин находился в замешательстве, не понимая, что делает мужчина. Он сел в более удобную позу, оказываясь на коленях старшего. До парня слишком долго доходило, что Чан сидел в бадье абсолютно голый. Когда осознание наконец дошло до Хёна, он застыл. Не зная, куда деть свои руки, он положил их на крепкие плечи Криса. Хён не подозревал, что старший собирается делать, но предвкушение действий Альфы сейчас пересиливало страх младшего. Хёнджин не смог удержаться и тоже уткнулся носом в шею Чана. Старший источал такой приятный сильный аромат. Хотелось облизать его, почувствовать вкус коньяка на языке, но Хван пока боялся пересекать эту черту. — У меня совсем скоро начнётся гон... — Чан тяжело выдохнул через рот, чувствуя, как носик омеги касается его шеи. — Я не хочу доставлять никому неудобств. Когда он начнётся – я уйду. А пока мне просто нужно немного побыть рядом с тобой. Ты источаешь так много феромонов... Мне это поможет продержаться ещё немного до начала. Потерпи чуть-чуть, и я отпущу тебя... Хёнджин всхлипнул. Только от слов, что у Банчана должен скоро начаться гон, внизу живота у младшего начало тянуть. Неужели его гон настолько сильный, что он покидает дом на время него? — Я не против помочь тебе с этим, – еле выдавил из себя Хван. Дрожа, он прижался губами к шее Альфы, чувствуя, как руки Криса сильнее сдавили его талию. — Нет, Джинни, я не хочу использовать тебя для этого. То, что ты пришёл сюда, — это уже слишком много. Чан зарычал, когда на его шею опустился ещё один поцелуй. Омега неумело провёл язычком по пахучей железе мужчины. Гормоны альфы, витающие в воздухе, полностью затуманили разум Хёнджина, а обнажённое тело Банчана так и тянуло к себе. Хорёк тихо застонал, когда нежную кожу на его шее сначала втянули ртом, а потом слегка прикусили. — Такой сладкий... — прошептал Банчан. Хенджин инстинктивно прижимался ближе к источнику тепла и ласки, которую получал сейчас от вожака. Чан ухватил младшего за подбородок и отстранил шаловливый ротик от своей шеи. Банчан прижался горячим, влажным поцелуем к губам Джинни, чувствуя, как младший начинает отвечать, прижимаясь всё ближе. Но Чан не мог позволить себе воспользоваться омегой, сражённой его гормонами. Сейчас Хёнджин был беззащитен перед ним, безотказен. Альфа отстранился, глядя в прикрытые затуманенные глаза младшего. — Прости, Джинни, мне нужно идти, — Чан огладил щеку младшего, поднялся на ноги и вышагнул из бадьи. Хёнджин обессиленно осел в воду, даже не смотря на Банчана. Потеря тепла Альфы рядом вызвала неприятную дрожь в теле младшего. Вода в бадье остыла. Хван видел, как Чан быстро вытерся полотенцем, повязал его вокруг своих бёдер и быстро ушёл, оставляя омегу одного в купальне. Хёнджин пришёл в себя через несколько минут. Мысли пришли в норму, а навязчивое наваждение ушло. Хван облегчённо выдохнул. Альфа его не тронул, не воспользовался моментом слабости омеги. Нужно было дойти до комнаты и переодеться в одежду, которую ему любезно предоставил Минхо из своего гардероба. Как только он вытерся и вышел, на его пути встал Ян Чонин. *** После водных процедур Чонин остался в приподнятом настроении. Запах гормонов, который оставили Чанбин и Феликс после своих утех, вызывал у макне улыбку. Ему давно самому хотелось понять, каково это — находиться в состоянии течки. Он мечтал о своей первой течке, фантазировал в деталях, как это будет и с кем проведёт её. Хотелось, чтобы всё прошло наилучшим образом. В купальне ему вновь удалось разговориться с Хёнджином. Старший казался ему интересным собеседником, хоть Айен и был не очень рад новой омеге в доме. Макне обещал позвать Хвана в свою комнату, чтобы показать коллекцию редких засушенных цветов. Чонина подкупило то, что старший проявил интерес к его хобби. Всё-таки им не мешало бы стать друзьями, и поэтому макне решил налаживать связь. Чонин переоделся в домашнюю одежду и некоторое время отдыхал после охоты в своей уютной комнате с высокой большой кроватью. Спустя время он спустился в кухню–гостиную, где находились Хан, Минхо и Сынмин. — А где Хёнджин? Я хотел показать ему свою коллекцию цветочков... – задумчиво оглядел гостиную Чонин. Его лисьи ушки подрагивали от предвкушения, а рыжий хвостик вилял из стороны в сторону. Старшие переглянулись, а Минхо подал голос: — Малыш, может, ты хочешь пообедать?Тебе уже пора. Растущему организму нужно питаться чаще. Сейчас я разогрею еду для тебя и нарежу салатик, будет очень вкусно. Чонин удивлённо заморгал, когда старший омега так просто сменил тему. — Где Хёнджин?.. — настоял на своём макне. Его беспокоила заминка старших, будто они что-то скрывают. Минхо молча поднялся с дивана, на котором сидел, и отправился на кухню. — Йени, лисёнок, иди сюда, — подал голос Сынмин и поманил макне к себе. Чонин настороженно подошёл к младшему Альфе и сел рядом с ним. — Что-то случилось?.. — Ничего, просто посиди с нами. Я соскучился, — Ким притянул младшего для объятий, но он быстро отстранился. — Вы что-то скрываете от меня! Чонин сорвался с места. Ни Сынмин, ни Минхо, ни Хан не сумели удержать парня, и он выбежал в коридор, где как раз в это время из купальни выходил хорёк. Айен застыл, видя его растрёпанный вид, мокрую одежду на теле и влажные волосы. — Хёнджин... — выдавил из себя лисёнок, приближаясь к парню, но в следующую секунду застыл. Запах сладкого коньяка, исходивший от старшего, ударил макне в нос. Запах вожака. Запах его Банчана. Запах его Альфы. – Что происходит?.. — сдавленно выдыхая, произнёс макне. Хёнджин, сам испуганный, что его заметили, застыл. Он был даже не в силах произнести ни слова после произошедшего, а Чонин застал его врасплох. — Ты был с ним?.. — догадка вонзила иглу в хрупкое сердце лисёнка. Лицо Чонина исказила гримаса ненависти, глядя на старшего. Глаза Хёнджина округлились в испуге, он замотал головой. – Нет-нет, ты неправильно всё понял. Я просто принёс Чану чай в купальню, а потом упал в воду... — хорёк сам не знал, зачем начал лгать. – Знаю я, как и кто носит чаи в купальню... – зло прошипел Йени. — Грязная потаскуха! Не контролируя себя, Чонин накинулся на парня. Прежде чем он успел схватить Хёна за белоснежные локоны, подоспел Джисон, который оттащил макне от бедного хорька. Минхо быстро увёл Хёнджина в его комнату и закрылся там вместе с ним. – Джинни, всё хорошо, успокойся. Он тебя не тронет, — Ли прижал дрожащего омегу к себе. — Он не знает, что говорит, я накажу его. Хван протестующе замотал головой. Слёзы сами покатились из его глаз. Он не понимал, что сделал такого, за что на него напали. — Джинни, малыш, ответь мне честно. У вас что-то было с Банчаном сейчас? Он не обижал тебя? Хёнджин отрицательно мотнул головой. Сейчас произошедшее в купальне стало волновать его гораздо меньше, чем произошедшее после. — Побудь пока здесь, я скоро вернусь. Минхо оставил хорька одного в комнате и вышел обратно в коридор, где до сих пор раздавались крики макне. Казалось, лисёнок действительно сильно расстроился, на почве чего случился нервный срыв. Ли перехватил его из хватки Джисона и поволок за локоть куда-то по коридору. В одно движение старший омега отворил дверь тёмной кладовки и затолкнул туда Чонина, закрывая дверь на засов. Ещё пару минут оттуда слышался плачь, крики, но в конечном итоге всё стихло, давая всем понять, что макне хоть немного, но успокоился. Спустя примерно пятнадцать минут Минхо открыл дверь кладовки. Йени зажмурился от яркого света из коридора. Он сидел на полу, всё его личико было красным от рыданий. У недозрелого маленького омеги была такая неустойчивая психика, он на всё реагировал слишком остро, все это понимали и прощали, но сегодня он переступил грань. – Иди сюда, мой малыш, – Ли присел на корточки, расставляя руки в стороны для объятий. Йени плаксиво захныкал и подполз ближе к старшему омеге, вновь начиная плакать. – Всё-всё, лисёнок мой. Всё в порядке. — Я не хотел, нападать на него... – скулил макне. — Я просто... Он... Чани-хён... Минхо огладил Чонина по волосам. – Чан не твоя собственность, малыш. Он свободный волк, он вправе быть с кем захочет. Он твой вожак, и ты должен уважать любой его выбор. Тебе нужно извиниться перед Джинни за те плохие слова, которые ты сказал ему. Он не сделал ничего плохого, за что ты можешь быть зол на него, малыш мой. Йени грустно кивнул. Он всё понимал.