Встречная полоса

Кофейня при колледже была заполнена гулом голосов и ароматом жженого сахара. Сонхун надеялся, что здесь, среди толпы, он сможет спрятаться от сверлящего взгляда Хисына, который преследовал его всю лекцию. — Сонхун-и, ты бледный, как лист бумаги, — Сону обеспокоенно поставил перед ним стакан с ледяным американо. — Давай уйдем? Джейк и Ни-ки уже заняли стол в углу, там нас никто не тронет. Сонхун благодарно кивнул, обхватив пальцами холодный пластик. Но стоило им сесть, как входная дверь звякнула колокольчиком, и в помещение вошла элита. Джей шел первым, уверенно расчищая путь, за ним следовал Чонвон, что-то проверяя в телефоне с абсолютно непроницаемым лицом. И, конечно, Хисын. Он не шел — он владел этим пространством. — Опять они, — прошипел Ни-ки, сжимая кулаки под столом. — Они что, следят за нами? Компания Хисына бесцеремонно заняла соседний стол. Расстояние между ними было всего пару метров — невидимая, но раскаленная докрасна линия фронта. — Эй, Сонхун! — внезапно подал голос Джей, вальяжно откидываясь на спинку стула. — Слышал, ты теперь местная звезда фигурного катания в завязке? Говорят, твой лед стал слишком хрупким. Сонхун даже не повернул головы, но Джейк резко ответил за него: — Оставьте его в покое. У вас своих дел нет? — Дела? — Чонвон наконец оторвался от телефона, и его кошачий взгляд прошелся по компании Сонхуна с явным пренебрежением. — Наши дела всегда там, где нам интересно. А Хисыну сейчас очень интересно... наблюдать за переменами в чужих вкусах. Хисын в это время молча смотрел на Сонхуна. Он видел, как тот нервно крутит трубочку в стакане, и как тонкая цепочка на его шее блестит при каждом движении. В этот момент к их столу подошел староста потока — высокий, симпатичный парень, который уже давно пытался подкатить к Сонхуну. — Сонхун, привет! Помнишь, мы договаривались обсудить проект по истории? Может, сегодня вечером в библиотеке? Я угощу тебя ужином после. Сонхун замер. Это был шанс показать Хисыну, что он двинулся дальше. — Да, Минхо, я помню. Давай в семь, я буду... Договорить он не успел. Звук скрежета ножек стула об пол заставил всех вздрогнуть. Хисын резко поднялся, в три шага преодолел расстояние между столами и навис над Минхо. — В семь у него другие планы, — голос Хисына был тихим, но в нем слышался рокот приближающейся бури. — Прости? — Минхо растерялся, глядя на дерзкого новичка. — Мы с Сонхуном сами решим... — Я не спрашивал твоего мнения, — Хисын сделал еще шаг, вторгаясь в личное пространство парня. — Сонхун не ходит на свидания с теми, кто не может даже прямо смотреть ему в глаза. Исчезни, пока я добрый. — Хисын, прекрати! — Сонхун вскочил, его лицо залило краской — то ли от злости, то ли от смущения. — Ты не имеешь права распоряжаться моим временем! Хисын медленно повернулся к нему. В его глазах полыхнула такая неприкрытая, дикая ревность, что у Сонхуна перехватило дыхание. — Не имею права? — Хисын усмехнулся, но его губы дрогнули. — Ты носишь мой подарок, Сонхун. Ты спишь с моими воспоминаниями. И ты думаешь, я позволю какому-то выскочке занимать место, которое всегда было моим? Джей и Чонвон за соседним столом обменялись многозначительными взглядами — они знали, что если Хисын начал охоту, он не остановится, пока не выжжет всё вокруг. — Оно больше не твое! — выкрикнул Сонхун, чувствуя, как лед внутри него окончательно превращается в воду. — Ты сам его выбросил! — Тогда почему ты всё еще хранишь это серебро? — Хисын протянул руку, намереваясь коснуться воротника Сонхуна, но Джейк перехватил его запястье. — Руки убери, — холодно произнес Джейк. Атмосфера в кафе накалилась до предела. Студенты за соседними столами затихли, предчувствуя драку. Сону и Ни-ки уже были на ногах, готовые защищать Сонхуна, а Джей и Чонвон медленно поднялись со своих мест, принимая вызов. Хисын вырвал руку и посмотрел на Сонхуна долгим, тяжелым взглядом. — Хорошо. Прячься за ними. Но помни: колледж большой, а я очень терпеливый. Вечером я буду ждать тебя у выхода. И если ты не придешь — я приду к тебе домой. Ты же не сменил код на двери, правда? Сонхун замер. Его секрет был раскрыт. Хисын знал — он знал всё. Слова Хисына о коде на двери повисли в воздухе тяжелым свинцом. Сонхун почувствовал, как по спине пробежал холод, не имеющий ничего общего с кондиционерами кофейни. Он не менял код. Все эти два года он оставлял те же цифры — дату их первой серьезной ссоры, которую они когда-то поклялись забыть. Это было его тайным мазохизмом, маленькой нитью, которую он боялся обрезать. — Сонхун, о чем он говорит? — голос Сону дрогнул от беспокойства. — Откуда он знает твой адрес? Джейк не выпускал из виду Хисына, его ладонь всё еще была сжата в кулак. — Он блефует, Сону. Этот придурок просто пытается вывести нас из себя. Хисын лишь насмешливо выгнул бровь, глядя на то, как друзья Сонхуна пытаются его защитить. Он не выглядел агрессивным — он выглядел уверенным в своей победе. Рядом с ним Джей лениво допивал свой кофе, постукивая пальцами по столу в такт какой-то мелодии, а Чонвон с интересом рассматривал Ни-ки, словно изучал новый вид опасного насекомого. — Блефую? — Хисын перевел взгляд на Сонхуна, и его голос стал опасно мягким. — Спроси у него сам, Джейк. Спроси, кто выбирал цвет обоев в его спальне. Или кто дольше всех задерживался у его двери, когда он болел. — Замолчи, — выдохнул Сонхун. Его голос был едва слышен за шумом кофемашины, но Хисын услышал. Сонхун резко развернулся и бросился к выходу, расталкивая плечами студентов. Ему нужно было лишенное кислорода пространство, где не было бы этого запаха — парфюма Хисына, горького, с нотками табака и хвои, который мгновенно воскрешал в памяти школьные вечера. — Сонхун! Стой! — закричал Ни-ки, бросаясь следом, но Джейк придержал его за локоть. — Дай ему минуту. Ему нужно подышать. Сонхун вылетел на задний двор колледжа, где старые клены уже начали сбрасывать первую листву. Он прислонился спиной к холодной кирпичной стене и судорожно вдохнул, пытаясь унять дрожь в руках. Пальцы сами собой потянулись к шее. Цепочка. Она казалась раскаленной. «Почему я не снял её? Почему позволил ему увидеть?» — мысли метались в голове, как пойманные птицы. — Потому что ты всё еще ждешь, — раздался спокойный голос со стороны. Сонхун вздрогнул. У входа в парк стоял Чонвон. Он был один, без Хисына и Джея. Его руки были спрятаны в карманах широких брюк, а взгляд был непривычно серьезным для первокурсника. — Уходи, Ян, — бросил Сонхун, отворачиваясь. — Я не хочу говорить ни с кем из вашей компании. — Я пришел не ругаться, — Чонвон сделал несколько шагов ближе, останавливаясь на безопасном расстоянии. — Я видел, как Хисын сходил с ума эти два года. Он искал тебя по всем университетам страны. Он не просто дерзкий парень на байке, Сонхун. Он одержим. И если он решил, что вы должны встретиться в этом колледже — он добьется своего. Сонхун горько усмехнулся, глядя на серое небо. — Одержимость — это не любовь, Чонвон. Это болезнь. Расскажи ему об этом. — Расскажи ему сам. Сегодня в семь, — Чонвон развернулся, собираясь уходить. — И кстати... твои новые друзья. Они хорошие ребята. Но они не знают тебя настоящего. Они знают ледяного Сонхуна. А Хисын знает того, кто умеет гореть. Подумай об этом, прежде чем сменить код на двери. Чонвон исчез за поворотом так же тихо, как и появился. Сонхун остался один. Его трясло. Весь оставшийся день прошел как в тумане. На парах он не слышал ни слова профессоров. Он чувствовал на себе взгляды Сону и Джейка — они хотели расспросить, хотели помочь, но Сонхун закрылся в себе еще плотнее. В 18:45 колледж начал пустеть. Коридоры погрузились в сумерки. — Мы проводим тебя до дома, — твердо сказал Джейк, поправляя лямку рюкзака. — Ни-ки и я пойдем с тобой. Мы не оставим тебя один на один с этим психом. Сонхун посмотрел на своих друзей. Они были его щитом. Но он понимал: Хисын — это его личная война. И если он не закончит её сегодня, этот пожар сожжет всех вокруг. — Нет, — Сонхун покачал головой. — Идите домой. Пожалуйста. Мне нужно решить это самому. — Но Сонхун... — начал Сону, но Сонхун прервал его мягким, но решительным жестом. — Поверьте мне. Всё будет в порядке. Он дождался, пока друзья неохотно скроются в дверях метро, и медленно пошел к главному выходу. Сердце замирало при каждом шаге. На парковке было почти пусто. Только один автомобиль стоял прямо у ворот — тот самый, черный, хищный. Хисын сидел на капоте, скрестив ноги, и курил, глядя на заходящее солнце. Когда дверь колледжа скрипнула, он медленно повернул голову. Его взгляд не был насмешливым. В нем была такая концентрация боли и ожидания, что Сонхун на секунду забыл, как дышать. — Ты пришел, — выдохнул Хисын, спрыгивая на асфальт. — Я знал, что ты придешь. — Я пришел сказать тебе, чтобы ты исчез, — голос Сонхуна дрожал, несмотря на все усилия. — Оставь меня в покое, Хисын. У меня новая жизнь. Новые друзья. У меня всё хорошо. Хисын сделал шаг к нему. Сонхун не отступил, хотя всё его тело кричало о том, чтобы бежать. — У тебя всё хорошо? — Хисын горько усмехнулся, сокращая расстояние. Он протянул руку и, прежде чем Сонхун успел среагировать, выудил цепочку из-под его водолазки. — Тогда почему ты носишь это прямо у своего сердца? Почему ты не выбросил её в тот день, когда ушел? — Я просто... забыл о ней, — соврал Сонхун, чувствуя, как горячие пальцы Хисына случайно задевают его кожу. — Ложь, — прошептал Хисын, наклоняясь к самому его лицу. — Ты помнишь всё. Так же, как и я. И никакие Джейки или Сону не заставят тебя забыть вкус моих губ. В этот момент Сонхун понял: его ледяная крепость не просто дала трещину. Она рухнула, похоронив его под обломками прошлого.