Путин и Трамп

Владимир Владимирович Путин находился в полумраке своей гостиной, восседая в кресле. Окна были плотно зашторены тяжёлыми, изысканными занавесками, а единственным источником света служили тлеющие угли в камине, которые, хотя и горели, не давали тепла душной комнате. Владимир безразличным взглядом смотрел на догорающие поленья и время от времени без энтузиазма подносил к губам бутылку, которую лениво держал в правой руке. В Кремле он заявил о своём желании выспаться перед насыщенными рабочими днями, однако истинная причина была не в недостатке сна. Сон он давно научился контролировать, чего нельзя было сказать о чувствах. Мужчина осознавал, что появление на работе в таком состоянии не приведёт ни к чему хорошему. Через несколько минут он внезапно поднял свободную руку и несколько чопорным жестом ущипнул себя за переносицу, на мгновение прикрыв глаза. Он вспоминал совместно проведённые моменты: его улыбку, голос, жесты. Эти воспоминания одновременно согревали и причиняли боль, поскольку он не мог повторить их, Владимир Владимирович пообещал самому себе, что больше никогда не позволит себе такой слабости. В тишине вечера или в суете дня его мысли невольно возвращались к нему — к статному и серьёзному мужчине, управляющему огромным количеством штатов. Владимир не видел его уже более двух лет, но страстный и последний их поцелуй навсегда остался в его памяти, и никакие силы не могли заставить его забыть о нëм. Конечно, работа в Кремле, как и всегда, кипела. В эту ночь, 7 Мая, должны были приехать множество глав других стран, других религий. Необходимо было всем угодить и, соответственно, не ударить в грязь лицом. Песков общался с назойливым Зарубиным, Лавров с Ушаковым снова и снова обговаривали каждый шаг, сделанный без президента РФ. Переговоров как таковых не намечалось, просто формальный ужин и благодарность за визит в такой значимый для России день. Обычно Владимир Владимирович всегда присутствовал при визитах иностранных глав, поэтому у мужчин был небольшой стресс. Но Песков с Лавровым пытались успокоить друг друга, они изредка, по-дружески, гладили друг друга по спине, или когда не могли приблизиться, Лавров, как только ловил взгляд мужчины, подмигивал ему или улыбался и это помогало.                        **** Мужчина дышал ровно, но даже во сне выглядел напряжённым, будто думал о чём‑то серьёзном. Рядом на столике стоял большой стакан с остатками янтарной жидкости, а возле кресла — почти пустая бутылка. Проснулся Владимир не от звука, а из‑за боли: шея затекла и резко заныла, когда он попытался пошевелиться. В голове стучало, будто кто‑то бил молотком. Он с трудом разомкнул глаза. Сначала взгляд упёрся в потолок, потом скользнул по лепнине на карнизе и наконец остановился на стакане. Воспоминания о вчерашнем вечере путались, словно в тумане. Он не мог вспомнить, почему остался здесь, а не пошёл в спальню. Помнил лишь тяжесть мыслей, которая гнала сон проч. Владимир с трудом поднялся, тихонько кряхтя — совсем не по статусу. Ноги казались ватными, будто не своими. В кабинете пахло дорого: травами, старой кожей и какой‑то горьковатой ноткой. Путин прошёл в смежную ванную, не включая свет, и плеснул в лицо холодной воды. Это немного помогло прийти в себя. В зеркале он увидел будто чужого человека: под глазами — тёмные круги, а возле рта залегла жёсткая складка. Настольные, массивные часы показывали начало седьмого. Времени было в обрез. Владимир Владимирович двигался по квартире с отточенной годами механикой. Душ — короткий, ледяной. Завтрак— лёгкий и без жирностей. Костюм — тёмно-синий, безупречного кроя — лёг на плечи привычной бронёй. Галстук был завязан идеально ровным узлом. Ни одна деталь не должна выдать его томной ночи. Перед выходом он вернулся в кабинет. Окинул его быстрым, цепким взглядом: стол, заваленный папками, кресло с отпечатком его бессонной ночи, портрет на стене — он сам, в парадной форме, с непроницаемым взглядом. Этот взгляд сейчас смотрел прямо на него. Президент взял кожаный портфель, проверил телефон. Десятки людей уже ожидали главу Кремля. Дверь кабинета закрылась за ним с тихим щелчком. Он шёл по коридору к лифту — прямой, собранный, с прямой спиной и непроницаемым лицом человека, от которого зависят судьбы тысяч. И никто из тех, кто встретит его сегодня в коридорах власти, не должен был догадаться, что за этой маской спокойствия скрывается свинцовая усталость и глухое раздражение.                        **** — Неет, я не пойду к нему — Мотал головой Дмитрий Сергеич. — Ты придумал позвать его, ты и отдувайся. — Песков был на взводе. — Да не могу я, понимаешь ты или нет? — Быстро говорил Лавров, бегая глазами по бумагам. — Мне ещë нужно сейчас к журналистам выйти, а уже скоро идти встречать делегацию, а ещë через пять часов и он сам приедет, а Путин вообще ещë ничего не знает. — Госпади, как же ты потом заплатишь, за такой большой, пережитый мной стресс. — Застëгивая пиджак и поправляя волосы, причитал Песков. Лавров тихо посмеялся и чмокнув мужчину, направился разузнать про время прибытия. Раздался глухой стук в масивную дверь и из-за неë появился растерянный Песков. В руках у него была небольшая папка с документами, а галстук съехал в правую сторону. — Можно, Владимир Владимирович? — Пробубнил Песков. — Заходи, Дим. — Путин стоял около окна и наблюдал за птицами, сидящими на фасаде здания. — Я это. — Секретарь сделал несколько нервных шагов в сторону и начал перекатываться с пятки на носок. — Я хотел сказать — Он не мог смотреть в лицо Путину, было страшно и стыдно. Стыдно за то, что они не сообщили ему, что без его ведома, пригласили Дональда Трампа, а страшно из-за реакции Президента. — Говори уже. — Спокойно приказал мужчина. — Понимаете, мы составили, точнее когда мы составляли списки иностранных гостей на День Победы — Дрожащим голосом говорил Дима — Мы записали туда много стран, но когда давали вам этот список, там оказались не все. — Остановился Песков. За эту кароткую речь с него сошло семь потов и перед глазами пронеслось пол жизни. — А кого там не было?  — Как будто уже всё понимая, Путин начал расслаблять тугой галстук. Тишина длилась несколько десятков секунд и Дмитрий Сергеевич всё таки сказал: — Дональда Трампа. Владимир, прислонился к стене, начал растирать лицо, стремясь принять сказанное и сдержать подступающий гнев. — Зачем вы это сделали?! — спросил он, его голос был грубым, но недостаточно суровым, чтобы заставить Дмитрия искать укрытие. — Мы.. Мы не хотели, чтобы так получилось.— Дмитрий попытался объяснить, его слова звучали как оправдание, что только подливало масла в огонь. — Не хотели? А что вы хотели? Вы понимаете, что натворили? — Владимир оттолкнулся от стены, делая шаг в сторону Дмитрия, который инстинктивно отпрянул назад. — Мы думали, это поможет. Нам казалось, это правильное решение в этой ситуации. — Голос Дмитрия дрожал. — Правильное решение? В этой ситуации? Да что вы вообще знаете о этой ситуации?! —Владимир сжал кулаки, пытаясь удержать себя. Ему хотелось кричать, но он знал, что это бесполезно. Гнев сменился горьким разочарованием. Он посмотрел на Дмитрия, в его глазах читалась смесь жалости и презрения. — Что теперь? — спросил Владимир, понизив голос до опасного шепота. — Что вы предлагаете делать теперь? — Я… я понимаю, что это было ошибкой, — едва слышно пробормотал секретарь. — Но мы действовали из лучших побуждений. Мы хотели как лучше. — Лучших побуждений, — повторил Владимир, качая головой. — Дорога в ад выстлана благими намерениями, Дмитрий. Вы это доказали. И теперь мне расхлёбывать то, что вы натворили. Ладно, — произнёс он уже спокойнее. — Спорами ситуацию не исправишь. Вопрос в другом: что мы будем делать сейчас? И во сколько он приедет в Кремль? Дмитрий выпрямился, в его глазах мелькнула решимость. — Делегация будет через полтора часа, а сам Трамп через пять часов. — Господи, чтож вы раньше то мне не сказали! — Упрекнул его Путин. Дмитрий лишь опустил голову и нервно сглотнул. — Позови мне Лавров! — После того, как Песков услышал знакомую фамилию, он удивлëнно поднял взгляд и растерявшись, начал что-то неразборчиво бормотать. Дмитрий хотел сказать, что Сергей занят. — Иди зови, я сказал!  — Повысил тон Президент. — Но, Владимир Владимирович...— начал Песков, пытаясь подобрать слова, которые могли бы хоть как-то объяснить его замешательство. Он чувствовал, как холодный пот стекает по спине. — Никаких "но", Дмитрий Сергеевич! — отрезал Президент, его взгляд стал жестким, пронизывающим. — Вы меня ослышались? Я жду немедленного исполнения.— Песков понял, что дальнейшие препирательства бесполезны и только усугубят ситуацию. Он кивнул, резко развернулся и почти бегом направился к двери, чувствуя на себе прожигающий взгляд Президента.                              **** — Серëжа. — Песков ели нашëл Лаврова в большом здании. — Да, и приготовьте водичку на столах. — Мужчина не обращал внимания на друга, и продолжал командовать подготовкой. — Серëжа? Ты слышишь меня? — Продолжал Дмитрий. — Сергей! — Дим, ну занят я, понимаешь? — Нет, не понимаю. Тебя Путин вызывает к себе. — Зачем? — Встрепенулся мужчина. — Кофе блин попить — Усмехнулся Песков. — Злой он? — Лавров знал, что это очень рискованно, но желание наладить личную жизнь шефа, было больше. — А как ты думаешь?                                 ****   Весь день Путин был на нервах. Он подготовил речь, для выступления. Подготовил темы разговора на тет-а-тет. И подготовил небольшой подарок — Это были наручные часы. Путин решил, что лучший способ выразить своё глубокое отношение к Дональду — это, конечно же, сияющий хронометр!  На обратной стороне, словно секретное послание, была выгравирована дата их первой "серьёзной" беседы. А чуть ниже, малюсеньким шрифтом, напоминание: "Дружба — бесценное сокровище в нашей жизни".  Ну, кто бы мог подумать?  Видимо, это был намек на вечные ценности, а не на опоздания! Кажется, эти часы говорили больше, чем тысячи слов! — Трамп в Москве. — Вырвал Песков, Путина из своих мыслей. — Прости, не расслышал, повтори, пожалуйста. — Укладывая часы во внутренний корман пиджака, начал возвращаться к реальности, Владимир. — Дональд Трамп прибыл в Москву. — Сердце забилось сильнее, а дыхание немного сбилось. — Да, хорошо — Не показывая эмоций, Владимир Владимирович подошёл к столу и полез в ящик, уже за своими часами.                       **** Сидя в самолёте, Трамп смотрел в окно иллюминатора. Он видел много машин, охраны, камер, солдат из почëтного караула, переводчиков и он видел Путина, который выходил из машины и шëл к трапу, чтобы встретить его. Не как друга или приятеля, а как простого коллегу, такого же как и десятки или даже сотни других правителей. Дверь самолёта открылась, и свежий, чуть прохладный воздух ворвался внутрь. Трамп поднялся, поправил галстук. Время для размышлений закончилось. Теперь предстояло действовать. Он медленно двинулся к выходу, под вспышки фотокамер и пристальные взгляды охраны. Внизу, у трапа, его ждала история, которая вот-вот должна была быть написана Шаг, шаг, ещё шаг и вот... Вот их твëрдые, уверенные взгляды встретились, а руки соприкоснулись в долгом рукопожатии. Воздух вокруг них застыл, наполненный невысказанными словами и предвкушением чего-то нового, необратимого. Сердца стучали в унисон, отмеряя ритм этого особенного момента. Казалось, что весь мир исчез, оставив только их двоих. — Добрый день — Первым поприветствовался Дональд, Путин отметил про себя, что его слог слов стал намного лучше. — Здравствуйте. — Ответил Путин, слегка кивнув. Он чувствовал лёгкое напряжение, смешанное с ожиданием. — Я очень благодарен вам, что вы сегодня здесь, и что вы чтите такой великий праздник. — И я рад, что мы наконец-то смогли встретиться снова, Владимир. —  Слегка смущаясь, сказал Дональд. — Я тоже рад. — Они оба понимали, что за этим формальным обменом любезностями скрывалось гораздо больше. Напряжение в воздухе было почти осязаемым, но в то же время присутствовало чувство взаимного уважения и, возможно, даже лёгкой ностальгии по их предыдущим встречам. Дональд внимательно посмотрел на Путина, пытаясь уловить в его глазах хоть какой-то намёк на предстоящий разговор. Путин же, как всегда, был невозмутим, его лицо выражало смесь спокойствия и сосредоточенности. Несколько секунд они просто стояли, их рукопожатие продолжалось дольше, чем принято в протоколе, словно они пытались через это прикосновение передать друг другу невысказанные мысли и намерения. Затем, наконец, руки разошлись — Пройдёмте, Дональд, — произнёс Путин, указав на ожидающий автомобиль. — У нас есть о чём поговорить. — Предупредредил Трамп. — С удовольствием, Дональд! — Ответил Путин, кивнув. Они направились к машине, окружённые плотным кольцом охраны и журналистов, которые пытались запечатлеть каждый момент этой встречи. Каждый их шаг, каждое движение были под пристальным вниманием мирового сообщества.