Вне зоны доступа

Прошло шесть месяцев. Сеул накрыло золотой осенью, и воздух в городе стал сухим и прозрачным. Но внутри ледовой арены Мунхви время года не менялось никогда — там всегда царила вечная, бодрящая зима. Сонхун закончил свою утреннюю тренировку. Он плавно выехал к бортику, тяжело дыша, и стер пот со лба. На нем была простая черная водолазка, а на шее, под тканью, привычно покоилась серебряная цепочка. За этот полгода он прибавил в технике — его прыжки стали выше, а приземления — еще мягче. Тренеры говорили, что он стал «живым» на льду. — Хён, ты сегодня просто летал! — Сону подбежал к нему с бутылкой воды. — Джейк сказал, что твой каскад 4-3 был лучшим за всю неделю. — Спасибо, Сону-я, — Сонхун улыбнулся. — А где наши шумные? — На парковке, — хмыкнул Ни-ки, закидывая рюкзак на плечо. — Хисын купил новые диски для своей машины и теперь хвастается перед Джеем и Чонвоном. Они там устроили целый консилиум. Сонхун рассмеялся. Хисын за эти полгода почти не изменился — всё тот же дерзкий капитан, только теперь его энергия была направлена в мирное русло. Ну, почти всегда. Когда Сонхун вышел из здания арены, он сразу увидел их. Черный внедорожник Хисына сиял на солнце. Хисын сидел на капоте, о чем-то яростно споря с Джеем, а Чонвон лениво подбрасывал в воздухе ключи. Завидев Сонхуна, Хисын мгновенно замолчал. Его взгляд, до этого азартный и колючий, смягчился за доли секунды. — Мой чемпион вышел, — Хисын спрыгнул с капота и в три шага оказался рядом, по-хозяйски притягивая Сонхуна к себе за талию. — Замерз? Руки совсем ледяные. — Это каток, Ли, там обычно холодно, — Сонхун позволил себе расслабиться в его объятиях, игнорируя смешки друзей. — Поехали домой? — прошептал Хисын ему на ухо. — Я заказал ту самую острую курочку, которую ты любишь. И Сону с Ни-ки тоже приглашены, если пообещают не разбрасывать свои гетры по всей гостиной. Вечер в их общей квартире — небольшой, но светлой и уютной, прошел в привычном хаосе. Сонхун и Хисын съехались три месяца назад, и их жилье стало штаб-квартирой для всей семерки. В углу гостиной стояли клюшки Хисына, а на полках вперемешку с кубками за хоккей лежали медали Сонхуна. — Смотрите! — Сону ткнул пальцем в телевизор, где шел обзор спортивных новостей. — Снова крутят тот момент с финала Сонхуна. «Самое дерзкое признание в истории спорта». Вас до сих пор не забыли! — Еще бы, — Джейк откинулся на спинку дивана, потягивая сок. — После того, как Хисын отобрал микрофон у судьи, рейтинги фигурного катания взлетели до небес. Хисын, сидевший на полу у ног Сонхуна, довольно ухмыльнулся. — Я просто внес немного драйва в ваше стерильное искусство, верно, Пак? Сонхун лениво запустил пальцы в волосы Хисына, перебирая темные пряди. — Ты внес хаос в мою жизнь, Ли. Но я, кажется, к нему привык. *** Когда друзья наконец разошлись, оставив после себя гору пустых коробок и эхо смеха, в квартире воцарилась та самая тишина, которую они оба ценили больше всего. Сонхун стоял на балконе, глядя на огни ночного Сеула. Хисын подошел сзади, накидывая на его плечи свой теплый худи. — О чем думаешь? — спросил Хисын, обнимая его за плечи. — О том, что красная линия на льду была лучшим, что случалось в моей жизни, — тихо ответил Сонхун. — Если бы не тот ремонт арены, я бы так и остался льдом, который никто не решился растопить. Хисын развернул его к себе, заставляя посмотреть в глаза. В полумраке его взгляд был непривычно серьезным и глубоким. — Ты не был льдом, Сонхун. Ты был подснежником, который просто ждал своего солнца. И я чертовски горд, что этим солнцем стал я. Он достал из кармана что-то маленькое и блестящее. Это был новый брелок для ключей — маленькая серебряная шайба, на которой была выгравирована дата их первого столкновения на льду и надпись: «Мой единственный финал». — Теперь у каждого из нас есть свой трофей, — улыбнулся Хисын, вкладывая подарок в руку Сонхуна. Сонхун притянулся к нему для долгого, нежного поцелуя. В нем не было ярости их первых встреч в раздевалке. Только спокойствие, уверенность и бесконечная любовь. За окном шумел город, где-то на арене заливали новый лед для завтрашних тренировок, а здесь, в тепле их общего дома, двое парней наконец-то нашли свой идеальный баланс. Шрамы на льду затянулись, оставив после себя лишь крепкую, нерушимую связь. — Я люблю тебя, Хисын, — прошептал Сонхун в его губы. — А я тебя, мой ледяной принц. Навсегда.