Мои чувства между строк

Немного помявшись, Вячеслав заговорил: — Извините, — он бросил краткий взгляд на бейджик, что едва держался у Яновича на рубашке, — Мирон Федоров... Вы бы не могли подсказать какие-то произведения в жанре фэнтези? — продолжил Машнов, все разглядывая обложку той книги, которую пару минут назад вручил ему молодой человек напротив. У Федорова выступила едва уловимая улыбочка, которую он в ту же секунду стянул с лица, раздумывая над ответом. — Ну, хотелось бы первым делом отметить такую книгу, как «Властелин колец», лично для меня она стала первой в этом жанре и осталась самой любимой. Может, слышали о такой? Также сказал бы о таких книгах, как «Хроники Нарнии» или «Король былого и грядущего». Не знаю, понравится ли вам, но, как по мне, все перечисленное мною — вполне неплохие творения. Да и оценки у этих книг достаточно хорошие. Но это все зарубежное, а если хотите наше, отечественное, то могу посоветовать только «Дозоры» Сергея Лукьяненко, остальное не читал. Я больше иностранные книги люблю и, следовательно, их бы я посоветовал более настоятельно, — объяснял ему Мирон. Глаза сияли интересом, смешав в себе немалое количество чувств и эмоций, которые сейчас были невероятно чтимы. Видно, что Янович вдохновляется такими разговорами, коль уж при разговоре о книгах сияет ярче любого сапфира. — Спасибо вам большое, — ответил Слава, не сдержав довольно-таки напряженной, но тем не менее искренней улыбки. — Ко мне еще какие-то вопросы есть, или на этом всё? — спросил Федоров. — Нет, нет. Благодарю, — ответил Машнов, а после отошел к одному из столов, куда и присел, открывая книгу. Он прочел три страницы, а после вновь вернулся в начало, осознав, что читал эти страницы он не мозгом, а одними лишь глазами. Пускай Слава и был инициатором этого, но голова его была забита неким волнением после диалога с незнакомым человеком. Сам факт общения — о чем бы, с кем бы оно ни было — вызывал у Славы спектр самых различных эмоций: бывало, господствовали положительные эмоции, бывало, отрицательные все же преисполняли. Так вот, общение с Мироном относилось к первому пункту. Федоров хоть и был ему незнаком, но общаться с ним хотелось, причем неважно о чем: будь то светский диалог, политический, духовный, культовый или религиозный; казалось, Янович сумеет поддержать каждый из них. Изначально Машнову Федоров понравился лишь внешне — сейчас же внутри него понемногу селилось восхищение, и это было восхищение эрудированностью, которой в Мироне — пруд пруди. * Слава вновь прочел уже прочитанное, на сей раз уже внимая тексту, но совсем скоро вновь отвлекся; сквозь наушники, без которых, к слову, он не мог делать абсолютно ничего, Машнов услышал, что кто-то копошится рядом. Секунд десять он не смотрел, кто же там был, ибо это показалось ему больно уж неприличным, а после все же повернул голову: возле него стояла молодая девушка, которая, вероятно, желала к нему подсесть. Слава по уже выработанной привычке выключил музыку, чтоб в случае чего услышать обращение к себе. И, к слову, сделал он это не зря: буквально через несколько секунд к нему обратилась та же самая девушка. — Извините, я подсяду? — спросила она, заставляя парня вновь повернуть голову в свою сторону. — Конечно, — ответил он, слегка отодвигая свой стул от второго, на который должна была сесть она. Та девушка достала какую-то книгу, начала читать. Слава же продолжил читать свою, но уже с легким дискомфортом от того, что в его пространство, которое на заветные пару часиков должно было оказаться личным, вторглись. Ну а впрочем, внимания на нее он своего не обратил, чего не скажешь о самой девушке.