Ночь живых реликвий.

Леон мгновенно среагировал на алые точки, пляшущие по кафельным стенам. Он прижал ладонь к затылку Аноры, буквально вдавливая её в холодный пол. — Замри! — прошипел он ей на ухо. — Лазеры. Снайперы снаружи. Он перекатился, увлекая её за собой в узкое пространство между массивной плитой и раздаточным столом. Красный луч скользнул по нержавеющей стали прямо над их головами, оставив яркий блик. — Анора, слушай меня внимательно, — Леон вплотную приблизился к ней, его голос был предельно сосредоточенным. — Ползи за барную стойку. Главное, не поднимай голову выше уровня столешницы. Анора кивнула, её зубы выбивали дробь. Она видела, как Леон проверяет оставшиеся патроны. — А вы? — выдохнула она. — Я отвлеку их, — Леон коротко проверил углы обзора через щель в оборудовании. — Если они увидят движение в другом конце зала, лазеры уйдут за мной. Как только я дам сигнал — рывок к бару. Анора начала движение. Она ползла по-пластунски, чувствуя кожей холод кафеля. Каждый сантиметр давался с трудом, рукава халата окончательно порвались. Когда она достигла края кухонной зоны, Леон бросил в дальний угол зала тяжелую медную кастрюлю. Лазерные прицелы тут же метнулись на звук, прорезая полумрак ресторана. — Пошла! — скомандовал Леон. Анора рванула, перекатываясь за массивную стойку бара. В ту же секунду панорамное стекло ресторана разлетелось вдребезги под градом пуль. Звон осколков заглушил всё. Она вжалась в дерево, чувствуя, как над головой со свистом пролетают щепки. Леон оказался рядом через секунду, тяжело дыша. Он привалился спиной к стойке, прислушиваясь к звукам снаружи. Стрельба так же внезапно прекратилась, сменившись нарастающим гулом тяжелых ботинок по гравию у входа. — Они идут на штурм, — Леон посмотрел на Анору. — У нас есть минута, пока они не вошли в двери. Анора огляделась за стойкой и увидела на нижней полке ряды бутылок с крепким алкоголем и коллекцию сифонов. Леон почувствовал, как в воздухе зависло тяжелое предштурмовое затишье. Гул ботинок снаружи замер у самых дверей. Он понял: сейчас начнется зачистка.Блондин повернулся к Аноре, и его взгляд стал холодным, как лезвие ножа. В нем больше не было сочувствия — только чистый расчет оперативника. — Анора, закрой уши и не высовывайся, — бросил он, проверяя последний магазин. — Чтобы ни случилось, не поднимай головы, пока я не скажу. Двери ресторана вылетели с петель от направленного взрыва. В проем ворвались четверо оперативников «Амбреллы» в полном тактическом снаряжении, с ПНВ и штурмовыми винтовками. Первый же луч их фонарей мазнул по барной стойке. Леон не ждал. Он выкатился из-за укрытия, ведя огонь на поражение. Первый оперативник рухнул, не успев даже вскинуть ствол. Леон двигался невероятно быстро, используя перевернутые столы как временные щиты. Он был похож на тень, ускользающую от прицелов. Второй штурмовик вскрикнул, когда пуля Леона нашла щель в его бронежилете. Анора сжалась в комок за дубовой стойкой. Она слышала оглушительные выстрелы, звон бьющихся бутылок над головой и резкие выкрики наемников, которые явно не ожидали такого яростного сопротивления. Алкоголь из разбитых бутылок заливал пол, смешиваясь с пороховой гарью. Последний из нападавших попытался зайти Леону во фланг, но Леон, совершив акробатический кувырок через диван, оказался у него за спиной. Короткая вспышка — и в зале воцарилась тишина, нарушаемая только шипением разбитого сифона и тяжелым дыханием Леона. Он медленно поднялся, перезаряжая пистолет. Вокруг лежали тела в черной форме. Ресторан, который Анора так любила за уют, превратился в зону бойни. Леон подошел к барной стойке и протянул руку Аноре. Его лицо было забрызгано кровью, но рука не дрожала. — Всё. Чисто, — выдохнул он. — Но это был только авангард. Скоро здесь будет весь их батальон. Анора замерла, вжавшись спиной в дубовую стойку. Запах дорогого коньяка из разбитых бутылок смешивался с едким, удушливым запахом пороха и железистым ароматом свежей крови. Тишина, наступившая после грохота выстрелов, казалась оглушительной и неестественной. — Ты... ты их просто... — она не смогла договорить, её голос сорвался на всхлип. Она видела, как свет фонаря отражается в лужах крови на кафеле. Леон в этот момент выглядел не как спаситель, а как часть того самого кошмара, который ворвался в её музей. Его спокойствие пугало её больше, чем ярость монстров. Монстры были дикими зверьми, а он — отточенным инструментом для убийства. Анора инстинктивно отодвинулась глубже под стойку, обхватив себя руками. В её глазах читался первобытный страх перед этим человеком, который только что превратил ресторан в морг. — Кто ты на самом деле? — прошептала она, глядя на него снизу вверх. — Обычные полицейские так не умеют. Ты пришел сюда из-за них? Из-за «Амбреллы»? Леон медленно опустил руку, заметив её реакцию. Он не обиделся — он видел такой взгляд сотни раз. Это был взгляд гражданского, столкнувшегося с изнанкой его мира. — Я тот, кто вытащит тебя отсюда живой, Анора, — тихо, но твердо сказал он, убирая пистолет в кобуру, чтобы не провоцировать её еще больше. — Но если ты сейчас не встанешь, их следующая группа найдет здесь два трупа. Выбирай: бояться меня или бояться их. Он сделал шаг назад, давая ей пространство и возможность принять решение самой. Она медленно, преодолевая дрожь в коленях, поднялась из-за стойки. Её ладонь всё еще инстинктивно сжимала тяжелый фонарь — её маленькое, почти бесполезное оружие. Она сделала шаг к Леону, стараясь не смотреть на то, что лежало у его ног. — Хорошо, — её голос всё еще дрожал, но в нём появилась сталь. — Я иду с тобой. Но... не оставляй меня. Пожалуйста. Леон коротко кивнул. В его взгляде промелькнуло некое подобие уважения: не каждый гражданский находит в себе силы встать после такой бойни. Он подошел ближе и, не спрашивая разрешения, быстро проверил её состояние, коснувшись плеча. — Держись за спиной. Мы выходим через парадную лестницу — это самоубийство, но там больше пространства для маневра. Главное — добраться до внутреннего двора, там припаркован мой мотоцикл. Они вышли из разгромленного ресторана в холл. Огромная люстра над ними мигала, выбрасывая снопы искр. Тишина музея теперь была наполнена далеким воем сирен и рокотом вертолетов снаружи. — Анора, — Леон замер у подножия лестницы, прислушиваясь. — Слышишь? Сверху, с галереи второго этажа, донеслись тяжелые, механические шаги. Это не были люди и не были те быстрые твари. Это было нечто огромное, закованное в металл или плотную кожу, что медленно спускалось по ступеням, буквально проминая их своим весом. — Тиран... — прошептал Леон, и Анора впервые увидела, как его челюсть плотно сжалась. Леон рванул рычаг блокировки дверей лифта, создавая им лишние несколько секунд форы. Он тяжело дышал, но его голос прорезал тишину холла как выстрел:— Беги к мотоциклу! — он указал на черный байк, стоящий у фонтана. — Садись назад и не вздумай отпускать меня, что бы ни случилось! Анора рванулась к выходу, чувствуя, как под ногами хрустит разбитое стекло витрин. Она вылетела в ночной воздух внутреннего дворика. Здесь было непривычно тихо, только капала вода в разбитом фонтане и где-то вдалеке выли сирены. Она заскочила на заднее сиденье байка, вцепившись в холодный металл рамы. Сердце колотилось в горле. Через секунду из дверей музея вылетел Леон. Сзади него, в глубине холла, раздался жуткий грохот — Тиран приземлился на крышу лифта, смяв её как консервную банку. Леон запрыгнул в седло, мгновенно завел мотор. Рев двигателя разорвал тишину двора. — Держись! — крикнул он, когда тяжелая туша монстра показалась в дверном проеме, выламывая косяки плечами. Мотоцикл рванул с места, вздымая гравий. Анора мертвой хваткой обхватила Леона за талию, прижавшись к его спине всем телом. Ветер бил в лицо, вырывая слезы, а за спиной нарастал яростный рев упустившего добычу гиганта. Они пролетели через кованые ворота музея, едва не зацепив их боком. Сзади послышались выстрелы — это снайперы «Амбреллы» снова открыли огонь, но Леон мастерски закладывал виражи, уводя байк в лабиринт узких городских улочек. — Мы выбрались? — прокричала Анора ему в плечо, боясь открыть глаза. — Из музея — да, — отозвался Леон, не сбавляя скорости. — Но город заблокирован. Нам нужно найти безопасное место до рассвета, пока они не подняли в воздух вертолеты с тепловизорами. Он свернул в темный переулок и резко затормозил у старого заброшенного гаража.