Розовый глянец и паучий десерт

Меттатон замер, глядя на экран монитора, где камера №4 крупным планом выхватила момент: Кнайф, весь в розовом креме, кормит сияющую Лампочку последним кусочком пирога. В зале повисла тишина, а потом датчик «Гламура» на груди робота зашкалил и взорвался фонтаном блесток.— О-О-О ДА-А-А! — взревел Меттатон, отталкивая Папируса и прыгая со сцены прямо к паре. — ЭТО ЖЕ ЗОЛОТОЙ КОНТЕНТ! ЗАБУДЬТЕ О ПОНЧИКАХ! ПЕРЕД ВАМИ — НОВАЯ ПАРА СЕЗОНА! «ОСТРИЁ И СВЕТ»!Он бесцеремонно схватил Кнайфа и Лампочку под мышки и вытащил их обратно на сцену под прицелы всех камер.— ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, ЖЕСТЯНКА?! — взвыл Кнайф, пытаясь вырваться. — ОТПУСТИ, МЫ ПРОСТО ЕЛИ ПИРОГ!— ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ДОРОГУША! — Меттатон уже наводил на них розовый прожектор. — Твоя меланхолия! Её сияние! Это контраст десятилетия! Мы сделаем реалити-шоу! «Любовь на грани замыкания»!В этот момент на сцену вылетел Соник, чьи волосы буквально дымились от возмущения.— Эй! Какой ещё «Остриё и Свет»?! — закричал он, тыча пальцем в Меттатона. — Это мой Кнайф! Ну, в смысле... он из моей команды! Мы с ним порталы проходили! Почему их снимают, а меня — нет?! Я быстрее всех в этой студии, я должен быть главной звездой!— ДЕНЬГИ! — подал голос Кайл, вытирая крем с ушанки. — Если они становятся звездами, я требую долю как их агент! Я инвестировал в этот вечер свой единственный пончик! Меттатон, подписываем контракт: 70% мне, 30% — этим двоим на батарейки и заточку!— КАЙЛ, ТЫ ОПЯТЬ ЗА СВОЁ?! — Стэн устало приложил ладонь к лицу, стоя рядом. — У людей (и обжектов) тут чувства, а ты считаешь проценты!— ЧУВСТВА НЕ КУПЯТ МНЕ НОВЫЙ КОШЕЛЕК, СТЭН! — огрызнулся Кайл.Меттатон проигнорировал их обоих. Он уже нацепил на Кнайфа крошечную стразовую бабочку, а Лампочке вручил микрофон в форме звезды.— Улыбаемся, дорогуши! Весь Подземный мир смотрит на вас! Соник, милый, ты можешь поработать вентилятором на заднем плане, чтобы у Кнайфа красиво развевался капюшон!— ВЕНТИЛЯТОРОМ?! — Соник едва не лопнул от ярости. — Я — ГЕРОЙ МИРА, А НЕ КУСК ТЕХНИКИ! Кнайф, скажи ему! Скажи, что ты хочешь сниматься со мной!Кнайф посмотрел на разъяренного Соника, на жадного Кайла, на сияющего Меттатона и, наконец, на Лампочку. Она выглядела такой счастливой от всей этой суеты, что даже начала светиться в такт музыке шоу.— Знаешь, Соник, — Кнайф поправил бабочку и вдруг хитро прищурился. — Быть «вентилятором» тебе очень идет. И вообще, Меттатон платит пирогами. Так что... Кайл, оформляй бумаги. Но 50 на 50, или я тебя порежу.— КНАЙФИ-И-И! МЫ БУДЕМ ЗВЕЗДАМИ! — Лампочка так крепко обняла Кнайфа, что его металл жалобно звякнул.Соник стоял с открытым ртом, глядя, как его «колючий друг» уходит в мир большого шоу-бизнеса под руку с электрической лампой.— Ну всё, — буркнул Соник. — Теперь мне точно придется учиться готовить спагетти у Папируса, чтобы хоть как-то привлечь внимание камер...