Ковш/ Плуг/ Большая Медведица/ Бэйдоу

В этот миг Юэ Динтан передумал о многом. Он думал о том, что Лин Шу может внезапно упасть в обморок или вдруг громко расхохотаться, хлопая себя по бёдрам и говоря, что это была шутка. В конце концов, этот тип по фамилии Лин был именно таким несносным пересмешником. Он думал о том, чтобы резко оттолкнуть Лин Шу и нравоучительно заявить, чтобы тот и не мечтал соблазнить его своей красотой, что он не купится на эти уловки; а затем при свете фонаря насладиться выражением замешательства и обиды на лице этого проныры. Он даже думал о том, чтобы ответным движением прижать собеседника к стене, перехватив инициативу и перейдя от обороны к нападению (反客为主，反守为攻 — фань кэ вэй чжу, фань шоу вэй гун: идиомы о смене ролей с пассивной на активную). Но сколько бы он ни думал, реальность менялась быстрее. В следующую секунду Лин Шу не упал в обморок и не расхохотался, зато с другого конца туннеля донёсся дробный, беспорядочный топот шагов. Реакция Юэ Динтана была мгновенной: первым же выстрелом он разбил стоявший рядом фонарь! Раздался треск и единственный источник света исчез. Пришедшие, казалось, были напуганы этим звуком: шум мгновенно стих. Пока неясно, друг перед тобой или враг, это было лучшим решением. Юэ Динтан почувствовал, что Лин Шу тоже затаил дыхание. Он мягко обхватил запястье спутника. Тот ловко вывернулся и в ответ похлопал его по руке: безмолвный знак того, что с ним всё в порядке. — Мы что, свернули не туда? Неподалеку впереди раздался голос. Громкость была намеренно приглушена, но слова всё равно долетели до их ушей. Юэ Динтан не мог разобрать, кто это, и продолжал сосредоточенно слушать. — Всё верно, мы зашли через выход. Тан Юйлинь в свое время уходил именно здесь! Стоило этому голосу зазвучать, как оба поняли, кто перед ними. Старая знакомая, Чжэнь Цунъюнь, старшая молодая мисс Чжэнь. Юэ Динтан никак не мог взять в толк. Богатства семьи Чжэнь вполне хватало, чтобы мисс Чжэнь жила в свое удовольствие как светская львица. Её мелкой хитрости и изворотливости вполне хватило бы, чтобы придумывать новые способы траты денег на роскошь и задавать модные тренды. Даже если замужество оказалось неудачным, сейчас уже не те старые времена, когда женщинам запрещалось разводиться и выходить замуж повторно; сколько светских дам выходят замуж по второму и третьему разу: пока партия удачна, они по-прежнему сорят деньгами и живут в свое удовольствие. Но мисс Чжэнь предпочла иной путь: втайне от семьи сбежала за тысячи ли, да еще и с молодым русским. Впрочем, эта женщина всегда была капризной и обладала странным нравом. Когда-то третья сестра, Юэ Чуньсяо, по чьей-то рекомендации хотела представить ему мисс Чжэнь, он вежливо отказался, не желая иметь с этой девицей ничего общего. Кто же знал, что судьба сделает круг и снова свяжет их на Северо-Востоке. Свет нескольких фонарей мерцал, отбрасывая на стены силуэты разной высоты. — Когда Тан Юйлинь приказал пробить этот туннель, он подготовился на славу: один тупик, чтобы разделаться с врагами, один путь к спасению, чтобы выбраться самому. А на случай, если снаружи выход перекроют, есть еще тайная комната с запасами зерна и воды: там можно просидеть дней десять. Родовое кладбище семьи Гуань как раз поблизости, старик наверняка давно про это пронюхал, иначе не заставил бы Юаня Саньсы караулить неподалеку! Тон Чжэнь Цунъюнь был очень уверенным. — Я сначала не знала, где вход в тайный ход, поэтому долго искала. К счастью, Юань Саньсы сам прыгнул в сети, ха-ха-ха! Юань Саньсы. Юэ Динтан второй раз слышал это имя. Он не знал настоящего имени Старого Юаня, но интуиция подсказывала: Чжэнь Цунъюнь говорит именно о нем. Судя по звуку шагов, с Чжэнь Цунъюнь было как минимум пять-шесть человек. Значит, Старый Юань, столкнувшись с ними, оказался в беде? Множество мыслей промелькнуло в голове; когда человек рядом слегка шевельнулся, Юэ Динтан мгновенно это почуял и прижал его руку. Лин Шу вовсе не из-за упоминания Старого Юаня потерял самообладание, он просто хотел кашлянуть. Зуд в горле рвался наружу, и ему стоило огромных усилий подавить его; он прижал кулак к губам, плотно нахмурившись. Оба бесшумно поднялись, скрываясь в тенях. Юэ Динтан крепко сжимал пистолет, выжидая момент. У Лин Шу пистолета не было, его единственным оружием оставался короткий нож, оставленный Старым Юанем. Убежать не получится. Да они и не собирались. Превратить пассивное положение в активное возможно, это их лучший шанс. Юэ Динтан ждал этого шанса. — А-а-а!!! Чжэнь Цунъюнь внезапно издала короткий вскрик. Она обнаружила труп Иванова. Пятеро или шестеро людей пробежали мимо неё. — Иван! Это Иван! Чжэнь Цунъюнь опустилась на колени, осторожно обнимая Иванова. Свет фонаря упал на кровавую дыру в его лбу. Красивое лицо застыло с открытыми глазами — он умер, не успев их закрыть, но лазурные глаза уже потеряли блеск, превратившись в «глаза мертвой рыбы». Пора! Юэ Динтан не мог ждать, пока они придут в себя и начнут обыск. Тот миг, когда противник потрясен видом трупа, лучшее время для атаки. Но одна тень оказалась быстрее него! Лин Шу бросился вперед; его короткий кинжал вонзился в спину ближайшего человека, а рука мертвой хваткой обхватила шею жертвы. Когда остальные опомнились и начали стрелять в эту сторону, Лин Шу использовал это тело как живой щит, выиграв еще несколько секунд! Он толкнул труп на врагов, держа в руках отобранный у него пистолет. Бам! Бам! Бам! Беспорядочные выстрелы зазвучали один за другим. Три выстрела сделал Лин Шу, еще четыре люди Чжэнь Цунъюнь. Лин Шу не целился в людей: его три пули разбили три фонаря противника. Окружающее пространство мгновенно погрузилось во тьму. Человек, внезапно оказавшийся в темноте, легко теряется и лишается способности судить здраво; даже опытному стрелку требуется хотя бы полсекунды, чтобы сориентироваться. Если бы Лин Шу начал стрелять по людям, то при всей его скорости и меткости он мог бы уложить еще одного-двух, но сам неизбежно превратился бы в «решето». Но, погасив свет, он дал себе и напарнику шанс переломить ситуацию. В темноте то и дело слышались испуганные возгласы. Юэ Динтан вступил в бой. Он запомнил расположение каждого человека и их возможные движения до того, как погас свет. Эти образы стояли перед глазами, позволяя ему в течение коротких тридцати секунд наносить удары один за другим, устраняя противников. В темноте шёл рукопашный бой, люди сходились грудь к груди. Позицию противника определяли только по звуку. Патроны закончились. Ветер от удара кулаком пронесся у затылка; Юэ Динтан инстинктивно пригнул голову, уклоняясь от удара, развернулся и нанес удар ногой, попав точно в ребра противника. Не колеблясь и доли секунды, он бросился сверху, обхватил голову врага обеими руками и резко крутанул. Раздался хруст и противник затих. Юэ Динтан тут же подобрал его пистолет. Хаос постепенно утихал, так как врагов становилось всё меньше и меньше. Те боялись задеть своих, поэтому, имея оружие, не решались стрелять, что обернулось преимуществом для Юэ Динтана. — Не двигаться! Голос Чжэнь Цунъюнь прозвучал внезапно. Юэ Динтан, не раздумывая, вскинул пистолет, целясь в сторону звука. В этот же миг вспыхнул фонарь. Его зажёг Лин Шу. Потому что к его затылку был приставлен пистолет. И хозяйкой этого пистолета была Чжэнь Цунъюнь. Трое людей. Двое с пистолетами. Юэ Динтан мог одним выстрелом убить Чжэнь Цунъюнь. Чжэнь Цунъюнь могла одним выстрелом убить Лин Шу. Лин Шу, оказавшись посередине, нашел в себе силы улыбнуться Юэ Динтану. — Я тут ни при чем, мисс Чжэнь заставила меня зажечь свет. Его плечо было в крови. У Юэ Динтана дрогнуло веко. Кровавое пятно расплывалось по светлой одежде, и оно продолжало расти. Огнестрельное ранение. Когда Лин Шу гасил свет, в него тоже попали. Иными словами, он купил эти драгоценные минуты темноты ценой этого ранения, застав врага врасплох. По сравнению с относительным спокойствием этих двоих, Чжэнь Цунъюнь была почти в бешенстве. Прелестное лицо побелело от ярости, глаза налились кровью. В своих брюках и пальто Чжэнь Цунъюнь уже не напоминала ту блистательную светскую львицу из Шанхая. — Брось пушку, иначе я его убью! Дуло её пистолета больно уткнулось в затылок Лин Шу. Лин Шу со вздохом произнёс: "Мисс Чжэнь, ваши братья сгорают от тревоги из-за вашего побега. Перед нашей поездкой на Северо-Восток ваш старший брат специально поручил нам: если встретим вас, обязательно вернуть домой. Зачем вам бросать благополучную и мирную жизнь в Шанхае и ехать сюда «глотать ветер и пить дождевую воду»? Чжэнь Цунъюнь холодно усмехнулась: "Кто убил Ивана? Это ты?" Лин Шу соврал: "Не мы. Когда мы пришли, он уже был мертв". — Ты лжешь! — резко выкрикнула Чжэнь Цунъюнь. — Не подходи! Если хочешь, чтобы он сдох, только попробуй подойти! Вторая часть фразы была обращена уже к Юэ Динтану. — Мисс Чжэнь, он всего лишь мой подчиненный, в лучшем случае нас связывает старая школьная дружба. Ваша попытка угрожать мне им, поступок не самый мудрый, — бесстрастно произнес Юэ Динтан, ни на миг не опуская пистолет. Чжэнь Цунъюнь злобно оскалилась: "Вот как?" Едва эти два слова слетели с её губ, она тут же выстрелила Лин Шу в ногу и мгновенно снова приставила дуло к его затылку. Лин Шу глухо охнул; раненая нога подогнулась, и он упал на одно колено. Юэ Динтан, только что сделавший полшага вперед, замер. Эта женщина обезумела. Его сердце сжалось; он этого не предвидел. — Если бы тебе было плевать, ты бы выстрелил в тот же миг, когда я начала угрожать. Но ты этого не сделал, а значит, правда прямо противоположна твоим словам. Мужчины — существа, у которых на языке одно, а на уме другое! Чжэнь Цунъюнь впилась взглядом в молчащего Юэ Динтана. — Спрашиваю еще раз: кто убил Ивана? Казалось, стоило Юэ Динтану произнести имя Лин Шу, как она без колебаний выстрелит тому в затылок. — Это господин Лю. Но Юэ Динтан дал ей неожиданный ответ. — Рядом с Иваном лежит труп, ты сама видела. Это человек по фамилии Лю из городской управы Фэнтяня. Это он убил Иванова. Когда мы с ним зашли сюда, Иванов как раз схватил Лин Шу и требовал выдать местонахождение сокровищ. Иванов хотел нас убить, и господин Лю застрелил его. Я же, чтобы присвоить сокровища себе, просто убрал свидетеля по фамилии Лю. А потом пришли вы. Мрачный взгляд Чжэнь Цунъюнь метался между ним и Лин Шу, и вдруг она расхохоталась. — Вот оно что, вот оно что! Я давно заметила, что между вами что-то не так, мне следовало догадаться раньше! Юэ Динтан в душе считал, что эта женщина окончательно лишилась рассудка; видя её беспричинный смех, он не выказал удивления. Кто же знал, что её следующая фраза застанет его врасплох. — Юэ Динтан, все вокруг твердят, какой ты невозмутимый, степенный, благородный, с прекрасным происхождением и чистой репутацией, ну прямо идеальная партия. Но они, небось, и представить не могли, что четвертый молодой господин семьи Юэ окажется таким однолюбом! Сказав это, Чжэнь Цунъюнь расхохоталась в одиночестве. Выражение лица Юэ Динтана не изменилось, он по-прежнему спокойно смотрел на неё. Словно здравомыслящий человек стоит у стен сумасшедшего дома и наблюдает за пациентом внутри. Заметив его взгляд, Чжэнь Цунъюнь мгновенно оборвала смех. — Брось пистолет. Подойди и свяжи ему руки, иначе я прострелю ему вторую ногу. Ты знаешь я слов на ветер не бросаю! ПРИМЕЧАНИЕ ПЕРЕВОДЧИКА: Да, это Иван Иванов, так и есть.