Академия «Сильва»

Режим «мармеладного контроля» вступил в силу немедленно. Уже к двум часам дня «Семерка» осознала всю тяжесть своего поражения: Намджун обнаружил, что его любимая трибуна в лекционном зале занята Чеён и её сохнущим холстом, а Джису умудрилась официально переименовать старостат в «Комитет по защите прав маляров и любителей кошек». Однако настоящая катастрофа назревала на кафедре музыкального искусства. Музыкальный класс №3. 15:40. Юнги сидел за роялем, упершись лбом в клавиши, отчего инструмент издавал унылый, затяжной гул. Дженни сидела рядом на банкетке, методично перебирая струны скрипки. — Мин Юнги, если ты сейчас же не поднимешь голову, я сыграю соло на треугольнике прямо над твоим правым ухом. И поверь, я сделаю это фальшиво, — пригрозила она. — Ким Дженни, пощади, — приглушенно отозвался Юнги, не меняя позы. — Мой мозг всё еще помнит тектоник Намджуна под Канта. Это глубокая ментальная травма. Мне нужен покой. И тишина. — Покой будет на каникулах. А сейчас — смотри, — Дженни бесцеремонно схватила его за плечо и потянула вверх. — Я переписала финал. Твоя мрачная готическая тема в миноре теперь плавно переходит в агрессивное танцевальное танго. Юнги прищурился, глядя на исписанный нотный лист, который она сунула ему под нос. Чернила слегка размазались, а в углу красовался маленький, корявый рисунок авокадо. — Танго? — Юнги скептически поднял бровь. — Мы пишем партитуру для академического релиза, Ким, а не для шоу «Танцы со звездами». — Это экспрессия, Мин! — Дженни дерзко подалась вперед, их лица оказались подозрительно близко, и Юнги снова уловил тот самый едва заметный запах клубничного мыла, который преследовал его с восьми утра. — Слушай ритм. Она резко ударила по клавишам нижнего регистра, задавая мощный, синкопированный темп. Юнги замер на секунду, его пальцы на автомате подхватили мелодию в верхнем ключе. Звуки рояля заполнили класс — это было темно, резко, но невероятно живо. Дженни победно улыбнулась, продолжая играть с ним в четыре руки. — Ну что, мрачный гений? — выдохнула она, когда последний аккорд затих. — Всё еще хочешь вернуть свой скучный минор? Юнги посмотрел на её руки, всё еще лежащие на клавишах рядом с его ладонями, потом перевел взгляд на её сияющие глаза. — Ладно, — тихо буркнул он, отводя взгляд, чтобы скрыть внезапно проступившую ухмылку. — Твое танго имеет право на существование. Но носки с котиками ты мне больше не припоминаешь. Это коммерческая тайна. — Договорились, — Дженни весело рассмеялась и забрала ноты. — Пошли искать Лису, пока она не заставила Чонгука перекрасить ректорскую машину в розовый. Главный двор академии. 16:15. Угроза Дженни была недалека от истины. В главном дворе, прямо у фонтана, Чонгук и Лиса ожесточенно спорили, стоя перед огромным рекламным щитом предстоящей выставки искусств. — Манобан, это официальный баннер академии! Мы не можем наклеить туда стикер с Лео! — Чонгук пытался отобрать у Лисы пачку глянцевых наклеек. — Чон, ты не понимаешь в маркетинге! — Лиса ловко увернулась, подпрыгнула и припечатала изображение розового кота прямо поверх строгого логотипа «Сильвы». — Смотри, как освежает! Теперь студенты хотя бы захотят прийти на твою унылую готическую выставку. — Унылую?! — Чонгук возмущенно выдохнул, делая шаг к ней и перехватывая её за запястья. — Я работал над этой фреской две недели! — И лучшая её часть — это мой кот, — Лиса дерзко заглянула ему в глаза, даже не пытаясь вырваться из его хватки. — Признай это, Чон Чонгук. Без Коалиции ваша «Семерка» увязла бы в собственном пафосе и протеиновых батончиках. Чонгук на мгновение замолчал, глядя на её вызывающую улыбку. Ветер растрепал её челку, а на щеке всё еще виднелся крошечный след от розовой гуаши, который она забыла смыть. — Ладно, — Чонгук медленно отпустил её руки, но ухмыльнулся своей фирменной, слегка хищной улыбкой. — Кот действительно добавил... концептуальности. Но за это ты сейчас идешь со мной в студенческое кафе и сидишь там, пока я пью свой заслуженный американо. Считай это налогом на рекламу. — Налогом? — Лиса склонила голову набок. — Ладно, Кролик. Но пирожное платишь ты. Студенческое кафе «У Джичу». 17:00. Кафе академии было оккупировано Коалицией целиком. Намджун и Джису сидели за угловым столом, заваленным юридическими распечатками. Намджун выглядел как поверженный император, который смирился со своей участью. — Джису, статья 14.3 устава не предполагает, что староста обязан приносить мармеладных червяков на каждое заседание, — слабо протестовал он. — Намджуни, — Джису невозмутимо перевернула страницу справочника. — Там написано «обеспечить участников необходимыми канцелярскими и стимулирующими материалами». Глюкоза — это стимулятор мозга. Всё законно. Подписывай протокол. Намджун вздохнул и поставил размашистую подпись. Джису победно зашуршала пачкой сладостей. Рядом Чимин сидел на стуле, закинув руки за голову, и с явным удовольствием наблюдал, как Чеён бережно протирает его испачканный в гуаши пиджак влажной салфеткой. — Сильнее три, Розочка, там фиолетовый акрил, — лениво давал указания Чимин. — Если ты не замолчишь, Смайлик, я добавлю туда еще и зеленую масляную краску, — проворчала Чеён, но салфетку не бросила. — Скажи спасибо, что я вообще согласилась реанимировать твой гардероб. — Я безумно благодарен, Муза, — Чимин подмигнул ей, отчего Чеён слегка смутилась и с усердием принялась тереть ни в чем не повинный лацкан. В этот момент в кафе вошли Юнги и Дженни, а следом за ними — Чонгук и Лиса, шумно спорящие о том, заслуживает ли Лео отдельного стенда на выставке. Джин, сидевший у окна и рассматривавший свое отражение в витрине, поднял бокал с молочным коктейлем: — Приветствую триумфаторов! Юнги, Дженни, ваш дуэт уже обсуждают на кафедре. Говорят, из музыкального класса доносились звуки страсти и разбитых стереотипов. Юнги едва не споткнулся на ровном месте. Дженни же спокойно прошла к столу, забрала у Чимина одну мармеладку и победно объявила: — Мы просто переписали историю этой академии в ритме танго. Смиритесь, мальчики. Намджун посмотрел на Джису, затем на Чонгука, у которого из кармана куртки подозрительно торчал розовый стикер, на Чимина, который буквально таял под взглядом Чеён, и, наконец, на Юнги, который впервые за три года в академии не выглядел уставшим от жизни. Лидер «Семерки» поднял свой стакан с аспирином, который уже превратился в обычную воду: — Знаете что... Пусть будет Коалиция. По крайней мере, с вами здесь стало намного веселее, чем с Кантом. Лиса рассмеялась, усаживаясь за стол прямо напротив Чонгука, и победно подняла вверх мармеладного червяка: — За Коалицию! И за то, чтобы правила существовали только для того, чтобы Джису находила в них лазейки!