AirBorn

Пятница следующей недели встретила Чонгука по-настоящему крутыми новостями: сегодня Намджун и Джин проходили практику в одной связке. Но самое главное — Тэхену удалось выбить разрешение не просто наблюдать, а подняться на вышку. Прошлая неделя выдалась изматывающей. Учеба давила бетонной плитой, и Чонгук почти не видел ребят, пропадая в библиотеке среди бесконечных схем радиочастот и навигационных карт. Благо, «банда» не давала ему утонуть: Хосок терпеливо объяснял, как строятся маршруты, Сокджин на пальцах показывал принципы работы связи, а Чимин и вовсе в шутку пытался переманить его на свою специальность бортпроводника, обещая жизнь без лишнего стресса. Но Чонгук был тверд. Он знал, ради кого грызет этот гранит. Сразу после пар его перехватил Тэхен — весь сияющий, в слегка мятой рубашке и с копной растрепанных ветром волос. — Наконец-то ты вышел! Пойдем быстрее, Джун вот-вот вырулит на полосу, — он активно замахал рукой, подзывая младшего. И Чонгук пошел. Он шел за этим парнем, который казался ему воплощением самого солнца Дейтоны — таким же ярким, свободным и недосягаемо высоким. Они быстро добрались до летного поля. Тэхен буквально дотащил Чонгука до входа в вышку управления, передал его с рук на руки Сокджину, а сам внезапно испарился. Как выяснилось позже — удрал к Намджуну, чтобы занять кресло второго пилота. — Гуки, ну как ты? Готов к погружению? — Сокджин встретил его мягкой улыбкой, сразу увлекая за собой в святая святых диспетчеров. Они расположились за огромным пультом, усыпанным экранами и кнопками. Джин действовал уверенно и спокойно: помог Чонгуку надеть тяжелую гарнитуру и подключил его к своему каналу. В это время на мониторах уже отобразилась точка — Намджун и Тэхен заканчивали проверку систем в кабине. — Девять-ноль-два, ветер стабильный, небо чистое, видимость идеальная. К вылету готов, — произнес Сокджин. Его голос мгновенно стал профессионально-стальным, а взгляд, направленный на Чонгука, заставил того невольно затаить дыхание. — Борт девять-ноль-два, принял. Взлетаем, — раздалось в наушниках. Голос Намджуна звучал уверенно, а на заднем фоне Чонгук готов был поклясться, что слышит восторженное сопение Тэхена. Самолет начал разбег. Чонгук, не проронив ни слова, припал к панорамному окну. Он смотрел, как белокрылая машина отрывается от бетона и уходит в бесконечную синеву Флориды. Они и впрямь летели. Полет длился около сорока минут, но для Чонгука они пролетели как одно мгновение. Он завороженно наблюдал за точкой на радаре и за тем, как профессионально Сокджин корректировал их курс. Когда колеса «Цессны» наконец мягко коснулись полосы, Чонгук поймал себя на том, что его ладони вспотели от волнения, будто он сам сидел за штурвалом. — Девять-ноль-два, посадка совершена. Добро пожаловать на землю, — буднично произнес Джин, отключая связь, и тут же расплылся в своей привычной широкой улыбке. — Ну что, Гуки, не укачало от одного вида? Чонгук только помотал головой, не в силах скрыть восторга. Через пятнадцать минут они встретились у выхода с летного поля. Тэхен выскочил из здания аэровокзала первым, всё еще поправляя воротник форменной рубашки. Его лицо раскраснелось, а глаза горели так, будто он только что покорил Эверест. — Видел?! Видел, как мы зашли? — он с ходу налетел на Чонгука, приобнимая его за плечи и чуть не сбив с ног. — Намджун просто зверь, а не пилот! — Видел, — рассмеялся Чонгук, чувствуя, как от Тэхена исходит жар и едва уловимый запах озона. — Выглядело очень круто. Вскоре к ним подтянулись остальные. Намджун выглядел чуть уставшим, но довольным, а Хосок и Чимин уже вовсю планировали вечер. — Так, закругляемся с восторгами, — скомандовал Юнги, который ждал их у своей машины, прислонившись к дверце. — Пицца сама себя не съест, а мой желудок уже начал исполнять симфонии. Они распределились по машинам и двинулись в сторону дома Юнги. Квартира Юнги была, пожалуй, самым уютным местом во всей Дейтоне: повсюду лежали виниловые пластинки, стояла пара гитар и было невероятное количество мягких подушек — именно то, что нужно после тяжелого дня. Когда три огромные коробки с пиццей были торжественно водружены на низкий журнальный столик, в комнате наступила минутная тишина, нарушаемая только шуршанием картона и шипением открывающихся банок с газировкой. — Знаете, — подал голос Чимин, вытягивая кусок с тягучим сыром, — я сегодня смотрел на вас и подумал: через пару лет мы реально будем держать всё небо над миром. — Главное, чтобы Тэхен к этому времени научился различать право от лево, — подмигнул Намджун, за что тут же получил по руке пустой коробкой. — Да это было единожды!! Тэхен устроился на полу прямо у ног Чонгука, который сидел на диване. Он расслабленно откинул голову назад и вздохнул коснувшись затылком колена младшего, и прикрыл глаза. — Всё будет, — негромко сказал Тэхен, и в его голосе не было ни капли привычного шутовства. — Мы только начали. Чонгук посмотрел на него сверху вниз, на жующих и спорящих друзей, на гитары в углу и на заходящее за окном солнце. В этот момент липкая жара, гул двигателей и бесконечные учебники казались лишь фоном для чего-то по-настоящему важного. Он наконец-то был дома.