Профиль доверия

Глава 2.

Нил свалил из злосчастного магазина как можно быстрей. Но путь до дома, который казался легкой прогулкой изначально, превратился в настоящую пытку. Четыре пакета – не предел его силы, но было уж слишком неудобно тащить их в руках. Дорога обратно заняла два раза больше времени, чем туда. Затащив пакеты в квартиру Нил оставил их на кухне, а сам доковылял до зала и плашмя рухнул на диван, лицом в холодную обивку. Этот поход в магазин определенно стоил того, чтобы занести его в список личных катастроф. Во-первых, теперь он был обязан приглядывать за той семьей – профайлер внутри него уже начал рисовать схему их домашнего ада, и просто так «отключить» это видение не получалось. Во-вторых, Эндрю Миньярд. Нил перевернулся на спину и уставился в потолок. «Гражданское лицо». Миньярд назвал его «гражданским» с таким пренебрежением, будто это было клеймо позора. Нилу до безумия хотелось увидеть, как расширятся эти медовые зрачки, когда через месяц он переступит порог участка не как случайный свидетель, а как ведущий специалист. В Балтиморе Нил привык, что детективы сначала смотрят на него свысока, а потом приходят за советом, когда дело заходит в тупик. Его тянуло разгадать именно взгляд блондина. Лицо Миньярда было подобно каменному изваянию – застывшая маска безразличия, которую не пробила даже истерика сумасшедшей мамаши. Но глаза… В них была глубина, которую Нил пока не мог классифицировать. И это злило. Он закрыл глаза и провалился в сон. Казалось, что ему снилось все и ничего одновременно. По пробуждению примерно через полтора часа он не смог вспомнить каких-то конкретных картин, а лишь свои собственные эмоции: тревога, не понимание и какое-то напряжение, источник которого он не понимал. Но нужно подниматься с дивана и разбирать брошенные на кухне пакеты, а то еще испортится что-нибудь. Нил вернулся на кухню и принялся монотонно разбирать пакеты, распределяя продукты по пустым полкам. Крупы и каши отправились в верхний ящик справа – там им было самое место. Хлебницы в этом доме еще не водилось, так что хлеб временно перекочевал в соседний шкаф. Молоко, нарезка и ягоды заняли свои позиции в холодильнике, чей стерильный белый свет казался Нилу слишком ярким. После скандала в магазине аппетит пропал окончательно. Желудок сводило от голода, но мысль о еде вызывала лишь глухое раздражение. Нил выудил из кармана пачку сигарет, нащупал зажигалку и вышел на балкон. Нужно было купить пепельницу. И шторы. И еще сотню вещей, которые делают бетонную коробку жильем. Нил щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся, вдыхая горький дым. Прошли годы, он сменил десятки имен, но так и не смог избавиться от этой привычки. Тяга стоять рядом с кем-то курящим, а потом и курить самому, проросла в нем еще в детстве. Мать из-за вечного стресса могла уничтожать по пачке в день. Иногда Нил ловил себя на кощунственной мысли: если бы отец не убил её тогда на пляже в Сиэтле, она бы всё равно сгорела через пару лет – от рака легких или гортани. Но гадать теперь не было смысла. Единственное, от чего Нил не избавился вместе с привычкой к табаку, – это неподъемный груз вины. Кости Мэри всё еще покоились на том проклятом пляже под слоем песка и гальки. Раньше он оправдывал себя короткими фразами: «не было времени», «слишком опасно», «в следующий раз точно…». И только недавно, он смог признаться себе в правде: у него просто не хватало сил вернуться. Снова увидеть то место. Поднять прах матери из земли, где она наконец-то – впервые за много лет побега – обрела покой. Внезапная боль обожгла пальцы. Нил вздрогнул, и дотлевший почти до фильтра бычок выпал из его руки на бетонный пол балкона. – Черт… – прошипел он, растирая обожженную кожу. Небо над Пальметто стремительно наливалось свинцом. Ветер принес запах озона и мокрой пыли – погода портилась на глазах, – а я ведь хотел разведать маршрут для пробежек, – с грустью пробормотал Нил, глядя на первые тяжелые капли, разбивающиеся о перила. Он зашел обратно в квартиру и внезапно понял, что здесь чертовски холодно. Кажется, на осенней улице было даже теплее, чем в этих пустых стенах. Нил вышел в коридор и нажал на кнопку термостата. Устройство мигнуло красным глазом, показывая, что отопление включилось, и батареи начали медленно отдавать тепло. – Хоть какой-то плюс: я не замерзну в эту первую ночь. Ровно в этот момент за окном стеной полыхнула молния, и на город обрушился ливень.

___________________

Спустя неделю у Нила уже было готово три альтернативных варианта для утренней пробежки. Он нанес визит в госпиталь при департаменте, где прошел через унизительно детальный медосмотр, сдал литры крови на анализы и оставил свои отпечатки в базе данных штата. В итоге его медкнижка пополнилась свежим листом с лаконичной пометкой «годен», а в личном деле появилась отметка о прохождении психологического освидетельствования. С Ваймаком они не обговорили точную дату подачи документов, и Нил планировал завезти их на днях, хотя сама мысль о том, чтобы явиться в участок раньше срока, вызывала у него сопротивление. В такие моменты он по-настоящему жалел, что не догадался взять номер Кевина – можно было бы просто перекинуть папки через него, избежав лишних встреч. Еще через неделю Нил всё-таки пересилил себя. Он проскользнул в здание департамента, точно тень, и, к своему облегчению, не столкнулся ни с кем, кроме самого Дэвида. Эта удача одновременно радовала и беспокоила: Нил не привык, чтобы всё шло так гладко. До конца его вынужденного «отпуска» оставалось еще четырнадцать дней, и он конкретно не знал, чем себя занять. Он успел уже покататься по городу, запомнить все нужные ему места. Он даже все-таки купил лампу! Она стала первым предметом «не первой необходимости» в его квартире. Нил поймал себя на желании поехать в ближайшую «Икею» и обставить квартиру по-человечески, но страх всё еще перевешивал здравый смысл. Рациональная часть мозга твердила: «Зачем тратить силы и деньги на уют, если завтра тебе, возможно, придется сгрести документы в охапку и рвануть к границе штата?». Это останавливало его от покупок.

___________________

Несмотря на съедающую изнутри скуку, последние четырнадцать дней пролетели незаметно – время всегда ускоряется перед прыжком в неизвестность. На часах было 7:50 утра. График Нила был выверен с точностью до секунды: тридцать минут на интенсивную пробежку по новому маршруту, чтобы выгнать остатки сна и прогреть мышцы, десять минут на ледяной душ, еще столько же на быстрый завтрак. Он двигался по квартире как отлаженный механизм, почти не глядя на скудную обстановку. Наконец, пришло время сменить спортивки на нечто более соответствующее его новому статусу. Когда с утренними процедурами было покончено, Нил словно очнулся от транса, уже паркуя свой V12 Vantage на стоянке департамента. Ваймак пригласил его к десяти, в то время как у остального штата рабочий день начался еще час назад. Нил заглушил рычащий двигатель Мартина и на мгновение задержался в салоне, проверяя содержимое карманов: документы, пропуск, телефон. Всё на месте. На улице за этот месяц заметно похолодало. Октябрь в Пальметто кусался резким ветром, поэтому сегодня Нил оделся основательно, не забывая о стиле. Основу образа составляла белоснежная водолазка с плотным горлом – приятно согревала и идеально контрастировала с его кожей. Поверх Нил накинул объемное пальто песочного цвета. Свободный крой и четко очерченная линия плеч придавали его фигуре веса, делая его визуально выше и внушительнее. Темные классические брюки со стрелками сидели безупречно, подчеркнутые кожаным ремнем с серебристой пряжкой. С аксессуарами он мудрить не стал: просто застегнул на запястье первые попавшиеся часы на кожаном ремешке и обулся в строгие, до блеска начищенные ботинки. Сегодня он выглядел не как беглец в дешевой ветровке, а как федеральный специалист, за консультацию которого штату приходится платить немалые деньги. Толкнув тяжелую стеклянную дверь, Нил вновь оказался в пропахших кофе и озоном стенах департамента. Девушка за стойкой дежурного – та же самая, что встретила его в первый день – подняла голову от монитора. Она мгновенно узнала его, и в её взгляде на долю секунды промелькнуло удивление – то ли от его нового имиджа, то ли от того, что «странный парень» всё-таки вернулся. – Доброе утро, мистер Джостен, – она вежливо кивнула, сверкнув значком. – Капитан Ваймак уже на месте и ждет вас. Проходите. Нил коротко поблагодарил её и направился к лифту, чувствуя, как на него начинают оборачиваться патрульные. Шоу начиналось. – А, это ты, Нил, – Дэвид оторвался от бесконечной горы рапортов и тяжело привстал, протягивая руку для крепкого рукопожатия. – Здравствуйте, капитан, – Нил ответил уверенно. Его ладонь была сухой и твердой. Ваймак окинул его оценивающим взглядом – от белоснежной водолазки до дорогих ботинок – и едва заметно хмыкнул. Кажется, новый имидж «федерального консультанта» пришелся ему по душе. – Остальные ребята в курсе, что ты выходишь сегодня, так что сидят там все как на иголках. Пойдем, успокоим их, пока они окончательно не извели друг друга сплетнями. Они вышли из кабинета и двинулись по коридору. Путь, который Нил уже проделывал раньше, на этот раз ощущался иначе. Вместо того чтобы свернуть налево, к выходу в фойе, они повернули направо, уходя вглубь здания – в самое сердце отдела. Едва тяжелая дверь за спиной Ваймака закрылась, в помещении стало неестественно тихо. Десятки глаз уставились на Нила. – Так, внимание всем! – зычный голос Ваймака мгновенно заполнил пространство, прерывая затянувшиеся перекуры. – У нас пополнение. Знакомьтесь, Нил Джостен. Наш новый профайлер. Нил замер рядом с капитаном, сохраняя на лице маску вежливого безразличия. Прямо перед ним, в центре, он увидел ту самую группу, которую Кевин описывал в кафе. И в самом центре, закинув ноги на край стола, сидел Эндрю Миньярд. Их взгляды встретились. Эндрю не шелохнулся, но в его медовых глазах вспыхнул узнаваемый опасный интерес. Он явно вспомнил «гражданского» из отдела шампуней. Дэн Уайлдс, как лейтенант и «мама» этого беспокойного семейства, взяла на себя инициативу первой. Она поднялась из-за своего стола, поправляя кобуру на поясе – жест чисто механический, профессиональный. Её взгляд, цепкий и оценивающий, прошелся по Нилу, не задерживаясь на нем дольше, чем того требовал устав. – Добро пожаловать в наш хаос, Нил Джостен, – Дэн сделала шаг вперед, сокращая дистанцию. – Я лейтенант Даниэль Уайлдс. Ваймак сказал, что ты из Балтимора? Слышала, там в последнее время было жарко в убойном отделе. Она протянула руку для рукопожатия, и Нил заметил, как за её спиной напрягся Мэтт, готовый в любой момент прийти на помощь своей девушке и начальнику в одном лице. – Надеюсь, ты привез с собой не только федеральные манеры, но и стальное терпение, – Дэн едва заметно улыбнулась, но глаза её оставались серьезными. – У нас тут не Бюро, бумажки за тебя никто перекладывать не будет. Твой стол вон тот, в углу, самый чистый. Элисон лично проследила, чтобы оттуда выкинули годовые запасы пустых банок Сета. Она кивнула в сторону стола, который теперь сиял непривычной пустотой на фоне общего рабочего беспорядка. – Рад познакомиться, лейтенант, – Нил ответил на рукопожатие, стараясь, чтобы его голос звучал максимально ровно. – С терпением у меня всё в порядке, не стоит переживать. А по поводу Балтимора... там всегда жарко. Привыкаешь быстро. И мне не известно, уведомили ли вас, но в Балтиморе я так же был профайлером, потому и с бумажками, и с остальной работой у меня все прекрасно. В этот момент со своего места подала голос Элисон, не отрываясь от полировки ногтей: – Пальто у тебя отменное. Чистый кашемир? Если оно пострадает от кофе Ники в первый же день – я лично выпишу тебе компенсацию из его зарплаты. Ники, сидевший рядом, лишь возмущенно вскинул руки, но промолчал, потому что в этот момент Эндрю медленно опустил ноги со стола. Звук его ботинок, коснувшихся пола, прозвучал в наступившей тишине как выстрел. – Профайлер, значит? – Эндрю прищурился, и Нил кожей почувствовал, как тот самый взгляд начинает препарировать его на части. – Надеюсь, ты умеешь читать не только по бумажкам. – Моя работа – читать всё, – Нил не отвел взгляда, принимая вызов. – От того, как преступник завязывает узлы, до того, как детектив прячет ножи в своих рукавах, когда нервничает. Бумажки – это просто фиксация того, что я уже увидел. Ваймак не выдержал всей этой ненужной драмы. В конце концов, ему платили за раскрытые дела, а не за бесплатное театральное представление в стенах департамента. Он смерил Эндрю взглядом, обещающим сверхурочные, если тот не угомонится. – Так, всё, девочки, свидание окончено, – прохрипел Ваймак, махнув рукой в сторону своего кабинета. – Нам тут еще только соплей не хватало для полного комплекта. Пошли, Нил. Надо расписать тебя в ведомостях на получение табельного, жетона и этой чертовой папки с уставом, которую ты всё равно читать не будешь. Нил кивнул, бросив последний короткий взгляд на Эндрю – тот лишь едва заметно дернул уголком губ, словно зафиксировал «добычу» в своей картотеке, хотя явно был не доволен тем, что Нил заметил его самооборону в виде ножей, так еще и вынес это на всеобщее обозрение. Кабинет Ваймака встретил их запахом крепкого табака и залежавшейся бумаги. Шеф тяжело опустился в кресло, которое жалобно скрипнуло под его весом. Он вытащил из ящика стола увесистую стопку бланков. – Подписывай здесь, здесь и вот тут. В трех экземплярах, – Ваймак ткнул пальцем в графы. – Сразу предупреждаю: если потеряешь ствол – сам будешь объясняться с внутренними расследованиями. Если пристрелишь кого-то без повода – я сделаю вид, что тебя не знаю. Он замолчал, глядя, как Нил методично и быстро ставит подписи, даже не глядя в текст. Как только с бумагами было закончено, с тяжелым вздохом Ваймак поднялся, вытащил из сейфа новенький кожаный чехол с жетоном и положил его перед Нилом. Металл тускло блеснул под лампой. – Твое удостоверение. Иди в арсенал. Выдадут тебе «Глок» и проверят, не забыл ли ты, с какой стороны у него вылетает пуля. И передай Элисон, что, если она еще раз будет красить ногти прямо над вещдоками – я заставлю её саму делать опись склада. – Принято, капитан, – Нил поднялся с кресла и отправился к двери из кабинета. Путь до места назначения он уже знал, но старался идти так, чтобы на него обращали как можно меньше внимания. Пускай, с его внешностью на это не стоило надеяться. Подходя к дверям арсенала, Нил наткнулся на Кевина. Тот стоял, подпирая плечом бетонную стену с таким видом, будто на нем держался весь этот этаж. – Кевин, – Нил поприветствовал его коротким, почти военным кивком. – Рад видеть, что ты всё-таки решился выйти из тени своего стола. – Ну и язык у тебя без костей, – Кевин вздохнул, и в этом вздохе слышалось раздражение пополам с облегчением. – Я просто не хотел... афишировать. Здесь не любят тех, кто приходит «по знакомству». Да и не знал, как ты отреагируешь. – Я? Мне все равно. Это тебе может принести проблемы, ты ведь тут уже работаешь…А, ты подразумеваешь, что остальные могут подумать, якобы это ты пропихнул меня сюда, по старой дружбе. – Вот именно. – Мне плевать, кто и что думает, – отрезал Нил, проходя мимо него. – Но играть в прятки –это паранойя. Если кто-то спросит, скажи правду: мы не виделись десять лет, и я всё так же тебя недолюбливаю. Это снимет все вопросы о «дружбе». В арсенале за столом, заваленным ведомостями, сидела Эбби. Она выглядела слишком уютно для места, где выдают орудия убийства. – О, Нил! Дэвид предупредил, что ты зайдешь. Я Эбби, совмещаю тут. Приятно познакомится. Она выудила из сейфа новенький «Глок» и две обоймы. – Распишись здесь и в графе об ответственности. А потом пойдем вниз. Ваймак хочет отчет о твоей меткости до того, как ты выйдешь на улицу. Кевин, дорогой, не стой столбом, составишь нам компанию. – Эбби, у меня там отчет... – начал было Кевин. – Отчет подождет, – Нил обернулся у двери, проверяя вес пистолета в руке. – Или ты боишься, что профайлер пристрелит тебя на твоем же поле? Уже в подвале, когда они надели тяжелые наушники, атмосфера изменилась. Запах озона и свинцовой пыли заполнил легкие. Нил подошел к стойке, привычно проверяя ход затвора на оружие. Эбби нажала на кнопку и запустила работу мишеней. Нил замер. В ту секунду, когда его пальцы плотно легли на текстурированную рукоять «Глока», всё лишнее – гул вентиляции, присутствие Кевина, мягкий взгляд Эбби – перестало существовать. Остался только он, прицел и белая точка на мишени. Мишень дернулась, имитируя резкий рывок цели из укрытия. Нил не просто стрелял. Это был рваный, пугающе четкий ритм. Бах. Бах-бах. Гильзы с сухим звоном бились о бетонный пол, отскакивая от его ботинок. Он не щурился, не задерживал дыхание – он работал плавно, словно пистолет был естественным продолжением его кисти. Десять выстрелов. Десять ударов сердца. Когда механизм с тихим жужжанием вернул мишень к стойке, в подвале повисла густая тишина, пропитанная запахом сгоревшего пороха. В самом центре «десятки» зияла одна рваная дыра. Нил не просто попал в цель – он всадил пулю в пулю, превратив центр бумаги в труху. Эбби медленно стянула наушники на шею. На её лице отразилось странное смешение профессионального восторга и тихой тревоги. Она видела сотни копов, но такая точность обычно была признаком либо гения, либо человека, которого учили не задерживать, а ликвидировать. – Господи, Нил... – выдохнула она, подходя ближе и изучая края пробитой бумаги. – Ваймак сказал, что ты хорош, но это... Это уровень кого-нибудь из Вашингтона. В Балтиморе всех профайлеров заставляют тренироваться до кровавых мозолей? Кевин стоял чуть позади, вцепившись в край перегородки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он смотрел не на мишень, а на профиль Нила – холодный, пустой, почти чужой. В его глазах плеснул настоящий страх, который он тут же попытался скрыть за привычной маской раздражения. – Я был ценным сотрудником. Погибнуть мне было нельзя. Потому надо было делать все идеально, даже стрелять. – Ну что ж, – она постаралась вернуть голосу бодрость, хотя вышло натянуто. – Думаю, проверку ты прошел более чем успешно. Идемте наверх, пока Дэн не решила, что мы тут устроили дуэль. Когда они вышли из лифта на жилой этаж отдела, Эбби все еще выглядела слегка ошарашенной. Кевин шел чуть впереди, его спина была прямой и напряженной, как натянутая струна. Ники, который в этот момент безуспешно пытался выудить застрявший пакет чипсов из автомата в коридоре, обернулся на звук шагов. – О, живые! – он широко улыбнулся, переводя взгляд с бледного Кевина на невозмутимого Нила. – Ну что, Джостен, Эбби тебя не слишком замучила техникой безопасности? Кевин, ты чего такой, будто привидение увидел? Кевин даже не замедлился, бросив на ходу лишь одну короткую фразу: – У него стопроцентная кучность. В центр. Все десять. Ники замер, так и не достав чипсы. Его брови взлетели вверх. – В смысле... в центр? Прямо в «десятку»? Все? Эбби, проходя мимо, лишь тяжело вздохнула и развела руками, подтверждая слова Кевина. Она направилась прямиком к кабинету Ваймака – ей явно нужно было обсудить нового сотрудника с шефом с глазу на глаз. Ники проводил её взглядом, а потом резко развернулся к Элисон, которая как раз выходила из архива с папкой в руках. Нил не стал оставаться с ними, а снова вернулся в рабочую зону к своему столу. Сюда тоже придется прикупить вещей. Ох, благодаря Ники новости разнесутся очень быстро… Уже сидя в комнате отдыха Ники наседал на Элисон. – Эл! Ты слышала? Наш новенький – грёбаный снайпер! Кевин сказал, он всадил всю обойму в одну дырку. Элисон оценивающе оглядывала Нила с ног до головы. Рабочая зона и зона отдыха были соседними помещениями, которые разделяла перегородка и стеклянная дверь. Именно через вторую Нила было очень хорошо видно всем остальным. – Профайлер-стрелок? – она хмыкнула, убирая выбившийся локон. – Редкое сочетание. Обычно те, кто копаются в чужих мозгах, боятся испачкать руки порохом. Сета не было рядом, потому Ники мог спокойно поговорить с Элисон, не под напряженным взглядом ее парня. – Вот и я о том же! А в купе с тем, какой он красивый, это делает его прям эталоном. – Ну с красотой я согласна. – Элисон приподняла бровь, и в её глазах мелькнула опасная искра. – Ники, у него на лице написано, что он ходячая пороховая бочка. Она облокотилась на спинку дивана, провожая взглядом Нила, который как раз проходил мимо зоны отдыха. Нил даже не повернул головы в их сторону. – Ой, да ладно тебе, Эл! Немного опасности только добавляет шарма, – Ники заговорщицки понизил голос, подаваясь вперед. – Ты видела, как на него Эндрю посмотрел? У меня аж мурашки пошли. Это был взгляд «я хочу его пристрелить», а в случае с Эндрю – это полная правда. Элисон хмыкнула, задумчиво разглядывая свой безупречный маникюр. – Эндрю не дурак. Он чувствует хищников за версту. И если наш новенький действительно так хорош со своим «Глоком», то скоро в этом отделе станет слишком тесно для двух альфа–самцов с пушками. Она замолчала, когда к ним подошла Рене, вытирая руки бумажным полотенцем. Она выглядела уставшей, но довольной. – О чем спорим? Опять Ники выбирает «мистера Департамент»? – Рене! Ты не представляешь, что этот парень устроил в тире! – Ники вскочил, едва не опрокинув свой кофе. – Кевин до сих пор ходит так, будто проглотил шомпол. Рене перевела взгляд на Нила, который в этот момент методично проверял содержимое своего рабочего стола. – Уже наслышана. Кучность – это круто, – серьезно кивнула она. – Но в поле важнее, не дрогнет ли рука, когда в тебя полетит кирпич или пуля 45–го калибра. Надеюсь, его пальто не слишком тяжелое для бега. В этот момент откуда-то возник голос Эндрю, видимо до этого он строил из себя часть мебели, раз его не было видно всем остальным: – Он не бегает. Он ждет. Все замолчали. Эндрю медленно перевел взгляд с Ники на Элисон. – И он не «красивый», Ники. Он – фальшивка. От первой до последней пули. Дэн возникла в дверном проеме так внезапно, словно все это время стояла за углом с секундомером. Её голос, хлесткий и не терпящий возражений, мгновенно оборвал восторги Ники. – Хватит чесать языками, – отрезала она, обводя компанию тяжелым взглядом лейтенанта, у которого на столе остывает гора рапортов. – Раз вы все здесь в таком восторге от талантов Джостена, у нас есть для вас настоящая работа. Все в рабочую зону. Когда все специалисты собрались уже в другом помещении, Дэн продолжила вещать: – Только что прислали координаты: промзона, западный сектор, старые доки. У нас там труп, и судя по тому, что успели доложить патрульные, зрелище не для слабонервных. Нам очень пригодится кто-то, кто умеет читать «послания» на телах, а не только дырявить бумагу. Она повернулась к Эндрю, который продолжал сверлить Нила взглядом. – Вытащите Аарона из его морозилки. Скажите, что у него свидание с трупом в три часа дня, – Дэн перевела взгляд на Нила. – Берете Джостена с собой. Эндрю, Кевин – на выезд. Живо. Пока дождь не превратил место преступления в болото. Ники разочарованно выдохнул, понимая, что обсуждение «красавчика-снайпера» откладывается. Кевин же, услышав про западный сектор, заметно помрачнел – промзона всегда означала много грязи, плохой свет и еще более плохие предчувствия. – Аарон будет в восторге, – сухо прокомментировал Эндрю, медленно поднимаясь. – Он как раз только начал классифицировать виды плесени. Нил молча поднялся. Он уже накинул свое пальто, и ожидал остальных. В его голове уже начали выстраиваться алгоритмы: западный сектор, доки, труп. Это значило либо случайную жертву разборок, либо намеренно брошенное там тело, чтобы скрыть убийство. – Морозилка? – негромко спросил Нил у Кевина, когда они направились к выходу. – Лаборатория судмедэкспертизы, – буркнул Кевин, проверяя наличие запасного магазина. – Аарон Миньярд. Наш патологоанатом. Если Эндрю – это проблемы с головой, то Аарон – это проблемы с тем, что от неё осталось после пули. Они близнецы. Постарайся не перепутать их, если не хочешь закончить на одном из его столов. Эндрю, шедший впереди, крутанул ключи от «Мазерати» и на мгновение замер у лифта, дожидаясь Нила. – Ну что, профайлер, – он нажал кнопку вызова, и створки с лязгом разошлись. – Посмотрим, насколько хватит твоего «стального терпения», когда Аарон начнет вскрывать грудную клетку прямо под дождем. – Он не может делать ничего настолько серьезного с трупом, пока его не осмотрю я. Иначе это может помешать моей оценке. Этот аргумент Нила прозвучал в тишине лифта как щелчок предохранителя. Профессионально, холодно и с явным вызовом. Эндрю, уже нажавший кнопку первого этажа, медленно повернул голову. Его взгляд задержался на губах Нила, словно он пытался на вкус определить степень его наглости, а затем переместился к глазам. – Оценка, значит? – Эндрю прищурился, и в зеркальной поверхности дверей лифта его отражение казалось еще более неживым. – Слышал, Кевин? Он боится, что Аарон испортит ему «картинку» своими скальпелями. Кевин, стоявший по другую сторону от Нила, лишь раздраженно дернул плечом. – Он прав, Эндрю. Если это серийник или заказное, первоначальная поза и микрочастицы на одежде – это база профайлинга. Аарон иногда слишком торопится засунуть всё в пакеты и уехать в тепло. – Тогда молись, чтобы дождь в доках не сделал всю работу за него, – бросил Эндрю, когда лифт с лязгом открылся на уровне подземной парковки. – Потому-что Аарон не любит ждать. Особенно когда у него стынет кофе. Эндрю крутил на пальце ключи от своей «Мазерати», уже мысленно заперев Нила в своем душном салоне на ближайшие двадцать минут. Он собирался устроить новичку допрос с пристрастием под аккомпанемент дождя, препарируя его прошлое медленно и с наслаждением. Возможно, процентов на десять это было даже формой гостеприимства в стиле Миньярда – прижать к стенке раньше, чем это сделает кто-то другой. Но его планы разбились о негромкий, породистый писк сигнализации. Нил даже не взглянул на Эндрю. Он уверенно зашагал в самый дальний, темный угол парковки, где стоял зверь, которого Эндрю приметил еще месяц назад. Глубокий, почти черный в тени, темно-зеленый Aston Martin вспыхнул благородным изумрудом. Массивный капот с агрессивными вырезами воздухозаборников и приземистый силуэт выдавали в нем машину, способную разгоняться до сотни за считанные секунды. Кевин, уже взявшийся за ручку двери машин Эндрю, замер на месте. Если Кевина и Эндрю отправляли на дело вместе, то они всегда ездили на машине Эндрю, свои служебную Кевин не трогал. – Это... это твоё? – выдавил он, глядя на то, как идеально вписывается Нил в образ владельца такого раритета. – Наследство, – бросил Нил. В этом слове было слишком много яда, чтобы оно оказалось правдой, но достаточно веса, чтобы закрыть тему. Он открыл водительскую дверь и посмотрел на Эндрю через боковое стекло. Взгляд Нила был ровным, почти вызывающим – он прекрасно понимал, что только что лишил Миньярда главного козыря: контроля над пространством. – Я поеду первым. Раз уж криминалист с вами, успею закончить осмотр раньше него, чтобы ему не пришлось долго мокнуть. – Слышишь, Эндрю? Обо мне заботятся. Какая трогательная чушь. – Близнец Эндрю возник сзади него, обращая на себя внимание брата и Кевина. Эндрю медленно перевел взгляд с Аарона на Нила. В его глазах не было ярости – там было ледяное, расчетливое обещание. – Езжай, – тихо произнес Эндрю. – Только не забудь: в доках тупики на каждом шагу. Не заблудись в собственном пафосе. Нил лишь едва заметно дернул уголком губ. Через мгновение парковку заполнил низкий, утробный рокот двенадцати цилиндров. Это не был визг «Мазерати» – это был тяжелый, вибрирующий гул, от которого задрожали стекла в кабинете Ваймака этажом выше. Нил рванул с места без пробуксовки, идеально дозируя мощь. Темно-зеленый кузов хищной тенью промелькнул мимо застывших Эндрю, Кевина и Аарона, исчезая в проеме выезда с парковки. – Он псих, – констатировал Кевин, провожая взглядом габаритные огни «Астона». – Он же разобьет её на мокром бетоне. – Садись в машину, Кевин, – процедил Эндрю, направляясь к водительскому сиденью. Его движения стали резкими, хищными. – Аарон, шевелись. Раз наш профайлер так жаждет одиночества, пускай уезжает. Когда «Мазерати» с визгом покрышек вылетела на шоссе, «Астон Мартин» Нила уже был далеко впереди. Нил вел машину так, как жил – на грани, но с ювелирной точностью. Дождь заливал лобовое стекло, превращая огни город в размытые пятна, но он чувствовал дорогу кончиками пальцев. Он знал, что Эндрю будет гнать следом, пытаясь доказать свое превосходство, но V12 под капотом давал Нилу те самые несколько минут форы, которые были ему необходимы. Ему нужно было оказаться там первым. Не ради комфорта Аарона, а чтобы почувствовать «вкус» места преступления до того, как его затопчут тяжелые берцы близнецов и вечное нытье Кевина. Когда через десять минут Нил резко затормозил у заградительной ленты в западных доках, подняв тучу брызг, он был еще один. Только вой ветра, скрип ржавых кранов и бледное лицо Мэтта Бойда, выходящего из-под навеса ангара. Нил заглушил двигатель, и на мгновение в кабине воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем остывающего V12 и барабанной дробью дождя по крыше. Он вышел из машины, не глядя в зеркала – он знал, что у него есть максимум три-четыре минуты, пока «Мазерати» Эндрю не взревет на въезде. Мэтт стоял под козырьком ангара, зябко поводя плечами. Увидев Нила, он невольно выпрямился, его лицо посветлело. Несмотря на общую мрачность места, Бойд оставался тем самым «золотистым ретривером» отдела – надежным и искренним. – Ты быстро, Джостен. Я едва успел допить этот паршивый кофе, – Мэтт шагнул навстречу, приподнимая желтую ленту. – Как машина? Не занесло на повороте у порта? Там вечно масляные пятна. – Она держит дорогу лучше, чем я, Мэтт, – Нил позволил себе короткую, почти незаметную улыбку, предназначенную только для Бойда. Он ценил прямолинейность Мэтта; в мире, где все пытались его обыграть, он просто предлагал кофе. – Что у нас? Патрульные уже успели всё затоптать? – Я выставил их наружу сразу, как понял, что дело дрянное, – Мэтт помрачнел и жестом пригласил Нила внутрь. – Тело в глубине, за контейнерами. Женщина ну как, женщина. На первый взгляд лет двадцать пять. Фонарь? – Нет, пока не надо, – Нил плавно поднял руку, останавливая Мэтта. – Глаза должны привыкнуть к естественному сумраку. Убийца видел жертву именно в этом свете. Или в его отсутствии. Нил не пошел прямиком к телу. Он остановился у самого входа, закрыл глаза на пять секунд, вдыхая запахи: ржавчина, старая солярка, соленая вода и. что-то приторно-сладкое. Гниль? Нет, слишком рано, но со сроками смерти разберется Аарон. – Мэтт, останься здесь, – негромко попросил Нил. – Не из-за протокола. Мне нужно услышать это место. Он начал двигаться по периметру, наступая только на сухие участки бетона. Его взгляд превратился в скальпель. Профессиональный профайлинг – это не магия, это математика поведения. Первичный осмотр: Нил заметил, что пыль на полу у входа не потревожена волочением. Значит, жертва пришла сюда сама или её несли на руках. Расположение: Тело лежало не в углу, где логично прятать улику, а в центре освещенного пятна от дыры в крыше. Организованность: Никаких следов борьбы. Нил присел на корточки в двух метрах от жертвы, изучая положение конечностей. Сначала могло показаться, что жертва просто брошена тут, без какого-либо подтекста. Но углубившись в изучение, было видно странности позы. Девушка лежала на спине, руки чутка отодвинуты от тела, повернуты ладонями вверх. Ноги вместе, а голова слегка приподнята. Как будто кто-то держал ее за подбородок прямо сейчас. Как ангел, взор которого возвращен на небеса и прямо сейчас, неизвестная сила поднимет ее верх. Ах да, ко всему этому, она был одета в белое легкое платье. Совсем не по погоде. Это отметало мысль того, что она пришла сюда сама, точно нет. Нил замер на корточках, не дыша. В промерзшем воздухе ангара запах сырости смешивался с едва уловимым ароматом дорогого кондиционера для белья от одежды жертвы. Мэтт стоял в паре шагов позади, инстинктивно стараясь не шуметь. Он видел сотни трупов, но то, как Нил смотрел на эту девушку, заставляло его кожу покрываться мурашками. Джостен не сочувствовал. Он вычислял. – Мэтт, посмотри на подбородок, – негромко произнес Нил. Его голос в пустом ангаре звучал пугающе четко. – Видишь легкое побледнение кожи под нижней челюстью? Там не будет синяков. Это не хватка агрессора. Это...нежность. Нил медленно повел рукой в воздухе, повторяя траекторию, которую, по его мнению, описывал убийца. – Он не бросил её. Он её укладывал. Каждое движение было выверено. Руки развернуты ладонями вверх – это открытость, принятие. Она не сопротивлялась. Либо была без сознания, либо...доверяла ему до последней секунды. Нил подался вперед, чтобы поймать нужный угол света. – Голова приподнята не просто так. Под затылком что-то было. Убийца подложил ей опору, чтобы она «смотрела» в небо, а когда уходил – забрал её с собой. Он не хотел оставлять лишних улик, но не мог позволить её взгляду упасть на грязный бетон. Мэтт сглотнул, чувствуя, как дружелюбная атмосфера, которую он пытался создать, окончательно испаряется под давлением ледяной логики Нила. – Хочешь сказать, это «убийство из милосердия»? – Нет, – Нил резко поднялся, и его глаза на мгновение вспыхнули чем-то недобрым. – Для него она – не человек, а холст. Посмотри на её стопы. Мэтт присмотрелся. Девушка была босой, но подошвы её ног были идеально чистыми, несмотря на то что кругом царил промышленный мусор и пыль. – Она не шла сюда сама, – заключил Мэтт. – Именно. Её принесли на руках, скорее всего, как невесту через порог, – Нил выпрямился, закладывая руки в карманы пальто. – Это организованный тип с высоким социальным статусом. У него есть машина с чистым салоном, у него есть место, где он может спокойно переодеть жертву и вымыть ей ноги. И у него есть время. Очень много свободного времени. В этот момент тишину склада разорвал визг шин снаружи. «Мазерати» Эндрю влетела на территорию доков, свет её фар на мгновение разрезал полумрак ангара, заставив Нила прищуриться. - Что ж, спокойствие закончилось, – негромко произнес Нил, встав плечом к плечу с Мэттом. Тот невольно выпрямился, транслируя невозмутимость, но Нил заметил, как Бойд покрепче перехватил свой фонарь. С трупом на этом этапе он закончил. Все, что можно было вытянуть из статики позы он уже впитал. Теперь наступало время физики и биологии – территория Аарона. Аарон вошел в ангар первым, чеканя шаг. Его тяжелые ботинки гулко отдавались от бетонного пола, а в руках он сжимал чемодан так, словно это был щит. За ним, как две нерушимые стены, следовали Кевин и Эндрю. Последний двигался почти бесшумно, его взгляд сразу же впился в Нила, игнорируя тело. – Надеюсь ты ей не успел сказочек нашептать, Джостен, – Аарон бросил чемодан на чистый участок бетона рядом с телом. Щелчок замков прозвучал как выстрел. – Мэтт, можешь вернуть патрульных и остальных. Пусть добавят света для работы, - Нил мягко попросил Бойда вернуть остальных работников полиции на свои места. Как только дополнительный свет был установлен, Аарон приступил к работе. Сцена мгновенно потеряла свою мистическую дымку, превратившись в сухую криминалистическую реальность. Девушка-ангел теперь выглядела просто мертвым человеком в грязном ангаре. – Чистые стопы, – Аарон натянул латексные перчатки, звук хлопка резины о запястье заставил Кевина поморщиться. – Она что, прилетела сюда на крыльях? – Её принесли, – Нил скрестил руки на груди, наблюдая за тем, как Аарон приступает к замеру температуры тела. – Бережно. Как нечто хрупкое. Убийца не просто избавился от улики, он выставил её на показ. Никаких следов от шин ближе десяти метров. Он нес её на руках от самой дороги, чтобы не оставлять рисунок колес в пыли склада. Эндрю, до этого стоявший неподвижно, медленно перевел взгляд на вход, а затем снова на Нила. В его глазах промелькнуло нечто среднее между раздражением и признанием. – Сильный и самоуверенный парень. Асфальтированная дорога тут далековато, как же он был уверен, что его никто не заметит, – Кевин отправился осматривать весь первый этаж ангара. – Он дисциплинированный, – добавил Нил. –Это не импульсивное убийство. Это проект. Аарон тем временем уже склонился над шеей жертвы, аккуратно поворачивая голову. – Следов удушения нет. Инъекций на видимых участках – тоже. Если она не умерла от страха, значит, мы имеем дело с очень качественной химией. – Отравление? – Мэтт вернулся от патрульных, потому теперь тоже учувствовал в беседе. – Скорее всего. – Если это – проект, то где подпись автора? Любой автор произведения всегда оставляет ее, – Эндрю наконец вынырнул из молчаливого созерцания. – Скорее всего она есть, просто не сразу видимая. Если нет с внешней стороны тела, значит есть внутри, – Нил снова подошел к телу девушки, – а есть ультрафиолетовый фонарь? – Тебе повезло, Джостен, что в моем чемодане есть все. Перчатки возьми, – Аарон протянул Нилу фонарь и те самые перчатки, следя за тем, чтобы он ими воспльзовался. – Зачем ультрафиолет? Нил, не объясняясь сначала осветил лицо девушки. В его практике было дело, когда мужчина убивал женщин и мастурбировал им на лицо. Прокололся он та том, что вытирал свои выделения просто тряпкой, потому следы все равно оставались, правда видно их было только под ультрафиолетом. В этот раз лицо девушки было девственно чистым. Нил прошел светом фонаря сразу же до конечностей тела. На ладонях и ступнях было выведено: «Pure Factum» – «Pure Factum» – чистый факт...Это еще что значит? – в голове Кевина фраза не складывалась ни во что, слишком бредово звучало. – «Pure Factum», с латинского – Сделана чистой. Убийца на прямую пишет о том, что убийством очистил ее. – От чего он ее очистил? Изнасилование? – Эндрю изучал лицо жертвы, пытаясь найти на нем эмоции сопротивления или страха. – Нет. Но возможно у нее был половой акт с убийцей, вероятно – он был ее первым партнером. После этого он убил ее, переспал и убил, «очистил» от греха – секс до брака. – Это звучит ужасно. Он же сам с ней переспал, а потом убил? – Мэтт толи действительно не верил в рассуждение Нила, толи просто не хотел, чтоб эта жуть была реальностью. – Ужасно, но правдоподобно. Они переспали, после чего он решил искупить ее грех единственным, во что верит – убийством. – Но на себя он тоже ведь взял грех. Убийство, – Эндрю перевел взгляд на Нила, ему было интересен ответ Нила, – значит, не такой он и верующий? – Религии существуют разные. Он оставил надпись, но не какой-то конкретный знак. В многих верованиях убийство – не грех, а убийство ради высшей цели так вообще благословение. – Логично. Остальной периметр чист, – Кевин вернулся откуда-то из глубины склада и стоял слушал их рассуждения. – Тогда мне тут делать больше не чего, буду ждать отчет от судмедэкспертизы. – Кевин, начни опись, – холодно скомандовал Эндрю, – вы тогда втроем заканчиваете здесь, а мы с Нилом поедем к ее родственникам. – Ты выяснил ее личность? – Да, пока вы тут библию обсуждали, фанатики. Мелисса Астара Фелл, 21 год, студентка. – Совсем еще ребенок, – в голове Мэтта не хотело укладываться то, что ее убили из-за какой-то веры, так и еще в столь юном возрасте. – Поехали, – Эндрю окликнул Нила. – Погоди, а мы с Аарон как вернемся обратно? – Кевин не очень хотел ждать такси в таком месте, где только что нашли труп. – А у Бойда что, места в машине кончились? – Эндрю кинул фразу так, как будто ему было бы все равно и покинул помещения склада, уводя за собой Нила. – Какой адрес? – А ты езжай следом за мной, – Эндрю явно хотел оставить его позади такой детской ловушкой. – Эндрю, скажи мне адрес. – Нет. Нил понял, что от такого человека как Эндрю ему все равно ничего не добиться, потому с тяжелым вздохом пошел к своей машине. Ему придется плестись сзади. Блондин же, не спеша дошел до водительской двери Мазератти и так же медленно завел ее. – Издевается же, – Нил просто не мог такое терпеть, но поделать ничего не мог. Заводя свою машину, он выехал в след за другой. Чертовски медленно. Чертовски бесит.