Увлечённость

Когда пятничные пары закончились, и всей большой компанией студенты Джулиана Морроу вместе вышли из здания лицея на сухой мороз улицы, Генри отстал от своих друзей на пару шагов. Он прикрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, пахнущий зимой и детством. Ветер утих. Вышло солнце. Стоял чудесный день, а впереди Генри ждали ещё более чудесный вечер и целые выходные в хорошей компании. Его хорошая компания была так же в нетерпении. Чарльз и Банни бросились лепить снежки из остатков снега в клумбах, лишь чудом ещё чистого, и кидаться ими друг в друга. С Генри поравнялась Кайя и тоже с облегчением втянула носом свежий воздух: — Последняя лекция была ужасно скучная, не считаешь? Генри не считал. На его взгляд, не было ничего скучного в «Вакханках» и дионисийском начале в сравнении с аполлоническим, но, кажется, душу Кайи эти концепции вовсе не волновали. Что, наверное, объяснялось тем, что сама девушка была ходячим академическим примером союза обоих этих начал в одном человеке. С её отзывом на лекцию Джулиана Генри был не согласен, но почему-то всё равно твёрдо кивнул, поддерживая. В последние дни он часто ловил себя на том, что готов был сказать что угодно, лишь бы поговорить с Кайей подольше. Френсису прилетело в спину снежком. Генри не успел увидеть, кто посмел покуситься на его дорогое щегольское пальто, но Камилла посмеивалась, прикрывая рот руками, и этим выдавала себя. Френсис пригрозил ей пальцем и нагнулся, чтобы набрать ещё снега и атаковать в ответ, но ни ему, ни помогающему ему Ричарду снега уже не хватило. — Чёрт, повезло тебе, — сказал Френсис Камилле. — Но жди реванша. — Думаю, долго ждать не придётся, — сказала Кайя. — Сегодня к вечеру, вроде бы, выпадет ещё. — Надеюсь, он не застанет нас по дороге к Френсису, — добавил Ричард. Генри посетили те же мысли. — Кстати о дороге! — оживился Банни и переглянулся с Чарльзом и Френсисом. — Генри, ты заедешь за Кайей? — Да, — влез Чарльз, поправляя дафлкот после битвы снежками. — Камилла и я заедем за продуктами, а Френсис и Банни сейчас сразу поедут в дом, чтобы прибраться к нашему приезду. Генри удивился. Френсис и прибраться редко стояли в одном предложении, особенно когда речь шла о доме, в котором была прислуга и смотрители. Банни тем более трудно было заметить за чем-то таким примитивным, как уборка. Было сразу ясно, что всё это — часть плана. Генри поколебался секунду и кивнул. — Да, хорошо, — сказал он спокойно, бросив короткий взгляд в сторону Кайи. — И Ричарда заберу. — Спасибо, но я… — начал Ричард неуверенно. — Он поедет с нами, — перебил Чарльз. — Тебе же тоже надо было что-то сделать в городе по работе? Как раз разберёшься с этим, пока мы будем делать покупки. Ричард кивнул и вздохнул. Складка между его напряжённых бровей выдавала, что ему совершенно не хотелось принимать участие в этом плане. Как, в общем-то, и Генри, но их обоих не спросили, и теперь их попытки выпутаться из ситуации могли сделать только хуже. План очевидно состоял в том, чтобы Генри, как самый приближённый к Кайе из-за их светских бесед по утрам, использовал совместное время в дороге для того, чтобы узнать у девушки ещё что-нибудь. Вернее, просто узнать хоть что-нибудь, ведь она о себе по-прежнему ничего особо не рассказывала. Френсис, Банни и Чарльз были на взводе и так переигрывали, что Генри боялся, что Кайя вот-вот заметит неладное и откажется от поездки за город с кучкой своих одногруппников не от мира сего. Но она смотрела на Генри с аккуратной улыбкой, а в её глазах мелькнуло что-то вроде облегчения, когда она услышала, что они с Генри поедут наедине, без Ричарда. Если это не было по-прежнему лишь облегчением от того, что скучные пары на эту неделю закончились. *** Уже к четырём часам после полудня Генри припарковался возле корпуса общежития, где жила Кайя. Он поднялся к ней, и она впустила его в комнату, пока сама в спешке заканчивала сборы, бросая в дорожную сумку одежду, несколько учебных тетрадей и «Старшую Эдду» в оригинале. Комната выглядела вполне обжитой. Кровать была не застелена — гостей Кайя не ждала, — а на столе были разбросаны и тюбики с косметикой, и письменные принадлежности. Генри со злорадством подумал, что было совсем не похоже, что Кайя ночевала где-то, кроме этой комнаты. Значит, она спала здесь, и явно не с Джулианом, ведь Джулиан вряд ли осмелился бы заявиться ночевать в студенческое общежитие. Генри вообще не мог представить, чтобы Джулиан спал с кем-то, кто живёт в студенческом общежитии и разбирает «Старшую Эдду» в оригинале. — Я готова, — наконец сказала Кайя. Генри оторвался от невежливого разглядывания комнаты и повернулся к Кайе, чтобы забрать у неё её сумки, и обнаружил, что сумка у девушки только одна (не ровня Френсису, что даже на уик-энд собирал два чемодана), а сама она стоит перед шкафом, распахнутые дверцы которого выдавали, что, кроме уже убранных в сумку вещей, у Кайи есть только тёмно-синее платье-футляр. Увидев платье, Генри отвёл глаза, стараясь не вспоминать покадрово ту сцену в кабинете Джулиана, что он застал на прошлой неделе. Кайя заметила замешательство Генри, но расшифровала его неверно. — Да, вещей у меня правда немного, — посмеялась она. — Мои чемоданы, эм-м, потерялись в дороге и пока что ко мне не доехали. А ходить по магазинам нет времени. Вот пока что и обхожусь тем, что есть. Генри понимающе кивнул, пока брал сумку Кайи: — Я и сам нахожу некую привлекательность в аскетизме и минимализме. Но до твоего уровня мне пока далеко. Кайя посмеялась, и они спустились к машине Генри. Девушка беспокойно оглядывалась и прятала лицо рукой или при помощи полы узорчатого платка, пока не оказалась в салоне автомобиля за закрытыми дверями. Вокруг в этот час было бесконечное множество студентов. Кто-то уезжал домой на выходные, кто-то уже готовился к вечеринке на кампусе, но никто из них не обращал на Генри и Кайю внимания, и такая осторожность была Генри непонятна. Он был слишком вежлив, чтобы что-то спросить, а Кайя уже перевела тему: — Туда долго ехать? В дом тёти Френсиса? — Нет, меньше часа, — ответил Генри и завёл мотор. — Но сначала, если ты не против, мы заедем в город и купим нормальные сигареты. Если все выходные мне придётся курить то, что курит Френсис, я повешусь ещё до завтрашнего ужина с Джулианом, а ему, боюсь, такая безвкусица не понравится. Кайя хихикнула. Последняя фраза Генри была наживкой, и Кайя на неё попалась. — Наверное, ты прав, — ответила она. — Но с Джулианом никогда не знаешь наверняка. Ему же почему-то нравится тот с фильм с Мерилин Монро. Генри больше удивило не то, что Кайя знала такую личную и довольно постыдную (в понимании Джулиана) деталь, а то, что она призналась в этом совершенно открыто. То есть, она была близка с Джулианом — к этому моменту это было ясно как день — и, к тому же, совершенно этого не скрывала. Но если связь, в чём бы она ни заключалась, между Кайей и Джулианом — не секрет, то почему ни в администрации колледжа, ни на двери в комнату Кайи не было записано даже её фамилии?.. Генри, которому порядком наскучило расследование его друзей, снова и сам загорелся идеей выяснить, встречается ли их новая одногруппница с их преподавателем или нет. Потому что если нет, то был шанс, что она не встречается вообще ни с кем, и тогда… — Нам не нужно взять какого-то вина, пока мы в городе? — спросила Кайя. — Как-то мне не очень нравится перспектива приехать с пустыми руками. — Этого добра полно в погребе у Френсиса. Его тётя даже не заметит, если мы позаимствуем пару бутылок. — А тётя Френсиса будет на ужине? — Нет, она сейчас живёт, кажется, во Франции. Дом всегда полностью в нашем распоряжении. Кайя хмыкнула. Генри показалось, что она обрадовалась этой новости. После небольшой паузы она заговорила снова: — Слушай, а насколько формальный обычно этот ваш ужин с Джулианом? Её голос звучал немного взволнованно, словно она вообще только что впервые задумалась о том, что ужин с Джулианом вне стен колледжа может быть чем-то большим, чем дружеская или семейная посиделка. Неужели они и правда встречаются?.. — На самом деле довольно формальный, — ответил Генри. — Мы одеваемся нарядно, и… — Вот чёрт! А я оставила своё лучшее платье в общежитии! — она расстроенно нахмурилась. — Почему ты не сказал мне раньше? — Я… — Генри прервался. Чем он мог оправдаться? «Я отвлёкся на то, что у тебя почти нет вещей»? «Я был занят тем, что вспоминал, как мой профессор стоял между твоих ног»? «Я думал, ты не будешь наряжаться к ужину, потому что Джулиан, судя по всему, твой бойфренд»? — Я думаю, ещё не все магазины успели закрыться. Давай подберём тебе что-нибудь, пока мы здесь? Кайя задумчиво прикусила щёку изнутри. — Не стоит задерживаться. Все будут нас ждать, — посетовала она. — Подождут, ничего страшного. Сегодня вечером всё равно не будет ничего грандиозного, — уговаривал Генри. — Да и ещё даже солнце не зашло. Кайя оглядела свою одежду: под зимним пальто — твидовая юбка и кашемировая водолазка. Она вздохнула. — Ладно, — сдалась она. — Я постараюсь разобраться с этим побыстрее. Но у меня с собой не очень много налички. — Не страшно. Они принимают чеки. Кайя отозвалась, не отрывая взгляд от лобового стекла: — Я не могу выписать чек. Генри ещё раз перечислил в голове все известные ему факты о Кайе: её вещи дорогие, но их катастрофически мало, она живёт в общежитии, а не снимает квартиру, и она была готова броситься на Джулиана, лишь бы он позволил ей учиться у него. Вывод напрашивался сам — у Кайи не было денег. Может быть, она, как Ричард, не любит брать деньги у родителей? Или её отец — какой-нибудь строительный магнат — недавно разорился? — Это моя вина, что я не предупредил тебя о дресс-коде ужина. Да и Френсис пригласил тебя в последний момент, — согласился Генри. — Так что я настаиваю на том, чтобы купить тебе платье. Кайя усмехнулась и покачала головой: — Нет, Генри. В этом нет никакой необходимости. Я в состоянии оплатить себе платье для ужина. Но спасибо. Генри хотел было настоять, но они как раз доехали до торговой улицы, и он отвлёкся, чтобы припарковаться. Сначала, следуя плану, они зашли за любимыми сигаретами Генри. Сразу после этого они спрятались в проулке, чтобы покурить. Вернее, курил в основном только Генри, а Кайя украла у него лишь одну или две затяжки, по-прежнему прячась в тёмно-синем платке, то ли от ветра, то ли от прохожих. Она изучала брошюрку-карту, выбирая, в какой магазин им стоит зайти за подходящим платьем. Городок был слишком маленьким для «Эрмеса», но здесь вполне можно было подобрать что-то хорошее, ведь всё же местные магазины старались соответствовать запросам совсем не простых студентов Хэмпденского колледжа. Наконец Кайя с разочарованным вздохом сложила брошюру в несколько раз и убрала в карман пальто. — Не хочешь сначала сходить куда-нибудь поужинать? — спросил Генри, видя её нерешительность. Он подумал, что если дать ей немного успокоиться и расслабиться после тяжёлого учебного дня и быстрых нервных сборов, то выбор платья пройдёт продуктивнее, а ещё, наверное, Кайя будет сговорчивее и позволит ему оплатить её обновку. Генри решил, что Кайя опять откажется. Но она не отказалась. — Вообще-то хочу, — призналась она. — На карте я присмотрела неплохой ресторанчик. Да и я была бы не против ещё пообщаться с тобой без подколов Банни. Генри почувствовал, как в груди что-то затрепетало. — Я тоже, — признался он с улыбкой. — А ты уверен, что остальные не обидятся, что мы поели без них? — Поверь мне, как человеку, который уже не раз бывал в таких поездках… — Генри затушил сигарету о край урны. — Они не будут ужинать. Они напьются и пойдут спать. Может быть, где-то в процессе Чарльз выдаст очередную импровизацию на рояле. Возможно, даже довольно неплохую. А потом они всё равно ещё выпьют и пойдут спать. — Ладно, — с неохотой согласилась Кайя. Её желание соблюсти этикет и быть обходительной с новыми друзьями почти не сочеталось с непринуждённостью того, например, как она называла шутки Банни навязчивыми. — Тогда пойдём скорее. Но мы позвоним им из ресторана и предупредим, что немного задержимся. — Идёт. — Генри кивнул. — Если тебе так будет спокойнее. *** В ресторане Кайе было в ещё большей степени плевать на этикет. И, пока Генри отошёл к телефону, она заказала им кофе и уже начала есть свой малиновый круассан, совсем не дожидаясь, пока её спутник вернётся к столу. Генри нашёл это милым и обижаться не стал. Он дождался, пока освободится телефон, и набрал нужный номер. И, хотя он думал, что ожидание займёт целую вечность, на другом конце сразу же подняли трубку. — Генри? — раздался совершенно трезвый и взволнованный голос Френсиса. — Это ты? — Да. — Генри подозрительно прищурился, хотя Френсис, конечно, никак не мог этого увидеть. На часах ещё не было шести, но обычно время не становилось препятствием для его друзей, чтобы напиться сразу, как только они добирались до загородного дома. — У вас всё нормально? — Нет! — воскликнул Френсис. — Всё совершенно ужасно! Где вы с Кайей пропадаете? Джулиан сказал, что не сможет приехать к нам завтра, и мы предложили перенести ужин на сегодня. Генри почувствовал, как ледяные мурашки пробежали по его спине. Ужины с Джулианом всегда требовали длительной подготовки и предельной концентрации всех участников вечера: натереть бокалы и приборы, приготовить достойное блюдо и десерт, успеть привести себя в порядок до приезда Джулиана. — Во сколько он приедет? — обеспокоился Генри, опуская взгляд на циферблат наручных часов, хотя уже видел его буквально секунду назад. Может быть, он надеялся, что в этот раз время сжалится над ним и откатится немного назад. Ну или хотя бы пойдёт чуточку медленнее. — Мы договорились на восемь, — ответил Френсис. — Не знаю, что вы там делаете, но бросайте это, и давайте быстрее к нам. — Хорошо, — ответил Генри. — Во-первых, без вас мы не успеем подготовиться. Ты знаешь, что в панике Банни обладает отрицательной полезностью. А во-вторых, — Френсис понизил голос, — если тут не будет Кайи, то мы ничего не поймём. — Хорошо, — повторил Генри. При упоминании Кайи, он поднял глаза на девушку. Поверх своей кофейной чашки она сверлила взглядом мужчину, сидящего за столиком сбоку от неё. Генри не мог понять, чем Кайе не угодил случайный мужчина. Он весь целиком прятался за газетой — какое-то не очень серьёзное издание, с которым сам Генри был идеологически не согласен. Даже сейчас на первой полосе газеты вместо важных новостей писали про расстроенную помолвку между дочерью министра США и британским аристократом (ни то принцем, ни то маркизом). — В общем, ждём вас! — грозно сказал Френсис и повесил трубку. Кайя допила кофе одним глотком и подошла к Генри, опасливо обходя мужчину с газетой. — Мне здесь не нравится, — сказала она. — Давай уйдём отсюда? — Нам в любом случае нужно отсюда уходить. Джулиан приедет сегодня, и нас уже все ждут, — пересказал он, доставая бумажник, чтобы рассчитаться за их несостоявшийся ужин. Кайя удивлённо вскинула брови. — Оу. Ну ладно. — По этой её эмоции ничего не было ясно о её отношении к Джулиану. Она ещё раз придирчиво осмотрела свою одежду перед тем, как надеть поверх неё пальто. — Ладно. Обойдусь без платья. Попрошу у Камиллы какую-нибудь блузку. Одевшись, они поспешили выйти из ресторана. И уже на крыльце замерли. Солнце зашло, небо было непроглядно чёрным, и на его фоне лучше всего были заметны крупные хлопья снега, что медленно падали с неба. За те жалкие полчаса, что они провели в ресторане, на земле уже успел скопиться плотный белый слой. — Кажется, Френсис правда получит свой реванш сегодня, — выдохнула Кайя. Не одни они бросились выезжать из центра города, пока их не занесло совсем. На дороге образовались страшные пробки, и в одной из них они намертво встали на мосту через реку. Они и до этого двигались очень медленно в потоке машин, но, въехав на узкий мост, остановились совсем. То ли впереди произошла какая-то авария, которую невозможно было объехать, то ли мост перекрыли, но было очевидно, что застряли они надолго. — Мы опоздаем, — заключила Кайя смиренно. — Прости, — зачем-то сказал Генри. Он не чувствовал какой-то огромной жалости из-за того, что они задержатся в дороге. Наоборот, это было оправданием, чтобы пропустить значительную часть сложной подготовки, а может быть, и большинство неловких разговоров за столом. — Да нет, ничего, — вдруг улыбнулась Кайя. Словно читая мысли Генри, она произнесла: — На самом деле я даже рада. Не пойми меня неправильно, мне очень хочется поближе познакомиться с твоими друзьями и пообщаться вместе вне занятий. Просто я не прочь бы отдохнуть и от Джулиана — в последнее время его в моей жизни было слишком уж много. Генри обернулся к девушке, приподняв бровь в немом вопросе. — Обычно мы не проводим вместе столько времени, — объяснила она. И добавила: — Он ничем не похож на людей, с которыми я хотела бы проводить время. — Ах да? — усмехнулся Генри. Он повернулся и склонился к Кайе ближе. Не обращать внимания на дорогу было не страшно, когда на ней все всё равно просто стояли. — А кто похож? Совсем не смущаясь, Кайя ухмыльнулась в ответ: — Ну ты, например. В ней сейчас сияли проблески той самой лукавости, которая была в ней, когда Генри впервые её увидел. Теперь, когда чары соблазнения были направлены прямо на него, он не понимал, как Джулиан тогда устоял. Сам Генри едва справлялся. Они долго-долго держали зрительный контакт. Генри пришлось быстро повторить в мыслях падежные флексии, чтобы снова прийти в себя. Кайя снова достала небольшую карту и расправила её. — Может быть, мы можем как-то объехать этот дурацкий мост? — спросила она. — Где находится дом Френсиса? Генри коснулся края карты, разворачивая её к себе. Его пальцы легли поверх пальцев Кайи. Забыв про карту, девушка подняла на него глаза. Генри тоже обернулся. Кайя была к нему так близко, что запах её бергамотовых духов поглотил его полностью. Из головы исчезли все мысли. Его взгляд упал на её губы… И тут она сама подалась вперёд и поцеловала его. Генри тут же ответил на поцелуй и только потом, спустя пару секунд, осознал, что делает, и быстро отстранился. Кайя тоже отскочила от него. — Прости! — сказала она. — Слишком рано, да? — Почему ты вообще…? — начал Генри. Девушка закрыла лицо руками, смущаясь: — Что значит почему? Генри, ты флиртовал со мной полторы недели! Все эти вопросы про меня и мою жизнь. Платье предложил мне купить. И твои друзья подстроили, чтобы мы с тобой в машине остались только вдвоём. Если у вас всё это в порядке вещей, такой дружеский прикол, то прости, что неправильно поняла. Я думала, я тебе… — Стой, а разве ты не встречаешься с Джулианом? — прямо спросил Генри. Он всё это время не верил в такой исход, но всё равно какое-то зерно сомнений сидело в нём, и сейчас был самый подходящий момент, чтобы разрешить недопонимание. Кайя опешила. — Ч-что? — переспросила она почти замогильным тоном. — С Джулианом? Боже, с чего ты…? — Тогда, у него в кабинете, — объяснил Генри. — Вы с ним… — Я так и знала, что видела кого-то за дверью в тот вечер! — воскликнула Кайя. — Это был ты? Это ты подсматривал за нами? Генри попытался оправдаться: — И вовсе я не подсматривал! Просто случайно оказался в лицее в тот момент. Искал Джулиана, чтобы поговорить с ним. А вот что там с ним делала ты, это уже другой вопрос. Кайя оправдываться не спешила. Она откинула голову на сидение и тяжело вздохнула, с досадой потирая пальцами переносицу и хмуря брови. Тайны девушки очевидно терзали её, но делиться ими ей по-прежнему не хотелось. Пробка наконец сдвинулась. Автомобили вокруг снова медленно поползли по мосту, и Генри обратил своё внимание на дорогу. После паузы он сказал: — Я тебя не осуждаю, если это так. — Боже мой, — повторила Кайя, почти задыхаясь. — Я не встречаюсь с Джулианом, окей? Он старый друг моей мамы, поэтому мы с ним знакомы с моего детства. — Почему тогда на прошлой неделе ты…? — Я здесь прячусь, — наконец отрезала Кайя. — Моя мама — очень влиятельный человек, у которой везде есть свои люди. А мне очень не хотелось бы, чтобы она меня нашла. Я была готова на что угодно, чтобы Джулиан помог мне спрятаться от неё. Он ей очень предан. Моей маме, я имею в виду. Поэтому я не была уверена, что он не сдаст меня ей в ту же секунду, как я к нему заявлюсь, и вела себя… жалко. Всё то, что ты видел… Я понимала, что он не станет мной пользоваться. Я просто не знала, что ещё сделать, чтобы он понял, в каком я безнадёжном состоянии. Повисла долгая тяжёлая пауза. Генри был рад, что поток машин перед ним всё же ожил, и он мог следить за дорогой и избегать взгляда Кайи. Впрочем, Кайя тоже смотрела только вперёд. Осознав, что Кайя не собирается больше ничего объяснять, Генри спросил: — И что ты такого сделала, что тебе приходится, как преступнице, скрываться от собственной мамы? — Сбежала от жениха, — ответила она. — Мы должны были заключить помолвку в тот день, но я струсила, похватала вещи, что попались под руку, всю наличку, что у меня была, и свалила куда глаза глядят. Я поездила по стране пару дней, а потом поняла, что нет выхода лучше, чем спрятаться от мамы у неё на виду — у её собственного друга. — Понятно, — ответил Генри задумчиво. Теперь в истории Кайи, во всех его о ней наблюдениях всё действительно становилось на свои места. И от этого Генри вдруг почувствовал такое облегчение, что засмеялся. Кайя воззрилась на него удивлённо. — Половина нашей группы считает, что вы с Джулианом — сладкая парочка, — пояснил он сквозь смех. Кайя ещё пару секунд смотрела на него в шоке, а потом тоже начала смеяться. В голосах обоих звучали истерические нотки. Но вот напряжение между ними наконец-то спало. — Прости, пожалуйста, — сказал Генри, успокоившись. — Это в любом случае было не наше дело. И вели себя мы порой совсем безобразно. Кайя вздохнула с притворной снисходительностью: — Так и быть. Прощаю. — И кстати, — Генри снова ухмыльнулся, — я тоже хотел бы провести с тобой больше времени. — Слава богу, теперь между нами нет недомолвок, которые могут этому помешать, — улыбнулась Кайя. *** Они доехали до дома Френсиса только к полуночи. Ясное дело, они не успели ни на подготовку ужина, ни на сам ужин. Когда Кайя и Генри вошли в дом, тихо хихикая и перешёптываясь о своём, их друзья успели даже убраться после ужина, так что ничего в интерьере гостиной не выдавало, что здесь совсем недавно было какое-то торжественное — и, вероятно, очень неловкое — сборище. Ричард и Френсис дожидались друзей в гостиной. Ричард клевал носом над заданной на дом книгой, а Френсис вовсю сопел, лёжа головой у него на коленях. — Мы уже думали, что вы не доедете. — Ричард пожал Генри руку, словно они не виделись целую вечность. — Джулиан уже ушёл. Мы хотели пригласить его остаться на ночь, но он, к счастью, уехал, как только закончился снегопад. — Мы тоже думали, что не доедем, — признал Генри. Ричард отложил книгу на столик возле диванчика. Там лежала та же газета, что Генри видел ранее этим вечером у мужчины из ресторана. Кайя тоже заметила газету и сморщила нос. — Кайя, — снова заговорил Ричард, — Джулиан просил передать, что ему звонила твоя мама и искала тебя, но он не сказал ей, где ты. Кайя схватилась за сердце и выдохнула так, будто с её плеч свалилась целая гора. — Это потому что вы встречаетесь? — Сонный Френсис привстал с колен Ричарда и посмотрел на новоприбывших друзей, щурясь от света. Кайя раздражённо всплеснула руками. — У меня нет на это сил! — заявила она. — Вот именно об этой вашей идее-фикс вам надо было писать своё сочинение на тему увлечённости. Генри как раз ещё не сдал его. Вот вам и подходящий материал. Френсис тупо уставился на девушку. Он недостаточно проснулся, чтобы обработать такое многословное возмущение. Кайя взяла со столика газету. Она замахнулась ею так, словно собиралась отшлёпать Френсиса за подобные предположения, да и Ричарда тоже, просто за компанию. Но она просто грубо всучила газету Френсису. Тот, ничего не понимая, принял её. Девушка подхватила руку Генри и, не стесняясь друзей, переплела их пальцы. — Пойдём спать, — позвала она его. Потом снова грозно глянула на Френсиса: — А с вами я поговорю утром. Пока Кайя уводила его к лестнице, Генри успел увидеть, с каким вниманием Френсис и Ричард склонились над первой полосой газеты, той самой, что вещала о сорванной помолвке английского аристократа и девушки по имени Кайлея Маркс.