Два берега одной реки

Переезд — всегда что-то похожее на похороны. Уильям закопал всё своё прошлое в могилу — друзей, хотя у него их даже не было; школу, в которой его унижали; запах собственного детства, навсегда оставшийся в трещинах старого паркета. А затем, дверь дома открывается —  и сразу появляется эта ужасная картина, от которой в глазах заплясали разноцветные круги. Джойс, не теряя ни секунды, подходит к Диего и крепко обнимает его. В дверном проёме мелькнула выглядывающая, темноволосая макушка — словно тень из другого мира. Диего сразу заметил макушку и громко произнёс:  — Майкл, иди поздоровайся! Сразу эта макушка вышла из проёма, с точно недовольным лицом. Сразу оценил взглядом своего нового сожителя и промямлил, подходя ближе:  — Я Майкл, просто Майк. Я покажу тебе твою комнату.  Пока Диего взял вещи Джойс, Уильям подхватил свою сумку, перекинул её через плечо и направился за Майклом. Он не волновался, успевает ли за ним Уильям.  Войдя на второй этаж дома, весь коридор окутало солнечное сияние. Такое Уильям любил. Что-то ностальгическое. Что-то домашнее. Он просто встал и рассматривал эти солнечные лучи, падающее на пол, на него самого. Это был таким… Знакомым?Детским? Майкл понял, что Уильям отстал слишком сильно. Он обернулся и грубо сказал:  — Ты там ворон считаешь или солнечные лучи?! Я сказал — следовать за мной.  Уилл сразу поднял взгляд и увидел его вьющиеся волосы, которые подсвечивались медным блеском и отдавались в темно-рыжий оттенок, выбиваясь из прически. Это было мило, но… Не для Майка. Общий язык Уилл точно не найдёт с ним. Вы дошли до конца коридора, Майк толкнул дверь и открылась пустая, но на удивление очень уютная комната. Стены были выкрашены в мягкий бежевый цвет.  — Сам освоишься, я тебе не нянька. снова грубо сказал Майк и ушел.  В основном, комнатка была маленькой, но уютной, что западало в душу. Он провел рукой по подоконнику, будто бы собирая все лучи солнца. Здесь можно было дышать.  Губы Уилла расплылись в спокойной улыбке, осматривая помещение.  Спустя 2 часа Уильям уже успел развесить свои любимые постеры — The Cure, — и разложить свои рисунки, в которых вложены все мысли и чувства Уилла. В дверь постучали, но Уилл не отвелекался. Дверь в комнату отворилась и вошла Джойс. Она улыбнулась сыну, рассматривая, как эта комната преобразилась. Из пустой — в наполненную атмосферой детства и уже подросткового возраста.  — Нравится здесь, Уилл? — спросила женщина, садясь на край кровати.  Уилл просто пожал плечами, продолжая развешивать. — Уилл, я вижу, как тебе это все не нравится. Но пойми, мы будем здесь жить, и ты должен понимать, всю серьезность. Мы больше не живем с прошлом доме. Мы живем тут. И мы будем жить здесь. Пожалуйста, найди общий язык с Майклом. Со следующей недели мы с Диего уезжаем на отдых, вас с собой взять не сможем. Вы с Майклом будете 2 недели одни. Мы доверяем вам, только если ты пообещаешь подружиться с кем-то в школе и с самим Майком. — Женщина взглянула на сына, он уже стоял развернутый к ней лицом, с распахнутыми глазами. — Мам, почему именно мы? И почему именно я? Я не хочу ни с кем общаться, меня снова будут оскорблять и унижать... Для чего ты сделала все это? Только чтобы я с кем-то подружился? Я все равно не сделаю этого, я не способен на это. — Уилл опустился на пол, все еще разбирая сумку с вещами. — Уилл, ты понимаешь, мы делаем это всё, чтобы только ты нашел общий язык с обществом? Ты изолирован, ты не понимаешь всю серьезность. Пожалуйста, пообещай мне. — Джойс встала и подошла к сыну, прикасаясь к его плечу.  — Не могу обещать, мам. — пробормотал Уилл и вернулся к постерам.  Женщина тяжело вздохнула и оставила Уильяма одного.  Часы показывали 22:00, пока Уилл оторвался от своих занятий. Он понял, что загулялся и решил пойти искать ванную комнату, чтобы для самого начала принять душ и спокойно лечь спать. Он вышел из комнаты, идя по темному коридору. Уилл увидел свет из щели комнаты и решил постучать. Это оказалась комната Майка. Уилл нерешительно постучал. Спустя несколько секунд дверь резко открылась. Карие глаза впились в него ненавистно, прямо в душу: — Чего тебе? — холодно задал вопрос он. — Хотел узнать, где уборная с душем. — немного замкнуто задал вопрос юноша. — Прямо перед лестницей. И вообще Байерс, отвали уже от меня. — дверь сразу закрылась перед носом Уилла.  Юноша поплелся в душ. Конечно, он не был рад такому отношению к себе, но уже привык к этому. Хотя… в этих глазах, если присмотреться, мелькало что-то ещё. Что-то тёплое, почти нежное, что Майк старательно прятал за маской безразличия. Но Уилл старался не думать об этом.  "Это же мой сводный брат, я не могу думать о таком!" — повторял у себя в голове он. Дойдя до ванной, он открыл дверь. Вошёл. Ванная была очень маленькой. Туда помещалась ванная и раковина с зеркало над ней. Уилл вздохнул и сразу набрал ванную и сел греться в неё — дома было достаточно холодно.  Спустя час, он вышел из ванной, вытирая мокрые волосы, с которых капала вода и на пол, и на лоб, и на одежду. Войдя в комнату, все было как всегда. Он осмотрелся вокруг, вглядываясь в постеры группы The Cure — до его же рисунков. Уилл опустился на кровать, погружаясь в раздумья. Мысли крутились в голове, словно листья на осеннем ветру. Он думал о школе, о том, как снова придётся сталкиваться с насмешками и одиночеством. Думал о Майке — о его резких словах и скрытой теплоте, которую Уильям никак не мог разглядеть. Думал о матери, о её надежде, которую он, возможно, не сможет оправдать.  В этих раздумьях он и уснул — тихо, незаметно, словно растворившись в полумраке комнаты, где солнечные лучи уже давно сменились холодной лунной дорожкой на полу.