Два берега одной реки

Утро началось серым и промозглым. Уильям долго стоял и рассматривал себя в зеркале, которое висело на шкафу. Темные круги под глазами, растрепанные и слегка влажные волосы после сна, бледное выражение лица. Он тяжело вздохнул и открыл шкаф с одеждой. Одел обычную рубашку, слегка помятую и брюки. После поплелся на кухню.  На кухне царила непривычная суета. Джойс накладывала тосты в тарелки, Диего уже не было, а Майк… Майк сидел у окна, смотря туда, попивая чай. При виде Уилла, он поднял свой снова взгляд, но он был уже пустым и отстраненным.  — Уилл, дорогой, — начала Джойс, ставя тарелку перед ним. — Сегодня важный день. Постарайся быть открытым. Может, познакомимся с кем-нибудь? Уилл молча перекинул школьную сумку через плечо и пожал плечами. Слова матери — звучали как далёкое эхо — он знал, что в новой школе, всё будет как прежде. — Если будешь тупить — опоздаем, — бросил Майк, вставая из за стола. Уилл   поплелся за ним, устало помахав Джойс рукой. Школа оказалась типичным трёхэтажным зданием из бежевого кирпича, с обшарпанными дверями и скрипучими полами. Уилл шёл за Майком, чувствуя, как внутри нарастает знакомый липкий страх.  В прошлой школе его прозвали "Зомби-боем" — за молчаливость и отстраненность от коллектива. Здесь, видимо, ждёт тоже самое. — Вот твой класс, — Майкл указала взглядом на дверь с табличкой на ней "10 класс" и тут же развернулся, чтобы уйти. - Постой, — Уилл сделал шаг к нему вперёд. — Может… Хотя бы расскажешь, кто здесь нормальный?.. Майкл замер, медленно оборачиваясь. В его глазах промелькнула нотка сочувствия, но уже через секунду всё это закрылось за маской безразличия. — Здесь все "нормальные". Просто ты не такой, как все. С этими словами он развернулся и оставил Уилла одного в коридоре, перед дверью, из которой доносился смех и голоса. Первый урок — Английский — превратился в пытку. Учитель, мистер Кларк, быстро представил новенького классу и тут же вызвал его к доске — написать отрывок из текста, прочитанный дома. Уилл стоял как вкопанный, сжимая мел, и чувствовал, как тысячи невидимых глаз впиваются в него. Слова расползались по доске, смешиваясь с трухой от мела.  — Ну что, Байерс, — протянул кто-то сзади. — Или ты только молчать умеешь? Класс взорвался хохотом. Уилл сжал кулак левой руки, но не обернулся. Он знал: ответишь — будет хуже. По собственному опыту он это точно знал, после одного раза. Когда урок закончился, он бросился в коридор, запихивая учебники по пути в сумку, надеясь спрятаться в туалете, но на пути возникла фигура. - Эй, ты! — перед ним стояла девушка, с рыжими волосами, заплетенными в косички. — Это ты новенький? Уилл кивнул, не зная, что ожидать. — Ты классный, — она кивнула на него. — Я Максин, просто Макс. Хочешь, вместе сядем на литературе?  Он замер, не веря своим ушам. Кто-то… Заговорил с ним просто так? — Эм… да, конечно… Я… кстати… Уильям или просто Уилл… — выдавил из себя Уилл.  Макс улыбнулась и, махнув ему рукой, скрылась в толпе. Уилл остался стоять посреди коридора, чувствуя, как внутри разгорается надежда. Может, здесь всё-таки есть место для него? После всех уроков он медленно брёл домой, обдумывая день. Встреча и знакомство с Макс казались чудом, но слова Майка не выходили из головы: "Просто ты не такой, как все" За поворотом виднелся знакомый силуэт. Майк сидел на скамье, листая учебник. Увидев Уилла, он нахмурился. — Чего такой довольный?— спросил он, будто это было преступлением. — Мне… предложили вместе сесть на уроке… — осторожно ответил Уилл. Майк хмыкнул — Небось с Макс? Она всем предлагает. Через неделю забудет твоё имя. — Почему ты всегда такой? — вдруг из уст Уилла вырвалось это. — Почему обязательно надо всё испортить? На секунду в глазах Майка снова промелькнуло что-то уязвимое, но он тут же отвернулся. — Потому что знаю, что и как бывает. Ты думаешь, она другая? Все одинаковые. Уильям хотел что-то возразить или сказать, но замолчал. Может, Майк прав? Или… может, он просто боится признаться, что тоже хотел бы верить в хорошее? — Пойдём домой, — сухо сказал Майк, не дожидаясь ответа. Они шли молча. Где-то вдали звенели церковные колокола, а солнце, пробившееся сквозь тучи, окрасило асфальт и улицу в золотистый свет. Возможно, этот первый день— первый шаг к чему-то новому. Или к очередной боли. Пока Уилл не знал. Вечером, вернувшись в свою комнату, Уилл достал свой блокнот и начал рисовать. Линии ложились на бумагу сами собой — силуэт Майка в солнечном свете, стоящего в коридоре. Именно таким Уилл запомнил Майка в тот день. Он сам не заметил, как вывел в углу рисунка надпись: "Почему он так меня задевает и ненавидит?". В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, Майк вошёл в комнату, держа в руках чашку чая.  — Держи. Твоя Мама сказала, тебе надо согреться, — он поставил чашку на тумбочку, не глядя Уиллу в глаза. — Спасибо… — прошептал Уилл, удивлённый этим жестом. Майк почти вышел, но вдруг обернулся. — И… прости за сегодня. Я не хотел… ну, ты понял. Не дожидаясь ответа, от закрыл дверь, на удивление, не хлопая ею. Уилл смотрел на поднимающийся пар из чашки, и чувствовал, как внутри что-то теплеет. Может, не всё так безнадежно? Уилл долго смотрел на закрытую дверь, пытаясь осмыслить произошедшее. Слова Майка, его неожиданный жест с чаем — всё это не укладывалось в голове.  Он поднёс чашку к лицу, вдыхая аромат мёда и зелёного чая. Тепло медленно разливалось по всему телу, но еще сильнее теплело где-то внутри — там, где все годы царил ледяной покой.