Согревая лёд

В поместье Леонардо царила та тишина, которая бывает только в идеально натопленных комнатах, где все вещи лежат на своих местах, а слуги передвигаются бесшумно. Эта тишина была красивой, выверенной и совершенно невыносимой Леонардо сидел в кресле у камина, лениво перелистывая страницы книги, которую не читал. Огонь играл на его бледном лице, подчёркивая острые скулы и холодное выражение глаз. Ему было скучно. Та скука, когда не хочется ничего: ни дуэлей, ни балов, ни даже привычных интриг А вот и я! — дверь гостиной распахнулась с таким шумом, словно в неё влетел ураган.Ты не поверишь, что я узнал! Феликс ворвался в комнату, сияя улыбкой во все тридцать два зуба, и рухнул в соседнее кресло, даже не дожидаясь приглашения. Его плащ небрежно съехал на одно плечо, сапоги оставили на идеальном паркете едва заметный след мелочь, которая обычно приводила Леонардо в бешенство, но сегодня он даже не обратил внимания Феликс, — голос аристократа был ровным, как лезвие клинка.Ты всегда появляешься так… шумно? Только когда есть повод, — друг ничуть не смутился и пододвинулся ближе, понижая голос до заговорщического шёпота. Слушай, я знаю, тебе скучно. Твоя вечная хандра видна за версту Леонардо не ответил. Он лишь приподнял одну бровь, позволяя другу продолжать Что ты знаешь о рабах? Вопрос повис в воздухе, как брошенная перчатка. Леонардо наконец отложил книгу и посмотрел на Феликса внимательнее. В его серых глазах мелькнуло что-то похожее на интерес Ты хочешь сказать, что мне не хватает прислуги? — спросил он с лёгкой насмешкой.У меня есть Альфред, который знает этикет лучше меня самого. И ещё полдюжины слуг, которые передвигаются так тихо, что я иногда забываю об их существовании Не прислуги, — Феликс хитро прищурился. Я говорю о… необычных рабах. Знаешь, есть такие с ушками, хвостами. Говорят, они очень забавные. А главное преданные до гроба Леонардо замер. В его холодном сердце шевельнулось нечто, похожее на любопытство Продолжай — коротко бросил он