Он просто друг

      Цзюнь У был трудоголиком. Смотря, на его график и вечную занятость — это было очевидно. Всю свою сознательную жизнь он пахал, как лошадь. Он мог мог вкалывать по 15 часов без выходных. Работа приносила ему удовольствие. Или нет?       Альфа рос в успешной семье. У родителей был собственный бизнес, целая империя, как любил шутить отец. Мама была чудесной женщиной. Безмерно любила мужа и души не чаяла в сыне. Он был единственным ребёнком, поэтому всё внимание всегда доставалось ему. Вот только этого внимания ему было мало. Отец часто задерживался в офисе. Мама могла раствориться в чатах, не замечая ничего вокруг. Родители летали в разные командировки, оставляя его с няней. Они могли не видятся неделями и это в их семье считалось нормальным.       Ещё в совсем детском возрасте мальчик задумывался о том, как привлечь к себе внимание. Другие дети просто закатывали истерики, мешали работать или прибегали к другим простым методам, но в его случае ни один этих вариантов не работал. Так, он добивался только того, что успокаивать бунтующего ребёнка приходила добрая нянечка. Она прижимала его к себе, гладила по голове, шептала какие-то нежные слова и мальчик почти мог представить, что эти руки принадлежат его маме. Вот только запах был не тем. Мама пахла цветочным мёдом и как же давно он не ощущал этот запах в полной мере. Всё его существо хотело побежать сейчас к ней и прижаться всем телом, пытаясь впитать в себя родной аромат. Но он не побежал. Ему нельзя. Мама расстроится и тогда точно не возьмёт на руки. Пришлось спокойно сидеть на руках няни, вдыхать запах свежескошенной травы, а представлять цветочное поле.       Все попытки привлечь внимание заканчивались крахом. Все кроме одной.       — Мама, смотри, — подошёл пятилетний мальчик, протягивая грамоту. — У нас в садике был конкурс поделок и я выиграл!       Женщина, что до этого разговаривала по телефону, параллельно печатая что-то на компьютере, вдруг остановилась. Она словно только сейчас заметила присутствие сына и медленно перевела на него взгляд.       — Я перезвоню, — буркнула она в трубку и впервые за долгое время отложила телефон, полностью разворачиваясь к сыну.       Цзюнь У запомнил этот момент на всю жизнь. Как мама протянула к нему руки, аккуратно вынимая грамоту, внимательно прочла её и улыбнулась.       — Ты большой молодец, У-эр. Расскажешь, что это была за поделка, — никаких «потом, я сейчас немного занята» или «давай обсудим это вечером», мама просто притянула его к себе, обнимая и усаживая на колени, а он пустился в красочный рассказ.       Счастью его тогда не было предела, но оказалось это ещё не всё. Когда отец вернулся с работы, ему первым делом сообщили об успехе сына и тот тоже не остался в стороне. Он поднял мальчика и закружил в воздухе, сыпля похвалой. И после этого дом не затих. Они решили устроить семейный ужин, которого давно не было, и отпраздновать. Это был настоящий праздник. Они разговаривали, Цзюнь У слушал и его слушали. В календаре он отметил это, как лучший день.       Но уже на следующий день всё вернулось на круги своя. Няня, детский сад и одинокий ужин. Родители готовились к очередной командировке и им было не до ребёнка. Они ехали работать туда, а их сын оставался работать здесь. Единственная разница в том, что работа эта разная. Пока взрослые сидели за компьютерами, Цзюнь У рисовал, лепил, пел и даже начал посещать занятия единоборств. Мальчик копил грамоты, чтобы потом продлить своё блаженство.       Потом Цзюнь У пошёл в школу. Оттуда он приносил только отличные оценки и родители его замечали. Он начал самостоятельно убираться дома, помогая няне, и та рассказывала это родителям, а они гордились своим сыном и уделяли ему внимание. Так выработалась закономерность: чтобы быть замеченным, чтобы чего-то стоить — нужно работать.       Мальчик вырос в юношу и тогда идеальность стала восприниматься, как данность. Быть идеальным всегда — невозможно. Рано или поздно система даёт сбой и он выливается в:       — Почему 4? Ты же можешь лучше.       — Почему ты так плохо написал последний тест? Куда ты скатываешься?       — Почему он смог получить высший балл, а ты нет? Раз он смог, значит там не было ничего невозможного.       — Почему...       — Почему...       — Почему...       — Почему...       — Почему...       — У тебя всё в порядке..? — тихий голос пробил бесконечную стену голосов. Цзюнь У вздрогнул.       — А?       — Может у тебя что-то случилось? Всё хорошо? — спросила одноклассница.       — Да-да, всё нормально. Спасибо, что спросила, — отмахнулся парень. — Сегодня у родителей важное совещание, вот и загнал себя. Они потихоньку вводят меня в курс дела компании, но я всё ещё очень волнуюсь. Не хочу их подвести.       — А, ну понятно... Удачи тебе, — она растворилась в толпе, как будто её никогда здесь и не было. Остался только лёгкий аромат корицы.       — Омега, — понял Цзюнь У и тихо прошептал под нос, пробуя это слово. — Когда-нибудь у меня будет такая пара.       Цзюнь У был альфой. Его вторичный пол, по общим меркам, проявился довольно рано и уже с того возраста юноша знал, что в будущем хочет себе семью. Миловидного омегу с хрупким телом, которого он будет защищать, и детей, с которыми он будет проводить всё свободное время. Пол детей не волновал альфу, все стереотипы о «настоящем наследнике» его не касались.       Вечером действительно состоялась деловая встреча, на которой присутствовал Цзюнь У. И именно эта встреча пошатнула его убеждения.       — Не повезло им, — тихо сказал отец, смотря в сторону других предпринимателей. Младший альфа тоже перевёл взгляд туда, но не заметил ничего странного, чему можно было бы сочувствовать. Обычная и с виду счастливая семья. Пара мужчин, омега и альфа, и двое их детей. Цзюнь У пришлось принюхаться, чтобы уловить их слабые феромоны. Сладковатый запах говорил сам за себя.       — А что не так отец? — решил всё-таки спросить парень.       — Просто жаль, что такая фирма пропадёт зря. Они с мужем отличные предприниматели, возвели такую компанию, а вот наследника нет.       — Как же? — Цзюнь У вернул взгляд к юноше и девушке чуть старше его самого. — Это разве не их дети?       — Их, но две попытки и две омеги. Они не могут попробовать ещё раз. Его здоровье не позволит, такое часто бывает у мужчин омег, поэтому промохи недопустимы, — отец вздохнул и улыбнулся. — Хорошо, что ты альфа.       И опять этот тон. Гордость. До этого Цзюнь У и не знал, что его вторичный пол может быть предметом гордости. Это ведь даже не какое-то достижение. От него здесь не зависело ровным счётом ничего, но именно благодаря этой удаче у него появился шанс проявить себя. Омега не может стоять во главе компании, потому что это законное место альфы. А Цзюнь У альфа.       Дела шли отлично. Новые связи, знакомства и бесценный опыт. Отец даже присмотрел ему достойную пару, ведь знал о том, как сын желает завести семью. Ничего не предвещало беды, но это было лишь затишьем перед бурей. Империя пала за считанные часы, восстановить ситуацию пытались неделями, а на суды ушли месяца. Они остались ни с чем. Только с грузом на сердце и долгом, который будет преследовать их годами.       Отец не выдержал – спился. Он привык держать всё под контролем, но когда этот контроль исчез, альфа растерялся. Он не знал за что ухватиться, поэтому ухватился за бутылку. Алкоголь помогал создавать видимость утраченного контроля и это стало зависимостью. Как только разум прояснялся ему становилось невероятно больно. Он не смог спасти, не оправдал надежд, подвёл — всё это давило на плечи старшего альфы, который должен был быть примером, и чтобы стало хоть немного легче, он опять уходил в забытье.       Цзюнь У продолжал учится. Благодаря тому, что он никогда не полагался на богатство родителей и поступил на бюджет сам, сейчас он мог продолжить обучение. Помимо учёбы он хватался за любую работу. Разовая эта работа или на определённый период, альфу не волновало. Им нужны были деньги. Помимо минимальных выплат долгов, им еле хватало на базовые потребности.  Приходилось экономить на всём и работать в два раза больше. Цзюнь У был уверен в том, что если хорошо постараться, то они снова смогут встать на ноги и двигаться дальше. Альфа уходил рано утром на первую подработку, потом шёл в университет и на другую работу. Домой возвращался он каждый раз очень поздно, но один вечер выдался свободным.       По привычной дороге он возвращался в приподнятом настроении. Получилось выправить оценки и вернуться к идеальным результатам, да и ещё не севшее солнце радовало глаз. Он рассчитывал порадовать мать её любимым супом, специально для которого он зашёл купить куриное филе. Но дом встретил его непривычной руганью и криками. Пакет с продуктами тут же упал на пол.       Парень влетел в комнату родителей, едва не выбив дверь. Там, над сжавшийся матерью, отец замахнулся рукой для очередного удара. Пьяный отец, как понял Цзюнь У по запаху. Дальше младший альфа действовал только на инстинктах и адреналине. Он перехватил запястье отца оттолкнул его в сторону. Мужчина, отступив на пару шагов, пошатнулся от удара. В глазах полыхал дикий огонь. Сейчас он был абсолютно невменяемым. Он видел в Цзюнь У угрозу, конкурента и планировал начать драку. Но тут в него прилетел деревянный столик. Парень, в порыве ярости и отчаяния, швырнул в отца первый попавшийся предмет и прорычал:       — Убирайся, — мужчина, явно не ожидавший такого, замер. — Пока не протрезвеешь, можешь не появляться в этом доме.       На удивление, альфа действительно ушёл. Его не было несколько дней и бог знает где он пропал всё это время, но когда вернулся, рассыпался в извинениях. Домой его впустила мать, пока сын был на работе. Она ему поверила, но через несколько дней ситуация повторилась. Вот только тогда Цзюнь У врываться не стал.       Сквозь стену доносились не самые приличные звуки и отрывистые стоны. Это было похоже на обычный половой акт, если не прислушиваться к словам матери.       — Стой! Хватит, — кричала она. — Я... Я не хочу сейчас. Остановись, пожалуйста.       Цзюнь У постыдился входить в комнату. Он подумал, что это только сегодня. Что такое больше не повторится. Что у отца скоро гон и он просто не смог совладать с инстинктами.       — Такого больше не будет, — пытался оправдаться он. Оправдать свою слабость, то что не может открыть дверь и прекратить насилие. — Мама... — прошептал он, продолжая сидеть под дверью. Парень уткнулся лицом в колени и слёзы медленно мочили ткань потёртых штанов. Против такой ситуации он бессилен.       Весь следующий день мама ходила подавленной. Она пыталась натянуть на себя улыбку, но выглядело это плохо. Ночью всё повторилось, а Цзюнь У так и не смог войти.       Его грызла совесть. С одной стороны он не должен видеть мать в таком положение, но с другой он альфа и должен защитить омегу. Но он не мог решиться. Не мог сделать хоть что-нибудь, пока не пришёл с ночной смены. Цзюнь У тогда очень устал. На часах было около 3 ночи. Он планировал прийти и сразу лечь спать, но планы разрушили звуки из родительской комнаты. Мама опять просила прекратить и рука младшего альфы зависла над ручкой.       «Может не стоит?» — промелькнуло в голове всего на секунду, после чего разум уснул. Остались инстинкты. Он открыл дверь.       Отец на него зарычал, а мать смотрела испуганными глазами. По её щекам катились слёзы, а на теле появлялись новые синяки. Цзюнь У подошёл ближе и не церемонясь разорвал сплетённые тела. Отец от сильного толчка отлетел в шкаф. Больше он не видел в парне собственного сына. Он видел альфу. Соперника, который претендовал на его омегу. И он напал. Набросился с кулаками, но его тут же повалили на пол. Цзюнь У начал бить. Вот и пригодились занятия единоборств, на которые его с гордостью водил отец. Пригодились, но в какой ситуации. Жизнь будто смеялась над ним.       После этого избитый альфа ушёл. Пропадал пару дней, а потом возвращался. Цзюнь У больше не мог узнать своего отца в этом мужчине. Каждый раз он приходил домой и пытался кого-то ударить. Цзюнь У избивал его снова. Он бил, бил и бил, пока однажды отец не ушёл навсегда.       Парень не знал что чувствовать. Мама тоже молчала. Поэтому он решил оставить его в прошлом. Это был больше не тот папа, который редко, но всё же носил его на руках. Это был незнакомый ему мужчина, который мог поднять руку на жену и сына. Они думали, что он вернётся. Но его не было неделю, затем месяц и так он медленно исчез из их жизни. Ушли побои, пьяные ссоры и в мусорку полетела третья зубная щётка. Не было больше для него места в их мире.       Прошло почти 4 года. Цзюнь У с головой ушёл в работу. Он заканчивает магистратуру и параллельно пытается построить собственный бизнес. Система отца была хорошей, просто где-то была брешь, поэтому Цзюнь У поднял старые записи. О том, как они начинали, записи часто были сделаны от руки или обрывались на полуслове. В одиночку было сложно достоверно что-то восстановить, но мама всегда была рядом и помогала во всём, о чём бы он не попросил.       Что-то начинало получаться. Цзюнь У 25, последний год он работал, почти не выходя из дома. Диплом об отличном окончании магистратуры получен ещё прошлым летом, поэтому выходить на учёбу нет необходимости, за продуктами ходит мать и она же настояла на том, чтобы ей найти работу. Сидеть дома хорошо. Это приносит пользу. Но иногда что-то тянет на улицу и приходится идти гулять. Дать организму подышать свежим воздухом хотя бы немного.       Что именно тянуло на улицу, Цзюнь У объяснить не мог. Возможно это была судьба, ведь именно в тот день он увидел прекрасного омегу. Молодой парень, шатен с короткой стрижкой. Белые брюки и светло-зеленая свободная рубашка подчёркивали его хрупкую фигуру. Он был таким светлым, словно сошедший с небес небожитель. Как же повезёт тому, кто сможет забрать его сердце. Шатен над чем-то рассмеялся и только тогда Цзюнь У обратил внимание на идущего рядом альфу. Этот юноша, кажется, был на несколько лет младше омеги и видимо ему уже повезло. То, каким взглядом этот мальчик смотрел на него, говорило слишком о многом. Такой взгляд не у каждого взрослого бывает, а тут почти ребёнок.       Эту парочку Цзюнь У видел ещё не раз. Стоило только выйти прогуляться, так они оказывались где-то поблизости. Всегда вместе, всегда счастливые.       Где-то глубоко внутри кольнула зависть, ведь этот омега и его не оставил равнодушным. Образ юноши всё чаще являлся ему во снах. Всё чаще он невольно начинал вглядываться в толпу в парке, чтобы увидеть каштановую макушку. И вот его опять начинал мучать вопрос: почему? Почему они могут быть счастливыми просто так, а он должен работать? Почему он должен заслужить любовь, когда кто-то получает её безвозмездно? Почему они воспринимают как должное то, ради чего он работал всю жизнь? Вопросов осталось много, но поток прервал чуть не влетевший в него прохожий.       — Ой! Прошу прощения, я споткнулся и совсем не заметил вас, — раздался мелодичный голос.       Цзюнь У замер. Он ведь и подумать не мог, что сможет так скоро увидеть этого омегу и даже заговорить с ним. Сегодня судьба была действительно благосклонна. И если удача существует, то ради этой встречи, он бы потратил её всю.       — Не стоит извиняться, я ведь тоже за дорогой совсем не следил, — наконец заговорил альфа. — Я часто вижу вас здесь. Живёте где-то неподалёку?       — Мне просто очень нравится этот парк и вам, как я могу судить, тоже, — ушёл от прямого ответа юноша.       А Цзюнь У нравился вовсе не парк, но об этом омеге сейчас знать абсолютно не обязательно.       — Я, кстати, Се Лянь. Будем знакомы.       — Очень приятно, я Цзюнь У, — на автомате произнес альфа, мысленно произнося чужое имя.       — Ещё увидимся! — вдруг прокричал Се Лянь, убегая куда-то и быстро сливаясь с толпой.       Альфа опять задумался и даже не успел понять, когда омега отошёл от него, поэтому всё что ему оставалась это приподнять руку и неловко помахать в ответ. На мгновение ему показалось, что всё произошедшее было плодом его воображения, но яркий цветочный аромат, всё ещё витающий вокруг, твердил об реальности происходящего.       После этого, случайные встречи обязательно сопровождались коротким приветствием. Теперь, увидя его в толпе, Се Лянь мог улыбнуться и помахать ему рукой, если он был слишком далеко.       — Гэгэ, кто это? — удивился спутник омеги, когда они поздоровались в первый раз.       Другой альфа буквально просканировал его взглядом и Цзюнь У его прекрасно понимал. Он бы тоже ни за что не отдал бы такое сокровище кому-то другому.       — Это Цзюнь У. Мы познакомились в парке несколько дней назад. Он тоже любит это место, а я чуть не влетел в него, пока он прогуливался.       — Гэгэ... — вздохнул парень. — Я же столько раз говорил, что тебе следует быть осторожнее.       Омега уволок его в сторону ближайшей кофейни, а Цзюнь У остался на едине со своими мыслями.       Ему 25. Он почти восстановил империю отца, но работа съедала его. Поглощала целиком и полностью, пока он не выбирался в парк, а там Се Лянь, который одним своим видом разгонял все тучи. Они стали чаще пересекаться с омегой. Иногда даже проводили спокойные вечера в кофейне. Их разговор тёк плавно. В нём не было острых углов и обоим было комфортно. Всё было настолько хорошо, что однажды Цзюнь У осмелился спросить про отношения.       — А? У меня никогда не было отношений. Я как-то даже не задумывался об этом, но, если бы предложили, попробовать бы не отказался. — спокойно ответил Се Лянь. — А с чего ты так решил?       — Но... Ты и Хуа Чен... Я думал...       Пока альфа подбирал слова, омега звонко рассмеялся.       — Сань Лан просто друг.       «Просто друг», – прозвучал колокол в голове Цзюнь У. Но на друзей так не смотрят. Просто друзей так не касаются. Он ведь видел всё это со стороны. Он знает о чём говорит. Но омега перед ним или притворялся, что не видит очевидного, или действительно ничего не замечал. Цзюнь У больше склонялся ко второму варианту, да и его это мало должно волновать. Он не упустит свой шанс.       — Тогда ты не против попробовать со мной?.. — омега завис. — Будешь моим парнем?       — Да.       Простое да, что наверняка разрушело жизнь другого, ещё ничего не подозревающего, альфы. Одно просто слово, что легко заперло чувства другого человека в стальную клетку и спрятало глубоко внутри. Цзюнь У думал, что это согласие разобьёт чувства другого и с этим наступит конец. Он правда ждал, что он уйдёт, ведь ревновал. Надеялся, что от боли, другой альфа просто просто отвернётся и исчезнет из жизни омеги. Но какого же было его удивление увидеть этих двоих в парке. Опять вместе, опять счастливых.       За секундным гневом пришло недоумение. Возможно он не знал? Но Хуа Чен, за несколько недель, что они встречаются, явно не раз видел их вместе. Да и Се Лянь ему точно всё рассказал. В груди кольнула ревность. Не хочет же он увести омегу?       Альфа понимал, что поступает, возможно, подло, но беспокойство не давало покоя. Он не стал врываться в их прогулку, не стал кричать, он просто наблюдал. Здесь как в бизнесе, необходимо знать своего оппонента. А для этого нужно лишь смотреть внимательно и соперник сам расскажет все свои слабости. Конкуренция была знакома ему ещё с юности, поэтому он знал, как выходить победителем. Но в этой ситуации, как и во многих других, требовалось немного подождать.       Вместо того, чтобы провести это время со своим партнёром, он следил за ним. Он ожидал каких-то действий от Хуа Чена, но ничего не было. Даже наоборот альфа убрал все лишние прикосновения, что позволял себе раньше. А ещё его взгляд. Он ушёл. Вернее спрятался глубоко внутри тёмной радужки. Он был всё также нежен с омегой, но больше без подтекста. Теперь он был кристально чист. Сердце Цзюнь У успокоилось, а потом его глаза нашёл взгляд Хуа Чена и это поставило окончательную точку. Такой контакт всегда говорил больше слов и Цзюнь У всё понял. Хуа Чен не будет мешать их отношениям. Не будет лезть в них. Он просто останется рядом. Это было их безмолвным договором.       Его как будто и вправду не волновали собственные чувства. Он спокойно наблюдал за тем, как отношения его любимого человека переросли в брак. Он словно совсем не испытывал боли, ни разу за год не пытался нарушить их неформальный договор, и Цзюнь У попытался поймать его прямо на свадебном банкете, чтобы поговорить об этом. Но Хуа Чен ответил одной сухой фразой:       — Я хочу, чтобы Се Лянь был счастлив. Неважно со мной или нет.       И опять последнее слово в диалоге оставалось за этим неотёсанным мальчишкой, после чего он растворился во тьме коридора, выходя из уборной и возвращаясь на празднество.