Печаль вещей

Микасе пришлось перерыть весь платяной шкаф, дабы найти небольшое зеркальце и таким образом показать капралу результат своих праведных трудов. Тому уже не сиделось, и он, вооружившись веником, подметал остатки собственных отстриженных волос, дабы Микаса или неугомонная Юки не разнесли те по всему дому. – Вот, смотрите туда, – в который раз усадив его, девушка придержала зеркало таким образом, чтобы в отражении Леви смог увидеть приведённые в порядок волосы, – Не так коротко, как вы привыкли, но это бритву надо, а у меня её нет. – Всё хорошо, так тоже пойдёт, – лишний раз повертел головой Леви, удостоверяясь, что нигде не осталось неровно снятых волосков, и Микаса с улыбкой подправила его косой пробор: – К выходу в свет готовы. Ну что, идём в Трост? Дорога неблизкая, возьмите Эльке. – Да, пожалуй, что идея хорошая, – удостоверившись, что пол относительно чистый, капрал убрал мусор, а затем, сполоснув руки, снова вышел к ней, – Можем идти. – Доброе утро! – заметив их, повис на заборе Эмиль, – Бабушка просила передать, что грибы подсушились, зайдёте забрать? – Да, но только не с утра, вечером обязательно забежим, – отозвалась Микаса, и мальчишка, сверкнув улыбкой, снова скрылся из виду. День благоволил прогулке: по небу бегали небольшие облачка, периодически закрывавшие солнце, а это значило, что пекло пока откладывалось. – Я тут заметила, – проговорил капрал, садясь в седло, – Что её даже подгонять не надо, она спокойно понимает команды голосом. Смотри: Эльке, идём. Мулица перешла на привычный ей размеренный шаг, и спустя какое-то время Леви скомандовал: – Стой. Та затормозила, послушно прядая ушами. – В который раз воздадим хвалу Её Величеству, – тоже весьма удивилась Микаса, – Не каждая лошадь сообразит, а Эльке, пусть и молодая, быстро приспособилась. Ну или на неё так ваш шарм действует, в конце концов, вы сегодня подстриглись. – Но разумеется, франт франтом, то кошки липнут, то мулицы слушаются – не жизнь, а мечта. Девушка захихикала, пока они выходили на главную улицу. Леви было видно чуть дальше, а потому он, наклонившись вперёд, заметил: – Это что, делегация из Маре там? – Видно, туристы, – взглянув в нужную сторону, Микаса узрела совершенно нехарактерную для Парадиза одежду, не говоря уже о несколько дёрганом поведении. Наверняка это были элдийцы, совсем как и местное народонаселение, возможно, даже раздумывали, уж не переехать ли им на историческую родину – такое тоже вполне могло быть, земель было вдосталь, и едва ли кто стал коситься с подозрением. – Пропустим их, – снова скомандовав Эльке, Леви приостановился, – Мы ведь не опаздываем? Ответить Микаса не успела, поскольку в этот самый момент от толпы отделилась невысокая фигурка с длинными волосами, направляясь прямо к ним: – Ого! Целых два Аккермана. Моё утро просто не могло быть лучше! – Госпожа Фингер? – Микаса улыбнулась, помахав ей рукой, и вскоре женщина, долгое время жившая в шкуре титана-рикши, поравнялась с ними и, сложив ладошку козырьком, взглянула сначала на девушку, а затем на капрала: – Здравствуйте. – Здравствуй, Пик, – Леви спешился, протягивая руку, но вовсе не ожидал, что чужестранка загребёт их обоих за шеи, обнимая: – Это же лучший подарок! Я понятия не имела, где кто из вас живёт, но это так здорово – в итоге встретиться. Свалю-ка я, пожалуй, с этой экскурсии, где гостиница я запомнила, лучше с вами пройдусь. – О, ну дело в том, что у нас запланирована встреча с друзьями, – крайне неловко заскребла затылок Микаса, на что Пик пару раз моргнула: – «У нас»? – То есть у меня. Мои друзья, – быстро оговорилась девушка, и Пик, состроив хитрую мордашку, вдруг зачерпнула Леви под локоток: – В таком случае не будешь возражать, если украду капрала на пару часиков? Это был настолько безупречный хищнический выпад, что ему не смогла противостоять ни Микаса, ни тем более Леви, к тому же первая сказала «Да, конечно», а ему в такой ситуации отпираться было бы уже нелепо. – Ты для записи всё взяла, в случае чего? – только и мог что спросить Леви, на что бывшая подчинённая сосредоточено кивнула. То же самое лицо, которое у неё бывало при очередных выходках Эрена, непроницаемое, как у телохранителя, не раз ловившего пулю. – Ура-ура, красавец мужчина ведёт меня смотреть легендарный город Парадиза! – активности Пик было не занимать, и вскоре она действительно уволокла что капрала, что Эльке за собой, не переставая щебетать о каких-то своих девичьих делах. У Микасы было полное ощущение того, что ей отказал привод, и она продолжает лететь вниз, но почему-то всё никак не шмякнется об землю. Да, разумеется, это было неожиданно, но... Нет, лучше не брать а в голову, нормальная ситуация, помнится, когда они приезжали в Маре, ребят приходилось чуть ли не за штаны хватать, когда они бегали от лавки к лавке, от диковинки к диковинке, так что и Пик можно за это простить. Всё в полном порядке, и её встреча с Армином и Энни, по идее, пройдёт чуть более душевно и чуть менее формально – всё же капрал был им командиром, не совсем другом. Кафе в Тросте встретила её радушно, ещё замечательнее было то, что на пороге как раз была Хельга – поправляла надпись цветными мелками, гласившую о том, что у них после семи вечера скидка на всю выпечку. Аккуратно выглаженная форма и накрахмаленный фартук, дочь соседки было не узнать, зато Хельга вычислила Микасу без промедления: – Девочка моя, вот и ты! Заходи, они уже ждут, прямо ёрзают, так хотят увидеться. Насчёт Энни Микаса сомневалась, но Армин живо раскрыл руки при её подходе, принимая девушку в объятия: – Привет! Так здорово было получить от тебя весточку. Как Хидзуру? Дома уютно? – Дома лучше всех, хотя в Хидзуру тоже было хорошо, – со смехом проговорила она, отстраняясь и встречаясь взглядом с Энни. Та сделала мимолётное движение, но обняться всё же не решилась, улыбнулась, и Микаса кивнула ей с дружелюбием. Будут обниматься, когда достигнут той самой стадии «много воды утекло», пока ещё утекло недостаточно. Перед финальной битвой они все перемешались, словно вода и масло, удивительным образом не разделились и впредь, однако же некоторые воспоминания так просто не исчезают. Хорошо, что капрал не пошёл, мимолётно подумалось Микасе, всё же однажды Энни изничтожила его коллег. Виновата была Леонхарт или нет – вопрос спорный, и лучше не задавать его. – Ты отлично выглядишь, – Микаса села напротив них, на что Энни лишь устало отмахнулась: – Это единственное место, где меня перестаёт тошнить благодаря тому, что я ощущаю аромат кофе. Поэтому сидим здесь часто. – Ох, сочувствую, ты врачу показывалась? – эта тема была для Аккерман в новинку, но она всё же сделала над собой усилие. Энни усмехнулась: – Не покажешься тут, с таким контролёром, он пылинки с меня сдувает. – Ну так я раньше отцом не становился, – резонно заметил Армин, вызвал смех обоих девушек, а затем снова повернулся к Микасе, – Ты давно приехала? – Нет, недавно, но спасибо тебе большое за то, что проследил за восстановлением дома. Теперь он официально мой. – Я только рад, – улыбнулся старый друг, жестом подзывая официантку, – Перекуси с нами, здесь отличная выпечка, и кофе отличный. – Я только вот что не поняла, – подождав, пока Микаса выберет себе что-нибудь из меню, снова перевела на неё взгляд Энни, – Что ещё за пособие? И почему с тобой должен был быть капрал? Где он, кстати? – Не поверите: его по дороге сюда Пик перехватила, – Микаса проговорила это с усмешкой, но почему-то эта новость не позабавила её саму. – Госпожа Фингер здесь? – приподнял брови Армин. – Да, похоже, она с делегацией из Маре. – А, знаю, в основном это торговцы, присматриваются к побережью, – проговорила Энни, – Я с некоторыми знакома, поскольку море практически не освоено, ищут новую жизнь за пределами гетто. – Наверное, да, настолько глубоко я не разбираюсь, – сочтя нужным поверить ей на слово, Микаса было замолкла, но затем спохватилась, поскольку сама не ответила на вопросы, – Её Величество приспособило нас к работе, поскольку мы в отставке, полагаю, не сколько меня, сколько капрала, он… В общем, мне показалось несправедливым, что он продолжает ютиться в казармах, так что пригласила жить к себе. – Он согласился? – Армин едва не подавился кофе. – Да, как ни странно, – на этот раз на губах девушки заиграла улыбка, – Капрал хороший сосед, весьма тихий, ворчит, правда, но это не то чтобы неожиданность. Да и с пособием работать куда как проще, ведь ему противопоказаны долгие прогулки, а от казарм до моего дома можно прилично так километров намахать. – Что ж, – Энни сосредоточилась на бумагах, – А как я могу помочь? – Пособие касается рукопашного боя, на нашем потоке ты была лучшей по этой части. Я ни в коем случае не хочу усугублять твоё самочувствие, но, если проконсультируешь, какие стойки можно использовать, буду очень тебе признательна. Бывшая Леонхарт замерла, раздумывая, а затем попросила её блокнот: – Давай напишу те, которые не являются секретной техникой рукопашного боя в Маре, и те, которые являются именно моим прочтением. Дальше сами выберите, а то мы кучу времени потратим, пока я буду сначала объяснять, а потом рассказывать, как это пишется. – О, спасибо тебе большое, – Микаса без обиняков уступила что бумагу, что ручку, и пока Энни, сосредоточенно потирая подбородок, выписывала несколько пунктов, обернулась на Армина, который как раз хотел что-то сказать. – Мы на следующей неделе хотим собраться старым составом, посидеть, вспомнить былые денёчки, только Жана дожидаемся, у него там какие-то дела на побережье, но обещался, как только приедет, лично ко всем заглянуть. Я скажу тогда, что ты живёшь в старом доме Джегеров, да? – Да, буду рада его видеть, – Микаса чуть помешкала, но всё же добавила, – Капрала тоже можно пригласить? – Конечно, – кивнул старый друг, – Всё же он наш командир. – Энни, тоже пойдёшь? – обернулась к ней Микаса, на что беременная женщина покачала головой: – Алкоголь даже видеть не могу. Но вы погуляйте. – Мой знакомый из Хидзуру по имени Хироши торгует на рынке и ярмарке диковинками из-за моря, возьмите у него имбирь, – Микаса мысленно обругала себя за то, что не догадалась взять кусочек с собой, но право, она ничего не знала о токсикозе Энни, – Он похож на такой светло-коричневый корень, помогает от тошноты. – Завтра же схожу, – сверившись с часами и поняв, что уже поздно, цокнул языком Армин, – Спасибо большое. – Кажется, всё. Мой адовый почерк понятен? – беременная женщина уступила блокнот, дожидаясь, пока Микаса сверится с записями. – Да, порядок, читается очень хорошо. Спасибо, что расписала позиции, у нас как раз есть художник, зарисует их для пособий. Ещё будем учебные стенды делать. – Уже хочется увидеть, во время нашего обучения такого не было, но, если сама Хистория контролирует, значит, будет в лучшем виде, – оживился Армин, – Жаль, что я тебе только сейчас про встречу сказал, быть может, госпожа Пик тоже захочет прийти. – О, но это вряд ли, хватит с неё горестных воспоминаний, не говоря уже о том, что знакомы вы больше шапочно, – заметила Энни, забирая уже опустевшую кружку мужа и делая глубокий вдох над кофейной гущей, что, похоже, заставляло её чувствовать себя лучше. – Что ты имеешь в виду? – не поняла Микаса. – Как бы это объяснить... – бывшая Леонхарт помялась, складывая ладони домиком, – Когда ты носитель силы титана и знаешь, что тебе остались считанные годы, а потом вдруг получаешь их обратно... Это воистину пьянящее чувство свободы. Если бы мне суждено было умереть, точнее, быть съеденной для передачи силы, даже если бы все звёзды сошлись, я бы отказала Армину во всём, чтобы не ранить его, и плевать, что ему оставалось немногим больше. Мы поэтому так быстро поженились, и поэтому я так быстро забеременела. Пик же стала очень лёгкой на подъём, немудрено, она ведь месяцами из образа рикши не вылезала, наконец-то может быть свободной женщиной в активном поиске. Не удивлюсь, если она подкатит к нашему капралу, чёрт его знает, как он отреагирует, но я бы на это посмотрела... Ты чего побледнела, плохо себя чувствуешь? – Нет, я… – перед глазами Микасы как наяву стояло эта игривое перехватывание под локоток, которое не должно было её коробить, но всё равно коробило, – Я вас тут надолго задержала, да и столик неловко занимать. Пожалуй, я пойду, ещё раз спасибо за помощь, надеюсь, тебе скоро полегчает. Пока, Армин. – А... Я что-то не то сказала, да? – заметив пристальный взгляд мужа, направленный на неё, уточнила Энни, как только Микаса исчезла за дверью, – Признаться, я и сам не до конца понял, странная ситуация выходит, – осуждение сменилось задумчивостью, Армин даже бестолково поболтал гущу в кружке, тогда как его супруга всплеснула руками: – Да нет, не может быть. Ты же не думаешь, что Микаса ревнует? – Мы с тобой тоже та ещё причудливая история, быть может, намечается и ещё одна, как знать, – решив не лезть в эти тонкие материи, Армин притянул жену за плечо, целуя в висок, – Ну что, домой? Несмотря на преимущество Леви в габаритах, Пик умудрялась тянуть его за руку, как ребёнка, полная энтузиазма рассмотреть всё, что возможно. – У нас такое только на исторических улочках оставалось, и то обычно все лавки обновлялись, а у вас столько всего в ходу – я будто в совершенно другом времени! И вывески резные, и... А там что? – Улица, – едва слышно усмехнулся Леви, на что женщина ответила ему широкой улыбкой: – Тоже верно, чего это я, всё же вы не гид. У меня есть деньги на карманные расходы, пойдёмте, посидим где-нибудь? Вы знаете хорошее кафе? – Не то чтобы часто бываю в таких заведениях. – Ну что ж, – похоже, Фингер ни нисколько не покоробило это заявление, – Тогда доверюсь интуиции. Буду рассматривать витрины, где самые красивые пирожные – туда и пойдём. Обожаю сладкое! Эльке фыркнула на резкое изменение направления, так что Пик притормозила, мягко похлопывая мулицу по лопатке: – Прости, девочка… Капрал, это ваше животное для терапии, верно? – Как ты догадалась? – Да мне тоже хотели выделить, но я не большая любительница ездить верхом, неважно, на ком – на лошадях или на мулах, так что делаю специальную зарядку и стараюсь побольше двигаться, сказали, что так полезно. – Это из-за превращения? – Леви впервые задумался, что сила титана не приходит и не уходит просто так. Фингер кивнула: – Я же месяцами из той формы не вылезала, порой даже забывала, как ходить на своих двоих, а теперь, без регулярной тренировки, у меня то колени, то шея болит, то утром скованная с ног до головы… Ну да не будем о болячках, мы ещё не настолько старые... Нашла! Вон какая красота. При их входе призывно звякнул колокольчик, а навстречу бросился аромат свежевыпеченного хлеба и неизвестных Леви специй. – Корицей пахнет, – с наслаждением втянула запах Пик, – И ванилью. Смотрю, тоже стали закупать? Если ещё не пробовали, не пожалеете, это же настоящее волшебство. Давайте сядем у окна? Он не сопротивлялся, с этой точки было видно и привязанную Эльке, и то, что происходило снаружи. Привык быть настороже, хотя сейчас, в мирной жизни, это не то чтобы требовалось. – Выбирайте первое, – уступив ей меню, Леви рассматривал людей, прогуливающихся по брусчатке. Нарядные дети, двое солдат, судя по хохоту, травящие шутки, торговец, волокущий неизвестно куда прохудившийся ящик. Мирная жизнь как она есть. Ради этого сражался он и его товарищи. Ради этого они умерли, а он... А он остался, и никак не мог привыкнуть к тому, что всё может быть так. – Капрал, – Пик не смогла привлечь его внимание сразу же, а потому решилась, – Леви? Он вздрогнул, оборачиваясь: – Да? – Ваша очередь, – она передала обитую картоном планшетку, уже подошёл официант, так что Леви, моргнув, попросил чай без всего. – Даже не попробуете ничего? – она расстроилась, что ли? – Я не голоден, – пусть это и звучало сухо, но пока Леви хватало и бури в собственной душе, возникшей неизвестно с чего. Микаса, наверное, уже не то что успела договориться с Армином и Энни, а, возможно, дошла и до казарм, и отыскала Людвига, условившись относительно рисунка. А он, Леви, оставил её разгребать всё это одну. И не то чтобы Микаса не взрослая девочка и не справится, просто... – Ты надолго к нам? – решив хоть как-то поддержать разговор, поинтересовался капрал, на что по лицу Пик пробежала тень. Наверняка она уже об этом говорила, он был не слишком внимателен. Эти эмоциональные тонкости всегда давались Леви так себе, впрочем, собеседница проявила понимание: – На пару ночей. – Казармы тоже разрешено посетить? – Нет, я туда не пойду, – она потрясла головой, – Хватит с меня армии. Я не то чтобы не уважаю ваши военные традиции, но поймите меня правильно, моя жизнь, которая должна была закончиться через считанные годы, продолжается, и я хочу взять от неё всё. – А я как-то не уверен, что хочу от этой жизни, – эти слова вырвались сами по себе, но Леви живо замолчал, не в состоянии поверить, что вообще произнёс такую крамолу. Это же самый настоящий позор: даже озвучивать такое. Жизнь по ту сторону окна кофейни, даже эта самая чашка чая, даже пирожное, что принесли Пик – это и было смыслом их жизни. Вот он, они добрались до финала. Да, на политической арене не всё спокойно, ну, по крайней мере, титанов больше нет. А тут он, видите ли, выёживается на ровном месте, что не знает, чего хочет от жизни? Разве же Пик к этому причастна? Не её это дело – смотреть на внезапно возникшие загоны человека с погоном головного мозга. – Я понимаю, – сделал глоток кофе, она легонько улыбнулась, – Столько перспектив сразу открывается. Мне до сих пор кажется, что меня вот-вот разбудят средь ночи и скажут, что завтра отправляемся за море, я в который раз упакуюсь в эту свою четвероногую тварь, и всё будет как обычно, а то, что я сижу здесь, с вами – не более чем измотанный сон, где-нибудь в лесах, у маленького костра. – Мне понятны твои чувства. Протянув руку через разделявшее их расстояние, Фингер легонько накрыла его покалеченные пальцы своими: – Благодарю вас за это, капрал. Леви не взглянул ей в глаза, скорее сосредоточился на собственной руке, и чужая ладонь тут же была убрана, хотя не сказать, чтобы Пик сильно смутилась. В основном говорила она, Леви вежливо кивал, тем временем пытаясь отыскать в себе причину того, почему эта жизнь кажется ему странной. Когда напитки были выпиты, Пик решила взять несколько сладостей с собой, и пока она выбирала, Леви и сам рассматривал выпечку, совершенно нехарактерную, новую, появившуюся с открытием границ. Большинство столиков были заняты, это было популярное кафе, и очередь вскоре набежала, пекари были только счастливы, обслуживая клиентов, и, похоже, их особенно порадовал большущий заказ от Пик, она набрала такой мощный крафтовый пакет, что тот едва не скрыл её лицо полностью – только макушку видать. – Нет-нет, я сама, – поскольку Леви пытался предложить помощь, отмахнулась она, толкая дверь и выходя наружу, – Это будет мой ужин. Ужин?.. Леви огляделся и понял, что не заметил течение времени. Солнце уже клонилось к горизонту, но и просто бросить собеседницу средь улицы он не мог. С ума сойти, ему снова достанется от Микасы, думал капрал, когда они, петляя по улочкам, наконец добрались до гостиницы, где остановилась делегация из Маре. – Удобно у вас, везде столбики для лошадей, даже тут есть, – снова перехватив пакет поудобнее, Пик остановилась, – Могли бы привязать сюда свою красавицу, да подняться ко мне. – Зачем? Они стояли в переулке, так что Пик, шагнув навстречу, вдруг мягко прижалась к нему бедром, отведя пакет вбок, и, глядя снизу вверх, произнесла: – Скажем так, мне жутко интересно, как может любить легендарный боец Парадиза. Только прошу, не нужно этих сентенций, я взрослая женщина, и даже если вдруг забеременею, ответственность нести буду сама. Леви держал паузу слишком долго, потому что в этот момент понял, что это тёплое прикосновение не вызвало в нём... совершенно ничего. С тем же успехом его помогла коснуться подушка, а не женщина. Если подобное случалось в разведотряде, он не отказывал, чего открещиваться, стресс есть у всех, а если его можно быстро снять, то так тому и быть. Но теперь... – Прошу меня простить, я откажусь, – проговорил он, и Пик отстранилась также мягко, как и прижалась. В её глазах не было обиды, она чуть наклонила голову набок, как собака, которая что-то смекает, а затем вдруг произнесла: – А она знает? – Кто? Фингер усмехнулась: – Ох, капрал. Ваше сердце похитили, а вы и не в курсе. Забудем о том, что я предлагала, хорошо? Спасибо большое, что показали город. – Не за что, – убедившись, что она ушла, Леви оседлал Эльке, отправляясь в обратный путь. Если до этого момента в душе капрала царила пустота, то сейчас, казалось, внутри рвануло несколько громовых копий, неожиданно для него самого выстраиваясь в некую пусть и запутанную, но при этом довольно стройную систему. Это было совершенно неожиданно, казалось, что он только что увидел тысячи невидимых нитей, которые связывают всех людей, его с Парадизом, Парадиз – с ним, но что ещё важнее, его с... Страх, вера, любовь – они были настолько же важными, как и три стены, пусть те и перестали существовать. Явления, определявшие ход жизни задолго до рождения и даже после смерти. Леви очень долго шёл в одном направлении, потом его повернуло, и с момента наступления мирной жизни продолжало поворачивать то в одну, то в другую сторону. Разве же, будучи в разведкорпусе, он бы поверил, что просто так отказался от доступной женщины, которая сама его хотела? Весьма симпатичная, подходящая ему что по росту, что по телосложению, с глазами, опушенными густыми ресницами – чего уж говорить, красивая. Проходя по мосту через реку, Эльке остановилась, словно почувствовала тот самый момент озарения хозяина, чей взгляд остановился на потоке, жаждавшим через много километров слиться с огромным океаном. Он... Влюбился в Микасу Аккерман? Было ли это возможно? Знал её столько лет, а ощущение, будто только что встретил. И при этом, полагая, что нужно всячески отбиваться от такого бреда, Леви чувствовал, что с ним произошло что-то важное. Действительно важное. Ветер переменился, донося до его носа запах корицы, и капрал повернулся в сторону того самого кафе, где они сидели с Пик. Удивительно, но ещё не закрыто. – Обожди, девочка, – в который раз привязав мулицу к столбу, Леви спешился, и колокольчик снова звякнул, впуская его внутрь. Он что же, так извиняться решил? Можно подумать, его пугает полотенце, да пусть хоть ухватом отделает, если ей будет лучше – так тому и быть. – Мы закры... – начал было пекарь, но затем, узрев шрамы, быстро изменил тон, – Прошу прощения, сэр, я не хотел вас оскорбить. Что бы вы хотели? Единственный глаз Леви оббежал прилавок, и он без обиняков показал на нужную позицию: – Я возьму вот это. – О, коричный рулет в глазури, хороший выбор, – кулинарные щипцы нырнули внутрь, поддевая лакомство, – Знаете, лично мне он гораздо больше нравится чуть-чуть полежавшим, корочка схватывается, а внутри всё такой же мягкий. Леви усмехнулся. Разве можно было найти аналогию удачнее? Он готов был биться об заклад, что в это самое мгновение одна из тех невесомых и едва видимых глазу нитей дёрнулась, порождая новые смыслы. – Прекрасно. Сколько с меня?