Печаль вещей

Как ни крути, это скверная идея – ходить по крыше дома, где живут целых два ветерана войны, и дело вовсе не в уважении, а в том, что оба были весьма скоры на расправу. Так что, если такой экзотикой занимались воры, не сносить им головы. Они пробудились одновременно, синхронные, словно два клинка из сверхтвёрдой стали, готовые к бою даже в исподнем, с использованием любых подручных материалов. Переглянулись, а затем выскользнули из одеяла, прямо так, в темноте, ища источник странного звука вместе с Юки, которая, вспушив помпон хвоста, тоже кралась в сторону гостиной. – Не человек, – чуть слышно шепнула Микаса, и Леви показал в сторону камина: – Там. Со стороны Юки неслось грозное звериное ворчание, Микаса отошла ровно для того, чтобы зажечь керосинку, некоторое время они ждали, что неведомый гость объявится, но царила тишина. Обманчивая, они оба это знали. – Я посмотрю, – наконец решился Леви, опускаясь на корточки. – Осторожно, – только и успела проговорить Микаса, и в следующий же момент события принялись развиваться стремительно. Всё, что успел Леви – это засечь блеснувшие в свете керосинки глаза в глубине дымохода. Решив, что лучшая защита – это нападение, неведомое существо, перепачканное сажей, ринулось к нему. Капрал потерял равновесие, опрокидываясь на спину, однако же рефлексы позволили ему схватить пушистый хвост неведомого гостя, на что тот издал вопль, который был способен перебудить даже соседей – ни на что не похожий звук, что-то среднее между «ки-ки-ки» и удесятерённым царапаньем по стеклу, аж в ушах зазвенело, мелкие острые зубы впились в и без того покалеченную руку, и Леви, чертыхаясь, выпустил зверька, который, шмякнувшись об пол, заметался по человечьему жилищу, издавая рассерженное тарахтение. Юки, словно и забывшая, что она домашняя, вспушилась, выгнулась дугой и зашипела так, что полночный посетитель бестолково затормозил, громко топоча, а затем спружинил на небольшой кофейный столик, поскользнулся, умудрился опрокинуть его и маленький складной стул, снова помчался, мотаясь туда-сюда, Аккерманы преследовали его, толком не понимая, чего хотят добиться, но в итоге наследившее где только можно создание влетело в бывшую детскую Джегеров и шмыгнуло под шкаф, рассержено шипя. Юки остановилась рядом, словно часовой, и буквально рычала, отогнув уши. Леви, уже наученный предыдущим опытом, поставил керосинку чуть подальше и, убрав с траектории движения кошку, аккуратно заглянул под мебель. Сажа осыпалась, и теперь было заметно, что животное коричневое, с белым пятном на грудке и округлыми ушами. – Это куница, – проговорила Микаса, тоже решившаяся взглянуть на внезапную причину догонялок. Шипение снова сменилось на тарахтение, зверёк смотрел на них злобно сощуренными глазами, возможно, прикидывая, насколько он может окопаться в этом диковинном убежище и есть ли шанс выскользнуть из этого непонятного пространства. Мех у загривка зверька был испачкан чем-то влажным. – Эта молодая дура хотела увести птенцов у нашей сипухи, – проговорил Леви, проверяя, закрыта ли дверь, – Должно быть, получила на орехи и спаслась... в дымоходе. Нужно её поймать, а не то весь дом разнесёт. – Принесу кочергу и бельевую корзину, – решила Микаса, – Посторожишь проход? – Да, а то она снова усвистает, – Леви поднялся со всеми предосторожностями, открывая для девушки дверь и заодно успевая блокировать Юки, которая была готова оставить от незваной гости рожки да ножки – по крайней мере, сама свято верила в свои силы. Микаса вернулась быстро, они поплотнее закрыли дверь, несмотря на возмущённые мявы кошки, жестами показывая, кому и где встать. Когда кочерга дотронулась до мягкой шкуры, душераздирающий визг раздался снова, послышалось даже звяканье, ведь куница попробовала укусить попёрший на неё предмет, обиженно зашипела и воистину чудом вылетела в сторону Микасы, которая тут же опустила корзину, для надёжности прижимая ту коленом. Тарахтение сменилось бульканьем, а затем раздался отчётливый звук прорывания дикого существа через ткань. Аккерманы замерли, поскольку полагали услышать царапанье об ивовые прутья, составлявшие каркас корзины, а не… – Ты бельё не выложила? – негромко спросил Леви, на что Микаса, пару раз моргнув, выдала лишь смущённое «ой». – Моя майка, кажется, – припомнил капрал, а затем, встретившись взглядом с виноватыми тёмными глазами, лишь вздохнул, – Ну что ж, помянем. Звуки расправы над бельём продолжались ещё некоторое время, а затем куница, окончательно выдохшись, кратенько вздохнула да так и затихла. – Я куплю тебе новую, – пообещала Микаса, на что покалеченная рука лишь отмахнулась: – Ерунда, не бери в голову… В дверь стучат. – Неудивительно, эта зверюга вопила что сирена, – убедившись, что куница не собирается проламываться через корзину, Микаса встала, накинула юкату, и по разговору стало понятно, что Эльза и Эмиль пришли проверить, всё ли в порядке у соседей. Естественно, мальчишка тут же захотел посмотреть на куницу, и Леви со вздохом подкрутил колёсико керосинки, дабы зашедший сосед смог углядеть через переплетение прутьев сверкающие глаза зверька, снова затарахтевшего при виде новых людей. – Вот же напасть, – Эльза упёрла руки в бока, – Совсем молодая, видать, растерялась. Вот и… В лес бы её унести. – Да, я займусь, – Леви знаками показал им отойти подальше, а затем, ловко подчерпнув корзину, накрыл ту крышкой, и, несмотря на яростные удары, перевязал принесённой Микасой бечёвкой, – Отнесу подальше да вытряхну. Идите спать. – Справишься? – на всякий случай уточнила хозяйка дома, и, увидев кивок, решила больше не называться. Ложиться спать, впрочем, было абсурдом, так что девушка вскипятила чайник, лишний раз удостоверившись, что газовый баллон доживает последние дни, и, поймав в коридоре Юки, которая всё никак не могла догнать, что за напасть посетила их дом, погладила кошку, успокаивая. Кое-где по полу остались рассыпаны отпечатки мощных лап, так что девушка затёрла и их, уже сполоснула тряпку, когда услышала, что входная дверь открывается. – Пулей вылетела, поди, думала, что с неё шкуру спустят, – усмехнулся Леви, заодно придерживая разорванную на лоскуты майку, – Сувенир на память. Вообще-то Микасе было стыдно, но смех, рвущийся наружу, было не сдержать, так что она могла и не притворяться, что это именно насмешливое фырканье, а не кашель: – Кто бы мог подумать. Куница. Ты не посмотрел, она сильно ранена? – Она пулей от меня убегала, так что, полагаю, быстренько всё залижет, не переживай, – одна мысль о том, что им пришлось бы выхаживать сущего дьявола, способного воплем перебудить улицу, показалась капралу чудовищной, – Ты сильно испугалась? – Нет, хотя и было неожиданно, – девушка обняла его, поглаживая по затылку, – А ты? – Взбодрился. То ещё приключение. – Дай взглянуть на руку, я видела, что она тебя укусила, – Микаса ожидаемо услышала «да ничего страшного», однако же обработала следы зубов раствором ивовой коры. Несмотря на полночного посетителя, оба умудрились выспаться, и, позавтракав, пошли разбираться с пустым баллоном, меняя его на запасной. – Ей точно не тяжело? – Когда они уже приторачивали опустевшую тару к седлу, переспросила Микаса, на что Леви лишь покачал головой: – Пока пустой, нормально, будет наполненный, я слезу, пройдусь, мне полезно. А если сегодня ещё и холодильник купим, то недурно взять экипаж, заодно туда же поставим – какая им разница, сколько везти, верно? – Пожалуй, что да, – кивнула Микаса, – Но ещё мы зайдём тебе за новой майкой. – Да брось ты, у меня их ещё хватает. – И всё же я настаиваю. В гляделки можно было не играть, если упёрлась, то потому, что заботилась, и Леви наконец вздохнул: – Будь по-твоему. На пункте дозаправки их баллон осматривали так тщательно, будто он был не хозяйственным приспособлением, а призовой коровой, которой вот-вот дадут голубую ленточку, возможно, воротила хотел срубить побольше денег, признав тару негодной, но в итоге всё же сдался, черкнув номер на квитанции об оплате: – Ждать полтора часа. На большие баллоны очередь. Лучше приходите через два. – Спасибо, – свернув лист бумаги и устроив тот во внутреннем кармане сумки, Микаса обернулась к Леви, – Сходим посмотреть холодильник? Здесь недалеко. Склад импортных товаров оказался всего лишь в квартале от заправочной станции. Несмотря на недомолвки между странами, продавцы делали всё возможное, дабы привлечь посетителей: снаружи стояли кадки с цветами, объявления о скидках, а внутри на деревянных помостах, всё ещё пахнущих свежим срубом сосны, громоздились не только холодильники, но ещё и водонагреватели, и стиральные машинки. Это явно был не предел – в углу стояло несколько авто, непонятно, на ходу или нет, возле них толпились мужчины, усиленно делавшие вид, что разбираются в этих механических конях и, мало того, в любой момент могут купить себе такой же. – На шкаф похоже, – заметил Леви, разглядывая одну из моделей холодильников, и продавец в костюме-«тройке», с остренькой бородкой и в плетёной шляпе, словно почуявший наживу, тут же принялся их обхаживать. – Есть такие, есть эмалированные, на керосине, бесшумные, сей момент продемонстрирую, включу, это настоящее чудо – заливаешь керосин – и вскоре становится прохладно! Что эта модель, что эта хороша, выбирайте для кухни или туда, куда предпочтёте поставить. Яйца, сыр, мясо, готовые продукты – главное, не забывайте доливать керосин, и заживёте без хлопот! Подтягивайтесь, дамы и господа, тоже посмотрите, – торгаш открыл дверцу, убрал панель, где виднелся наклонный сток, и залил керосин в ёмкость, – Теперь вот это на место... Обязательна труба, и нужен зазор, поскольку тёплый воздух поднимается с крышки… Вуаля, уже сейчас можете почувствовать, протяните руку, повеяло холодом! Очень экономно, всего литр керосина на день! Леви на дешёвый понт было не взять, но здесь, признаться, вещица и правда стоила своих денег – керосин сделал своё дело, это казалось магией, и демонстрационный градусник, который стоял в углу холодильника, доложил, что температура внутри отличается от летней жары, которая беззастенчиво просачивалась на склад. – А есть большой такой, типа с двумя дверцами? – раздалось из толпы, голос был знакомым, так что Микаса тут же повернулась в нужную сторону: – Конни? – Здравствуйте! – бывший сослуживец протолкался к ним, сверкая улыбкой, – Какими судьбами? Тоже решили обзавестись новинкой? – Нестандартного размера можем заказать, в течение пары недель привезут, с двумя дверцами, – продавец, почувствовавший, что вот-вот срубит куш, даже прищёлкнул пальцами, – Только понадобится предоплата, но сделаем в лучшем виде. А если вы друзья, ещё и скидочку для вас выбью. Обмен новостями пришлось прервать по уважительной причине, ведь надлежало сторговаться, в итоге Микаса и Леви получили холодильник и в довесок смышлёного парня, который вечером обещался врезать для них трубу наружу, а Конни – тот самый мифический двухдверный холодильник, изначально показавшийся Микасе очень большим, поскольку у Конни из семьи была жива только мама, и поневоле задашься вопросом, зачем такое добро на двух человек. Спросить девушка не успела, поскольку заплативший аванс довольно вздохнул: – Ну вот, останется только постельное купить – и дела потихоньку налаживаются… Я не говорил, да? Мы с мамой решили отель открыть. – Ого, – реплика донеслась от Леви, – Не то чтобы я сомневался, но отель... – Не просто отель, – Конни аж засиял, – А отель на побережье! Для туристов. Город от моря далеко, а они пребывают на теплоходах уставшие, та ещё радость после качки садиться в повозки, да трястись до Шиганшины, а то и до Троста. У нас будет можно отдохнуть, пообедать, переночевать при необходимости, с извозчиками мы уже договорились, так что можно будет сразу взять свежих лошадей, а то и задержаться на денёк или на два, побродить по побережью, пока что все пляжи наши. – Идея просто потрясающая, – Микаса на всякий случай понизила голос, поскольку казалось, что эдакий расклад могут прибрать к рукам случайные прохожие, – Твоя мама большая молодец, и ты тоже, ведь помогаешь. – А ещё у нас будет классное постельное бельё, не из крапивы или льна, а из хлопка, я как раз за ним иду, хотите со мной? – А исподнее там продаётся? – спросила Микаса. Сослуживец удивился, однако же кивнул: – Полагаю, что да, одежда там тоже есть… А что случилось? – Ты не поверишь, ночью к нам через трубу пробралась куница, а я возьми да накрой её бельевой корзиной, так что майка капрала приказала долго жить. Конни удивлённо изогнул брови, посмотрел на них обоих, а затем его лицо вдруг исказила хитрая усмешка: – Что, правда куница? – Правда куница! – Микаса вспыхнула, словно факел, – Что ещё за намёки такие? – Ладно-ладно, каюсь, перебор, Вы тоже простите, сэр, – засёкши взгляд Леви, который был в шаге от того, чтобы вломить бывшему подчинённому за несоблюдение субординации, замахал в воздухе ладонью Конни, – Глядишь, вам тоже скидку сделают, ведь там торгует Энни. – Что? – искренне удивилась Микаса. – Здорово, да? – Конни подождал, пока Леви договорится насчёт доставки холодильника, и продолжил разговор, – Армин же теперь по всяким дипломатическим вопросам мотается туда-сюда, ну и заодно договорился о бартере, оказалось, в жарких странах наша крапива или лён – благословение, а они возят нам хлопок, я подсмотрел в Маре, там такое постельное бельё больше распространено, ну и мы тоже решили с мамой купить. Заберу партию, должно быть уже готово. – Как вы решились вообще? И я имею в виду не на постельное бельё, а бросить здесь всё и уехать? – спросил Леви, на что улыбка Конни вдруг стала грустной: – После того случая... Мама ведь ничего не помнит о временах, когда была титаном и долгое время провела связанной, пусть она и не виновата, но… Слишком много вещей напоминают о нашей семье и соседях. Так что мы продали дом и вложились в новое строительство, теперь я закупаю всё необходимое, а она наводит уют. Все уши мне прожужжала, что пора мне жениться, а я смеюсь, мол, она таким образом хочет увеличить персонал за небольшую цену… Мы на месте, смотрите, даже на вывеске цветок хлопка. Придверный колокольчик встретил их радостным звоном, равно как и полки с аккуратно сложенными стопками одежды и рулонами. Совсем небольшой магазинчик, однако же Энни, та самая, которая была отличным бойцом и грозным противником, смотрелась там удивительно гармонично. Она встала с высокого стула, выходя из-за прилавка, и лицо будущей матери осветилось узнаванием: – Какие гости. – Привет, вот это да, у тебя теперь свой магазин, – Микаса непроизвольно опустила глаза на её живот, какой это месяц, пятый? Шестой? Сама Энни была стройной, но блузка прямого кроя уже не могла скрыть эту округлость, казавшуюся поистине чужеродной. Нет, ну правда, Микаса не могла взять в толк, что кто-то из них доживёт до создания семьи и до рождения детей. Даже себя никогда не могла... Нет. Это сложная тема, туда лучше не соваться. – Двуспальное отбеленное, полутораспальное неотбеленное, всё как ты и просил, сам возьмёшь? – Энни указала на полку, и Конни, рассыпаясь в благодарностях, вытащил заказ, который теперь полагалось упаковать в крафтовую бумагу и перевязать бечёвкой для надёжности. – Сейчас займусь, – показав на прилавок и достав из-под него рулон, жена Армина обернулась на Микасу, – Тоже что-то возьмёте? – Я должна капралу майку, представляешь, к нам ночью забралась куница, я её бельевой корзиной накрыла, но не посмотрела, что внутри осталась одна вещь. Энни весело усмехнулась: – Готова биться об заклад, несчастная животина сражалась не на жизнь, а насмерть, когда на неё шмякнулось что-то, пахнущее человеком. – Я нашёл, – Леви безошибочно высмотрел свой размер, откладывая майку на прилавок, – А можно на этот твой хлопок посмотреть? Что это вообще такое? – Он растёт вот так, – бывшая Леонхарт достала из-за прилавка газету, разворачивая её, и глазам гостей предстали высушенные стебли, увенчанные самыми настоящими пушистыми облачками, – Вот в этой части образуются семена, и из них прядут нити, гораздо удобнее, чем наши лён или крапива. К телу тоже весьма хороши, можно красить в разные цвета, вышивку делать, словом, восхитительная ткань, моя блузка тоже из хлопка. Я пока запаковываю, вы сходите посмотреть и... Конни, куда ты собрался, я же до вечера провожусь, помогай давай. – Ты какая-то неправильная продавщица, – беззлобно огрызнулся тот, на что бывшая сослуживица пихнула его локтем в рёбра: – Повозмущайся мне тут, и я про скидку забуду. – Надо будет сказать об этом в магазине Грете, – осторожно развернув один из рулонов, проговорила Микаса, – ей самое то для вышивки. – Можно их познакомить, глядишь, бизнес вместе придумают, – Леви остановился возле женского отдела, – Смотри, тут платья есть. Может, примешь что-нибудь? – Мы сегодня и так прилично потратились, что с газом, что с холодильником... – То необходимость, – Леви помешкал, а затем вытащил из стопки красивое приталенное платье с лёгким растительным узором по подолу и рукавам, – А это для души. – Брюки у нас тоже есть, – Энни, умудрявшаяся и шуршать крафтом, и смотреть за другими посетителями, кивнула в нужную сторону, – Не все женщины понимают прелесть этой одежды, но кто служил, охотно берут. Есть хлопковые, широкие, на лето. Для вас тоже всего в достатке, капрал. Походите, примерочные слева, не стесняйтесь. То ли у жены Армина был талант к торговле, ранее никем не обнаруженный, то ли хлопок действительно оказался замечательным материалом, но и отсюда Аккерманы выходили с покупками. – Побольше тебе покупателей! – обернувшись через плечо, помахала жене Армина Микаса, на что та кивнула, садясь обратно на стул и мимолётным движением поглаживая живот: – Непременно заходите ещё. Если ваша вышивальщица заглянет, глядишь, скоро будет очень много нового. И носите на здоровье. – Ну, я помчал, мне ещё как раз к краснодеревщику за стульями, – Конни ловко увязал гору белья на спину чёрного, словно смоль, мерина, и снова улыбнулся, – Рад был вас видеть, если соберётесь на побережье, то заглядывайте в «Приют путника», нас легко узнать по красной черепичной крыше... Хотя в той стороне вообще нет никаких построек, слева от порта, вы не ошибётесь. Конюшня у нас тоже в наличии. Заодно оцените сервис. Поторопитесь, море прогрелось, можно будет даже искупаться. – Спасибо большое, – Леви обменялся с ним рукопожатием, Микаса же приобняла сослуживца, и на этом они распрощались. Извозчик, готовый уже разворчаться за столь крупногабаритные перевозки, не говоря уже о притороченной позади мулице, внезапно попал под обаяние продавца холодильника и всю дорогу косился на неожиданный груз, раздумывая, а уж не заглянуть ли самому посмотреть на импортную диковинку. Баллон пришлось взять с собой в салон, для лучшей сохранности, и в итоге оба Аккермана скомкались рядом, благо что были достаточно компактными. – Тот твой лимонад можно будет тоже в холодильник ставить, и он будет холодным в течение дня, – проговорил Леви, придерживая крафтовые свёртки из магазина Энни. Мог бы обвинить Микасу в том, что у неё и без того добра хватает, когда она увидела скатерти, полотенца и… словом, не устояла. Теперь они ехали, шурша на каждом повороте, но капрал не жаловался, и девушка, ощутив прилив нежности, ведь он даже не ругался за испорченную майку, извернулась и переплела свои пальцы с его протезированной рукой. – Чего ты? – он удивился, но ответил на это тёплое прикосновение, пусть свёртки и пришлось перехватить понадёжнее здоровой рукой. – Просто... – Микаса не только научилась понимать его язык, но и сама начала изъясняться на нём же, уже понимая, что не для всего на свете нужны слова, иногда достаточно и тёплого взгляда, – Просто так.